Душа

Антон открыл глаза и увидел белый потолок. «Неужели я в больнице?», – подумал юноша, но сразу убрал этот вариант. Его ведь забрал с собой человек в чёрном. Последнее, что он помнил, как Илья кричал его имя и бросился к нему. Дальше только пустота. В руке что-то неприятно кололо и посмотрев на это что-то Шаст увидел капельницу. Догадки о больнице уже не казались такими странными, но немного приподнявшись и осмотрев комнату сомнения развеялись сами собой. Стены окрашены в белый, но на них были рисунки. Не детские, а профессиональные. Значение понять сложно, на первый взгляд просто линии, но может автор вложил какой-то смысл. Дверь приоткрылась и из-за неё показалась миловидная девушка в костюме, которая принесла поднос с едой. —Привет. –поздоровался на что в ответ получил только улыбку. —Почему ты не говоришь? –Антон повернулся корпусом к подносу, который особь женского пола поставила на тумбочку возле кровати и посмотрел на содержимое. Ничего нового. Суп, каша гречневая и чай. Ну, конечно, Антон, ты ж не царь, чтоб тебе пиздатые завтраки приносили. – юноша сам себе закатил глаза и перевёл взгляд, в ожидании ответа. —Арсений не разрешает нам говорить с кем-то из его знакомых, кто пребывает здесь. –смущаясь ответила собеседница. А в голове Шастуна уже всплыл ещё один момент, которого, прежде, почему-то не было. Тот самый момент когда мужчина снимает капюшон и юноша видит, тёмные и красиво уложенные волосы. — Арсений, Арсений. Да кто он такой чтобы что-то кому-то запрещать? – взвыл парень. —Я тебе разрешаю со мной говорить, иначе, я просто сойду с ума тут. Как в психушке, честное слово. – не видя реакции на свои слова, Антон, разочаровавшись в этой девушке лёг обратно на спину. —Меня Вика зовут. – тихо произнесла та, поглядывая на дверь, и прислушиваясь не идёт ли кто-то. —Ну хоть что-то. – усмехнулся Антон. — Если уж ты говоришь, не можешь ли рассказать мне немного про Арсения? — Прости, Антон, но я почти ничего о нём не знаю. Он очень скрытный и только несколько людей знают о нём чуть больше половины его жизни. – девушка как-то виновато улыбнулась, а после вообще вышла с комнаты. До вечера парень пролежал прикованным капельницей. Он уже не знал что делать. Спать – спал, есть – ел, телефон его кто-то забрал, так что даже в ВК не зависнешь. В общем и целом, до точки не возврата не далеко. Вечером неожиданно зашла Вика с подносом еды. Молча переставив еду на стол рядом с кроватью и поменяв капельницу, всё так же молча она отдала телефон Шасту и вышла. Раз Вика ничего не говорила, то видимо тот Арсений мог быть рядом. Включив телефон, парень заметил, что его, оказывается, искали. Больше ста сообщений висело с разных приложений, кроме них было тринадцать пропущенных. Писали многие: Дима, Серёжа, Паша, Окси, Камила и даже отец спрашивал где Антон, ведь дома его не было, когда тот заехал. Звонки в основном были от тех же людей, но из них был один из незнакомого номера, который сразу же набрал Шаст. — Да? – послышалось из того конца провода, когда Антон хотел уже было сбросить вызов. — Вы звонили мне. – как-то не уверено промолвил Шаст, уже задумываясь над тем, что он набрал не тот номер. — А, да. Майя Шастун – ваша мать? – после недолгого молчания спросил мужчина. — Моя. С ней что-то случилось? – сердце не ушло в пятки, оно пробило дыру в том конце земли. Врач, видимо, услышав жуткий страх в голосе решил сразу объясниться. — Нет-нет. Всё наоборот хорошо. Хотел сообщить, что она пришла в себя, недели через две она уже сможет вернуться домой. — Да, хорошо, спасибо. – на одном дыхании выпалил мальчишка и после слов: «Хорошего вечера», – услышал гудки. Маленькая частичка солнца в тёмной ночи. Честно говоря, Шастун был готов хоть сейчас сорваться и поехать к ней, но сегодня суббота и уже 20:17. Если его не выпустят до понедельника, то он сам сбежит и поедет к матери.

***

Утро воскресенья было не сильно добрым, каковым полагалось. Антон проснулся от жуткой боли в том месте, где предполагаемо находилось ранение. Капельницы в руке уже не было. Видимо, в ней было обезболивающее вещество, ведь без неё было ощущение, что Шастун сейчас умрёт. Комнату освещал ранний рассвет, это значило, что сейчас примерно шесть утра. Еле как встав, парень добрел к двери и вышел в освещённый коридор. Свет сразу ослепил, но потом глаза привыкли и Шаст мог видеть силуэт приближающийся к нему. — Почему ты вышел? – спросил мужской голос, который Антон уже слышал. Значит, Арсений. — Мне плохо. – прошептал Антон и скатился по двери вниз, садясь на пол. — Вика! – прокричал Арсений. — Сука! Шастун, вздумай только умереть, я тебя воскрешу и убью ещё раз. – мужчина нагнулся над парнем и тёплыми руками обхватил запястья, чтобы найти пульс. На пару секунд рука замерла, но потом всё же нащупала пульс. Антон, который был в сознании вспомнил про шрамы на руке и начал вырывать её. Но Арс был намного сильнее его самого, и руку вырвать не дал. Мужчина не успел домерять пульс, как пришла Вика. — Если с ним хоть что-нибудь случится – я прострелю тебе бо́шку. – начал сразу Арсений. Девушка закусила губы и быстро ретировалась за аптечкой. — Пульс 68 ударов в минуту. Бывало и хуже. – скорее сам для себя проговорил мафиози. — Зачем я тебе? – тихо спросил Антон. Юноша поднял руку и перехватил ею руку мафии. — Пригодишься. Да и внешность ничего так. – холодно ответил тот и встал на ноги. Мужчина поднял за собой парня и затащил в комнату, где уложил тело на кровать и вышёл, захлопнув дверь.

***

Антон не появлялся в школе с прошлой недели. В пятницу друзья забили тревогу, не смотря на то, что парень ответил всем, что он в порядке и потом расскажет, что же с ним произошло. За инициативой Димы Позова все собрались на хате у Камилы. Правда, та долго не соглашалась и говорила, что у неё строгие родители, и если узнают, то ей пиздец. Но после Позового: «Ну а где? В кафе? Чтобы все услышали что нашего друга похитили и возможно держат в заложниках?», – Верховская поняла, что других вариантов у них попросту нет. Сейчас в зале сидело 3 души. Ну а и Матвиенко как всегда опаздывал. По дороге к дому Камилы Окси попросила Диму подождать её. Вернулась девушка с двумя бутылками коньяка и колой. Позов не ожидал такого от милой на первый взгляд девочки и мягко говоря удивился. Собственно сейчас они, ожидая Серёжу, сидели и по немногу пили коньяк, разбавляя его колой. — Вам не кажется, что на трезвую искать Тоху будет проще? – спросил вошедший Матвиенко. Он стоял оперевшись рукой о стену и сделал умный вид. — Серый, мы и не собирались искать Шаста сегодня. – ответил Позов, который уже немного чувствовал в крови алкоголь. — А когда мы будем его искать? Может через неделю, когда он на связь уже перестанет выходить? М? – парень был готов сейчас вмазать своему тупому другу и пойти самому искать их общего друга. Ощущение было, что одному ему сдалось это. Хотя Антона любили все, и хотели его найти также. — Сереж. – тихо сказала Камила. — Пожалуйста, нам всем тяжело признавать, что наш друг пропал. Давай не будем сейчас между собой ссориться, чтобы потом всё делать в одиночку. Смысл в словах девушки был. Ссориться сейчас точно не вариант, ведь нужно думать как добраться до Тохи. Он сказал, что даже малейшего представления не имеет где он. Но у них есть планы как его найти. Для начала, нужно пробить его гео через профессионала. Если не получится, тогда сказать Павлу и пусть обращается в полицию. Они все очень умело врали Антону про его мать. Всё ещё в больнице хоть и пришла в себя. Врали про свою жизнь и про школу. Учителя постоянно спрашивали где пропал местный заводила, на что Дима с Серёжей лишь отшучивались. Не спрашивал лишь Арсений Сергеевич, что не удивительно. Зная его «любовь» к Шасту, он скорее рад, что тот не ходит на его уроки. Хотя настроение Попова – полная жесть. Если раньше он ссорился только с Антоном, то сейчас свою злость выбрасывает на весь класс. Поэтому многие хотят скорейшего возвращения их «спасителя».

***

Утром Вики, как начал называть её Антон, принесла завтрак и проверила состояние здоровья. Сказала, что всё в норме и скоро юноша будет летать, а не ходить. Обрадованный такой новостью парень, решил сегодня выйти из комнаты и побродить по дому, осмотреть территорию. Геолокация не находит это место на карте и пишет лишь, что здесь какой-то лес. Желание попросить друзей о помощи с каждым днём росло всё больше и больше. На деле же он лишь отправлял «Всё норм» и выходил из сети, чтобы его не заваливали вопросами. Ближе к полуночи, после ужина, Антон приоткрыл дверь и посмотрел нет ли кого в коридоре. Убедившись, что он в безопасности, юноша пошёл на «разведку». В одном конце плохо освещённого коридора был тупик, а второй вёл вниз по лестнице. Не удержавшись, да и особо не хотя протестовать своему любопытству, Шаст спустился на этаж ниже, где были точно такие же стены и двери по обе стороны стены. С одной доносился грохот и крики, что заставило парня быстро сбежать по лестнице на ещё один этаж. Тут был зал с шикарной люстрой, шкафы, диван, кресла и стулья возле барной стойки. За барной стойкой шла кухня, насколько смог разобрать в попыхах парнишка, прежде чем выбежать на улицу и вдохнув свежего воздуха. Он совсем не похож, на тот, что в городе. Свежее, лучше и просто пахнет вкуснее. Воздух имеет запах, кто бы и что не говорил. Этот запах в основном делится на зимний, летний, осенний и тот, который весной. В глаза бросились деревья, начавшие потихоньку сбрасывать свою кожу. А вдали была какая-то качель, к которой и направился юноша. Вокруг было тихо, лишь звуки птиц и лёгкого ветра доносились с разных сторон. Качель тихо поскрипывала и возносилась над землёй вместе с сидевшим на ней парнем. — Эх, Антон, не учили тебя не сбегать взрослые. – тихий шёпот в ухо заставил табун мурашек пробежать по телу Шастуна. Он вздрогнул и обернулся. На него смотрели два льда. В немом шоке застыло его лицо. Пред ним стоял его учитель английского, так не взлюбившийся по началу. — Арсений? – тихо прошептал он и испугано попытался вскочить, не учёл только руки на плечах, которые с силой придавили к дереву. — Тише, малыш, ты же не хочешь умереть вот так? – яд плескался в словах, в глазах, в его движениях, но лицо было умиротворённое. Он убрал руки с плеч, но взглядом показал, что не стоит даже пытаться. В голове Антона свист непонимания, и пока этот свист по немного стихает Арсений обходит качель и садится рядом, закидывая ногу на ногу и руками опираясь на цепи. — Вот с чем возился целое лето Паша, вот почему ты так отреагировал, когда я тебя развёл, вот поэтому, блять. – под конец парень сорвался на истерический смех и согнулся пополам, смеясь. Руками закрыв глаза Шаст продолжал смеяться, на что Попов лишь спокойно смотрел, будто такую картину наблюдает каждый день. — Успокоился? – спросил старший, как только юноша перестал смеяться. — А теперь серьёзно. Твоя жизнь для меня как и сотня других, половины из которых уже нет. Ты мне нужен только из-за Макара и его шавок. Если хоть одна душа узнает то, что знаешь ты – не будет ни тебя ни её. Я надеюсь хоть эту информацию ты сможешь понять? Покер фейс, слыхали? Так вот этот ваш покер фейс и рядом не стоял с фейсом Арсения. Антон понимал, что это ещё даже не угрозы, а всего-то предупреждение, что стоит свой язык в задницу себе засунуть и молча ждать что дальше будет. — Понял. Принял. Рот закрыл. – попытался отшутится юноша. Но, видимо, Арсений не ценитель такого утончённого юмора. Ведь его лицо скривилось так, будто он съел то, что до этого годы ненавидел. — Мне уже даже говорить нельзя? Хули ты на меня смотришь будто я твоего кота на машине переехал? — Я бы на твоём месте так и сделал бы. – сказал Попов и развернулся немного приподняв рубашку. Взгляд младшего упал на чёрную рукоятку пистолета, который виднелся под чехлом. А потом повернулся обратно и закинув руку на спину мальчишке продолжил. — Я, честно говоря, никогда не пойму тот страх, который сейчас даже слепой бы заметил в твоих глазах. Но беспокоится тебе не стоит. Я дяденька добрый, если меня не злить, хотя ты это делал буквально с первого дня нашей встречи. — Что дальше? – задал риторический вопрос мальчишка. Но ответ у Попова был. — Ничего, Вика тебя долечит и пойдёшь в школу, будешь жить как прежде. Правда помни, что ты у меня всегда на виду, даже когда не подозреваешь этого. Сделаешь то, чего не стояло и ты труп. – Арсений приподнял уголок губ и встал на ноги. Показав глазами юноше в сторону дома развернулся и медленно пошёл, понимая, что Антон сейчас точно не сбежит.

***

— Сегодня вечером Арсений Сергеевич отвезёт тебя домой. – оповестила его Вика, когда утром принесла завтрак. Она сегодня была немного грустной. Причину Антон не смог даже предположить, но почему не спросить? — Неужели сам Попов смиловался надо мной и отпустит из своих вражеских лап. – Шаст посмеялся, после чего девушка всё же немного улыбнулась и не выглядела такой грустной. — Мне будет тебя не хватать здесь. – тихо призналась девушка. Страх говорить что-то вслух, когда это могли услышать всё никак не уходил, но с Антоном ей хотелось болтать ни о чём, ведь он будто солнце, такой же яркий и открытый. Нет, это не влюблённость, просто она настолько устала от постоянного молчания и указаний Арсения, что Шастун в её такой жизни, будто лучик солнца в облачный день. — Хочешь мы будем видеться после того, как я уеду? Я могу приезжать или же в городе увидимся. – юноша тоже прикипел к Вике. Она за это время стала старшей сестрой, такой же заботливой и милой. — Мне нельзя выходить за территорию особняка. – сказала Вика, сидя на диване парня. Он же, сидевший в кресле, подошёл и обнял её просто так. — Вик, но тебе же можно говорить по телефону хотя бы. Даже если нет, то я уговорю Попова, чтобы он разрешил. Он не бог, чтобы запрещать людям что-то. – Антон был немного зол на Арса за то, как живёт Вика, но злость прошла быстро. Она заменилась мыслями про будущее возвращение в прежнюю жизнь, которая уже не будет такой, какой была изначально. — Я работаю тут уже пять лет, Антон. И Арсений Сергеевич не зверь. Он не держит на поводке никого, пытается быть добрым, как может, но я просто задолбалась. Я в хороших условиях, но они слишком идентичные каждый день. – Вика встала и пошла к двери. Она и так сказала слишком много, вдруг кто-то пройдёт и услышит, потом Попов ей голову скрутит. — Ещё увидимся. – сказал Антон прежде, чем девушка вышла.

***

Вечером, как и говорила Вика, пришёл Арсений. На нём была чёрная рубашка и облегающие чёрные штаны. Но внимание парня привлекла цепь на шее. Раньше Антон не замечал за Поповым какие-либо украшения, будь то кольца или цепочки. Мужчина прошёл и сел в кресло возле окна. Он наблюдал за тем, как Антон собирал по всей комнате немногочисленные вещи, хотя его должны были предупредить и он уже должен был собраться. — Чего ты смотришь так? – не выдержав такого прямого наблюдения вспылил Шастун. — Как? – поднял бровь Попов. На лице его была коварная ухмылка, ведь он открыто издевался над пацаном. Ему нравилось, что Шаст всеми силами пытается не обращать внимание на присутствие кого-то постороннего в комнате, но то и дело взглядом цепляется за взгляд синих глаз. — Вот как. Антон подошёл вплотную и руки поставил по бокам Попова. Он начал бегать взглядом по лицу старшего. Задерживая взгляд на глазах и губах иногда. Попов правила не своей игры принял. Сидел не двигаясь, точно также бегая взглядом по мальчишке и просчитывая следующие ходы. Хотя это было легко: Антон бы испугался самого себя и отстранился уперев взгляд в пол, всю дорогу бы молчал, а потом в школе первые дни избегал. Когда Шаст понял, что делает что-то не то, он хотел отстраниться. Но Арс перехватил его запястья своими руками и приблизился настолько близко, что младший ощутил дыхание Попова. — Хотел поиграть? Так давай, Антош. Игра твоя, правила мои. – улыбка никак не сходила с лица учителя. Победа. Шесть букв, но как же они могут быть велики. — Арс... Арсений, отпусти. – Шастун пытался собрать разум и сердце в единое целое, но они шептали слишком разный исход, чтобы быть целым. Он понимал, что проиграл даже не сделав первого хода. Против Попова играть бесполезно. Тот побеждает не начав, но Антон осмелел и попробовал. К чему же это привело? К тому, что сейчас он стоит и пытается понять мотивы Арсения. — Скажи то, что я хочу услышать. – прошептал в губы Шастуну мужчина. Арс немного ослабил хватку, но всё ещё крепко держал. — Я проиграл вам в своей же игре, Арсений Сергеевич. – на выдохе сказал Шаст и почувствовал, что его руки никто не держит. А держал ли, когда Антон говорил? Парень настолько не хотел в слух признавать проигрыш, что даже не заметил, как старший убрал руки. — У тебя три минуты. Жду на улице возле машины. – Попов встал, перед этим отодвинув за плечи Антона. Оценив сколько ещё вещей осталось он решил, что три минуты мальчишке должно хватить. Окинув ещё раз взглядом Шастуна он вышёл, захлопнув за собой дверь.

***

В машине Антон пытался сделать вид, что его нет вовсе, но раз за разом поглядывал на профиль Арса. Не выдержав он всё же начал говорить. Поначалу это просто был несвязный рассказ, но потом Шаст начал донимать Попова. — Шастун, заткнись, иначе пристрелю тебя прямо здесь и сейчас. – терпению Арсения пришёл конец. Он не мог больше слушать как Антон рассуждает о нём же. — Прямо так пристрелить сможешь? – посмеялся Антон, переводя всё в шутку. Только вот Арсений шутку не оценил. — Ты не понял с кем имеешь дело? – зло прошипел Попов и резко остановившись, что грозило Антону разбитым лбом, достал пистолет. Дуло мелькнуло перед глазами младшего и остановилось у виска. И вот тут, честно, стало не по себе. Мурашки табуном прошлись по телу, а виском Шастун ощущал холод оружия. Молчание было давящим на нервы не только Антона, но отступать Арсений не умеет. Он не хотел настолько напугать пацана, но тот его выводил из себя лишь своим присутствием. Сейчас же смотря в зелёные глаза, которые от испуга стали серыми, и это не шутка. Попов смотрел в глаза и видел вокруг зрачка только серый цвет. Тут-то он и понял, что слишком поспешил. — Блять. Антон, прости. Я не хотел тебя напугать. – Арсений быстро убрал оружие и завёл машину, чтобы быстрее доставить парня домой. Антон молчал. Он смотрел на дорогу и молчал, что давило на Попова сильнее, чем когда тот постоянно говорил. — Ну что мне сделать? Анто-он, ну прости. – начал уже почти умолять старший. Он не понимал почему сейчас извиняется, а не просто молча едет дальше, ведь паренёк то заслужил. Может просто раньше у него не было таких молодых? Видимо так и есть. — Ничего. До дома Шастуна оба молчали. Когда машина остановилась возле подъезда, Антон забрал свои вещи с заднего сидения и вышёл. Арсений ещё раз прошептал «прости» думая, что парень не услышал. Но со слухом у Шаста проблем не было и он отвернувшись поднял уголок губ, понимая, что тогда проиграл бой, а не войну. Война ещё идёт но теперь счёт равный: 1:1 гласит табло в голове.