Душа

Утром Арсений проснулся один. Постель рядом была холоднее льда, что означало про вставшего давным давно Антона. На кухне послышался грохот и следом пару матов. Нашлась пропажа – подумал Попов и пошёл в ванную, чтобы умыться и сходить в душ. На кухне царил батюшка хаос. Парень по имени Антон уже в сотый раз пытался приготовить хоть один нормальный блин. Выходили либо рваные либо вообще не выходили. Когда миска со смесью, из которой собственно и должны были быть блины упала с грохотом на пол, Шаст ну просто не смог держать всё в себе. Он понимал, что этим грохотом и своим отборным русским матом может разбудить Попова, но ничего поделать не мог. Спустя десять минут тишины и убирания пола в проходе показался человеческий силуэт, что обозначало всё таки проснувшегося Арсения. Тот сразу после душа решил одним глазом заглянуть, не развалил ли юноша его кухню. На его удивление всё было цело, но на полу виднелись следы от чего-то, а рядом с ними Антон на коленях сидел. — Блядские панкейки, чтоб их..  – мальчишка не успел договорить. Его речь перебил опустившийся рядом Арсений. Мужчина убрал из рук Шастуна тряпку и поднял его. — Доброе утро, ёжик. – мужчина, взяв за подбородок, легко поцеловал Антона. На что младший лишь придвинулся ближе. — Почему ёжик? – после поцелуя спросил не сильно возмущённый таким прозвищем Шаст. — Подходит тебе, такой же колючий, но до предела милый. – пояснил старший, нажимая кнопку на чайнике и доставая из полки две кружки. В ответ вместо слов послышалось фырчание. — Да и фырчишь как настоящий ёж. – улыбнулся Попов. — Тогда ты лис. Такой же хитрый и умный. – Антон подошёл к Попову и потянулся обнять его. Тот в ответ прижал крепко, чтобы понять, что здесь и сейчас у него есть человек, ради которого он готов на всё. Возможно не стояло бросаться такими словами, но что поделаешь, если всего лишь второй раз в этой жизни Арсений ощущал такое чувство, от которого срывало крышу. — Я прошу тебя, Арс, не грузись. Мы здесь. Мы вместе. А что будет дальше – не важно. Будет смерть, значит так нужно, будет счастье – вдвойне хорошо. – парень поднял голову не разрывая объятий и поцеловал куда-то в подбородок. В ответ получил поцелуй в губы и милую ухмылку. — If anything happens to you, I promise that I'll not act like in the story with Maxim. – перешёл на английский мужчина, зная, что Антон его не поймёт и, надеясь на это всем сердцем. — Что? – переспросил Шаст, отлипая от Арсения и заливая только что закипевшую воду в чашки. — Ничего, ёж. Я сейчас приду. Попов пошёл на балкон выкурить сигарету, чтобы немного всё разложить в голове. Мысли крутились одна за одной и Арсений не мог уловить ни одну из них, пока в какой-то момент не увидел знакомое лицо в отражение стёкол. Антон забрал сигарету в свои руки и сделал затяжку. Мужчина подошёл и один движением притянул стоящего поодаль парня к себе, впиваясь в губы. — Арс, Арс, больно. – Арсений не заметил в какой момент прокусил до крови губу Антона. Он просто пытался не думать, но видимо не получилось. — Прости, малыш. Я не хотел. Прости. – Попов легонько поцеловал ранку и пошёл обратно в квартиру. Антон же решил докурить. На улице уже похолодало, от чего пора бы было переходить на пальто или куртку, а не ходить в худи. — Антош, мне нужно отъехать, буду не скоро, не скучай. – крикнул Попов из спальни, когда услышал, что парень закрыл дверь на балкон. — Куда это ты? – спросил появившийся на пороге юноша. — По делам. Очень важное дело за городом. Когда вернусь точно – не знаю, посмотрим, что от меня хотят. – Арсений очевидно не хотел, чтобы Шаст знал про его планы, и это настораживало. Да, не отменяем факта, что Попов главный в мафии этого города, но всё же. — Ты будешь брать трубку? – с надеждой спросил Антон. — Скорее всего нет, но поверь, я приеду домой в норме. – сказал Арсений и, забрав ключи, покинул квартиру.

***

Дорога была в ужасном состоянии. Арс в который раз на огромных ямах материл всё и всех. Особенно тех, кто назначил ему встречу. Он не понимал суть встречи, но оружие всегда было при нём на всякий случай, да и пара его людей были в курсе и должны подъехать к месту в назначенное время. Место было немного пугающим, как для обычного человека, но Попов привык к таким местам и уже спокойно находился тут. Из окон лился свет, означая, что он не первый приехал. Машин поблизости видно не было. Но это и не так важно. Внутри всё было в пыли и разгромлено. Не удивительно, что человек назначил встречу именно здесь. Пройдя на второй этаж, где собственно и был включён свет, Арсений увидел двух людей, одним из них был Эд, а второй – его давний друг, история с которым закончилась после смерти Максима. Те сидели на потрёпанном диване и что-то бурно обсуждали, но заметив вошедшего, замолчали. — Привет, Арсений. – поздоровался Эд. — Давай к делу. У меня не так много времени, чтобы здесь с тобой беседу вести четыре часа. – Арс остановился в паре шагов от них и достал телефон, проверяя связь. Её не было, что не удивляло, ибо Эд же не дурак назначить встречу в месте, где их могут отследить или кто-то сможет дозвониться. — Хорошо. У меня к тебе деловое предложение. Ты мне часть своих территорий, а я тебе организую встречу с одним человеком, который, уж поверь, очень много для тебя значит. – Скруджи ухмыльнулся и закину ногу на ногу, откликнувшись на спинку дивана, как бы показывая преимущество, не смотря на то, что в этом помещении все знали, у кого на самом деле это преимущество. — Нет. – отрезал Попов и развернулся, чтобы уйти, злясь на себя за потраченное зря время. — Я бы так не спешил с решением, ты подумай лучше. Через два дня скажешь свой ответ и помни, что человек этот настолько для тебя важен, что ты до конца дней будешь жалеть, приняв неверное решение. Арсений ничего не ответил, спустился к машине и уже внутри обдумал слова Эда. Что за человек это может быть. И что там делал тот самый друг Максима, который как думал сам Попов был другом и для него, но оказалось, что это была односторонняя дружба. Неужели тот приехал мстить за то, что главенство досталось не ему, а Арсению? Но это же глупо. Выезжая с территории, Арсений ощутил какую-то тревогу, непонятную для него самого. Связи не было до самого города, когда мужчина заехал в Питер, телефон завибрировал, обозначая несколько сообщений. Антоша 13:40 Арс.. Похоже у меня проблемы. После этих сообщений стало не по себе. Арсений начал звонить Антону. Тот не брал трубку, после чего мужчина позвонил Диме, спросить, может он знает. — Ало? – ответил такой же взволнованный голос по ту сторону. — Дим, что с Антоном? — Я не знаю, он написал всем из нашей компании, что у него огромные проблемы и вышел из сети, больше не отвечая и не берёт трубку. – быстро протарахтел Дима. По звукам было слышно, что он куда-то идёт. — Ты где сейчас? – спросил Арсений, намереваясь встретится и узнать подробности, ибо было стойкое ощущение того, что ему не всё говорят.

***

— Я не делал этого, сколько вам ещё раз повторить? – голос был сильно уставшим, на грани слышимости, ведь Антон просто устал повторять одно и то же. — Кровь на одежде, оружие в руках, очевидцы – это по-твоему не доказательства? –спросил мужчина лет так сорока-пятидесяти. Он третий час допрашивал Антона, а толку ноль: тот отказывался сознаваться и постоянно говорил, что это сделал не он. — Совпадение. Блядское совпадение. – себе под нос пробубнил Шаст. — Я не верю в совпадения. Я верю в факты. И пока что у меня есть все основания полагать, что то был ты. – мент встал со стула напротив и приблизился к нему, заглядывая в потерявшие свой оттенок зелёного, глаза. — Парень, оно тебе надо? Вот даже если, предположим, что ты не убивал, а просто проходил мимо, то как всё указывает на тебя? – мужчина наклонился и уставшим взглядом впился в Антона. Шастун сложил руки на столе и упал на них головой. Его порядком заебало то, что сейчас происходит. Это не входило в его планы. Он тупо хочет к Арсу, чтобы уснуть с ним в одной кровати и не волноваться ни о чём. Но Арс сейчас даже не знает где он и что с ним, что расстраивало ещё больше. Попов его ищет, он ощущает это. Но долго ли ещё будет искать и сможет ли вообще вытащить из этого ада, где твои слова вообще не учитываются. — Я всё сказал. Мент не успел ничего ответить, ведь в кабинет ворвался второй, который был при задержании. — Приказ отпустить парня. – чётко отрезал тот. — Чей приказ? Все факты говорят, что это он, кто мог отдать такой приказ? – уже зло шипел мужчина. — Приказ сверху. Мент ударил кулаком по столу и взял Антона за наручники, выводя в коридор. Там, возле выхода, стоял Попов. Антон был так рад его видеть. Эту наглую ухмылку и уставший взгляд, эти скрещенные руки и деловой костюм и вид будто с иголочки. — Арс, боже, как я рад тебя видеть. – сказал Антон, которого освободили от наручников и отпустили «на все четыре стороны». — В машину. – мурашки табуном пробежали по коже от такого властного и холодного тона. Хотелось задать миллион вопросов почему, но оставалось лишь повинно склонить голову и уйти на улицу в машину. Выбор машины на сегодня немного удивил Антона, который даже не догадывался о наличии такой в коллекции. Audi RS8 стояла посреди парковочных мест. И слишком уж сильно бросалась в глаза, ведь вокруг было парочку жигулей и каких-то Volkswagen. Все сотрудники выходящие на перекур яро обсуждали чья же эта малышка, но как один затихли увидев подошедшего к этой «малышке» Попова, лишь понятливо покивали друг другу головами с выражением типо: «видал? А я говорил». — Арс.. – тихо позвал старшего Шаст, при этом опасливо поглядывая, чтобы убедиться, что ночью его не задушат подушкой. — Что такое? – устало, но без капли зла отозвался Попов. — Я не убивал её. Ты веришь мне? – щенячьи глаза наполнились слезами, на что Арс только закатил глаза и уверенно для Антона, но не для самого себя ответил: «Верю».

***

— Паш, нужно максимум информации по камерам или свидетелей того, что случилось сегодня где-то часа два назад на улице Пушкина, где-то в районе подъездов четвёртого и пятого. – Арс не верил. Себе пытался запихать в голову, что должен верить, ведь его мальчишка не смог бы. У него глаза только от мысли убийства наполнялись бесконечными слезами. Но не верил. Пытался – не получалось, не складывалось в головке то, что должно было сложиться. — Что опять, Попов? – прошипел Воля, которого порядком заебали такие звонки посреди белого дня. — Антон, возможно, убил человека, и мне нужно убедиться, что он этого не делал. – тихо продолжил разговор Арс, ведь где-то через три стены сидел тот самый Антон, который никак не мог успокоиться после случившегося. — Пиздец. Что, мать его, у вас там происходит? – Паша видимо вышел откуда-то, потому что звук стал в трижды громче. — Та не ори, я всё прекрасно слышу. Давай я потом как-нибудь приеду и объясню тебе всё, а сейчас просто найди мне то, что я прошу. Арс сбросил трубку, не желая слышать ещё пару отборных матов от друга и кучу нотаций. Антон в комнате сидел довольно тихо, что скорее настораживало, чем успокаивало. Немного приоткрыв дверь, мужчина заглянул в комнату и увидел спящего юношу, который обнял подушку, пытаясь максимально к ней прижаться. Арс подошёл ближе и сев на ковёр возле кровати, начал медленно поглаживать волосы Антона. Мальчишка на такую ласку приоткрыл глаза и посмотрев в океаны перебрался на пол, устраиваясь на коленях старшего, обнимая теперь уже ногу, а не подушку. — Малыш мой. – прошептал Арсений. — Арс? У нас же всё будет хорошо, да? Ты же меня не бросишь? – с беспокойством спросил Антон, поднимая немного голову с колен и заглядывая в глаза напротив, пытаясь самостоятельно высмотреть ответ. — Ты чего такое говоришь, ёж? Конечно всё будет хорошо, пока я рядом всё точно будет хорошо. – как же хотелось верить в это самому, но разум был настойчивее с мыслью, что пока Арсений рядом, точно не может всё быть хорошо. Ведь там, где Попов, всегда проблемы, всегда падение в неизвестность и этот случай не был исключением. — Я так хочу в это верить. Так хочу знать и быть уверенным в том, что завтра я не буду рвать волосы на себе лишь от мысли, что ты сейчас можешь быть где-то под пулями. От мысли, что мама всё ещё в больнице, от мысли, что ещё полтора учебных года. От мыслей, которые сожрут меня, как только ты уйдёшь. Антон закрыл веки и открыл душу, делясь чем-то таким, что до этого момента казалось величайшим страхом, а сейчас лишь былое. Арсений внимательно слушал и пытался осмыслить такие слова, ведь раньше в каких бы то ни было отношениях ему никто никогда не говорил о том, что боится до потери пульса остаться одному и без присутствия самого Арсения в жизни. — Я сделаю всё, что будет в моих силах, чтобы ты всегда оставался рядом. – прошептал Попов, поднимая тело юноши на руки и ложа на кровать, а после ложится сам.

***

Антон проснулся в объятиях. В комнате была полная тьма, лишь свет от фонаря прокладывался сквозь шторы и освещал кровать вместе со стеной. Потянувшись и пытаясь освободиться, Шаст случайно рукой попал по губе Попова, на что услышал недовольное мычание. — Тебе грушу купить? – спросил сонный Арсений. Антон, тоже не особо проснувшийся, немного затормозил, не понимая связи между продуктом и тем, что он ударил своего парня. — Боксёрскую грушу, дурак. Не съедобную. – заметив замешательство на лице мальчишки, пояснил Арс. — А, так бы сразу и сказал, а не вот это вот. Я вообще нечаянно. – Антон поднялся с кровати и включил ночник, чтобы хоть чуть больше стало света. Основной включать не хотелось, ведь это будет удар по глазам, а они и так болели после истерики. — Ладно, сделаю вид, что поверил. – Шаст выгнул бровь, а Арсений в ответ лишь посмеялся с такого выражения лица юноши. Часы на тумбе тихо пропиликали час ночи. — Ты чего вообще подорвался? Ещё целая ночь впереди, спать да спать. — Та я выспался как-то, не очень хочется. Ты не видел мои сигареты? – Шаст пошарил в карманах не обнаружив ни зажигалки ни самой пачки. — На балконе глянь, я их брал, когда выходил говорить по телефону с Пашей, возможно забыл вернуть. – признался Арсений, возвращаясь в лежачее положение, планируя ещё поспать.

***

Сигареты действительно обнаружились на балконе вместе за зажигалкой. Антон открыл форточку и сел на пуфик в углу, через стекло наблюдая за звёздным небом и никогда не спящим Питером. В доме напротив свет лился лишь с одного одинокого окна. Всматриваясь Шаст увидел силуэт тоже стоящий на балконе и рассматривающий что-то в дали. Сзади послышались шаги, а после на балкон зашёл Попов укатанный в одеяло. — Холодно. – пояснил он свой прикид, после вопросительного выражения лица. — Будешь? – Антон протянул новую сигарету с пачки и зажигалку. — Буду. – Арс поджёг палочку и присел рядом с мальчишкой, точно так же всматриваясь в горящее окно дома напротив. — Так необычно наблюдать за жизнью других, осознавая, что в их истории мы массовка. Просто какие-то незнакомые люди, которые приходят и уходят. – тихо начал говорить Шаст, чтобы не спугнуть ту атмосферу, что витала на этом балконе. — Все люди приходят и уходят. Никто не останется с тобой вечно. Фраза «прошли вместе и огонь, и воду, и медные трубы» используется лишь теми людьми, которые ещё не знают, что такое жизнь. Ничто не вечно, ты устанешь от человека рано или поздно, и хорошо, когда вы устанете вместе, ибо когда устанет только один, то второму будет очень больно. – также тихо продолжил Арсений. Мужчина давно не верил в эти детские «Навсегда». Ведь ещё в подростковом возрасте понял, что никогда не будет навсегда. — Не правда. Нужно уметь говорить и тогда никто не устанет. Если постоянно умалчивать своё мнение или то, что на самом деле происходит, от другого, то конечно кто-то устанет от этой постоянной лжи. – Шастун был уверен в своих словах. Для него главным было доверие и умение говорить друг с другом. Без этого не будет ни одних крепких отношений. — Иногда человеку лучше не знать всей правды. Она может сделать больнее, чем уход человека, который не рассказал эту правду. – Арс докурил и выбросил сигарету в пепельницу, заботливо поставленную Антоном в начале их совместного проживания. А после поднялся и подал руку Шастуну, чтобы тот сделал тоже самое. — Какая это должна быть прада? – наивно спросил парень, смотря в глаза напротив и руками заползая под одеяло, чтобы обнять и оказаться в тепле. — Ну не знаю. Вот например, если бы у кого-то была последняя стадия рака, то эта правда больнее, чем сам уход. Ведь в таком случае близкие больного ощущают огромную боль дважды: в первый раз, когда узнают про это, а второй – когда этот человек умирает. Антон немного задумавшись положил голову на грудь старшему. Спустя пару минут такого положения поднял её и, смотря на глаза, полных чего-то, что было смесью любви и нежности вместе с грубостью и грустью. Ещё немного поразмышляв кивнул, на ранее приведённый пример. — Возможно ты прав, но я всё равно буду жить, стоя на своём, и попытаюсь тебе доказать свою правоту. – усмехнулся мальчишка. Арсений в ответ на такого рода ребячество тоже поднял уголки губ и поцеловал куда-то в висок. — Пытайся. Я не буду против, если ты сможешь доказать мне, что прав. Ну а сейчас пошли спать, утром начнёшь доказывать. Антон закатил глаза, но послушно пошёл, когда почувствовал тычок в спину, призывающий передвинуться вперёд. В комнате всё так же горел ночник в виде лежащего тюленя, который в один из походов в торговый центр выцепил Антон, со словами: «Без него я не выйду из этого магазина». А Арсений что? Конечно он купил эту безделушку. Он конечно мог оставить Шастуна там на всё оставшееся время и спокойно пойти дальше по магазинам, но глаза как у побитой собаки не дали ему это сделать. Антон лёг первым, забираясь сразу под одеялко, брошенное Поповым чуть ранее. Следом лёг и старший, выключая ночник. Шаст уместил своё лицо на груди и уснул спустя минуты две, а Арсений всё никак не мог уснуть. Решив покопаться в телефоне, он увидел сообщение, пришедшее вечером, но незамеченное ранее. Паша 21:37 Антон не виновен. Тупая подстава. Материалы скину утром. На душе сразу стало легче. Теперь он уверен, теперь он убьёт тех, кто посмел подставить его мальчика. Теперь он сможет тем ментам не только деньги заплатить, но и кинуть в лицо листы с доказательствами невиновности. Теперь он сможет спокойно уснуть.