Будет ждать

На самом деле немногие пациенты хотят покидать свои палаты. В палате всегда светло. Здесь царит веселая атмосфера, и все пациенты часто собираются вместе. Ведь если пациенты часто говорят между собой, то это будет способствовать их выздоровлению. Это помогает, по крайней мере так говорят терапевты. Хотя, на самом деле терапевты много чего говорят. Терапевты говорят приятные вещи, например: — О, Баки! Вы как раз читаете один из моих любимых романов. У вас, очевидно, прекрасный книжный вкус. – но иногда они говорят и очень неприятные вещи: — Баки, вы меня не слушаете? Вам сложно сосредоточиться? Вы ведь знаете, что не будете есть, если отказываетесь сидеть прямо. Баки, вы ведь помните, что мы делаем с теми, кто плохо себя ведёт? Вы ведь не хотите туда вернуться? Баки кричит Баки закатывает истерики. Баки плачет. Они не знают Баки. Они не знакомы с его историей, пытками, которым Гидра подвергала его чуть ли не каждый день. Они не знают, что он солдат Второй мировой войны. Они не знают, что он когда-то улыбался. Они не знают, что он был джентльменом. Они не знают, что он когда-то любил и был очень, очень хорошим другом. *** Он никогда не снимает это одеяло со своих плеч. Оно голубое и очень мягкое. Оно дарит ему комфорт. Стив дал ему это одеяло. Одеяло пахнет Стивом: его лосьоном после бритья, кофе, который он так любит, и мятой. Три дня Баки отказывается есть. И терапевты вызывают Капитана Америку, чтобы тот пришел и помог проблемному пациенту. Он ведь герой, он всем помогает. — Тебя все ещё так называют? — спрашивает Баки, ухмыляясь. — Ага, — отвечает Стив. Он садится напротив него. — Тебе нужно поесть. Прекрати отказываться от еды. — Так медсестры всё тебе рассказали. — Именно так. Так что… Баки, ешь. — Стив подходит к нему с тарелкой с тостами. — Их приготовили специально для тебя. Хочешь варенья? Я спрошу, есть ли у них клубничное. Я знаю, что это твоя любимая яго… — Я не голоден. Стив колеблется, а затем откладывает тарелку в сторону. — Почему? — Они преследуют меня. — О чем ты? Кто преследует? Баки вздрагивает. Он натягивает одеяло ещё сильнее. — Ты знаешь кто. Гидра. Они вернутся. Они найдут его. Они выследят его. Они заберут его и проведут над ним новые опыты, и о Боже, он больше не выдержит. Слезы наворачиваются на глаза, и он яростно вытирает их. Он не может плакать. Он не будет плакать. Плакать плохо. Плач вызывает панику у медсестер, а затем врачи дают ему ещё более сильное лекарство, от которого он не сможет двигаться. После него всегда тошнит и клонит в сон. — Воу, воу, — Стив подходит слишком близко, и удерживает друга за плечи. — Баки, успокойся. Никто не придет за тобой, ясно? Я убедился в этом. Ты знаешь, что я прикрою твою спину. Я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Это не имеет никакого смысла. Баки хочет верить ему. Стив — это все, что у него есть. Стив для него все. Стив — единственный человек, который даёт ему повод просыпаться по утрам. Потому что жизнь, которую он сейчас проживает — это ад. Каждый день, каждую ночь его преследуют. Он не может избавиться от того, что с ним произошло. Он не может просто забыть тех людей, которых убивал. Он не может забыть людей, кровь которых была на его руках. Это так просто не забудешь. Это будет преследовать его всегда. Он мылся столько раз, тёр кожу так усердно, что с его рук текла кровь. Но на этот раз, его собственная. Кровь, боль, ужас. Кошмарные яркие воспоминания — они не выходят из разума. Его глаза прекрасны. Глаза Стива светятся. Баки скучал по этим глазам. Такие милые, чудесные глаза. — Ты собираешься покинуть меня. Ты собираешься уйти. — Баки — Стив сглатывает. Затем он глубоко вздыхает. В глазах Баки страх. Страх, боль и печаль. Сердце Стива снова разрывает на кучи кусочков. И ему надоело, что он ломается снова и снова. Каждый раз, когда он приходит сюда, его сердце разбивается. Смотреть на это и видеть, что они с ним сделали это выше его сил. Проклятая Гидра. Дьяволы. Стив их ненавидит. Что он может сказать? Что он должен сказать? Я скучаю по тебе. Я скучаю по тебе, моя любовь. Каждый день. Все время. Я скучаю по тебе. Я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя. И я всегда буду любить тебя. — Мне так жаль — дрожащим голосом произносит Стив. Ему плохо. Крик отчаянно рвется к горлу, но он сдерживается. Столько сил нужно, чтобы держать себя в руках. Чтобы самому не сойти с ума. Чтобы не впасть в безумие, в которое упал дорогой ему человек. Он не может следовать за Баки в эту темную пустоту, в которой нет ничего, кроме отчаяния и ужаса. Все эти лица. Эти уродливые, безумные лица. Иглы. Белые лабораторные халаты. Снова лица. Ужасные, ужасные лица этих учёных. Баки напрягается. Он не хотел его расстраивать. Только не снова. Его руки держат затылок Стива. Они дышат вместе. Стив закрывает глаза и сжимает челюсти. Вот что стало с Баки. Он теперь встревоженный, боящийся всего человек. Их пальцы переплетаются, и они сжимают ладони. Чтобы успокоиться ему нужно пять секунд. Один Два Три Четыре — Я не смогу тебе отпустить. Никогда. Пять. Стив падает на колени. Лёгкие Баки начинают болеть — ему нужен воздух, ему нужна разрядка, ему нужно пространство, чтобы дышать — и они целуются. Поцелуй. Что-то запрещённое, но то, что им так сильно сейчас нужно. Везде. Стив везде. Всюду. Его дыхание, его губы, его руки, его волосы, его нос, его грудь. Баки дергает его за воротник. Их губы вновь соприкасаются, Стив задыхается, тянется для ещё одного поцелуя, но они останавливаются. — Если ты меня отпустишь, то я не выживу. Стивен упирается лбом в лоб Баки. Он всхлипывает, зарываясь руками в волосы Баки. Они неподвижны. Они в объятиях друг друга. Мира для них нет. Он подождёт. Этот момент короткий. Такой красивый, но такой короткий. Они оба это понимают. Никто не смеет тратить его. Они просто сейчас есть друг у друга. Но в конце концов, время идёт им наперекор. Руки Стива соскальзывают с тела Баки, не задевают голубое одеяло, и он встает на ноги. Он высокий. Он сильный герой. Он никчёмный. Он не может помочь Баки. — Я буду возвращаться за тобой. Каждый раз. Баки верит ему. Он верит ему. Он ему верит. Стив выдыхает. Он все равно не готов уходить. Совсем не готов. Он протягивает руку, и они целуются, но это заканчивается слишком рано. Баки смотрит, как Стив разворачивается и уходит. Он все еще чувствует запах мяты, лосьона после бритья, все еще чувствует его вкус на губах. Тепло его голоса растворяется в стенах. Баки будет ждать. Всегда.