Каждой организации нужен отдых

Итак, на одесском пляже можно делать четыре вещи: купаться, загарать, жрать пахлаву и бухать. Ещё конечно можно было зарыться в песок и сдохнуть нахуй, но это решил практиковать только Лавкрафт, Джон тем временем активно пытался его растолкать, даже чуть не пизданул, но Говард вовремя открыл глаза и все остались целы. Вся оставшаяся гильдия решила отдыхать по своему. Например Люсси стрила замок из песка с рандомными детьми. Замок получался откровенно всратым и больше походил на наваленую вместе кучу говна, а по этому Люсси, ничего умнее не придумав пробурчав детям что они безрукие пиздюки и fucking assholes разьебала замок к хуям собачим. Эдгар сидел под зонтиком и смотрел как его енот ворует какую-то сомнительно-уебанскую еду у плавающего туриста. Такая деятельность Карла одобрялась только в случае, если он принесет кусок жрачки и самому По. Маленький енотик подбежал к нему с трубочкой со сгущенкой в зубах. Поблагодарив Карла за проделанную работу Эдгар разделив трубочку напополам отдал половину Луизе, которая если честно пиздецки не оценила такое ухаживание, но хули поделаешь когда ты влюбленная стесняшка, улыбнулась и поблагодарила. Купаясь вместе Натаниель и Маргарет в очередной раз о чем-то посрались и начали брызгать в друг-друга злоебучей водой. Победила Маргарет, но лишь потому-что подняла потоком ветра гребаную волну и хуйнула ей в ебало священника, злорадствуя в последсвии. Марк, устроил шутинг из водного пистолета Герману и Френсису, за что последние захотели ему въебать, но смолчали, а вот когда струя попала в Люсси–она молчать не стала. —А НУ ИДИ СЮДА ПИДРИЛА НЕСЧАСТНЫЙ! По ощущениям примерно час Марка гоняли по всему пляжу, пока он агрессивно отстреливался. —ТЫ СУКА НЕВМЕНЯЕМАЯ! Неизвестно чем бы это закончилось, если бы на горизонте не появились угроза номер один. —Хелоу май инглиш френдс! К компании беззаботно резвящейся гильдии подошел никто иной как Николай Гоголь собственной персоной. "Пиздец" подумали гильдийцы. "Пиздец" подумал стоящий рядом с Гоголем Достоевский. —Ай вери рад ту пригласить ю бухать к нам в номер! Похоже Федор пробил себе лоб рукой от злоебучего кринжа. Признаться честно он и сам не знал этот ваш факинг инглиш, но прекрасно знал, что Коля спизданул хуйню. Фиц вспомнил единственную фразу на русском которую знал. —Ti sho eblan? В ответ Николай восхищенно на него посмотрел, а затем обернулся к Федору, который все ещё корчился от приступа кринжа от этого межкультурного взаимодействия. —Смотри! Он даже "шокает". Уже считай месный. В итоге кое-как через гугл переводчик Гоголю удалось донести да гильдийцев сию ахуенную информацию и хз какой черт дернул Френсиса согласиться. Оказалось что гильдия живет в одном отеле с Федором и Николаем, чему они были пиздец недовольны, потому-что хуй знает, что эти двое отчебучат в следующий раз. В холодильнике у парей оказались несколько огромных ящиков пиваса и немного самогона от Николая, от которого за километр несло погибелью, и который никто не рискнул бы попробовать, так ведь? Достоевский включил музыку, но Гоголь попросил выключить Чайковского и включить что-то адекватное и желательно связаное с этим городом. Федор недолго думая начал пародировать Пушкина из крыс мертвого дома, за что Коля кинул в него его ушанку. —Да он тут жил, но нужно включить что-то НОР-МАЛЬ-НО-Е! В итоге из пердяще-крехтящей колонки заиграла "Ай Одесса, ой Одесса пацаны не стойте у подъезда". Гоголь взял банку пива открыл ее и поднял руку делая сказать тост. —За Одессу-маму! Гильдия тоже подняла банки пива толком не зная за что пьют, но догадываясь, а пить за этот город всегда приятно. Спустя около часика знатно подвыпившие гильдийцы уже учились и одесскому жаргону и украинским матам и еще всякой хуйне. Достоевский и Марк хуярили самогон Гоголя, и даже понижали градус пивом, возможно потому-что не хотели видеть весь этот кринж, ведь Гоголевский самогон явно был по меньшей мере сотку градусов, по крайней мере тек показалось Марку. —Летс гоу плей бутилочка!—Гоголь поднял пустую бутылку из под алкоголя над головой —Рано или поздно эта бутылочка окажется у тебя в жопе.—Федор предупереждал Так или иначе в итоге почти все они действительно расселись в круг, кроме Джона, Говарда, последний просто заснул на пдече у Стейнбека, а тот не хотел его будить и внезапно... Германа? Впрочем все, даже обычно трезвые Луиза и Эдгар уже были слишком пьяны, чтобы разбираться, сели так. —Кручу первй! Гоголь крутанул бутылку и она остановилась на Федоре, как неожиданно. Достоевский видя такой движ попросил перекрутить, но Гоголь уже полез целоваться. —Помогите блять! Насилуют!—Федор кричал отбиваясь от Гоголя. Гильдия решила не лезть в их брачные игры, а потому решили продолжить играть. Крутить заставили Эдгара. Будучи человеком очень застенчивым он долго отпирался от этой игры в целом, но в итоге сдался под напором. Покрутив бутылку она указала на Луизу и гильдия заскандировала почти хором: —Целуй! Целуй! Даже спящий Лавкрафт открыл глаза чтобы посмотреть, что за ебаный пиздец тут происходит. По робко отвел взгляд и быстро прикоснулся к губам Луизы своими. Гильдия ликовала. Далее следовало несколько совершенно не интересных чмоков. Примечательным был лишь поцелуй Маргарет и Натаниэля. Никто не хотел в нем уступать и в конце они казалось подерутся, но остальным было определено весело на это смотреть. Другим, впрочем все-равно менее примечатеельным экземпляром стал поцелуй Марка с кулаком Люсси, отнюдь не из за очередной злоебучей драки, а из-за того, что в конец пьяный от самогончика Марк промахнулся, упал, поцеловал кулак Люсси и проехался носом по паркету. Его и оставили там лежать. Если бы Федор не был занят попыткой отогнать от себя Гоголя, сказал бы что тот слабак. Тут дверь резко открылась и в нее вошел Герман с огромным арбузом подмышкой. Глядя на такое даже Гоголь оторвался от издательств над достоевским которые он до сих пор продолжал. —АРБУЗ! Сегодня каждому в пьяной компании досталось по дольке арбуза и это определенно было самое лучшее что было за этот день. —Ай нид севен минет ин хавен! Тут Достоевский уже не выдержав наплыв сомнительных идей запихнул Гоголя в шкаф и закрыл его сам с собой. —Дежи лучше севен минетс ин хел сука, почувствуй себя на моем месте и пообщайся с собой. Возможно Николай и проведет там всю ночь, униженый и оскорбенный. Достоевский наконец смог выдохнуть спокойно и совсем бы расслабился, если бы не стенания из шкафа, да такие сильные, что в какой-то момент Федору захотелось его пристрелить. —Донт ю хев а ган?—Акцент Федора был ещё хуже чем у Гоголя, но слова хотя-бы были более разборчивыми. —ДА ПОНЯЛ Я ВСЕ, ПОНЯЛ, СУКА ТЫ!!!! Марк поднялся на ноги, не без помощи Люсси, но как только она отпустила его, он грохнулся спиной в открытое окно. Благо номер был на первом этаже. Люсси громко выругалась поняв, что это злоебучее тело тащить придется ей. —Совсем слабак.—Хмыкнул Достоевский. Карл видя, что Эдгар отвернулся на эту злоебучую картину тихо пробрался на стол и начал немного лакать неодпитое хозяином пиво. Увидевшая это Луиза тихо усмехнулась и кивнула еноту в знак того, что она ничего не скажет По. Герман и Джон крайне увлеченно обсуждали что-то о садоводстве, пока на коленях Джона дрых бухой Говард. По правде, если бы он не пил, он бы тоже так спал. Стейнбек лишь мягко поглаживал полосы Лавкрафта стараясь не разбудить продолжая вести пиздец какую улекательную беседу о редьке и патиссонах. Маргарет и Натаниэль допивали оставшееся пиво говоря глупые тосты и немного флиртуя, все равно ведь на утро ничего не вспомнят. Им пора было признать что им просто было хорошо вместе но они оба это отрицали, словно бы это была какая-то ужасная слабость. Только Френсис стоял один у окна, смотрел на ночную Одессу и размышлял. Этот город определенно нравился Френсису и именно сейчас пьяный, в разгаре странной вечеринки он четко осозновал, что что-то в этом городе есть особенное. Да, он яно не зря притащил их именно сюда. —А нау самый бьютифл человек ин зис комната он голосование сядет он зис бутилка!—Гоголь, выбравшийся из шкафа через свою способность покрутил в руках бутылку из под алкоголя. —Я же говорил, что эта бутылка окажется у тебя в жопе!—Федор злобно улыбнулся. В итоге бутылка действительно оказалась в заднице у Гоголя, но не из-за того, что Федор и гильдийцы посчитали его самым красивым, нет конечно, кто будет следовать уебанским правилам этого ебнутого наглухо шута, а потому-что этот пидор всех уже в край заебал, а в особенности Достоевского. Спустя ещё около часа гильдийцы разбрелись по своим номерам и Френсис был не исключение. Доковыляв до своего номера он отрыл его, включил в нем свет и вздохнул. В этом городе действительно было что-то волшебное. Он сплачал людей, причем абсолютно всех, даже тех, кого было сложно сплатить, он зажигал внутри что-то и оно горело ярким пламенем в душе. Сейчас Фиц твёрдо осознал, что он влюблен в этот город по настоящему. Он чувствовал станное ощущение, жизни и невероятной энергии, которую он не получал больше нигде. Он ощущал, что его сердце бьётся сильнее, от этого чувства, а возможно просто от алкогольного опьянения, если вы не романтик, кто вас знает. Но Френсис точно романтиком был, а потому решил, что обязательно вернётся сюда ещё раз. Кажется была примета, что нужно брлсить монетку в море или фонтан чтобы вернутся в это место снова? Френсис накинул пиджак, так как в ночное время на улице было достаточно холодно. И вышел из отеля. Ему пришлось спуститься по нескольким лестницам, чтобы достигнуть моря, очень не повезло, что Одесса стоит на холмах, потому-что подниматься по ним, ещё и пьяным, будет тяжело. Но все было не зря. Френсис достал из кармана монетку номиналом в одну гривну и улыбнувшись кинул в море. "хочу вернуться"