Злодей получит счастье

Алвис Хотерсон, сын проститутки из баронского рода Хотерсон. Был тайным внебрачным сыном императора. До своих 18-ти лет жил как единственный наследник рода Хотерсон, и все думали, что он только будущий барон. Но на дебюте принцессы, звезды империи, его официально представили перед кровным отцом и заявили о его правах на трон. Ребёнок, которому наплели, что он сын, о котором мечтал император, и что тот будет рад их встрече, слепо верил и ждал появления в своей жизни отца, в котором он так нуждался. Но мечтам этим не суждено было сбыться... У императора на тот момент уже была возлюбленная и та, кому Алвис завидовал больше всех и хотел получить её место. Фиона Эмруд Хедок, единственная общая дочь императора и императрицы и воплощение их любви. Звезда империи, которая была любовью народа и мечтой не только аристократов империи, но и принцев всего материка. В добавок ко всему, она была папиной дочкой. Что означает, что отец готов был отдать мир, лишь бы его ребёнок был счастлив. Именно она главная героиня истории "Принцесса Луны". Героиня романа с ванильной историей. А кто же тогда её брат? Алвис Хотерсон или в будущем Алвис Эмруд Хедок . Принц, что был сыном императора и проститутки баронессы. И главный злодей произведения. Юноша, которого сразу представил как возможного претендента на трон его двоюродный дедушка. Император не проявил к нему тех чувств, что ожидал юноша. Отец публично пусть и принял сына как принца, но даже и близко не разглядывал его кандидатуру как наследника. Всё время, как бы парень не лез из кожи вон, его сестре было достаточно улыбнуться, чтобы получить похвалу от отца, а принцу только принять факт, что похвалы для него не будет. Погодите, неужели это реальность? Я действительно прожил первую жизнь как злодей новеллы? Нет, это же бред! Я бы мог принять, будь я кем-то из реальной истории, я бы ещё понял. Но как вышло, что я буду злодеем глупой истории про романтику?! При том, что я злодей, который должен сдохнуть! Ладно. Ладно. Если это так, в этом должны же быть плюсы, разве нет? Я же должен найти что-то позитивное во всём этом, раз это правда. Например то, что я знаю своё будущее и, если те слова про смерть раньше времени правда, значит я смогу предотвратить. Но... Чёрт. Саму новеллу сложно было читать, после прочтения одной главы нужно было ждать три часа, чтобы начать другую главу. И я как раз остановился перед главой с названием "Смерть злодея", ибо её ещё не загрузили. Да какого чёрта я такой везучий?! Послышался скрип двери, обернувшись вижу, как к столу идёт та самая горничная и ставит поднос с едой. Я пару секунд смотрю на неё, после она говорит: — Если ты не будешь это есть, то будешь голодать до ночи — говорит она. Я подошёл к столу, поскольку почувствовал, как бурчит мой живот. Сев за стол, я посмотрел на еду, хотя это невозможно называть едой. Мало того, что порции ужасно малы, так ещё и видно, что еда не первой свежести. Я посмотрел на женщину, она так похожа на мою мачеху, та тоже могла дать холодную еду или просто подогреть уже испорченную. — Что? Ты не будешь этого есть? — спросила она. Хах, я стряпню мачехи ел только до 12 лет и после поставил её на место, думаешь, меня заставит прислуга вроде тебя есть? Я со всей силы пнул поднос с едой, и она испачкала одежду этой женщины. — Не буду — сказал я и холодно посмотрел на неё. Раз уж я здесь родственник твоего хозяина, значит, ты должна подчиняться и мне. Плевать, что я ребёнок, уважение ко мне у тебя должно быть. — Бастард глупый! Деревенщина, как и твоя мать! — закричала она на меня. Я не боюсь, живя с матерью, а потом с отцом и его пассией, я привык к таким крикам. Даже если я буду умирать от голода, лучше так, чем есть отходы. — Лидия, ты в своём уме? — в комнату зашла ещё одна служанка. — Дарья, этот бастард совсем из ума вышел! Он... — начала женщина. — А ты, я смотрю, забыла слова господина — перебила Дарья женщину — что? Думаешь, его слова были только на один день? Думаешь, за подобное тебя не выгонят отсюда? Или тебе не нужна работа? — Да пошла ты... — женщина ушла из комнаты и захлопнула двери. — Господин, примите мои извинения за этот инцидент. Если хотите, я сейчас же принесу Вам любую другую еду — её голос был спокоен, она наклоняет голову, даже не смея поднимать на меня взгляд. Я внимательно посмотрел на неё. Девушка на вид моя ровесница из той жизни. В её коротких сиреневых волосах видна лента, а когда она слегка подняла голову, я вижу её опущенные глаза голубого цвета. — Да, я всё ещё хочу есть — я не знаю, что мне съесть сейчас, в прошлой жизни, если еда была нормальной, я ел молча, несмотря на то, нравилась она мне или нет. — Если Вы не против, я принесу вам обед, только он будет лёгкий, поскольку вы недавно вышли из комы и вам не стоит много есть — предложила женщина. — Да, пожалуй — я согласился, она тут же ушла, и я остался один. Теперь мне предстоит отвыкнуть от прошлой жизни и начать привыкать к новой жизни. Моя прошлая, точнее будущая вторая жизнь, теперь в прошлом. Если бы меня сейчас спросили, скучаю ли я по ней, я бы ответил, что нет. А что меня там держит? У моих родителей свои семьи. Для них я лишь напоминание о прошлом и своём неумении предохраняться. Других родственников я не знаю и не хочу знать, как и они. По школе я уже не скучаю. Там только скучные уроки и травля от одноклассников, моих и сестры. Может, учителя будут вспоминать обо мне, как об отличнике, который хорошо учился. Но хоть не нужно будет мучиться ради диплома. Друзей у меня не было, ни в школе, ни на улице, где я жил. Отец считал, что мне нужно уму разуму набираться, но в итоге я пожалел, что прислушался к нему. Может, я буду скучать по технологиям, что там есть. У меня на телефоне пусть и не было игр как таковых, но так я мог хотя бы скоротать своё время в одиночестве. Спустя некоторое время ко мне зашла та служанка с подносом еды. На этот раз еда свежая. Теплый гороховый суп, гречневая каша с варёным яйцом, немного печенья и чай. Это не шведский стол, как в фильмах, однако это лучше, чем в прошлой жизни, и лучше, чем было до этого. Пока я ел, Дарья убрала остатки той прошлой еды. После чего она ожидала конца моей трапезы. — Господин, скоро прибудет барон Хотерсон и леди Астрид, я могу подготовить вас к их приезду, если вы не устали — сказала девушка, убирая тарелки со стола. — Я не устал — физически я полон сил, однако морально после смерти и попадания сюда, с каждой минутой мне морально тяжело, поскольку я не был готов ко всему этому. Дарья повела меня к небольшому шкафу. Одежды было немного, и не вся она пригодна для одевания, но одна одежда была более-менее хороша.

***

Выйдя к парадному входу в дом, я вижу, как служанки этого дома (которых было меньше десяти), словно солдаты, встали по обе стороны дороги, ожидая приезда главы этого дома. Дарья отходит от меня и встаёт в один ряд с остальными. Слышу ужасный скрип ржавых ворот, от которого у меня мурашки по коже пробежали, после цоконье копыт даёт мне понять, что карета уже прибыла. Перед моим взором видна карета, которая, кажется, скоро развалится. Дворецкий подходит к ней и открывает двери. Из неё выходит мужчина, который по мне и близко не похож на барона, а больше на варвара. Да, на нём есть костюм, пусть и не новый, но это единственное, что я вижу в нём схожего с аристократом. Русые волосы, собранные в две косы и длинную бороду-косу. Так это он? Бер Хотерсон, барон и мой двоюродный дедушка? В истории про него можно было узнать по слухам от слуг принцессы. Барон, что почти не был известен до моего появления во дворце. Раньше он не признавал меня как своего родственника и говорил, что я бастард и буду носить его фамилию только после смерти. Но потом... — Ох, вот и наш будущий "барон" — выделил он последнее слово, и не ясно говорит он, что я действительно его наследник, или он шутит. Когда я встретился с ним взглядом, его голубые глаза смотрят на меня и будто проверяют поверхностно моё состояние. Прямо как в школьной больнице. Он посмотрел на меняя и уже по глазам знаю его мысли о том, что если я стою на ногах, значит здоров. — Ох, Елвис... — начал он и погладил меня по волосам, и я мысленно закатил глаза. — Господин, его имя - Алвис — поправил дворецкий. — А я как сказал? — разозлился этот старый ворчун. — Ну, вы... — начал мужчина, но барон перебил его. — Не важно, важно то, что у меня сейчас нет времени и мне нужно в свой кабинет — он обошёл меня, словно он и не говорил со мной. М-да, что там, что тут я пустое место. — Алвис! — послышался чей-то крик. Я удивлено смотрю в карету и вижу, как из неё выходит женщина. Длинные непослушные волнистые волосы золотого цвета, а её ясные как небо глаза смотрят на меня. — "Это та самая Астрид Хотерсон?" — подумал я. А ведь я на неё очень похож. Она подбежала ко мне и нежно обняла меня. От непривычки к такому я очень удивился. Она играет хорошую мать? Или действительно волновалась за меня? По истории о ней тоже мало чего можно было узнать. Было ясно, что в светских кругах она была известней барона, и понятно почему. Хоть до сих пор было загадкой, как она смогла познакомиться с моим отцом и слухи при этом не пошли. — Алвис, как ты сейчас? Ничего не болит? — спросила она. — Н-нет — ответил я после минуты шока. — Пойдём поедим, я привезла твои любимые сладости — она взяла меня на руки и понесла в дом. Мне немного непривычно от всего этого. Эти объятия, эти теплые слова. Всё это для меня такое чужое, непривычное, странное. — "Не мешай мне" — вспомнил я слова матери. Она часто это говорила, когда я что-то от неё хотел. Я часто вспоминал её слова. Она никогда не обращала на меня другое внимание, только крики, недовольства и унижения. Я никогда не слышал от неё что-то хорошее, только то, что заставляло чувствовать себя виноватым во всём, стоит ей только заговорить со мной. Астрид посадила меня на диван и присела на корточки рядом со мной, держа мои руки. — Алвис, как ты сейчас себя чувствуешь? Может у тебя дискомфорт какой-то есть? — спрашивает она у меня. — Нет, я ... Всё хорошо — ответил я. Эти глаза. Они смотрят с такой добротой ко мне. Она переживает за меня, за моё здоровье. Она заботится. Я ей действительно важен... —"Как ты достал! Другие дети уже в твоём возрасте стихи учат, а ты даже говорить толком не научился. Я тебя рожала не для того, чтобы мне было стыдно" — снова. Снова эти крики. Эти крики были со мной всегда. Ещё с садика, как только воспитали и учителя хвалили меня, я вспоминаю эти слова. Слова о том, что я бестолочь, что я только и умею что глупить. Достало. — Тшш, Тшш — м? Эта женщина шепчет, только не для того чтобы я притих, а будто успокаивает. Её пальцы прошлись со моим щекам, вытирая что-то влажное. Слёзы? Ох, я плакал перед ней, пока вспоминал всё это. Она волнуется за меня. Не кричит, чтобы я перестал, потому что её это раздражает. Она успокаивает, как мачеха мою сестру, когда я её ударил. Так ласково и так тепло. — Что случилось, Алвис? Если что-то беспокоит, можешь мне рассказать — говорит она. — Мне .... — я быстро пытаюсь придумать ложь, чтобы она не беспокоилась за меня и чтобы я не выдал себя — мне было страшно, было темно и страшно. — Ох, солнышко, сейчас всё позади, тебе не нужно бояттся. Теперь я рядом с тобой и нам нечего бояться — говорит она. Её нежный голос такой прекрасный, я чувствую, словно сейчас всё хорошо, что мне ничего не угрожает в будущем, что всё, что было раньше, уже не так важно. Я чувствую себя словно под защитой сейчас, под защитой от всего мира, в котором мне нужно выживать. — Спасибо, мама — поблагодарил я. Я встал с кровати, подошёл к ней и крепко обнял её. — Я тебе принесла твоих любимых конфет, может, они тебе поднимут настроение — давно меня не угощали сладостями, в последний раз это было на свадьбе какого-то родственника. Такую роскошь мы себе позволить не могли. — Да, я хочу конфетки — стараюсь делать из себя счастливого ребёнка. Сейчас в такой ситуации мне не помогут сладости, особенно вспоминая, что ждёт меня впереди. Но может хоть облегчить мои страдания, от всего тяжёлого, что со мной происходит, помогут конфеты. Она достала из тайного кармана конфеты и дала их мне, я с радостью начал смотреть на обертки, что так и светятся разными цветами.