Злодей получит счастье

Весна наступает довольно быстро, на улице уже вовсю начинает цвести. Мама наконец-то разрешает мне выйти на улицу. Но, даже не смотря на её разрешение, она всё равно одевает меня так, словно на улице ещё холодная зима. — Мама, мне же не холодно — ною я. Хоть я и взрослый, но, если мне дают шанс побыть ребёнком, стоит им воспользоваться. — У тебя слабое здоровье — обычная отговорка мамы, как и в день, когда мы ехали в город. — Госпожа, к нам господин, просил предупредить, что к нам едут гости — Дарья входит в комнату и сообщает новость. — Правда? Кто же? — спрашивает мама. — Барон Фолброт и его внучка — ответила Дарья. Фолброт? Да вы издеваетесь? Алиса Фолброт. Она являлась моей невестой. Это не был союз из-за любви, скорее из-за выгоды. Барон Фолброт был один из тех аристоратов, кто знал о моем родстве с императором, именно он был первым, кто помог мне с финансами, но взамен я должен был стать женихом его внучки. Ох, ещё один придурок, что гоняется за властью. И, несмотря на всю мою "привязанность" к ней, эти два барона хорошо постарались, чтобы наша помолвка была официальной и я больше ни на ком не мог жениться. Но в этом случае я должен сделать всё, чтобы этой помолвки не было, иначе она много чего мне испортит.

***

Когда мы вышли на улицу, там уже во всю общались барон Хотерсон и другой мужчина, который, видимо, и есть барон Фолброт. Оба курят сигареты и всё время смеются о чем-то. — Здравствуйте, Барон Фолброт, рада встрече с Вами — мама приветствовала барона, и тот, лишь посмотрев на неё, скривился и отвернулся, продолжив разговор. — Алвис, пойди сюда — позвал меня мой родственник, не обращая внимания на маму. Я покорно пошёл к нему и встал рядом с ним. Он положил свою руку на моё плечо и заговорил о мне. Какой я славный и прелестный мальчишка. Я лишь поднял свой усталый взгляд на другого барона, и тот ещё больше скривился. — Малец похож на отца — тихо говорит он — мелкий, хилый, слабый. Но взгляд холодный. Я прекрасно вижу, что для него я противен. Может, он почему-то не возлюбил императора и поэтому, смотря на меня, ему противно. Мне это только на руку. Барон Фолброт – один из богатейших баронов. По книге многие удивились, что он разрешил брак внучки со мной, ведь он терпеть не мог драконов и не хотел иметь с ними ничего общего. Даже отказался от дочери, что вышла замуж за графа из древнего драконьего рода аристократов. Но так зачем ты тогда пошёл на эту авантюру? — Кровь может у него и императорская, но он вырос в семье гордого клана Хотерсон. — Я ещё подумаю над этим предложением, но всё ещё сомневаюсь, что мне нужен такой зять — он не согласился? Он пусть и стал аристократом и живёт как аристократ империи, но, видимо, он не готов полностью привязываться к драконам, даже за такую цену. Видимо, было приложено немало усилий, чтобы семья Фолброт согласилась на эту сделку. Этот старик, видимо, долго ломался, пока не согласился на сделку, вряд ли согласится даже через год после предложения. И, если повезёт, достаточно одного действия, чтобы он отказался, а если это действие слишком серьезное, то он откажется полностью от этой сделки. — Тогда спроси у внучки, уверен, эта милая мордашка ей понравится — я тебе не щенок, чтобы нравиться маленьким девочкам из-за лица и милоты. — Раньше, в нашей семье, чтобы получить любовь женщины, нужно было убить медведя, чтобы подарить ей шубу, драться в бою с другими мужчинами за её внимание, быть тем, кто может прокормить семью и защитить её. А что сейчас? Парню достаточно иметь милую внешность слабого щенка, а женщина готова раздвигать ноги кому угодно, хоть всем подряд — возмутился барон. Ну и душнила конечно же. Надеюсь, такие как он скоро останутся только в истории. — Дедушка, мне скучно — неожиданно я услышал детский голос позади того барона, и к нам подбежала девочка. Она моего возраста, однако одета она слишком просто, как для внучки барона, и вся испачкана. В моей прошлой жизни, даже когда не хватало денег на одежду, она всегда была чистой, и я следил, чтобы она не испачкалась, ибо понимал, что мне за это дома будет. Но эта девчонка даже на фоне Гретты в наш первый день знакомства выглядит куда беднее и грязнее, в то время как Гретта была хорошо и аккуратно одета. — Тут как раз двое детишек есть, можешь пойти и поиграть — сказал её дедушка. Барон быстро толкнул меня к ней, чтобы я тут же подошёл к ней и начал играть с ней и заводить дружбу. Спасибо, что хоть не под венцом познакомились. — Привет, я... — я не успел договорить, как она тут же взяла меня за руку и мы побежали в глубь сада. Когда мы прибежали туда, она тут же отпустила меня и быстро села на качели. Я, пытаясь восстановить дыхание, смотрю на неё, и замечаю что в её взгляде видно интерес и она осматривает меня, словно вещь. — А какое у тебя второе имя? — спросила она. — Второе ик... Второе имя? — не понял я. — Да. Поскольку викинги больше не могут называть себя и своих детей детей именами викингов официально, то вторые неофициальные имена будут как у настоящих викингов — объяснила она. Хм, я даже не знал, что у нас есть такие традиции. — ИК — да же это такое? Эта икота мешает мне — его нету ик у меня. Ну, в истории этого не было написано, да и не думаю, что на это было время. — А мне кажется есть — сказала Агата — как насчёт Иккинг? — М? — так второе имя это что-то на подобие прозвища? Ну, у меня были прозвища раньше, но они были очень обидные, но Иккинг кажется не настолько обидным. К нам подбегает Гретта, берёт меня за руку и быстро прячется от незнакомки за мной. Агата это восприняла не очень хорошо, что видно по её злому лицу. — Кто это? — спрашивает Агата и встаёт с качелей. — Это Гретта, моя приёмная сестра — ответил я. — Сирота из приюта? Неужели бастард, которых дедушка терпеть не может — вот и выпустил змеёныш зубки свои. Пускай одета недорого и запачкалась, пока играла, но стоит увидеть кого-то, кто чем-то хуже неё, сразу начнёт нападать как на мышь. Это я прекрасно помню, от таких так просто не избавиться. — С чего бы это она бастард? — я тоже бастард, но, видимо, сейчас она либо не знает, либо не придирается к детям аристократов таким способом. — Дедушка говорит, что от брачных детей не отказываются — много ли твой дед тебе говорил, но порой острый язык нужно обрезать. — А тебе какое дело, бастард она или нет? — уже злюсь я. — Бастарды – это воплощение грехов родителей — отвечает она — они – это всё плохое, что было в жизни их родителей. Так дедушка говорит.

***

—"Мелкий у тебя глупый как его мать, наверное?" —"Ага, покарал Господь таким ребенком ту вертихвостку. Если бы родился девкой — в детдом бы отдал и отказался от такого ребёнка"

***

—"И зачем барон оставил этого мальчишку? Малышу нужно невесту искать, а кто за бастарда такого слабого свою дочь отдаст?" —"Ага, мать его видимо хорошо ноги раздвигала, но видимо перед инвалидом очень хорошо раздвинула, раз это родилось"

***

Первый диалог я прекрасно помню, тогда это говорил мой отец и его знакомый. Но второй я не помню, кто говорил, но это могут быть воспоминания до возвращения сюда. Как же я ненавижу. И там и тут меня не принимают из-за того, что я бастард. Хотя нет, таких, как я, не принимают просто из-за того, что вину родителей перенесли на нас. Как же я это ненавижу. — Ааааа — в реальность я вернулся после крика. Когда я пришёл в себя, эта девка уже сидела на земле и, схватившись за голову, начала реветь. Когда я опустил взгляд на руки, увидел в них пучки её волос. Хах... Кажется, я вышел из себя... — Агата! — её дедушка подбегает к ней и отталкивает меня от неё. Я упал на землю, а Гретта подбегает ко мне и обнимает меня. Я вижу, что ей страшно и понимаю: теперь мне не отделаться, но даже так я рад, что план этого ублюдка провальный.

***

После того, как барон с трудом успокоил того старого деда, он взял меня и утащил в дом. Мама пыталась остановить его, но он только накричал на неё. Я понимаю, что меня ждёт наказание за подобное, но мне всё равно. Я смог добиться того, что мне нужно было. Он увёл меня в мою старую комнату, где я раньше жил, и швырнул на пол. Барон взял из вазы пару сухих веток с шипами. Я, сам того не осознавая, начал отползать от него дальше. — Сними пальто и кофту — скомандовал он. Трясущимися руками я быстро снял всё, и на мне осталась одна рубашка с короткими рукавами. Всё тело дрожит, и моё горло сдавил ком. Барон подошёл ко мне и развернул меня спиной к себе. Я чувствую, как ветки с шипами раздирают мою кожу. Я кричу во всё горло, и слёзы моментально стекают из моих глаз. Я чувствую боль, чувствую, как кожа горит после удара. Через несколько секунд он снова ударил по спине. Потом ещё раз, и ещё... Господи, как же это больно. Какая адская боль. Моя кожа на спине просто горит, горит без остановки, я чувствую, как кровь сползает по спине. Боль не слабеет, она становится сильнее после каждого удара. Барон и не думает останавливаться, он продолжает бить всё сильнее, и я уже не чувствую, чтобы там была кожа. — Прекрати пожалуйста! — закричал я во всё горло. Я больше не могу этого выдерживать. Я уже готов молить, чтобы это прекратилось, я прекращаю вопить и лишь громко стону от боли. В глазах тут же начинает темнеть, сознание начинает плыть, и я слышу звук падения своего тела...

***

Когда моё сознание начало возвращаться, я устало открываю глаза, и вижу что лежу в своей кровати. Этот ад закончился? Я чувствую сильную боль в спине, но она слабее, чем в те минуты. Мне хочется пить, у меня нет сил, чтобы встать, и, лёжа на животе, я не вижу, есть ли кто-то в комнате и не могу даже голову повернуть. — Пить — хриплю я во всё горло, надеясь, что меня кто-то услышит. Я слышу звуки быстрых шагов, какая-то тень быстро подбегает ко мне и поднимает мою голову, затем подносит к моему рту стакан воды. Я быстро начинаю пить воду и, когда опустошил стакан, мою голову отпустили. Затем я посмотрел на того, кто дал мне воды. Это оказалась Дарья. — Спасибо — тихо сказал я. — Вам что-то ещё нужно? — она присела перед кроватью, чтобы наши глаза были на одном уровне, и смотрит на меня. — Нет — я чувствую себя настолько слабым, что даже такие слова с трудом могу говорить сейчас. — Ваша матушка сейчас спит на кресле, если Вам что-то будет нужно, можете тихо позвать меня. Я Вас услышу — сказала она, я кивнул ей в знак понимания. Она села на стул недалеко от моей кровати и начала шить, чтобы не уснуть, пока смотрит за мной. Я теперь начал понимать, почему я так послушно вёл себя с бароном. Он, как и мой отец, за каждое непослушание готов избить. Так я никогда больше не смел наступать на те же грабли и идти против него. Здесь мои наказания куда страшнее, отчего и я был более послушным. Они оба дрессировали меня как собаку. Только вот даже самая послушная собака может укусить.