Чтоб тебя, Артур!

– Боже! Что ты делаешь в моем доме?! – вскрикивает Артур: в кромешной темноте, которую освещает лишь пламя камина, прямо перед ним на полу возник Брагинский, умиротворено посапывающий на какой-то огромной псине, которая превосходила в размерах обычных собак. Его светлые ресницы дрогнули от визга, глаза широко открылись. Сразу за ними распахнулись голубые глаза зверя, зрачки его сжались в тонкие щелочки, напоминавшие кошачьи, тело напряглось. Однако Брагинский попытки подняться не предпринял, погладил бледной рукой своего приятеля и лишь поднял голову в направлении Артура: – Ты испугал Волка своим криком Артур, не делай так больше. По крайней мере в следующий раз кричи тише – спокойно проговорил поганец. Как он смеет указывать ему, после того как ворвался в дом, развалившись на полу в обнимку с этой животиной! Артур почувствовал укол раздражения от такой наглости. Нахмурив брови, он напомнил где Брагинский находится: – Если ты не заметил, мой мальчик, ты появился на другой части материка, в далеке от своей земли. В моем доме, на моем полу ещё и с собакой!.. – Он не собака! – Так хотелось увидеть меня, Что ты не смог потерпеть до официальной встречи и пришлось воспользоваться магией? Мне приятна твоя привязанность и любовь ко мне, но не стоило заходить настолько далеко – съехидничал Артур в конце, демонстративно поправляя рукава своей шелковой темно-красной рубашки. – Во-первых, названная тобою "собака" ею не является. Он чистокровный волк, пожалуйста, называй его как следует. Во-вторых, милый, появился я тут не по своей воле. Не желал я в свой отпуск всех вас видеть блять! – не сдержался Брагинский – В-третьих, выглядишь ты слишком свежо для обычного себя, какой год? – Брагинский соизволил встать с пола, за ним вскочил зверь, настороженно, четвероногий, вглядывался в Артура, чувствуя в нём угрозу для своего хозяина. Он выглядит бодро? Ничего себе, это как же его жизнь затрахала, если сейчас он выглядит презентабельно для "обычного себя". Теперь настал черед Артура поднять голову, чтобы глаза его были на одном уровне с голубо-фиалковыми? Высокий, черт. Хотелось бы Артуру прикончить этого паршивца раз и навсегда, но скорее его прибьют кочергой от камина быстрее, чем он успеет замахнуться: – Да и ты выглядишь... необычно. Всегда удивлялся, как ты запросто находишь приключения не ища их. Когда ты успел поменять цвет глаз, это какая-то операция? Мне жаль тебя огорчать, но выглядит отвратительно. И ты заработал ещё одно уродство поверх этого уродства. Удивительно. – пристально разглядывал Артур лицо славянина: Шрам пересекал правую сторону лица, идя снизу вверх от щеки, задевая глаз и полз вверх на бровь. Правый глаз был блеклого голубого оттенка, а в левом остался прежний аметис только вот смешанный с ярко синим, что портило всю красоту глаз, в которые окружающие любили смотреть раньше – Твоему волку нетерпиться перегрызть мне глотку, как вижу. Надеюсь ты хороший дрессировщик и обучал командам. – Не беспокойся за свою шкуру, раз так просишь то думаю мой друг не будет против твоего общества, лишь не попытайся устроить дебош, что взбесит его. Такие увечья красят людей, не уродуют, Артур. Шрамом меньше, шрамом больше я всё равно привлекаю хорошеньких женщин, – самодовольно ответил Брагинский, наклоняя голову вбок насмешливо улыбаясь, – Так какой год, дорогой? – За кого ты меня держишь Брагинский, что мне в сласть хотелось бы из-за тебя разгромить собственный дом? Ах, ты в добавок всё ещё наслаждаешься за блудными похождениями. Я глубоко разочарован в твоих способностях к мысли и развития – Артур кривит в отвращении лицо. Этому человеку на данный момент больше шестиста лет, даже теперь ещё больше, он уже не молод, пора бы думать о чем-то более сущем. Грубиян, наглый, повеса, чёрт тебя побрал. Проходит мимо названного, испытывая не очень приятные ощущения от запаха, исходящего от животины. Усаживается на кресло у камина. Так как этот вечер он хотел провести благотворно, то есть расслабиться и отдышаться от государственной стрекотни, в руках с самого начала ждала своего часа бутылка виски. А на кофейном столике бокал для спиртного. Отдохнуть в полной мере не получится из-за новой головной боли, но надраться в "очаровательной компании" звучало заманчиво. – Если тебе это что-то даст то сейчас 1827-й. Слабая улыбка промелькнула на устах, ох и занесла же его судьба назад. Значит где-то по земле ходит его любимица, скорее всего на каком-нибудь балу или тихонечко читает в беседке. Жива. Болезнь её ещё не тронула. в то время он только с нею познакомился, кто знал что она станет его опорой и любовью в будущем. А после жизнь решит отнять её, единственное за что держался Брагинский. Горестно вздохнул он от мыслей, Артур перевел на него вопросительный взгляд, но спрашивать не стал. Мало ли какие мысли посещают этого паршивца, не его это дело – влезать в личное. Может он просто устал, Кёркленд изрядно надоел ему, хотел же отпуск – получил переброску во времени, не известно когда вернётся. В глубине души Артуру немного жаль Брагинского, а ещё больше жаль себя ведь ему предстоит разбираться с этим и этой бестией. Паршивец потрепал друга по холке, давая понять что опасности нет. Вымученной походкой направился к камину. Брагинский всегда был личностью неординарной, нелогичной. Этот случай не исключение: вместо второго мягкого кресла он предпочел жёсткий ковер рядом с этим же креслом. Сколько бы времени он не знал его, не дано Артуру понять Брагинского. Паршивец откинул голову на подлокотник, выпрямив ноги. Его зверь лег около него, кладя громоздкую голову на бедро хозяина. Рука заскользила через шерсть животного, перебирая каждую белоснежную прядку. Артур жестом предложил присоединиться к выпивке, но тот отказался. На что первый удивленно выгнул одну бровь: – Ты, и отказывать в спиртном? Хочешь в конец задеть и оскорбить мои чувства, поганец? – "Нет" означает иди к чёрту, Артур. Не хочу. - Алкоголь больше не спасает его от проблем, не прельщала большая вероятность сорваться вновь и оказаться хрен пойми где без дома, гроша в кармане и утраченных лет на это. – Очень грустно с каждым годом терять необычайно ценных собутыльников. – изрёк Артур. Значит надереться он один, а спасать его будет Брагинский, сам обрёк себя на эту роль. Они могли бы вдвоем пытаться спасти друг друга в пьянстве, но нет значит нет. И почему Брагинский всё ещё здесь, сидит греется у огня? Почему он не выгнал его, после такого заявления? Так из какого будущего притопал Брагинский? Из самого ближайшего или далёкого? Он состарился лет на пять, нет огонька азарта и желания позабавиться. Что стерло его веселье? Интересно, а как Артур сам выглядит и чем живёт? Франциск сгинул наконец в этом будущем? Как вернуть этого мудака обратно? Вопросов уйма, только Кёркленд открыл рот, как Брагинский его опередил: – В лесу было хорошо. Подстрелил оленя. Видел бы ты каков он резвый, долго пришлось в кустах наблюдать за ним. Вот именно сейчас я следил, как мясо на костре готовится, когда... – Ты к любой работе относишься настолько безответственно?, - усмехнулся Артур, взбалтывая виски в стакане. Эта сцена больше не выйдет из его головы – спящий Брагинский. Курчавые Волосы слегка растрепаны, лицо предельно расслабленно, тонкие губы, блестящие от слюны, приоткрыты, голова покоиться на спине животного, остальные члены раскинуты на земле. Милая картина. – И Могу ли я поинтересоваться тем какая вакханалия происходит там, у тебя? Кто исчез, кто зародился, эта мода "стать республикой" прошла или большинство стало "республиками"? Как поживает США? - К твоему сведению я не спал, просто решил прикорнуть немного, то что ты увидел так и называется "прикорнуть", - пока Брагинский опровергал заявление о безответственности, англичанин спокойно допивал второй бокал спиртного – Изменилось много чего, но не мне тебе рассказывать, сам доживёшь и увидишь. А самое сейчас интересное по-чьему же велению я тут оказался или по-чьему проебу? – Время идёт и ты становишься всё грубее и нахальнее мой мальчик, набрался ужасных слов, изворачиваешься чтобы не отвечать на вопросы, ведёшь себя словно к тебе пришли гости, а не тебя в любой момент могут выпнуть посреди ночи и не оказать помощи найти тропинку к дому. Стоит тебя проучить на досуге, – прокомментировал Артур – Что же, досадно признавать, но в случившемся виноват мой один опыт... – Где ты хотел снова поставить меня в ужасное положение, но так как дела со мной это всегда какая-то задница получилось, что получилось. - докончил за него Брагинский со злоблой выплёвывая последние слова. Он невозмутимо наливает себе ещё, сучий потрох. Боже, он устал от постоянных проделок этого английского ублюдка. Почему нельзя оставить в покое его бренное существование и заняться чем-то более важным, за что он заслужил такую честь?! С одной стороны Кёркленд ненавидит его всей душой, за помощь его горячо любимого США, поведение, привычки, что он мешается где не попадя, всё ещё думает что Брагинский вышел из какой-то берлоги. Неистерпимое желание избавиться от него, но не путем смертоносной войны для них обоих, а путём шаманизма, который намного безопаснее для Артура и веселее хоть Брагинский и не умрет от него. С другой стороны это уже переходит рамки, его козни становятся похожими на одержимость! Допивает четвертый бокал, блядство. – И прошу прощения, мне искренне жаль, что я разочаровываю своим поведением моего папочку. – давно у них началась эта игра в ласковые клички, в которые они вкладывают совсем не настоящую нежность и любовь? – Утешает, что в тебе осталась капля совести и стыда дорогой, значит не всё так потеряно, как мне казалось. Мы сможем исправить эти недочёты, не огорчайся. Про первое, можно и так сказать. Ты слишком притягателен, чтобы не сделать с тобой что-нибудь. – мазнул взглядом по напряжённой фигуре Брагинского – К сожалению, ночь не слишком подходящее время для составления решений на счёт твоей отправки домой, и в ближайшее время мне не удастся этим заняться – дела империи не ждут. Поэтому поднимем этот вопрос через дней... - Артур откинулся на спинку кресла. А Брагинский разочаровавшийся в который раз в своей удаче, стал гладить свою собаку по спине. – Четыре. Выходить на улицу не стоит, у всех появятся вопросы что же ты делаешь в Англии, когда должен гнить в ссылке где-нибудь на Кавказе. Кстати, ходят слухи о царском помиловали, ты был волен идти куда хочешь, но путь во дворец навсегда, ну или же для "нас" на одно-два столетия закрыт. Это правда, декабрист? Паршивец на это дернулся затем отвернулся. Смолчал. Ох, неужели настолько Брагинский был близок к этому движению и оно являлось для него важным? Судя по реакции, да, важным. – Сиди пока в моём имении, слуги позаботятся о тебе. Можешь читать, пить, танцевать, делай что хочешь, но не громи дом. Так же следи за псиной, увижу малейший недочёт в мебели и пёс полетит во двор посаженный на цепь. – выговорив тираду Артур наливает пятую стопку. Волк рыкнул ему в ответ, неужели псина смогла понять сложную человеческую речь, тем паче, будет послушнее. – Невежливо быстро забывать просьбы, Артур – раздражённо хмыкнул Брагинский. – Ох, мои извинения. Как же мне тебя называть? Согласен ли ты на имя Lumivalge(белоснежный)? Оно тебе подходит. – улыбнулся англичанин. – Что оно значит? – Не беспокойся, вполне безобидное слово. И нет, оно не означает "псина". Никакого злого умысла. – Хотелось бы верить. Так получается мне ждать тебя все эти четыре дня, пока ты будешь бегать по неотложным делам? – недовольно произнес Брагинский, вставая с места. Волк же предпочел наблюдать за хозяином взглядом. Он положил на лапы тяжёлую голову и поворачивал её в направлении хозяина. Брагинский начал ходить по периметру комнаты из одного угла в другой, а Артур становится всё веселее и веселее от виски. В ход идёт восьмой бокал. Странно, но на стран алкоголь действует также быстро, как и на людей. – Дорогой, ты уже скучаешь по мне? Невмоготу вытерпеть без меня одинокие дни? Поверь, мне не менее тяжко оставлять тебя одного, беззащитного, –рассмеялся Кёркленд. Брагинский на это лишь закатил глаза. Наверное ему придётся всю ночь следить за этим алкоголиком, чтоб тот не наломал дров. Видя, что его "возлюбленный" не шибко доволен сказанным, Артур поспешил добавить: – Я постараюсь приходить домой пораньше, чтобы мы могли обсудить твой вопрос, тебе не пришлось бы ждать четыре дня. Ведь мне не хочется видеть тебя грустным от сложившихся обстоятельств. – Правда? Ты обещаешь? – единственное в чем уверен Брагинский, так это в сдерживании слов Артуром, тот даже в нетрезвом состоянии не забывал обещанного им, безусловно исполнял уже в трезвом виде. Кивнув, Артур изменился в лице. Заместо беззаботного выражения, пришло виноватое, всплеснув руками он заговорил: – Я и забыл! Ты же готовил ужин перед тем как заявится сюда. Lumivalge и мой мальчик не голодны? – Артур посмотрел обеспокоенно сначала на Волка, затем уставился на Брагинского. Глаза его выражали полное непринятие отказа. Волка следовало бы покормить, с этим фактом были согласны все участники незамысловатого разговора. – Найдется ли у тебя небольшая тушка для Волка? Неважно овца, ягненок, курица. Волк в еде не критичен. Англичанин задумчиво потёр подбородок: – Конечно найдется! Мы забьем ему овечку, – на это Lumivalge вздернул ушами, радостно виляя хвостом в стороны – А ты? Чего желает мой милый? – Мне без разницы, чего-нибудь мясного и сытного – скрестил руки на груди Брагинский, останавливаясь напротив Артура. Кивнув ему, англичанин поднялся на ноги, подошёл к славянину и крепко накрепко обнял того: – Знаешь, не так уж я тебя и не люблю, есть во мне капля симпатии к тебе! Радостный Артур направился к выходу из комнаты и наконец скрылся за дверью. Стоило последовать за ним, однако удивленный Брагинский остался в этой позе, не двигаясь, пока Волк не закрутился вокруг него, спрашивая всё ли в порядке. Начиная с его рождения всё было не в порядке блять, так оно и продолжается.