твой выбор

Никто и не удивился, когда я уехала на своем квадроцикле, чуть не сбив несколько человек. В лагере я бы не нашла уединения. Да и Монтенегро вряд ли бы дал мне возможность попускать сопли о своем разбитом сердце в тишине и спокойствие. Я давила на газ, пытаясь разогнаться на полную скорость. Мне хотелось получить адреналин, которого так не хватало в моей крови сейчас. Дорога была мерзкая, и меня изрядно потрясло, пока я не выехала на огромное поле. Остановившись посреди нетронутой людьми поляне, я осмотрелась. Здесь неподалеку была речка, куда обычно приходили разные животные на водопой. Охота это хороший способ снять напряжение и успокоить нервы. А моя снайперская винтовка всегда была при мне. Долгое время к небольшой речке никто не подходил, и я уже была готова отложить эту глупую затею с охотой. Но только я начала собираться, как из джунглей вышла тигрица, размахивая своим полосатым хвостом. Она медленно подошла к речке, осматривая каждый метр. И когда ничего опасного не оказалось по близости, дикая кошка подошла к воде. Сделав несколько бездушных выстрелов, я стала смотреть, как тигрица пытается бежать обратно в джунгли. Я слышала ее предсмертный рев. Я практически могла почувствовать ее боль. Но здесь, на острове, выживает сильнейший. И против этого я ничего не могла сделать. У речки я привязала тушу к своему квадроциклу. Проведя рукой по мягкой шерсти тигрицы, я подумала, что и меня когда-нибудь ждет такая же участь. Дожить до старости? Я вас умоляю! Никто на Рук Айленде не был уверен в завтрашнем дне, что уж говорить о годах. В лагерь я вернулась лишь поздно ночью. Мужчины, что стояли на постах, пропустили меня без лишнего шума. Они даже похвалили за убитого зверя. Я не хотела видеть Монтенегро, поэтому проскользнула в здание, где был Джеймс. Он и не удивился, когда я легла рядом с ним, уткнувшись носом в его шею. Он лишь пробормотал что-то сквозь сон, укрыл меня одеялом и прижал к себе. Эта была самая спокойная и прекрасная ночь за последнюю неделю. Утром я проснулась раньше Джеймса. Выпорхнув из его объятий, я пошла в душевую, где умылась и привела себя в порядок. Впервые я могла уверенно сказать, что выспалась. И сейчас мне было стыдно перед Ваасом, ибо я все равно поступила как истеричка и сбежала от всех проблем куда подальше. Он ведь сразу предупреждал, что ему плевать на всё и всех. И то, что мы знакомы так давно, ничего не изменит. Да, у него есть ко мне привязанность, но не более. Просто когда меня убьют, он будет грустить немного дольше, чем обычно. Когда я вышла на улицу, то тут же услышала охрипший от криков голос Вааса. Думала, что незаметно пройду мимо него. Нет, не прошла. Побежала, как можно быстрее. Он заметил меня сразу, словно я была для него красным пятном на белом фоне. На самом деле бегать от Вааса по лагерю довольно забавно. На нас странно косились, но я этого не замечала. Мне было смешно, потому что я прекрасно представляла картину со стороны. Уже на окраине лагеря, почти в джунглях, я споткнулась о корень и полетела на землю. Ваас не успел затормозить, споткнулся об меня и не устоял на ногах. Я не смогла сдержать смех из-за такой нелепой ситуации. -Блять! Хватит ржать, – почти спокойно сказал Монтенегро, быстро встав и толкнув мою содрогающуюся от смеха тушу ногой. -Мы как придурки, - сказала я, вставая с земли и отряхивая испачканные штаны. Я встретилась взглядом с Монтенегро, и мне на секунду показалось, что он снова тот паренек, не испорченный наркотиками, не измазанный кровью убитых. Но секунда и в его взгляде не остается ничего человечного. Я вижу перед собой мужчину, который мне совершенно не знаком. Который не испытывает ко мне ничего кроме ненависти. На моем лице тут же пропала улыбка. -Я не буду с тобой жить, – спокойно, но твердо ответила я, смотря на Вааса. – Мне не хочется мешать тебе. И Ники. -Что за хуйню ты несешь?! Я не разрешал тебе принимать решения, – Ваас резко вжал меня в ближайшее дерево, схватив за шею. В спине что-то хрустнуло, и неприятная боль заставила меня поморщиться. Не удивлюсь, если что-то окажется сломанным. -Я не твоя собственность, - прошипела я, стараясь ослабить хватку Монтенегро. – И мы не договаривались вечно любить друг друга в горе и радости. А значит, я могу делать все, что захочу. И ты не станешь мне указывать. -А тебя блять никто и не спрашивал, Лис, - Ваас ухмыльнулся и лишь сильнее сжал мою шею. – Ты сама притащилась на этот остров, ко мне. Неужели теперь хочется поплакаться и вернуться к Хойту, а? Окей, я отпущу тебя. Отпущу, но перед этим выколю глаза и раздроблю все пальцы. Медленно, чтобы ты корчилась от боли. -Привык, что все тебе подчиняется?! – я начинала задыхаться. – Я тебя не боюсь. Ты лишь кусок мяса, как и я, как все здесь. Одна пуля и на твое место найдут другого психопата. -Ты все сказала? – теперь Монтенегро действительно злился. -Да. -Думаю, такой суке как ты стоит напомнить, кто здесь главный. Стыд и позор. Меня посадили в клетку. Рядом с Ники. Кажется, хуже быть и не может. У меня забрали все оружие, которое только могло у меня быть. Даже нож нашли, который я прятала в ботинке. -Прости, - тихо прошептала Ники, нервно трогая свои длинные волосы, - это я виновата. -Не разговаривай со мной, - сказала я монотонно, развалившись по клетке, насколько это было возможно. -Думаешь, я хотела оказаться здесь? – голос девушки прибавил громкость, словно она пыталась мне что-то доказать. -Заткнись, - снова повторила я. -Ты можешь говорить все, что угодно, но знай, я не в восторге от того, что происходит. Они убили моих подруг! Со мной обращаются, как со шлюхой! Я не хочу, что бы ты думала, что… Я резко села и посмотрела на девушку так, что она сразу замолчала. -Знаешь, почему ты меня бесишь?! Потому что я жила здесь с самого первого дня. Я профессиональный снайпер. Я тут жопу рвала, чтобы получить доверие и уважение. И видела такое, от чего бы ты блевала и плакала, как истеричка. А что теперь?! Меня запихали в клетку, как простой мусор, как пленницу, как тебя! И мне это совершенно не нравится. А еще мне не нравится, что ты разговариваешь со мной. Я не хочу тебя слушать, ты мне омерзительна. Заткнись и сиди тихо, поняла меня!? После такого девушка больше не хотела со мной разговаривать. Она лишь иногда кидала на меня обиженный взгляд, словно ребенок, у которого забрали конфетку. Я снова развалилась на полу клетки, стараясь найти наиболее удобное положение Когда начало темнеть, Ваас пришел к нам. С широкой довольной ухмылкой. Казалось, ему нравилось смотреть на мое публичное унижение. Сев рядом с моей клеткой, он медленно провел рукой по прутьям. Я даже не повернула голову, чтобы подарить ему озлобленный взгляд. Лишь продолжила лежать с закрытыми глазами. -Ну как тебе, Лис, здесь, в клетке? А? -Лучше не бывает, – ответила я, натянув улыбку до ушей. – Весь день жариться на солнце, лежать без движения. Ты просто прелесть, раз подарил мне такие сладкие минуты наслаждения! О другом я и мечтать не могла, любимый мой. Похлопав ресничками, я заставила Монтенегро поскрипеть зубами. Ему хотелось продолжить нашу войну, поорать на меня, поругаться со мной. Выяснение отношений стало для него игрой, в которой он почти всегда был победителем. Ибо он мог заставить меня замолчать. Но сейчас я не собиралась уступать ему. Замок звякнул и дверь открылась. Но не у меня, а у Ники. -Сладких снов, - прошептал зло Монтенегро на прощание, прижимая к себе девушку. Я лишь тихо вздохнула и повернула голову. Настала моя очередь скрипеть зубами. Вот таким образом у нас и проявился кризис отношений, твою ж мать.