Генератор для Ада

Перемещение завершилось. Я грохнулась спиной на землю, не удержав равновесия после второго толчка. Потери сознания не было. Это уже многое говорило о загадочном и пустом сотом уровне. Сотый уровень… Какая громкая цифра. Я медленно поднялась на ноги, держась за голову. Спина болела, хотя причины этой боли я не нашла. Наверное, теперь у меня часто будет что-то болеть без причины… Спасибо хоть, что спина, а не голова. Я обернулась назад. Там с песка поднимались Сэм и Сильви, переместившиеся вместе со мной. Они пораженно смотрели на меня: Сэм с шоком, Сильви с улыбкой. — Я… Я и не думал, что ты говоришь всерьез… — пробормотал Сэм, подойдя ко мне. — Когда ты сказала, что сама можешь переместить нас, я рассмеялся. Прости, что не поверил… Но как? Я пожала плечами и улыбнулась. Просто в какой-то момент я поняла, что могу это сделать. Я могу переместится на нужный мне уровень и взять ребят с собой. Просто возникло такое чувство. Наверное, на него Генератор и рассчитывал, приглашая меня на сотый уровень. — Ого! Поля, почему ты раньше так не делала? — с восхищением спросила Сильви, захлопав в ладоши. — Так ходить по уровням не так больно и быстро! Вместо ответа я кивнула в сторону, приглашая осмотреться. Сильви подбежала ко мне и, взяв за руку (я предварительно натянула рукава свитера на запястья), стала изучать уровень. «Уровень 100» представлял собой прямую песчаную тропу с бесконечно расширяющимся океаном. Песок выглядел гладким, а сама тропа тянулась к самому горизонту. На ясном небе не было видно солнца, но всё равно было очень светло — так, что мы даже не отбрасывали тени. Мир казался немного нереальным, но стоило мне в лицо ударить потоку ветра, я сразу же отбросила свои сомнения. — Я знаю, куда нам ид-дти… — четко сказала я, но запнувшись на последнем слове. В последнее время я стала меньше говорить, потому что мой голос казался мне чужим. — Я верю тебе, но всё еще не понимаю, что мы тут делаем, — обеспокоенно ответил Сэм, взяв меня за руку. — Ты ведешь себя очень странно. Что произошло? Что та сущность с тобой сделала?.. Я медленно подняла голову на Сэма и тепло улыбнулась ему. Ничего она со мной не сделала. Я просто плохо себя чувствую… Ах да, это же нужно сказать вслух. — Н-ничего о-Она со мной не сд-Делала. Я про-осто плохо себя чув-Вствую… — спокойно ответила я. Я заметила, как Сэм напрягся, услышав искажения в моем голосе. Он нахмурился и крепче сжал мою руку, несмотря на то, что даже сквозь ткань можно было получить ожог. — Это точно ты?.. — Да. Пожалуйста, перестань на м-меня так смотрет-Ть, — вздохнув, попросила я. Мне было неуютно под таким жестким взглядом Сэма. Парень кивнул и ослабил схватку. Видимо, он услышал в моем голосе привычный трепет и легкий налет беспокойства. А эмоции — это доказательство человечности. И пока я что-то чувствую, я остаюсь человеком. Наверное… Мы неспешным шагом побрели по пляжной полосе. Идти было легко, дул слабый, прохладный ветерок, песок шуршал под ногами. Я шла рука об руку с Сэмом, смотря вдаль, а Сильви как обычно бежала впереди. Ей понравился сотый уровень. Она бегала по пляжу, брала жменьки песка и подбрасывала его в небо, создавала брызги воды, неожиданно прыгая в воду по колено. Мы с Сэмом не разговаривали. То ли он понял, что мне не нравится говорить, то ли он о чём-то серьезно думал. Я не чувствовала ничего, кроме желания как можно скорее добраться до места. Время от времени я ловила себя на мысли, что не понимаю, откуда всё это знаю, но эта мысль тут же растворялась в тысячах других мыслей, которые то и дело норовили сбить меня с толку. Но я держала свое сознание в более-менее нормальном состоянии. Мне нельзя ослаблять хватку… Сэм очень крепко держал меня за руку. Я знала, что ему больно, но почему-то Сэм не спешил отпускать мою руку. Я чувствовала, как усиленно бьется его сердце из-за сильной боли, слышала, как скрипят его крепко сжатые зубы, которые из последних сил сдерживают крик. Мне было приятно, что Сэм не обращает внимания на мои странности. Ведь для меня они были кошмаром. — Я очень за тебя беспокоюсь… — пробормотал Сэм, не поднимая на меня головы. — Скажи, с тобой точно всё хорошо?.. — Да, — кивнула я. — Конечно, немного болит голова, но в общем вс-сё Х-х-Хорошо. Я улыбнулась Сэму, но он продолжал смотреть на меня разбитым взглядом. Я знала, что ему больно осознавать, что мое сознание постепенно ускользает и что совсем скоро он потеряет ту Полину, которую любит, но я не могла никак ему помочь. Я уже приняла решение, которое было вовсе не обязательным. Я не могу не потерять себя. Если я буду жить, умрут ДРУГИЕ. Сэм вздрогнул. Видимо, он почувствовал резкий, но короткий всплеск моего гнева. Он ослабил хватку, так как был уже не в состоянии испытывать обжигающую боль. Я остановилась и повернула Сэма к себе. Он печально смотрел на меня. Я слышала тихий треск: это что-то хрупко построенное внутри Сэма норовит сломаться. Меня не пугало то, что я слышу это. Я была рада, что могу знать, что чувствует человек напротив меня. — Сэм. Я не хочу, чтобы ты беспокоился обо мне. Всё хорошо. Ты ж-Же до-в-веря-Яешь мне?.. — Доверяю, — Сэм серьезно посмотрел на меня. — Ты можешь предупредить меня, когда тебе станет плохо? — Если смогу, — после короткой паузы задумчиво ответила я. Смущенно улыбнувшись, я добавила: — Спасибо, что не боишься мЕ-е-еня… Сэм слабо улыбнулся. Я подтянулась на носках и поцеловала его в щеку, чтобы он окончательно поверил в то, что перед ним стою я. Сэм поморщился от боли, но тут же улыбнулся. Всё это время он не мог поверить. Не верил. Но я смогла легко доказать это, на миг приложив много сил, чтобы на короткое время поставить свои чувства на нужные места. Но уже спустя пару секунд они вновь перемешались, превратившись во что-то необъяснимое. Мы пошли дальше. Но не успели мы пройти и несколько метров, как вдруг раздался возглас Сильви. Мы с Сэмом одновременно подняли головы и увидели, что девочка остановилась недалеко от океана и наклонилась, что-то рассматривая на песке. Видимо, она позвала нас, чтобы мы тоже взглянули на находку. Подойдя к Сильви, я присела на корточки и посмотрела на странные вещички в руках девочки. Это был кнопочный мобильный телефон, два фото и какое-то ожерелье с голубо-синим камешком. — Я нашла это тут. Чье это? — спросила Си, передав мне всё, кроме ожерелья. — Я оставлю это себе, ладно? Я кивнула и выровнялась, чтобы показать вещи Сэму. Тот сразу же выхватил у меня из рук телефон и стал крутить его, пытаясь включить. Меня же больше заинтересовали фотографии. На одной из них была изображена неизвестная мне русая девушка с зелеными глазами. Очень милая, красивая. Я улыбнулась, глядя на нее. Интересно, этот человек в самом деле существует или нет? На втором фото были изображены два молодых парня. На вид и не школьники, но и не студенты. Одеты как странники. Они стояли в обнимку: тот, что повыше, обнимал своего друга за плечи и весело улыбался в камеру. А второй скромно стоял рядом. Видимо, его смущала вся эта неоднозначная ситуация. Я присмотрелась ко второму парню поближе. Он казался мне… знакомым?.. Короткие светло-русые волосы, немного вьющиеся на концах, бледно-серые глаза, бледная кожа, худощавое телосложение… На фоне своего бодрого, румяного и яркого друга он казался слишком… невыразительным и серым. Но при этом от него веяло теплотой и дружелюбием. Кстати, на фото этот парень также сжимал какой-то то ли блокнот, то ли книгу. Интересно… — Идем дальше? Этот телефон оказался бесполезным, — позвал меня Сэм, отвлекая от своих мыслей. Я кивнула и посмотрела на Сильви, которая всё еще возилась с ожерельем. В итоге мне пришлось помочь ей надеть его. Перед тем, как отправится дальше, я вытащила фото девушки и бросила его в сторону океана. Фото тут же подхватил ветер и унес вдаль. Я посмотрела фотографии вслед, а затем опустила голову на второе фото. Его я бережно сложила вдвое и положила в карман. Еще пригодится… Мы пошли дальше. Сильви снова побежала вперед, радуясь своему новому украшению. А мы с Сэмом шли чуть поодаль. Шли в молчании, но так было даже лучше. — Я хочу попросить у тебя прощения… — вдруг позвал меня Сэм. Я удивленно посмотрела на него. — За что? — За всё. За всё, о чем стоило бы попросить, но я этого не сделал: за грубость, за недоверие, за высокомерие, за гордость, за глупость, за не смешные шутки. За всё. Я тихо хихикнула и улыбнулась. — Я прощу тебя, т-Только если-и ты простишь М-м-Меня. — Договорились! — улыбнувшись, ответил Сэм. Мы вновь остановились. Я не знала, что стоит сказать, чтобы успокоить Сэма, поэтому мои слова вышли скомканными: — Уже скоро всё закончится. И, пожалуйста, не расстраивайся, когда всё закончится плохо. Сэм нахмурился и отвел взгляд. Он многое потерял за это короткое время. Начиная с глаза и заканчивая своей маской, но я знала, что больше всего он боится того, что всё закончится. И особенно… — Не неси чушь! — серьезно сказал Сэм. — Я понятия не имею, что у тебя на уме, но ничто никогда не заставит меня дать «всему» закончится плохо! Я улыбнулась и кивнула, хотя совсем не верила в эти слова. Он не сможет, как бы ни старался. И я не буду держать на него зла, если всё так и будет. Я буду только рада, если Сэм смирится и не будет бороться… Но это маловероятно. Сэм — не я. Он сильный, смелый и всегда добивается своего. Он никогда не отпустит что-то или кого-то вот так просто. Жаль только, что в этот раз он не сможет изменить предначертанное. И мне всё равно, что он подумает. Лишь бы не натворил глупостей потом. А когда это — потом? Когда я умру? Но я никогда не умру. Когда я перестану быть человеком? Но я уже не человек. Когда падет Закулисье? Но оно будет жить вечно. Когда мы встретимся вновь? Но я не хочу навредить Сэму. Так что мы никогда не встретимся больше. Знал бы он, как сложно мне сейчас дается ходьба. Ведь каждый шаг приближает меня к неминуемому расставанию… Еще пару десятков метров. Сильви уже начала уставать, хоть виду и не подавала. Но я-то чувствовала, как она тяжело дышит и как мечтает у себя в мыслях присесть прямо на песок и отдохнуть после долгой ходьбы. Но я отказалась делать перерыв — осталось пройти совсем немного. Лучше не оттягивать решающий момент, иначе я никогда не решусь. Сильви обреченно вздохнула и заковыляла дальше, обнадеженная моими словами о скором отдыхе. Сэм с подозрением на меня покосился, но я сделала вид, будто ничего не заметила. Идти было в самом деле немного. Вот-вот перед нами возникнут надгробия. И они будут последним, что я увижу в своей жизни… Как-то быстро всё заканчивается… Я даже не успеваю подумать об этом. И кому так сильно нужно торопить события?.. Закулисью. Закулисью. Зак… Я помотала головой, чтобы на время отогнать гнетущие мысли. Тяжело идти на казнь. Но куда сложнее идти на вечную казнь — тебе будут вечно отрубать голову и ты будешь вечно испытывать боль. Но больше всего меня пугало не это. Я боялась за Сэма. За Сильви. Бедную, маленькую Сильви… Что будет с ними потом? Сдержит ли свое обещание Закулисье? Переживут ли они мою смерть? Я исподтишка глянула на Сэма. Он переживет. Я верю в это всем тем, что скоро перестанет быть моим сердцем. Я уверена, что Сэм позаботится о Сильви. И что всё будет хорошо. Лишь бы был мир, в котором могло бы быть всё хорошо. И он будет, ведь я отдам всё, чтобы так было. И неважно, что я буду жертвой. Я уже привыкла ей быть. — Поля! Сэм! — услышала я крик Сильви. Слабо улыбнувшись, я сразу же поняла, что ее так испугало. Надгробия… И когда мы успели до них дойти?.. Сэм подбежал к Сильви и замер, увидя старые могильные плиты. Я осталась стоять в стороне, продолжая улыбаться. Мое тело слабо покачивалось из стороны в сторону, голова потяжелела. Скоро-скоро… Лишь бы не потерять сознание до того, как всё закончится закончит начинаться. Я подошла к надгробиям, опустив на них скучающий взгляд. Всё перед глазами начало размываться, но я потрясла головой, удерживая картинку на месте. Вот-вот раздадутся голоса. Я должна быть в сознании. — Что это?.. Откуда они здесь? — упавшим голосом спросил Сэм, присев на корточки перед ближайшим надгробием. — Здесь не написано имя. Лишь странно нарисованные портреты и даты смерти… Сильви тревожно посмотрела на меня. В ее глазах читался неприкрытый страх. Я подошла к ней и улыбнулась, пытаясь успокоить. Не хватало нам, чтобы еще и Сильви паниковала. Я и так еле сдерживаю свои голоса… Подойдя к Сэму, я наклонилась и смогла разглядеть надгробие. На нём было криво, детской рукой нарисован портрет какого-то мужчины. А под рисунком числилась дата: 11.11.1999. Интересная, однако, дата… Ничего странного в надгробиях я не заметила, но Сэм напрягся. Видимо, у нас с ним разные представления о том, что такое страх. Ну или же настоящая я больше не боится одиноких могил. — Мы пришли. Я повернулась к Сэму, который при моих словах тут же выровнялся, с беспокойством глядя на меня. Сильви перестала всхлипывать и с волнением посмотрела на меня. — Что ты хочешь этим сказать?.. Я повернулась к Сильви, ласково глядя на нее. Наклонившись к ней, я притянула девочку к себе и осторожно обняла так, чтобы она не коснулась моей кожи напрямую. Сильви тихо всхлипнула и прижалась ко мне, проигнорировав жар, который я излучала. Дети лучше чувствуют, когда грядет что-то плохое. Вот и Сильви не исключение. — Что ты хочешь этим сказать? — повторил вопрос Сэм. Его голос даже не дрогнул. Я подняла глаза на него. Отведя взгляд, я промолчала. Молча подойдя к Сэму, я, не касаясь его губ, поцеловала. Сэм ничего не говорил, когда я отвернулась от него и подошла к океану. Он притянул к себе Сильви и обнял ее, продолжая смотреть на меня. Я чувствовала его взгляд. Прохладный ветер трепал мои волосы. Он обжигал меня, словно огонь. Мои ноги остановились прямо у воды. Я посмотрела вдаль, глубоко вздохнула и тихо произнесла: — Я пр-Ришл-аа. Мой голос мне не принадлежит. Я не знаю, кто это говорит. Мне страшно. Я не хочу слышать этот ужасный голос! Не хочу, не хочу, не хочу! Я не могу говорить. Я буду молчать! Я и так молчу? Мир потемнел. Краски побледнели. Время остановилось. Море замерло. Теперь ничто не могло двигаться. Только слушать. Слушать тех, кто пришел. Я услышала позади себя шаги. Обернувшись, я почти не удивилась, увидев в паре шагов от меня двоих человек. Но люди ли они?.. Хороший вопрос. Одним из прибывших был Генератор — Глючная девушка. Он смотрел на меня, без слов подзывая подойти ближе. Рядом с ним стоял некто, о ком я раньше ничего не слышала. Мрачный человек в черной форме, черном плаще, черной шляпе и черной маске. Лишь синие глаза и темно-коричневые волосы как-то разбавляли нехватку цветов у этого человека. А был он начальником полиции Б.И.Г. Я перевела взгляд на Сэма и Сильви. Они были ошарашены… Сильви при виде Генератора прижалась к Сэму. Она побледнела от страха. Как и Сэм, впрочем, только тот смотрел не на глючную сущность, а на человека в маске. Видимо, он знал его имя. Как во сне я подошла к Генератору и встала рядом с начальником полиции. Сэм тут же подошел ближе, увидя, что я не удивлена. Прошло несколько минут, прежде чем молчание наконец нарушилось. — Добрый день… — холодно поприветствовал меня начальник полиции. Он покосился на Сэма. — Не знал, что Генератор будет не одна… Сэм побледнел еще больше. Он переводил ошарашенный взгляд на меня, на Глючную девушку, на начальника и ничего не мог понять. Я тоже ничего не понимала, но не подавала виду. Пусть думает, что я спокойна. Так будет спокоен и он. — А я не знала, что будет кто-то, кроме… — спокойно ответила я, но запнулась в конце. Начальник хмыкнул и отвел взгляд. Он не смотрел на сущность рядом с собой, будто бы боялся посмотреть в ее глаза. Сэм молчал, никак не приходя в чувство, а Сильви осталась где-то позади. Я смотрела в глаза такому же Генератору, как и я, и ждала от него каких-то слов. Вскоре так и случилось… — Перед тем, как мы начнем, тебе нужно узнать правду. — Не думаю, что в этом есть необходимость. — Эт-То обя-я-Яза-Зтел-льно, — голос сущности стал жёстче. Она и не думала принимать мои слова всерьез. Иронично… — Я сам всё расскажу, — отрезал начальник полиции. — Нам нужно торопиться. Кто знает, как много у нас времени. Только сначала… — он покосился на Сэма. — Ни слова, пока я не закончу. Мы с Сэмом одновременно кивнули. Начальник полиции вздохнул и начал, не смотря ни на кого из нас: — Полина Зайцева. Ты — Генератор. Генератор, который нужен Закулисью. Нужен, чтобы сдерживать Иад, регулировать все процессы в Закулисье и контролировать жизнь всех существ, которые живут в нём. Без Генератора Закулисье стало бы еще хуже, чем сейчас есть, и все бы погибли. С самого создания Закулисья Генераторы сдерживают его адскую сущность. Я наконец дала себе возможность проявить эмоции. Казалось, что когда время замерло, ко мне вернулась возможность здраво мыслить. Я удивленно похлопала глазами, пытаясь переварить информацию, которую только что озвучил этот странный человек. — Генераторы выбираются Закулисьем раз в сто лет. Избранные люди должны обладать качествами, которые помогут Закулисью сделать из человека свою марионетку, — продолжила за мужчину сущность. — Например трусость, слабость, податливость, сочувствие. И эти качества должны быть заложены в душе, в сердце человека, а не в его характере. Я мысленно повторила все названные качества и попробовала применить их к себе. Я немного побледнела, когда осознала, что вполне подхожу под это описание. Правда, надолго «впадать в осадок» было нельзя — Генератор продолжал: — Генераторы не помнят своего прошлого и своего имени. Лишь в некоторых случаях особенно свободолюбивые Генераторы могут не забыть что-то из своей жизни. Это нужно для того, чтобы человек стал как можно менее человеком и превратился в живую куклу. — Генераторы работают благодаря боли, которую испытывают, — вмешался начальник. Он постоянно смотрел на карманные часы, проверяя время. — Как физической, так и психической. Поэтому они постоянно испытывают сильнейшую боль. Иначе они просто погибнут. Глючная девушка резко повернула голову к начальнику. Тот сразу же побледнел. Видимо, Генератор не привык, чтобы его перебивали. Медленно сущность повернула голову обратно ко мне, не говоря ни слова. Начальник полиции быстро пришел в себя, но в его глазах всё равно читалось… сочувствие?.. — Мы всё видим, всё знаем, всё чувствуем и слышим. Мы одновременно и везде и нигде. Мы можем влиять на память и ментальное здоровье людей, внушать им что-то, подменять воспоминания, облегчать и усиливать боль, — обратилась ко мне сущность. — Генераторы могут принимать любой облик, кроме своего, ведь они его забыли. Но все облики будут «сломанные» из-за того, что тела Генераторов делаются из перерубленных и уничтоженных частей их бывших тел. После этих слов я в шоке посмотрела на сущность перед собой. То есть… То есть это не ее настоящий облик? А я думала, что… что все Генераторы выглядят, как их будущие «заместители». И, видимо, Генератор передо мной не исключение… — Генератора перед тобой зовут Роберт. Но раньше он был не против прозвища «Рори»… — внезапно подал голос начальник полиции. Мы втроем — я, Сэм и… Роберт — одновременно повернули голову в его сторону. Это совсем не смутило начальника, но вот меня — очень. — Откуда вы знаете?.. Начальник полиции промолчал, отведя взгляд. Тогда вместо него ответил Рори: — Лукас Диас был моим лучшим другом до того, как я стал Генератором. Повисла тишина. Я переводила шокированный взгляд с Генератора на мистера Диаса и никак не могла сложить картинку в голове. Если Генераторы выбираются раз в столетие, то как начальник полиции прожил так много?! — Предвещая вопрос, — опередил меня мистер Диас. — Как человек я, конечно же, не прожил. Но благодаря проведенному давным-давно обряду Драгао я перестал считаться человеком и теперь имею право на многолетнюю жизнь. Повисла тишина. Я просто не могла уложить эти мысли: Генератор передо мной имеет имя; начальник полиции Б.И.Г. — его лучший друг и не человек… Что еще мне придется сегодня узнать?! — Больше — ничего, — внезапно ответил на мой вопрос Рори. Я подняла на него взгляд и удивленно похлопала глазами: Генератор сменил свой обычный облик. Теперь передо мной стоял не менее дерганный, яркий и «глючный» молодой человек с пустыми глазами. Он выглядел точь-в-точь как тот парень с фотографии… В меня словно бы попала молния. Я отшатнулась назад, в шоке распахнув глаза. Слишком много информации… Слишком много информации! СЛИШКОМ МНОГО ИНФОРМАЦИИ! Я схватилась за голову и зажмурила глаза, пытаясь успокоить внезапную боль. Мистер Диас и Рори просто смотрели на это, пока Сэм не «очнулся» и не бросился ко мне, пытаясь помочь. Боль прошла так же неожиданно, как и началась. Я подняла голову на Генератор, который смотрел на меня безо всякий эмоций. — Ты сама всё поймешь. Когда окончательно наступит Вечность. И наступить она должна уже совсем скоро. Время не ждет. — Я согласен. У нас нет времени на дальнейшие разговоры. Мне еще нужно успеть до комендантского часа зайти к доктору Фину и рассказать ему о закрытом деле, — кивнул начальник. Он впервые за всё время посмотрел на сущность, стоящую возле себя. Всего за миг их переглядывания я увидела столько эмоций, сколько не видела никогда в жизни. Радость, гнев, сожаление, боль, сочувствие, вину, печаль, тревогу, высокомерие… Однажды и ты так посмотришь на кого-то. Уже будучи не собой, а Генератором. — Если вы говорите, что выбора у меня нет, то я согласна. Я не хочу, чтобы ни в чем не повинные люди оказались в Аду, — наконец сказала я. Я сказала это! Да, я была готова на это! Я была готов пожертвовать ВСЕМ, чтобы спасти этот мир. И пусть моя жертва останется безызвестной, и пусть я потеряю самое дорогое — свою жизнь, я не могу отказаться. Просто не могу. Люди и… сущности должны быть спасены. И пусть для этого мне придется вечность испытывать боль, одиночество и забыть саму себя. Рори долго и выразительно смотрел на меня. В его пустых глазах я уловила сочувствие, понимание, смирение и — наконец — гордость за меня. За мой выбор. Я поняла, что однажды и ему пришлось принять этот сложное, но простое решение. И сотням до него. И несмотря на то, какие ужасы были связаны с Рори, он не был плохим. У него просто не было выбора. Не было выбора. Лишь решимость… — Как-то быстро всё закончилось… — пробормотала я. И эти слова наконец заставили Сэма очнутся от шока. Он осознал, что происходит. И пусть сейчас решалась далеко не его судьба, он бросился ко мне, схватил за плечи и стал трясти. Он с ужасом смотрел на меня. Я чувствовала его страх. — Нет-нет-нет! Скажи, что это глупая шутка! Ты не можешь согласится! Не можешь, слышишь?! Я молча остановила Сэма и взяла его за руки, глядя прямо на него. — Я не могу иначе. Иногда нужно умереть одному, чтобы не погибли тысячи. — Но ты же не умрешь! — закричал Сэм. — Ты обременяешь себя на вечные муки! Я не хочу, чтобы ты страдала! Я уверен, что есть другой вариант! — Нет. Нет, Сэм, его нет… — упавшим голосом ответила я. — Ты должен понять: мне тоже тяжело, мне тоже страшно! Но у меня нет выбора! Понимаешь?! Нет! Сэм тяжело дышал, смотря мне в глаза. Он так крепко сжал мои руки, что я не могла пошевелить запястьями. Я знала, что Сэм попытается меня отговорить. А он прекрасно понимал, что у него не получится. — Успокойся, Винс, — прервал нас мистер Диас. — Тебе ясно сказали: выбора нет. И твои чувства никак делу не помогут. Сэм переключил свое внимание на начальника полиции и Рори. В его глазах вдруг появился такой гнев, что мне на миг стало страшно. Этот гнев… Он был почти осязаемым. Он появился из ниоткуда, но словно бы жил всегда, просто спал. Дремал где-то в глубинах сознания Сэма… — Это всё вы! Вы! Проклятое Закулисье, Б.И.Г.! Из-за всего этого АДА происходит такое! Только из-за вас! Идиотские правила, из-за которых умирают люди! Да чтобы вы все… Сэм запнулся. Мистер Диас остановил его, положил руку на плечо. Я внезапно осознала, что не ощущаю гнева начальника. Он смотрел на Сэма с… понимаем?.. С сочувствием? — Я знаю, что ты чувствуешь… Поверь, я испытывал еще больший гнев, когда… когда потерял друга. И… — мистер Диас не договорил, но Сэм его и так понял. Он в шоке смотрел на мужчину перед собой. — Я просто… Я… — гнев испарился. Сэм сдерживал внезапно подступившие слезы, его дыхание сбилось. — Я просто… Начальник полиции молча поддерживал его печаль, помогая справиться со слезами. Я отвела взгляд, понимая, что все эти эмоции Сэм испытывает из-за меня. По моей вине. Если бы не я, Сэм бы не боролся с противоречивыми чувствами. Возможно, всем будет лучше, если я перестану быть источником гнева и печали… Рори повернулся ко мне. Теперь были лишь он и я. И я знала, что обратного пути нет. Вот-вот старый Генератор, отслуживший Закулисью сто лет, наконец… наконец-то перестанет испытывать сильнейшую боль. Ну а мне — новому Генератору — еще только предстоит столкнуться с ней. — Просто иди вперед. И в какой-то момент ты осознаешь, что всё закончилось. Твое тело будет передано Б.И.Г. Ты и не заметишь, как оно вернется к тебе, — дал мне последние наставления Рори. — Будь хорошим Генератором. И передавай Эльмире привет. Скажи, что «маленький Рори» обрел покой. Я кивнула, сдерживая слезы. Слишком… Слишком много плохого произошло за всё это время. Я мысленно попрощалась с родителями — единственными родными людьми со Сцены, которые так никогда меня и не дождутся… «Мам, пап… Я люблю вас». Я повернулась к Сэму, который всё еще стоял возле мистера Диаса. Я подошла к нему и обняла. Я вложила в эти объятия всю любовь и нежность, которые однажды подарил мне Сэм. И теперь я вернула их обратно. Сэм посмотрел на меня. Я поняла, что он не сдержал слез. Он наклонился и поцеловал меня. В последний раз. Я улыбнулась. — Спасибо, что был со мной. — Спасибо, что была со мной… Ко мне из темноты вынырнула Сильви. Сквозь плач она что-то кричала, обнимая меня, но больше ждать я не могла. Закулисье не могло. Я наклонилась к Сильви и заправила выбившуюся прядь ее волос за ухо. А затем чмокнула девочку в лоб. — Прости, что ухожу. Но с тобой остается Сэм. Слушайся его, ладно?.. — сквозь слезы прошептала я. — Поля… — Сильви в последний раз обняла меня. Я обняла ее в ответ. Как жаль, что ей пришлось увидеть всё это… Я подошла к Рори. Он жестом указал мне, куда идти дальше. Я кивнула ему и попыталась улыбнутся, но вышло не очень. Перед тем, как идти, я повернулась назад. Сэм взял на руки Сильви. Девочка что-то отчаянно кричала, а разбитый вдребезги Сэм не мог ее успокоить. Ему бы и самому сейчас пригодилось чье-то успокоение… Мистер Диас смотрел мне вслед, взглядом желая удачи. Я улыбнулась ему и отвернулась, чтобы видеть, куда мне нужно идти. Больше я ничего не могла сделать. Моя печальная история, начинавшаяся с боли, закончилась ею. Я не помнила, как всё закончилось. Просто в какой-то момент повисла тишина. Я стала легче, мысли выветрились. Я ни о чем не думала, когда медленно села прямо на пустоту, из которой состояло пространство между уровнями. Я находилась в Голубом Канале — наполненной странностями пустоте, находящейся вокруг всего Закулисья и его уровней. И, видимо, теперь это мой дом. И отныне я — часть Закулисья… Иногда нужно пожертвовать кем-то, чтобы выжили миллионы. Люди меняются, а их души — нет. Но даже в трусливой, слабой и пустой душе найдется место для искреннего добра, самопожертвования и нежности. Осталось лишь поискать…

Конец записи.

VGhpcyBzdG9yeSBpcyBvdmVyLiBJJ20gZXZlbiBhIGxpdHRsZSBzb3JyeS4uLiBCdXQgZXZlbiBtb3JlIGludGVyZXN0aW5nIHN0b3JpZXMgYXJlIGFoZWFkIG9mIHVzIQ0KSSB3YW50IHRvIHNheSB0aGFuayB5b3UgLSBSZWFkZXJzLiBXaXRob3V0IHlvdSwgbm9uZSBvZiB0aGlzIHdvdWxkIGhhdmUgYmVlbiBwb3NzaWJsZS4NCkFuZCB3aG8gc2FpZCB0aGF0IHRoaXMgc3RvcnkgaXMgb3ZlciB0byB0aGUgZW5kPyAuLg==