исповедь нимфам афродиты..

Дневник Лили Де Вилье. Флоренция, 1983 год. — Somewhere in Northern Italy. Ох, Флоренция, величественная и упоительная словно плоды Афродиты. Сам Ботичелли влюбился в её лик, даровав её суровому взору рождение Венеры. В садах её порхают нимфы, в улочках страстям благословение нашёл Данте, чуя дыхание Аида позади плеча. Быть может здесь в проулках Нептун даровал Фетиде буйство морского бриза, как клятву о своей вечной любви. Флоренция извечно представлялась мне чем-то искусным, словно яд в вине. Будто в её улочках древнеримские богини безмолвно шепчут мне свои кровавые тайны. Моя дорогая тётушка Маддалена боготворила Флоренцию словно своё дитя. Она была сладострастной женщиной, глаза её словно карбункулы, скулы — заострённые кинжалы, морщины вокруг уст, напоминали о тысячах пылких улыбок. Её поместье — обитель искусства, книжные полки с древнеримскими эпопеями, ирисы и альстремерии, лилии и сердцецветы, всё они цвели в её саду. Она чтила традицию горячего американо по утрам и поцелуев в обе щеки, острую пасту и объятия под старинные чёрно-белые фильмы. Маддалена возлюбила и виниловые пластинки, мы слушали каждую из её необъятного убранства. В оковах стен и тайн её поместья, подле веранды царила музыка исходящая от старинного проигрывателя что Маддалена приобрела на богом забытом рыночке в грязных проулках Италии. Когда мы танцевали джаз являлся нам горячими танцами в пабах с дамами в 40-вые года, что даровали свою бордовую помаду саксофонистам после концертов. Его сменил буйных вальс, в котором расцветали азалии и ирисы что украшали бальные одеяния достопочтенных леди, они хранили свои секреты в танце. Умирая на балу, они возрождались в садах афродиты чудесными нимфами. Играл и шотландский пляс, стихало величество девятнадцатого века, царила лишь грязная пляска шотландцев в обшарпанных поместьях. Исходящая запахом пота, алкоголя и любви. Мы жили в музыке и я безмерно любила тётушку Маддалену за дар её воображения. Получив от неё письмо с запахом её цветочных духов и бордовым поцелуем я была несказанно счастлива. 'Дорогая Лили, я буду ждать тебя в своём поместье в следующий четверг около десяти. Приготовлю нам panzanella, целую милая. ' Твоя Маддалена Де Вилье. Я прибыла в назначенное время в её поместье. Ничего не изменилось здесь с прошлого июльского месяца. Скульптура Диониса по-прежнему красила своими изгибами, азалии так же благоухали в саду. Изысканные колоны по прежнему обрамляли виноградные ветви, и то же сказание на латыни выжженое на вратах: ' Кто б ни были входящие сюда, оставьте здесь надежду навсегда' что красили врата ада в комедии Данте. Маддали встретила меня с нашим обрядом поцелуев, оставляя красную помаду на щеках. — Милая, проходи скорее! У меня так много чего рассказать! — Дорогая тётушка, sei come uno smeraldo come sempre! — Ho sentito dal giglio più bello. Мы оговорили весь грешный мир. О страстных кокетках итальянках, до тайн румынских цыган. О похождениях Афины и о драгоценности сердоликов на фамильных кинжалах. Мы танцевали медленный вальс, пили красное вино, унизили лик Зевса и боготворили Аида за верность заблудшим душам. Я пишу об этом в дневник около четырёх утра, и подумываю сбежать в сад, перевести древнегреческие эпопеи. Как знать, небось прочту тайны Деметры. Пять утра, Флоренция, поместье Маддалены Де Вилье. Вновь пишу в дневник. Я прогуливалась по саду усталым взглядом, считая позвонки скульптур, как вдруг лицезрела в окнах другого поместья саму Афродиту. Она словно сошла с небес в мои объятия. Её белокурые локоны обвивали бедра, изящные руки скользили по шёлку, щеки заливал румянец, а губы словно смоченны вином и самым опасным ядом. Коль удостоила меня богиня своей красотой, я обязана послать ей лилии и письмо с признанием в любви и почести. L'amore a prima vista accade solo una volta. Двенадцать утра. [Тётушка угостила меня Caprese, возьму рецепт для дорогого отца] Маддалена поведала мне что в том поместье обитает дама по имени Виттория Де Сантис, что обладает фамильным музеем искусств. Я созерцала её из веранды. Её изящество завораживало. Столь божественной она являлась. Я написала ей письмо на латыни с поцелуями и сердцецветами. Перед этим успев сжечь и переписать около сотни писем к чёртям в ад, описав своё восхищение в крайней форме безумия. Ведь любовь и есть безумие по природе своей. Словно вырванное сердце из груди во имя твоей музы, страсть требует жертвенности. Шесть вечера, Поместье. Она отправила мне ответ на письмо. Её почерк словно изгибы бутонов роз, впиваются в сердце. 'Дорогая незнакомка, ваша латынь достойна похвалы, я бы с удовольствием встретилась бы с вами, ваши доблестные слова честь для меня, είσαι ένα θαύμα. [В девять утра, в моём поместье буду вас ждать.] Виттория Де Сантис. О, Виттория. Как властолюбиво звучало её имя. Получив письмо, я немедля пошла к Маддали на кухню, она была несказанно радостна, и вспомнив свои порывы юности поведала мне о своих буйных годах. О том как являлась первой красавицей Флоренции, и как ни странно, так и не вышла под венец, отговариваясь одной и той же фразой на латыни — Viri sunt viri что в переводе означает «мужчины дрянь». И кто как ни эта пылкая, загадочная женщина знала толк в человеческим предрассудках. Маддалена поведала мне как даровала дамам поцелуи в руки, как искусно прятала от властей реликвии, как купила поместье в Трансильвании и влюбилась до окончания времён в танцы буйных цыган. Как поклонялась Венере написав ей сотню поэм что сожгла ко всем чёртям. Маддалена явила миру вызов, она была страстной и таинственной женщиной, воистину мудрой и миролюбивой. Написав свою судьбу она не забыла пролить краски, кровь и пот во имя счастья. Окончив свою проповедь, она поцеловала меня в щёку на последок, вплетая в волосы пару азалий. Я заснула у неё на руках прямо на маленькой, уютной кухоньке. 18 июля, Флоренция. αγάπη μου — любовь моя [греч]. Виттория была и правда обворожительной. Её голос так мил словно щебет птиц. Она оказалась скульптором, живущая искусством дама, в таинственном поместье Флоренции, обладающая нежным взглядом. Дитя Венеры. Мы болтали о подвигах Диониса, о бытие 80-х и упадке романтизма и извращении реализма, о изящности изгибов скульптур до благоухания альстремерий и кронов винограда так похожих на изумрудное колье. Её певчий голос завораживал словно клавесини. Мы долго скитались по дивных улочкам Флоренции, садам и переулкам с лодочками. Её нежные руки словно обвивали мою душу ветвями роз, впиваясь до жертвенной крови. Я целовала её руки, вплетая в её волосы свою страсть и поклонение. Белое вино красило губы и сияющие очи в лунном свете. Мы бродили по закаулкам Флоренции до того как начало светать. На последок я поцеловала её. Так страстно как поэты целуют своих муз. Это была моя клятва о поклонении. Она оставила у меня за ухом лилии и таинственно скрылась за вратами своего поместья. Этот кровавый рассвет стал моим перерождением, моей молитвой. 19 июля, Флоренция. Если вы читаете это послание, значит я уже мёртва. В архивах библиотеки вы найдёте что Виттория Де Сантис существовала за долго до моего рождения и кончины. Она явилась мне сладким сном, и забрала меня из этого грешного мира. Имя Виттории Де Сантис упоминалось в античных мифах как служительница Афродиты. Она бессмертна по природе своей. Виттория является нимфой. Лили Де Вилье. октябрьская. _____________________________________________ перевод : - Somewhere in Northern Italy - Где-то в Северной Италии. (англ) - panzanella - тосканский овощной салат. - sei come uno smeraldo come sempre - вы словно сияющий изумруд. (итал) - ho sentito dal giglio più bello - слышу от самой красивой лилии. (итал) - l'amore a prima vista accade solo una volta - любовь с первого взгляда бывает только раз. (итал) - Caprese - лёгкая итальянская закуска из помидоров, моцареллы, оливкового масла и базилика. - είσαι ένα θαύμα - ты чудо (греч).