Идиотские идеи госпожи Хан

Не сказать, чтобы для Ким Докчи было проблемой игнорировать какого-нибудь человека или ситуацию. Например, он довольно успешно игнорировал издевательства над собой в средней школе, благодаря чему смог отлично сдать экзамены и поступить в хорошую старшую школу. Куда обычным хулиганам попасть было бы очень проблематично. Обычным. Именно поэтому такие люди как Хан Союнг не могли считаться обычными хулиганами. Она была умна, явно умнее многих и, — но это нельзя было сказать с уверенностью, — возможно, достигала уровня интеллекта Ким Докчи. Это доказывало хотя бы то, что она смогла поступить туда же, где и учился её друг детства. Но даже мизерная разница в уровне прокачки мозгов с лёгкостью устранялась её хитростью. Манипуляторша, грубиянка и просто отличница — это всё про неё. И если ей чего-то надо достичь, она этого добьётся. Любой ценой. Даже если придётся корчить эту умилительную рожу. — Отвали, придурочная, — буркнул себе под нос Ким Докча и отвернулся, пытаясь сосредоточиться на чтении нового параграфа по истории Кореи. — Ну пожа-а-алуйста! Я же не о многом прошу! Она просила, чтобы он был волонтёром-официантом на фестивале. При этом надев на себя платье горничной. Хан Союнг ныла ему под локоть на протяжении всего дня, как только оказалось, что она, как помощник старосты, должна придумать что-то на ежегодный школьный фестиваль. И, конечно, Хан Союнг придумала самую уродскую, отвратительную и просто хреновую идею. И, конечно, за её выполнением она притащилась к лучшему другу. И конечно, от её последней фразы гордость Ким Докча как мужчины была уязвлена. Он почувствовал, будто из его рта повалил пар. — Не о многом?! Ты считаешь, не о многом?! Ты просишь, чтобы я натянул на себя девчачье платье! Ким Докча так сильно размахивал руками, что чуть не сбросил с парты собственный пенал. Благо, у Хан Союнг было достаточно ловкости, чтобы подхватить его в полёте. Не меняя выражения лица, она с преувеличенно повышенным тоном произнесла: — Вообще-то это костюм мейдочки, тупой ты книжный червь. Надо знать разницу! — Ах, да, — издевательским тоном произнёс Ким Докча, — как же я мог перепутать? Это же платье служанки! Тогда это, конечно, меняет дело! Ведь кроме того, чтобы разносить еду всяким малолеткам, я должен буду позориться перед ними же! — Не раздувай из этого трагедию, — закатила глаза девушка. Перерыв почти закончился, а учитель на занятия обычно не опаздывает, так что у неё осталось минимальное количество времени, чтобы вытащить туз из рукава: — Было бы страшнее, если бы все в школе узнали, что наш дорогой Ким Докча хранит в своём телефоне кучу фоток одного своего знаком… ммм! — Тихо ты, — в панике зашептал Ким Докча, прикрывая рот Хан Союнг рукой. Она, воспользовавшись моментом, широким жестом её облизала. — Фу! Свинья! — Сам такой, — ухмыльнулась Хан Союнг. — Ну так что? Согласен? — Нет уж, ты тоже кое-о-чём забыла. Ким Докча насмешливо поднял брови и посмотрел на девушку с видом победителя: — Ты ведь тоже в своём телефоне хранишь много фотографий Ю Сангах! Но вопреки его ожиданиям, она лишь рассмеялась. — Ту-пи-ца, — по слогам произнесла Хан Союнг. — Все и так об этом знают! Вот, смотри. Хан Союнг прочистила горло и громко пропищала: — Я люблю Ю Сангах! Однако весь класс не обратил на неё никакого внимания, будто они видели подобные сцены много раз на протяжении каждого дня. Даже только что вошедший учитель лишь смерил её неодобрительным взглядом. Лишь из какого-то угла донеслось улыбчивое: «Я тебя тоже, милая». Ким Докча выглядел уничтоженным. — То, что сломано, умереть не может, — с превосходством произнесла Хан Союнг. — Я это говорю о своей репутации, если что. Так… ты согласен? Ким Докча со стоном уронил голову на сгиб локтя. Затем очень злыми глазами посмотрел на свою одноклассницу. — Бесишь, ненавижу тебя. Хан Союнг мило улыбнулась и потрепала Ким Докча по голове. — Платье я отдам тебе завтра. *** — Иди к чёрту. — Если ты считаешь, что юбка короткая, снизу можешь надеть шорты. — Отвали. — А ещё она будет подчеркивать твои ровные ноги. — Ты с ума сошла?! — Ну подожди-подожди! Разве ты не думаешь, что Ю Джунхёк будет очень возбуждён, когда увидит тебя в этом костюме? — Тебя в детстве роняли? Не все в этом мире такие извращенцы, как ты! — Зря ты так обзываешься, — Хан Союнг ухмыльнулась с таким выражением лица, как будто узнала все тайны мироздания и собиралась поделиться с ним одной из них. — Я, между прочим, узнала кое-какую информацию со стрима Ю Джунхёка! — И какую это? — Ким Докча сложил руки на груди и насупился, но по его блеску в глазах было видно, как внутри за секунду разгорелся интерес. Хотя, с его уровнем фанатизма по однокласснику, его будет сложно удивить. Хан Союнг хихикнула. — Ну смотри, — она включила какое-то видео на своём смартфоне. — Тут он где-то заканчивает среднюю школу. На видео был Ю Джунхёк двухлетней давности, ещё не обросший тысячами подписчиков, но уже довольно популярный среди начинающих блоггеров. Ким Докча клещом вцепился в чужую руку. — Где ты это откопала?! — благоговейным шёпотом спросил он. — А ну заткнись! — шикнула на него девушка. — Сейчас самое главное пропустишь! «В чате спрашивают, нравится ли мне всякий японский бред вроде кошачьих ушек и костюмов горничных», — сказал молодой Ю Джунхёк, проходя какую-то новую на тот момент игру. Вдруг он замолчал и на долгие секунды с каменным лицом посмотрел прямо в камеру. Ким Докча подумал, что Ю Джунхёк сейчас начнёт всё жёстко отрицать, но тот лишь с металлом в голосе выдал чёткое: «Да», после чего тут же вернулся к игре. Ким Докча застыл. Весь его мир будто в одночасье рухнул к ногам этого парнишки, стоило тому лишь произнести это простое «да». Его мозг будто бы отправился на перезагрузку. — …Ладно, — после небольшой паузы, произнёс Ким Докча. — Давай сюда своё платье. — Я ещё прикупила кошачьи ушки. Хан Союнг решила не показывать, насколько её душу удовлетворил вид смущённого Ким Докчи. — Их я тоже возьму. Тем не менее, он не мог позволить себе потерять самоуважение ещё больше, поэтому неловко прокашлялся и вернул своему лицу холодное выражение. — Но не забывай, что после этого ты у меня в неоплатном долгу. — Это ты так признаёшь, что твой Ю Джунхёк- извращенец? Весь остаток дня Ким Докча её игнорировал. *** Наступил день школьного фестиваля. Вокруг царила атмосфера веселья, и немудрено: уроки сегодня для всех закончились пораньше, все хотели наесться до отвала вкусной неполезной едой и показать, на что способен их класс. Ким Докча с самого утра был на нервах. Ему постоянно чудилось, будто сегодня должно произойти нечто из ряда вон, и далеко не в хорошем смысле. Обычно предчувствие ему не лгало, так что охотливый до разных жутких сценариев разум Ким Докчи принялся в красках представлять, что может пойти не так. Неужели, кто-то испортит его школьную форму, из-за чего ему придётся идти домой в этом позорном костюме? Или он настолько разозлит своим видом Ю Джунхёка, что тот ударит его? Или, того хуже, будет игнорировать до конца своей жизни?! Или из небольшого зоопарка сбежит попугай и накакает на его голову? Вариантов было много, один другого хуже, но грозный оклик Хан Союнг заставил его забыть про всё. — Кафе откроется уже через десять минут, а ты ещё не одет?! Он стоял в мужском туалете и вовсе не хотел, чтобы какой-нибудь знакомый увидел их тут вместе, так что Ким Докча вздрогнул и торопливо начал расстёгивать рубашку. Девушки рядом он совсем не стеснялся: уже в детском саду они были не разлей вода, а их горшки постоянно стояли рядом, из-за чего на гениталии друг друга они успели насмотреться вдоволь. Тем более, что разница в ориентации мешала им хоть как-то интересоваться телом друг друга. Сейчас важнее было поскорее выйти из компрометирующего положения. — Нас задержали на тесте по биологии, — едва слышно прошипел парень. — Надо было, по твоему, его бросить и примчаться сюда? — Конечно! — Хан Союнг любезно помогла ему застегнуть пуговицы на спине. — Разве ты не понимаешь? Это же последний фестиваль в твоей жизни! — Подумаешь, — насупился Ким Докча, поспешно завязывая шнурки на каких-то старых унисекс туфлях, которые его подруга откопала у себя дома. — Если я буду хреново учиться, то поступить в универ мне не светит, и вот тогда это действительно будет мой последний фестиваль. — Тц, не волнуйся ты так, — Хан Союнг поправила на его голове ободок и с предвкушающей ухмылкой начала рыться в сумке. — Лучше смотри, что я принесла! На её ладони лежала помада слишком яркого цвета, чтобы можно было бы посчитать оттенок за натуральный. — Я уже устал сопротивляться твоим идиотским мозгам, — парень закатил глаза и вытянул губы уточкой. — Действуй. Хан Союнг схватила его за щёки и потянула в разные стороны. Ким Докча запищал от неожиданности. — Я же не пытаюсь украсть твой первый поцелуй, — она закатила глаза и из вредности снова ущипнула эти худые щёчки. — Расслабь губы и закрой глаза. Ким Докча послушался и даже привалился к стене туалета, чтобы не мешать художеству своими движениями головы. Касания помады к губам чувствовались достаточно деликатными, будто Хан Союнг занималась раскрашиванием других людей уже очень давно. Однако на губах дело не закончилось: к закрытым векам прижалась кисточка, но Ким Докча решил это проигнорировать: он вчера до поздней ночи готовился к тому самому тесту по биологии, так что сил в нём осталось не то, чтобы много. — Готово. Хан Союнг отодвинулась и с удовлетворением посмотрела на свои успехи: макияж смотрелся простенько, но при этом не выглядел пошло, как это могло бы смотреться на парне. И надо было Ким Докча в этот момент широко зевнуть, чтобы полностью испортить сцену любования своей подруге. Хан Союнг снова закатила глаза. — Пойдём. Скорее всего, Ю Сангах уже начала принимать заказы в нашем кафе, а ты всё ещё тут прохлаждаешься! — Да иду я, иду. *** Из плюсов этого дня можно выделить один: Ким Докча в будущем будет в двести раз больше учиться, лишь бы ему не пришлось работать в сфере общепита. Тем более, на улице в жаркую погоду. Ему, семнадцатилетнему выпускнику, ещё никогда не приходилось одновременно контактировать с таким большим количеством людей: одни жаловались, что печенье недостаточно сладкое, другие просили принять у них заказ, третьи спрашивали, где он достал такую классую помаду, четвёртые требовали, чтобы он с ними сфотографировался, и всё это происходило одновременно! Он весь день бегал из стороны в сторону, будто его жалят десять тысяч пчёл, но поток клиентов всё не хотел убывать! Видимо, по всей школе разлетелась весть, что какой-то старшеклассник натянул на себя костюм горничной, поэтому все ученики бурным потоком стекались к их классу. Внутри себя Ким Докча уже давно проклял Хан Союнг с её тупой идеей и уже представлял, как через несколько часов ляжет в своей мягкой кроватке с очередным романом, как вдруг… Хлоп! Ким Докча совершенно не по-мужски взвизгнул. — Эй, конфетка! Не хочешь нас обслужить? И тут за его спиной послышался гогот. Парень быстро обернулся и увидел… чёрт. Это были его одноклассники со средней школы. Ким Докча старался не показывать своего волнения (но, скорее всего, уже все вокруг заметили его дрожащие пальцы), так что натянуто улыбнулся и произнёс максимально вежливо (с поправкой на то, что его только что шлёпнули по заднице): — В этом заведении непозволительно унижать официантов. Если вы сейчас же не извинитесь, я буду вынужден выпроводить вас. На что компания напротив разразилась ещё большим хохотом. — Да что ты? — Сон Мину растянул губы в улыбке и притянул испуганного Докчу к себе за талию. Тот настолько возмутился, что почувствовал, будто ему вырвали язык. — Неужели, забыл своих старых друзей? А ты ещё таким симпатичным стал… неужели, наше расставание идёт тебе на пользу? Аха-ха-ха! Остальные члены компашки подхватили его смех. — Т-ты чего вытворяешь?! Отъебись, п-придурок! — Ким Докча принялся вырываться из хватки, но слабые от страха и усталости конечности отказывались подчиняться. Парень сглотнул кислый комок в горле. — Я всего лишь хочу с тобой немного повеселиться, Докча-нуна, — Сон Мину ухмыльнулся ещё шире и наверняка сказал бы ещё какую-нибудь гадость, как вдруг на всё мини-кафе раздалось громогласное: — Ким Докча! Все посетители тут же повернули головы в сторону входа в палатку, где стоял очень злой по виду Ю Джунхёк. Тут же пошли шепотки, но парень на них внимания не обращал: быстрым шагом он направился прямо к объекту своего внимания и буквально выдрал его из рук Сон Мину. Тот, конечно, запротестовал. — Ты ещё кто? — он даже встал из-за стола. — И с хера ли ты отбираешь у меня Ким Докчу-онни? На это Ю Джунхёк смерил его одним из своих лучших «ты-кто-вообще-такой» взглядов и надменно произнёс: — Я не обязан перед тобой отчитываться. После чего потащил за собой Ким Докчу на выход, у которого ужасно шумело в ушах. Это, получается, Ю Джунхёк его только что спас? Как настоящую принцессу из романтической истории? Или он был из-за чего-то зол на него, поэтому сейчас собирался избить? Чёрт-чёрт-чёрт! А Ю Джунхёк, тем временем, не сбавляя темпа танка, продирающегося сквозь полные коридоры школьников, наконец вывел его в одинокий мужской туалет, в котором обычно не встретишь ни души. Скрестив руки на груди, Ю Джунхёк яростным взглядом уставился на его, Ким Докча, лицо. Тот неловко почесал горящее запястье, за которое парень напротив его и тащил, и неловко хихикнул, явно не собираясь начинать разговор. Отвел взгляд в сторону. — Кто это был? — наконец, не выдержал Ю Джунхёк. Ким Докча снова нервно хихикнул и с нарочито весёлой интонацией произнёс: — Те парни? А, они всего лишь старые знакомые со средней школы. Ничего такого. — Вы с ними дружили? — Ну, да. Можно и так сказать. — Они тебя били? — снова спросил Ю Джунхёк, и Ким Докча, слегка задумавшись о других вещах, бездумно ответил: — Да, иногда бывало… Ох, то есть!.. Но Ю Джунхёк уже развернулся, очевидно, чтобы найти тех парней и что-то им сделать. — Нет, стой! — крикнул Докча, хватая одноклассника за руку. — Куда ты? — Отпусти, — приказал Ю Джунхёк рычащей интонацией. И как бы Ким Докча не желал подчиниться этому голосу, он продолжал стоять на своём. — Они должны извиниться перед тобой! Я приведу их, а ты стой здесь. — Никто не должен извиняться! И нигде стоять я тоже не буду! Ю Джунхёк, когда ты стал таким заботливым?! — Пусти, говорю! — Ублюдок, зачем тебе это?! Уходи и занимайся своими делами! — Это теперь тоже моё дело! — Да почему?! — не выдержал Ким Докча и со всей силы дёрнул Ю Джунхёка на себя, впечатывая его в свою грудь. Из-за этого их разница в росте стала ещё виднее, поэтому Докча отступил на полшага, не отпуская чужую руку. — Какая тебе вообще разница, кто меня травил? Разве должно оно тебя волновать?! — Должно — не должно, но волнует, идиот ты конченый! — Почему, я спрашиваю?! Разве ты не последний человек, кому будет хоть какое-то дело до моих проблем?! — Потому что ты мне нравишься, ублюдок! И время будто замерло. Ким Докча тихим хрипом выпустил воздух из лёгких, который берег для новой тирады. Ю Джунхёк напротив выглядел… не на шутку горячо: его щёки раскраснелись, зрачки увеличились, а растрёпанные волосы и сбившееся от криков дыхание лишь дополняли его супер-крутой образ. Но сейчас не время, чтобы им любоваться. Сейчас мозг Ким Докча должен был обработать то, что его одноклассник только что сказал. — Ч-чего? — растерянно спросил Докча. Если бы на лице Ю Джунхёка сейчас промелькнуло, хоть на мгновение, выражение озорства, то парень рассмеялся бы во всю силу своих лёгких, оценивая глупую шутку. Но лицо Ю Джунхёка было до страшного каменным. Он рассерженно цыкнул. — Я не стану повторять. Ю Джунхёк насупился и слегка отвернул голову, но уже спустя считанные секунды снова посмотрел на лицо Ким Докча. Тот всё ещё не мог понять, что только что произошло. Тогда Ю Джунхёк решил играть по-крупному: слегка пихнув Ким Докча в грудь, он втолкнул его в открытую кладовку, прижимая к пыльной стене. После этого, не дожидаясь чужой реакции, прижался к накрашенным губам. Мозги Докчи будто бы в миг пронзили тысячи разрядов молний. Он тихо пискнул и сжал в ладонях плечи Ю Джунхёка, который… о, боги! Который прямо сейчас целовал его! Ю Джунхёк, как ни в чём не бывало, пытался просунуть ему язык в горло. — Ст-мгх! Стой! — Ким Докча едва вырвался из чужой хватки. Глотнул побольше воздуха и на одном дыхании выдал, не смотря в глаза: — Что это только что было? Ты с какого вообще решил, что можно вот так накидываться на людей?! И лишь после этого взглянул на лицо Ю Джунхёка. И, наверное, у него в тот же миг встал. Слегка покрасневшие скулы одноклассника красиво подсвечивались вечерним солнцем. Его губы, всегда красивые и чёткие, сейчас были ещё ярче из-за отпечатанной помады. А это выражение непонимания делало его ещё горячее. Ким Докча сглотнул вязкую слюну. — Я сделал это, потому что ты мне нравишься, — как маленькому ребёнку повторил Ю Джунхёк. — А ещё потому, что я нравлюсь тебе. Если бы лицо Ким Докчи не выглядело так, будто его секунду назад обмазали жгучим перцем, он бы наверняка очень сильно покраснел. Из груди снова вырвался нервный смешок. — Ха-ха, и с чего ты это взял? — Хан Союнг вчера сказала. Тогда Ким Докча едва не поперхнулся воздухом и с вытянутым лицом уставился куда-то вниз, где, предположительно, на несколько этажей ниже девушка отдыхала на фестивале. — Но она же обещала молчать! Я сейчас ей!.. — О, так я был прав. Ким Докча замер и в который раз за день почувствовал, что его голова взрывается. — Чего? — Я не был уверен, но подумал, что о таком ты бы рассказал Хан Союнг, — пояснил Ю Джунхёк. — Она мне ничего не говорила. Зато ты сам подтвердил, что я тебе нравлюсь. И после этого Ю Джунхёк, этот красивый ублюдок, улыбнулся настолько мягко и заразительно, что Ким Докча и сам не заметил, как тоже начал улыбаться. Он больше не чувствовал себя обманутым и брошеным, лишь что-то тёплое ворочалось внутри, так что Ким Докча и сам не заметил, как подался навстречу этой улыбке и уже сам поцеловал Ю Джунхёка. Тот лишь крепче прижал его к себе за талию и углубил поцелуй, предаваясь подростковой романтике. Они бы так и продолжили растягивать этот милый момент, но вдруг Ким Докча почувствовал, что-то идёт не так. И именно в этот момент он опустил голову, разрывая поцелуй, чтобы увидеть, что у него встал член.