Этамин.

— Ты самая яркая звёздочка на этом небе, мой…

Чонгук неуверенно мнётся на месте, неловко вытянув шею и засматриваясь на сидящего мужчину. Тот, согнув ноги в коленях, сидит на террасе кафе на углу. Вокруг все ярко, немного зелено, но октябрь уже витает в воздухе запахом свечей и теплоты, в которой все так нуждаются в это время года. Юноша, прячась в пёстрой листве парка, сжимает губы и всё-таки, сжимая лямку своей сумки, выходит из своего укрытия, не замечая на лице отвернувшегося парня ухмылку. Заметил. Чонгук прокашливается, когда подходит к месту, где сидит Тэхён. В нём идеально всё, буквально его имя, что так мягко срывается с губ. — Присаживайся, — с некой нежностью в голосе произносит тот, а Чон, неловко опустив глаза, опускается на стул. Это их вторая встреча. Первая состоялась в том же парке, в котором так героически прятался Чонгук. Тэхён подошёл к нему, заставив замереть на месте и показал пальцем на этот самый столик. — Могу ли я расчитывать на встречу с тобой там, в пятницу, одиннадцать утра? Лучшее время по звёздам, чтобы провести знакомство и выпить кофе. — он буквально пропел эти слова и начал смотреть прямо в его глаза, из-за чего Чонгук, не привыкший к такому вниманию, сначала неловко смотрит, потом раскрывает глаза шире, но после соглашается, ибо не знает, что в таких ситуациях отвечать. Он же всегда может уйти, правда? Садясь за этот столик, он понимает, что не сможет, даже если очень сильно захочет. — Как твоё имя? — первое, с чего начинает тот, беря в руки меню. — Заказывай что-нибудь, — Тэхён, именно это имя он произнёс, когда ускользнул от него в сентябрьский вторник. Видя сомнения в блестящих глазах Чона, Ким улыбается и садится ровно, наклоняясь ближе к нему. — Я не кусаюсь, не нужно так нервничать. Тэхён кажется чем-то необычным, на самом деле, он почти ничем не увлекается, как понимает Чонгук. Разве что много про звёзды знает. — В мире существует около восьмидесяти восьми созвездий, известных в нашей галактике. Это всё кажется чем-то далёким, но мне нравится читать, смотреть картинки и распечатывать их, я люблю это. И многое знаю. Тэхён смотрит в глаза, когда Чонгук рассказывает о себе. О том, что фотограф, но любит долго гулять и вообще в диалоге больше берёт на себя позицию того, кто говорит. Но он может и выслушать. Именно поэтому через несколько часов, пролетевших как миг он уже звонко смеялся и хлопал, слушая тэхёновы рассказы. Ким всё ещё смотрел в глаза — видимо, привычка. — Помнишь, как много людей было в парке во вторник? Чонгук задумывается. Людей и вправду было больше, он видел очень много пожилых, молодых, юных. Он невольно заговорил, перемеривая пальцы. — Мне нравятся люди. Они все такие похожие, но на самом деле и разные. Они не похожи ни на кого. На самом деле мне не верится, что на свете нет второго меня. То есть… я такой один, как и все люди в этом мире, представляешь? Тэхён, смотрящий в эти звёздные глаза, в которых сияет та самая необъятная вселенная, нашедшая покой в этих тёмных глазах, улыбается и кивает. — Все люди необычны. И зачастую они об этом забывают. Но ты… в этом парке ты сиял ярче всех. — Чонгук зарделся несвойственным для него румянцем и пробормотал что-то, снова кинув этот блестящий взгляд на Тэхёна. Тот же, сидящий в своём большом свитере и молочных широких штанах, с каштановыми кудрями, что разбрасывал октябрьский ветер, светлыми глазами, что глядели так прямо и искренне, что Чонгук хотел только одного — оказаться тем человеком, который сможет нырнуть в его объятия.

***

Он смог. Чонгук зиму не любил и хотел, чтобы этот навязчивый мороз исчез. До недавнего времени. Когда он узнал, что у Тэхёна день рождения, он не знал, как его поздравить, поэтому решил подарить картину. На ней было созвездие… дракона. Чонгук все ещё мало разбирался в звёздах, но знал, что Тэхёну нравятся море и звёзды больше остальных вещей в мире. 
Именно в момент, когда Тэ раскрывал обёртку и увидел картину, Чонгуку на миг удалось увидеть в его глазах ту вселенную, о которой он говорил всегда, при взгляде на Чонгука. Тэхён откладывает картину в сторону и обнимает его. В первый раз, как будто он — самое ценное, что есть у Кима. Чонгук обнимает в ответ. Именно тогда они поняли что-то для себя, но что — пока никто не рискнул сказать, да и куда торопиться, на самом деле? Им обоим точно некуда. Пусть всё будет так, как должно быть.

***

Чонгук любит рисовать на одежде. Один раз он подарил Киму на праздник любого дня — он не сделал подарок за что-то, просто потому, что ему нравилось то, как у Тэхёна сияют глаза и как он смотрит на него с широкой улыбкой. — Ты самый лучший, знаешь об этом? — Много на себя беру, хён. — бросает Чонгук, улыбнувшись. Они гуляют в начале марта, а небо такое чистое, что Тэхён смотрит, задрав голову и сжимая руку Чонгука в своей. — Ты видишь, какое небо звёздное? — шепчет осторожно старший, сжимая руку в руке Чона. Тот осторожно шепчет «да» и снова смотрит на Тэхёна. Невольно опускает взгляд на свой подарок — чёрное простое худи с единственным в этом мире рисунком. Тот отрывает взгляд от неба и смотрит в ответ. — Ты знаешь много созвездий, да? — спрашивает Чонгук. Ему нравится то, как Тэхён после этих слов будто оживает и начинает рассказывать об этом. В груди растёт тепло и видимо то, что так часто называют любовью? — Обещай мне, что мы сходим посмотреть на звёзды, когда ночью станет не так холодно, — тихо произносит Тэхён, прижимаясь ко лбу Чонгука своим. — Я обещаю, Тэ. Как ничего и никогда не обещал. Тэхён улыбается. Чонгук тонет.

***

Начало июля, как что-то светлое и знойное, Чонгук вообще мало что любит, оказывается. Зимой холодно, летом жарко, весной сыро, а вот осенью. Осень он любит. Да и Тэхён тоже. Но сейчас они лежат на траве, на часах час ночи, глубокий час, когда самое время говорить о чём-то, о чём не говорят при свете дня. — Честно, мне больше утро нравится, — жалуется Чонгук, а Тэ гладит по щеке и говорит смотреть на небо. Он слушается. А потом утопает в нежном и мягком голосе Тэхёна, который волосы его перебирает одной рукой, а второй показывает на созвездия. — Мы не можем увидеть сегодня ночью все созвездия, так как они находятся на разных полюсах, какие-то на севере, какие-то на юге и так далее. Зато сейчас мы видим мириады звёзд. Как тебе, Гуки? Чонгук поворачивает голову и смотрит на него, ловя ответный взгляд через секунду. Он поднимается с зелёной травы и на локте приподнимается, чтобы слегка повернуться к Киму. Лишь спустя несколько мгновений он опускается к лицу его личного звёздочета и робко целует. Тэхён выдыхает через нос и поднимается резко, звенит браслетами, когда путает в его волосах пальцы и прижимается, сбивает дыхание обоим. Он рукой другой тянется к спине и пробегается пальцами по руке, пока Чонгук отвечает ему, сжимая руки в кулаки. Ким закидывает их на свои плечи и не оставляет между ними и миллиметра. — Я хочу вечность смотреть на свою самую яркую звезду. — Чонгук прижимается к нему и почти валит их на траву, но Тэхён удерживает. — помнишь, ты подарил мне картину? — Угу, помню. — Созвездие дракона. Этамин. Самая яркая звезда этого созвездия. — в глазах его даже в самой тёмной ночи видна та нежность, которая сопровождает его, Чонгука, всюду. Эта нежность, скрытая в чужом взгляде, заставляет его быть настолько слабым, что он не может ничего, кроме как прижать к себе ближе. Тэхён заправляет прядь рыже-русых волос за ухо и шепчет тихо, чтобы тот услышал, не нарушая тишину. — Ты — самая яркая звёздочка на этом небе, мой Этамин. В твоих глазах горит Вселенная. А в моих любовь.

***

Чонгук дуется, когда не может разобраться в карте созвездий. Тэхён сидит рядом в растянутой футболке, на дворе сентябрь, прошло почти два года с тех пор, как Ким увидел его в том осеннем парке. Сейчас они сидят в их общем доме, в своём мире, Тэхён целует его за ухом и обнимает со спины, обхватив свою звёздочку руками. — Больше всего мне нравится видеть тебя в этой растянутой футболке, — мурчит нежно, а Чонгук лишь улыбается, накрывая его руки своими. Никто из них никогда не жалел об упущенных возможностях, когда они выбрали друг друга, а не кого-то ещё. Чонгук нашёл свою любовь, а Тэхён — свою звёздочку. — Я попробую ещё раз! — восклицает Чон и серьёзно смотрит на своего парня. — Ты, я знаю, кто ты! — внезапно ещё громче произносит парень. Тэхён изящен. Красив и любим каждой частицей Чонгука. Он как… лебедь. — Sadr. Ты мой sadr. — «Гамма лебедя»? Неплохо. — Тэхён волосы свои за уши заправляет и улыбается. — Второй по яркости, после тебя, Этамин. — Но… — Чонгук стопориться, нахмурившись. Тэ пальцем разглаживает складку на переносице и целует туда же. — Я же не ярчайшая звезда в этом созвездии, Тэ. — Да. — кивает ему старший. — Но ты самая яркая звёздочка на моём небе, Чонгук. Тот снова улыбается тепло, а Чонгук не может поверить в то, что он любит и любим таким волшебным, необычным и прекрасным человеком, как Тэхён. Он чувствует, как его глаза намокают и он нетвёрдым голосом произносит слабо, но уверенно. — Я люблю тебя. — слова, которые многим кажутся самыми обычными. Но Тэхён расцветает каждый раз, когда Чонгук это говорит. Он прижимается к его губам своим и шепчет рядом, сжимая их сплетённый руки. — Я тоже люблю тебя, Этамин. Этим же вечером Тэхён, накинув куртку, подходит к Чонгуку, сидящему на кровати. Склоняет голову и произносит игриво: — Послушаем море и посмотрим на звёзды? Он принимает руку в свою и тянет на себя, заключая в объятия.