Don't give up!

Разговор был долгим. Первую его часть я предпочту благополучно забыть. Почему? Потому что Эррор, как истинный джентльмен, дал мне право первого слова. Отчитывались мы несколько скомкано, рассказывая о своих догадках и возможных причинах такого переноса. На моё заявление о том, что я из мира создателей Эррор рассмеялся, но через некоторое время всё же разрешил продолжить разговор, пока сам ушёл в раздумья. Я тактично умолчала о том, что мне по всей видимости придётся вправлять ему мозги, но и вопросов наводящих старалась не задавать… себе дороже открывать его бзики вживую. Насчёт личности организатора и по совместительству виновника нашей непростой ситуации мнения разошлись, но мою теорию о влиянии создателей он не опроверг, даже наоборот – одобрительно кивнул, после чего разговор плавно перехватил на себя, заявив, что не так давно чувствовал постороннее вмешательство в его код. Нужно ли говорить, что ему это не понравилось? И потом наш глючный приятель оказался… здесь. Далее разрушитель весьма подробно разъяснил мне за мою беспомощность при работе с кодом. От его речей моя самооценка стремительно падала вниз, и говорить что-либо расхотелось вообще. Хотя, такому как Эррор монологи вести не впервой, а мимику он прекрасно интерпретировал, причём по-своему. Ладно, делаем лицо кирпичной стеной и терпим процесс его терапии. Я человек так-то неконфликтный, но бывают у меня такие состояния, когда чаша терпения наполняется до краёв, а принципы и внутренние убеждения берут верх, игнорируя обстановку в которой всё это действо происходит. Приходиться как мантру повторять себе фразы успокоения и тщательно следить за контролем. Нет, я мог бы переключится на другие мысли, но не хочу пропустить что-то важное из его слов – может он по другому общаться не может и мы вполне себе мирно беседуем? — Зна-значит так-ак – слуш-слушай-ай и зап-запоминай-ай… Я обяз-обязательно-но верну-ну кон-контро-троль, но наб-наблюдать-дать за твоим-им бар-барахтань-аньем-ем выш-выше моих сил-ил. – Твёрдо заявил глючный и ловя на себе мой заинтересованный взгляд широко улыбнулся, откидываясь назад и поднимаясь с места. – Теб-тебя под-подослали-ли потому-му, что им нуж-нужен разруш-разурешитель-тель… Хах. Эррор задорно хихикнул, становясь ко мне вполоборота и прикрывая одну глазницу. Скрестил руки на груди и, выпрямившись, продолжил: — Что-то ж, меня не волнует-ет что-то ты буд-будешь делать-ать, но если-ли ты не спра-справишься-ся, то мне при-придёт-ётс-тся приструн-рунить-ить досадную ошибку само-самотоятельно-но. К концу предложения зрачки его потухли, а улыбка стала ещё шире, пока надписи об ошибке появлялись с треском старого телевизора. Сердце пропустило пару ударов, пока глючный приходил в себя. Эррор вздохнул, повернул ко мне голову и уставшим двухцветным взглядом мазнул по пространству вокруг. Опустил напряжённые плечи и после нескольких минут раздумий произнёс: — Что-ж… нач-наЧнём. Учись вид-видеть-еть код. Не зло-злоупотребляй-ляй – пере-перенагпряг-напрягать-ать глазницы-ицы маг-магией опас-опасно-но. Нач-нанём с основ-ов: у каждой-ой все-вселенн-енной есть своя граница – лин-линия, отдел-деляющ-ющая две пуст-устоты друг от друга. Найт-найти такую-ую в коде проблем-еммат-матично-но, самый-ый простой-ой спо-способ – выяс-яснить-ить кон-конечные-ые координ-диинаты-аты тайм-таймла-лайна и прикинуть раз-рАзмер-Еры ост-осталь-стальных-ых лин-линий. Их колич-личество-во в Data. Изуч-зучи поиск-исковик-ик. Вот это я понимаю, смены настроения. Ещё бы голос лагал поменьше, и было бы вообще прелестно. Эррор объяснил основные моменты, игнорируя мой, мягко говоря, недоуменный вид. Спустя время замолчал, хмуро вглядываясь в мою восхищённую моську и довольно улыбнувшись, продолжил: — Вселен-енную дел-делим на центр и врем-временные-нные лин-линии. Центр – основ-Нова, душа Альт-альтерна-тернативы-ивы. Чем боль-больше врем-временн-енных-ых линий – тем лег-легче буд-бУдет пробр-пробрать-браться чер-чер-через гран-границ-нИцу. Поймала себя на мысли, что такой Эррор мне нравится – увлечённый, он выглядел спокойным пока неспешно ходил туда-сюда, спрятав руки в карманы. Глазницы прикрыты, а задумчивый взор направлен дальше чем в никуда – туда, где хранится самое важное – в воспоминания. — Дам небо-небольшой-шой список-ок Альтер-альтернатив-тив, осталь-стальные-ые ряд-рядом-ом. И луч-лучше теб-тебе запом-помнить-ить наз-назва-звания-ния… С памятью у меня такое себе, да и в школе на уроках я предпочитала спать, но к своему собственному удивлению слушала во все уши, старательно запоминая каждую его фразу. Когда он закончил, я не решалась отводить взгляд, а Эррор удовлетворённо оскалился, подходя ближе. Неясное наваждение прошло и захотелось отодвинуться на безопасное расстояние, но резко сжались нити на горле, напоследок подарив омерзительный чавкающий звук – звук разрезанной плоти, сжатой трахеи и хлюпанье крови. Последнее из его слов мной разобранное – шёпот, на грани слышимости из-за шума в голове: — Молод-лодец, а теп-тЕперь всё запом-пОмни хорош-рОшень-Енько-кО. Это – лишь начало. … — Д-дА что-чТоб тЕб-теБе ди-дИск От-оТформа-ФоРмАтирО-роВал-вАли! С выкриками подрываюсь с места, роняя книгу и пинком ноги отбрасывая ни в чём не повинную вещицу в сторону. Делаю глубокий вдох, постепенно успокаиваюсь, силясь не забыть происходящее минутами ранее. Чертила… Ну кто так делает? Нормально ведь разговаривали. Появилось желание придушить фриканутого гаптофоба. Лишь чудом не забытая информация по ценности компенсировала раздражение благодарностью. От лагов прожигающих каждую косточку хотелось выть волком, но я стоически перетерпел наплыв, будучи близким к состоянию перезагрузки. Такими темпами я вылетать буду чаще, чем мир матом крыть. От гневных размышлений меня отвлекает голод. Правильно, стресс нужно заедать чем-то сладким и вредным. Я вновь сажусь за книги, половина информации в которых словно написана доисторическими существами на неизвестном языке. За всё прочтение уничтожила три шоколадки, не меньше. Кажется, заносить заметки в план уже приобретает будничный оттенок. На повестке дня уничтожение вселенных срок жизни которых уже давно истёк, а также тех, которые нужно лишь немного травмировать. Так сказать – стать ветром для юного деревца. Ну или страшным волком для соломенного домика, это как пойдёт. Одна из книг порадовала своей читабельностью, и носила в себе информацию о слиянии душ, что само по себе объясняло бы некоторые моменты моего здесь пребывания. Некоторые, но не все, и поэтому вопросов становилось всё больше. Было очень страшно доставать душу, но я рискнула. Визуально нет ни единого намёка на слияние, что радовало и огорчало одновременно, отметая одну из теорий в дальний угол. Надолго или нет – вопрос другой, книга по всей видимости старая, так что за актуальность информации ручаться при всем желании не могу. Кстати о достоверности: надо бы отнести дурацкие книги умному дяде на расшифровку. Заношу очередной пункт в заметки потихоньку составляя обновленный план. Будем надеяться, чернильная башка не отправит меня к учёному раньше времени, потому что я понятия не имею как себя лечить. И Эррор, по всей видимости, тоже, если судить по шрамам на теле. В голову внезапно пришла шальная мысль – а не найти ли мне Гастера? Нет, собеседник из него безусловно, интересный, только вот ну его с этими фэндомными недомолвками. Я не собираюсь ломать себе череп над такими головоломками – не мой уровень, не моя сфера влияния. А то, мало-ли, получиться ревёрснутый Андервёрс, где в роли вдохновителя выступает Эррор. Спасибо, откажусь. Многовато чести. Из головы не выходил Эррор. Прочно засел в воспоминаниях и не желал оттуда уходить. Неудивительно – последние несколько дней я только с ним и общаюсь. «Ты… Чт-чТо сдел-делала?» Он определённо не ожидал того, что произошло. А что, собственно, тогда произошло? Я ничего не почувствовала… словно бы… словно бы моё желание не причинять вреда и спастись внезапно исполнились. Ха-ха, забавный бред, однако. «Аном-Аномал-малия…» О, Эррор определённо сталкивался с похожей душой. А ещё он принял меня за жителя своего Мультивёрса. Это… странно. Неужели я ничем не отличаюсь от местных? Хотя, а с чего бы мне отличаться? «Это – лишь начало.» Что же подтолкнуло его начать со мной говорить? Нежелание разбираться или простое любопытство? Нет, всё же Эррор хитёр. Он что-то задумал, но я не знаю что. Глюк знает намного больше, чем показывает… но почему? Недоверие, а может что-то ещё. И вот это «что-то ещё» напрягает меня больше всего. — Поч-почему? Вслух проговариваю, постукивая фалангами по форзацу одной из книг. Голова начинает болеть, но этот проклятый вопрос буквально мучает меня, наравне с глюком, словно бы пару мгновений назад смотрящим на меня со своей маниакальной улыбкой: — Поч-почему-му я не мог-могу понять-ять, что у него-го на уме? По-че-му… К чёрту эту ебаторию. С такими мыслями я хлопнул себя по коленям, коленным чашечкам и открыв заметки приступил к преобразованию плана в более-менее упорядоченный. Когда же план был сформирован и преобразован в хронологическом порядке, я без зазрения совести открыла портал в Фэлл мир, намереваясь пополнить запасы чая. Пока играли в незаметность подслушали разговор стражей. Один из монстров напоминал собой пса, другой лиса и оба увлеченно обсуждали резкий упадок продовольственных запасов. От кражи меня это не остановило, но к разговору я прислушался, незаметной тенью зависая на крыше неподалёку. Слух у разрушителя был что надо, а стражники не стеснялись повышать голоса: — Я им блять говорю: собирайте, прячьте эти ебучие куски, а они мне что? «Наша королева ебать какая ахуенная и никогда не допустит подобного». Тьфу! Идиоты. Лис весьма нелестно отзывался о правительнице подземелья, поэтому я предположила, что этот Таймлайн – одна из жестоких нейтральных концовок. Не завидую парням, ничего не скажешь. — Тише ты! Сейчас говорить о её величестве такие вещи смертельно опасно. Помнишь Джеффри? Его забрали приближенные королевы на следующий день! Он даже из дома выйти не успел, как эти уёбки сгребли его в охапку. Пёс же выглядел напуганным, искреннее беспокойство звучало в его голосе, пока он панически оглядывался по сторонам. Стало любопытно. Неужели всё настолько плохо? — Да ладно, не верю я в эти байки. Наверняка забухал старичок, чё такого-то? Весело хмыкаю в унисон лису – узнаю порядки и настроения Фелловцев. Пёс в ответ наклонил голову, почти умоляющим тоном проговорил, стараясь сделать голос как можно тише: — Да не в этом дело, идиот! Ладно на себя насрать, мелкого пожалей! Твоя мать была умной женщиной и даже мой отец всегда приводил в пример её твёрдый нрав и охеренное чутье. Всех несогласных отправляют в лабораторию к этим ебанутым в халатах. Бедолага, вправляет мозги своему другу. Возможно парни росли вместе. Почему-то на ум пришла моя собака. Я как-то и забыла о ней. Как она там? Скучает или ей комфортно под присмотром взрослых? От размышлений меня отвлёк силуэт, на грани периферии он был смазан, но взгляд чётко выцепил пятно краски на белой скуле: — Ё-Ёб! Чуть не свалилась с крыши – не заметила, что было скользко. Весьма поздно поняла, что скелет мне померещился. Стражники среагировали на шум, отчего пришлось срочно уматывать в Антипустоту, слыша за спиной гневное «лови выблядка!». Чуть не выронил пачку драгоценного чёрного чая из рук. Если бы выронил – на один Таймлайн у Фелла стало меньше. В голове всплыл интересный вопрос: если там пропадёт еда, то что станет с этим миром? Как вообще миры проходят эту стадию (а проходят ли?) отделяясь и становясь… побочной, эм… вселенной? Таймлайном? Чёрт, нужно будет спросить как-нибудь Эррора об этом. И проверить Хоррор миры. Чёрт, никогда бы не подумала, что буду мониторить убийственную троицу. Погулять перед работой, что ли? Открываю заметки и внеся несколько правок отправляюсь в Оутертейл, силясь вспомнить по каким сценариям может пойти многострадальная Мультивселенная и какие последствия будут у встреч тех или иных путешественников. Возможно, мне удастся переписать какие-либо неудачные события в более приятном ключе, но боюсь проблемы начнутся где-то ещё. В любом случае гулять по пустой временной линии, избегая оставшихся в живых Чары и Фриск мне уже надоело, поэтому я решил приступить к непосредственной работе разрушителя. Первой в списке на уничтожение стояла некая Underrender. Название странное и говорит само за себя, хотя я, признаться, смысла этой альтернативы так и не поняла. Подумаешь, большой открытый мир, заполненный странными зависшими персонажами, расцветкой напоминающие бесконечный эффект глитча. Хотелось бы сфоткать этих ребят и потрясающие полуразрушенные здания, но увы, телефона при себе мы не имели. Добавил в заметки – нужен телефон. Итак, вселенную нужно уничтожить. Могла бы сказать, что скрепя сердцем, но совру – уничтожить этих бедолаг большая милость, чем если бы я оставил их жить так. Как там Эррор говорил? Конечные координаты? И каким образом мне углубиться в эту самую Data? Хм, может всё же Database? Ладно, мне нужно найти этот самый Центр альтернативы. Желательно кодовой строкой, а не непонятной материей или хаотичным набором нулей и единиц. Центр я нашла, и представлял он собой что-то невероятное. Я так понимаю Эррор нечасто разрушает таким образом, а вот почему – вопрос уже другой. Он же вроде как мне помочь хочет. Короче говоря, центр – ни что иное как набор базовых спрайтов, локаций и основной линии сюжета, набор определённых ключевых точек. Это если верить коду, конечно же. Зрительно я находилась в месте, которое могу описать как «Экран загрузки». То есть, по сути – душой Альтернативы является этот самый загрузочный экран. Ну или центр был спрятан в его недрах. И сейчас экран был… неактивен. В плане игрока в этом мире не было, хотя какие-то алгоритмы выполнялись самостоятельно. Какие именно – пёс его знает, но код у центра был слабый и дырявый настолько, что без слёз смотреть нельзя, даже мне, нихрена в этом… а нет, что-то я таки начинаю понимать. Уничтожение прошло более чем удачно – даже немного понаблюдала за тем, как мир медленно рассыпается на остаточный и первичный код, проглатываемый пустотой. Быстро надоело и я перенёсся в следующую АВ. Работы мне предстоит много, ведь нужно не только уничтожить, но и покорёжить миры. Наверстать упущенное, так сказать. Dogtale был поприятнее предыдущей вселенной. Хаски как Папирус и Санс как Английский бульдог – это нечто. А костюмчики какие занятные! И все бы ничего, если бы увидев мои кости местный Папирус и какой-то питбуль не кинулись меня излавливать. Быстро ретировалась на дерево и перезагрузилась от оглушительного лая. Придя в себя так же стремительно нашла центр, но он оказался слишком прочным, что не удивительно. Пришлось уничтожать пустые Таймлайны, захватывая их по одному. В уничтожении таких есть свой кайф – никто не кричит, не молит о помощи, не тыкает в тебя пальцем и не бьёт атаками на перебой. Правда, я ещё не пробовала уничтожать находясь изнутри, но могу предположить насколько это утомительно. Следующая Альтернатива даже названия не имела – зато в ней было много соломы. Очень много соломы. Всё, буквально, состояло из соломы. Подумала было – уничтожение будет очень лёгким, а вот фиг мне: не нашлось не единого места, за которое я мог бы зацепиться нитями и ни одного дельного кодового числа мне на глаза не попалось, потому что, повторюсь – всё состояло из соломы. Центр я ломала быстро и мерещилось мне, что он тоже состоит из соломы. Впрочем, как знать. Тому кто это сделал плюсик за выебоны, потому что такой хуйни я за всю жизнь не видела. У меня теперь глаз дёргается. Teramisutail напоминал другую сладкую вселенную, но только стилистика тут была японская. А ещё тут было солнечно… слишком солнечно, отчего монстры и локации медленно таяли. Перекусила куском местной библиотеки и разрушила центр вселенной. Теперь надолго я не задерживался, пропуская сцены распада на нули и единицы. Надеюсь, этот мир автор восстановит, извлекая хоть какой-то урок из предыдущей неудачной версии. Следующая вселенная несомненно удивила меня своей проработанностью. Отношения монстров к человеку менялось, в зависимости от того, по какому пути ты пошёл и сколько ты прошёл. Всё выглядит довольно мило, пока не замечаешь, как меняется взгляд и настроения персонажей. Тут… пожалуй очень глубокий анализ поступков и морали. Мне нравится. Отдав честь и разрушив лишь пару пустых временных линий я покинула этот мир в приподнятом настроении. UnderFish послужил поводом вспомнить неприятный момент из детства – только в этот раз я тонула связанная сетями из неизвестного крепкого материала. Попасться в рыбьи сети было оскорбительно! Но уничтожению я подверг лишь временные линии – подавляющее большинство которых несли нейтральный окрас. Центр, увы, оказался мне не по зубам. Благодаря UnderPoetry я вспомнила тонну литературы 20х веков, что наперебой звучала и виднелась повсюду. Это было похоже на кошмар сдающего ЕГЭ и мне отчаянно захотелось свой любимый телефон с музыкой и наушниками. В любой непонятной ситуации музыка служила мне успокоением, стабилизировала моё состояние и помогала сосредоточиться. Временные линии разрушала быстрее, чем зубы с утра чистила – настолько невыносимым мне было присутствие в подобных мирах. RockTale стал отдушиной после предыдущих миров. Этот мир можно было лишь немного изувечить, поэтому я позволила себе перерыв на крыше одного из домов. Вселенная напоминала мне о моей любви к металлу и резонировала с самоубеждением, что я меломан так-то. Самое смешное в этом всём – я несколько лет подряд ходила на уроки музыки, где играла исключительно произведения классические. По правде говоря, некоторые из них я до сих пор помню и уверена, если дать мне ноты, может даже вспомню как играть. Перерыв закончился резко – на меня обратили внимание местные стражники, принявшие за вандала. Их слова не лишены истины, хех. Изувечивать миры ещё сложнее, чем уничтожать. Но дело было сделано и со спокойной душой я отправилась в следующий мир, начиная уставать. Эррор же не обладает дурной привычкой всех Сансов – засыпать посреди дела? Следующая вселенная была во всех смыслах больной, а название настолько нечитаемое, что я несколько раз глазницы тушил, силясь не вылететь от раздражения. Вспомнился коронавирус, отчего стало чуточку повеселее. Рушить этот мир было странно – даже рассыпался неправильно, словно болел чем-то. Ну и мерзость… Что там дальше? Моя личная неприязнь к богам напомнила о себе в Underreligion. Пока я корежила их мир, они молились. Наивные монстры сочли меня тем бедствием, что должно «испытать их веру». Это пробуждало воспоминания, содержание которых я старательно забывала. Я не хочу вспоминать. И точка. Захотелось уничтожить бедолаг, но ограничение в виде слишком сильного Центра заставило меня ещё раз понять, что я делаю всё так как положено. Кем или чем положено – не ебу, давайте условимся: я делаю это исключительно потому, что могут начаться проблемы. Я правда не… а впрочем, кому я это рассказываю? С кем я веду беседу? Ахах, от моего перемещения в конце концов ничего не изменилось. Почти. По крайней мере разговоры с собой вот, никуда не делись. Стоило немного отойти от предыдущего, как меня встретил Underpopular с уклоном на МТТ. Честно говоря – мир, в основе которого лежит популярность выглядел не лучше, чем тренды Ютуба. Бляздец одним словом. Эти ошибки были настолько наглыми, что пытались ради хайпа засунуть меня в робота! Уносить ноги пришлось в экстренном порядке и с нервно дёргающимся глазом, потому что толпа собиралась не маленькая. А я… не люблю толпы. Плюс гаптофобия никуда не делась и в этом я сполна убедился, когда какой-то малец попытался вцепиться мне в ногу. Уничтожить под корень. FellDominotale работающий по аналогии с домино распался сам по себе, когда я слегка переборщил с разрушением в одном из Таймлайнов. Что ж… слава Эррору, что ли? Я обязана говорить что-то в моменты уничтожения? Просто только сейчас пришло осознание, что большую часть времени я веду монологи молча, изредка рассуждая вслух и не обращая внимания на эффектное появление. Да и особо светиться не хочется, так что проблемы как таковой нет. Остальные вселенные разрушали в глубокой задумчивости, не запоминая даже названий. Не покидал меня один вопрос, вынуждая периодически оглядываться. Где же наш сердобольный хоронитель? Или внимательный товарищ прынц? Как-то так вышло, что очнулся я уже в момент, когда передо мной был открыт план с заметками. Первым на глаза попался пункт «душ». Искупаться и впрямь было нужно – тяжестью давила усталость, руки сами собой опускались и словно уже мной не контролировались. Полноценно душ найти не удалось, зато уютная ванная комната с этой самой ванной была найдена в руинах неплохой рыцарской альтернативы. В процессе мытья удалось с удивлением открыть незначительные детали скелетного тела, такие как небольшие натёртости, более мягкие участки кости, необычные прожилки, шероховатости и прочие мелочи. Понятия не имею, зачем я это рассматривал, но факт в том, что я ненадолго завис за этим занятием. Скорее всего то было влияние момента. Скажу так – мыться было непривычно. Процесс не то чтобы особо различался, но вода, температура… всё ощущалось по другому. Долго смотреть на голые кости и спрятавшуюся за рёбрами душу я сочла чем-то неприличным. Оставшееся перед сном время (засыпать отчаянно не хотелось по понятным причинам) я читала книгу про болезни душ. Не без веселья диагностировала Эррору три заболевания подряд. Стало скучно. Решили посмотреть Андерновеллу путём открытия одностороннего портала, которое про себя прозвали «окном». Смотреть и ничего не понимать – это одно, но когда даже безмолвный сюжет перестал быть понимаем мной, я углубилась в размышления, под шум «телевизора» на фоне. А размышляла я вот о чём: каким образом мне мотивировать разрушителя и зачем мне его мотивировать? Ну, «зачем» вопрос можно сказать риторический – не в моих интересах задерживаться тут на долгое время. А вот как его мотивировать? Если судить по недавним нашим «встречам» во сне – глючный с энтузиазмом прикончит меня как только мы разделимся. Возможно ли это сделать, я до конца не знаю и знать не могу. А вот Эррор многое знает. Очень многое, но рассказывает с утайкой и даже… нежеланием? Он хочет контролировать мои действия и я прекрасно понимаю почему. Я обречённо вздохнула, откинувшись назад и прикрывая глазницы рукой. Разбираться с чужими проблемами, когда со своими тараканами договориться не можешь – не самое приятное занятие. Чёрт, ох уж это доверие, которое ни заслужить ни проявить толком не получится. Как некстати на ум пришли мысли о доме и я буквально слышал как мой внутренний стержень покрывается новой трещиной. «Нет своего внутреннего стержня – будешь вертеться на чужом». Мой пока держится, хотя были подозрения – давно сломался. Не иначе как позитивная новость в чистом виде! Так и засыпаю я в меланхоличном состоянии под монологи Азгорро на фоне. … Такое ощущение, что у меня в скором времени появится фобия на тёмные пространства напоминающие пустоту. Всё как обычно – я лежу, что примечательно – лицом вниз, а надо мной в тусклом свете экрана замечаю разрушителя. Вернее, его ноги, обутые в чёрные шлёпанцы. У него красивые ступни… хочу потрогать. Столько косточек… Мы продолжаем сходить с ума, превосходно. Закрываю глаза, стараясь меньше двигаться. Закрадывается идея притвориться спящей. Не желаю слушать Эррора и чем-либо заниматься. Я больше чем уверен – в этом месте мы должны спать, чтобы после пробуждения не чувствовать себя столь отвратительно там, снаружи. — Эй, Аном-Аномал-малия-ия! Но кто спрашивал, чего я хочу, верно? Продолжаю игнорировать и слушаю как он недовольно втягивает ноздрями воздух. И что? Пнёт меня? Ну да, за ним не заржавеет. Вот возьму и не буду откликаться на «Эй» и «Аномалия». В конце концов я ему называла своё имя, а раз я относительно бессмертна – бояться мне нечего. А скелет не унимается, явно недовольный происходящим: — Не-нЕ смей-ей меня игнор-игнорировать! Кожей чувствую как он нависает надо мной. Скорее всего угрожающе сверкает глазками, а мне по боку, главное чтобы взглядом дырку во мне не сделал. Имею право быть наглой после тяжких трудов. Не хочу открывать глаза и отвечать – устала. Под сопровождение фырка глючного меня отрывает от пола и вновь бросает вниз. Больно приложившись головой и за раз лишаясь большей половины воздуха в лёгких я удивлённо охаю. Глаза таки пришлось в шоке распахнуть, направив полный ненависти взгляд на разрушителя моего спокойствия. Эррор закатывает глаза и скрещивает руки на груди, фалангами постукивая по предплечью в жесте ожидания и недовольства. Во те на – ни «Здасте» ни «Доброй ночи»... Грубиян высшей степени! — И тебе не хворать. Отвечаю мрачно, но вставать не спешу, потирая ушибы и сканируя свои ощущения на предмет более серьёзных травм. Переломов, к примеру. Облегчённо вздыхаю таковых не обнаружив и с кряхтением встаю, получая от обладателя черных костей язвительное замечание по поводу «нетренированных хрустящих косточек». А я не дурак – не реагирую, отзеркалив его позу смотрю ему в глаза. — Как раб-работа? Весьма живо интересуется, не прерывая зрительного контакта. Я тоже не спешу отводить взгляд. Надоело, что он выглядит хозяином положения, хотя сейчас мы в относительно равном дерьме. Беззаботно улыбаюсь: — Весьма удачно. Кратко и сдержанно отвечаю, как будто ничего не было, и я беседую не с разрушителем миров, а с коллегой. А, собственно, почему нет? Меня с ним ничего кроме рабочих отношений не связывает, поэтому я буду вести себя так, как считаю нужным. Эррору такой ответ пришёлся не по душе – склонил голову в бок и хмуро уставился, всем своим видом излучая недовольство. — Разрушено: пять Альтернатив и четыре Таймлайна. Изувечено: шесть вселенных и три временные линии. Добавляю, наблюдая как его удивление сменяется ехидством, а в глубине зрачков мелькают задорные огоньки: — И ты счит-читаешь-ешь, что ост-оставлять те миры в жив-живых было прояв-явлением-нием доброты? Насколько-сколько объек-объективно-но ты мыс-мыслила, когда-да смот-смотрела-рела на их коды и файлы? Вопрос поставил меня в тупик. Я просто выполняла указания, так ведь? Да, я сделала не самую чистую работу, но тем не менее… Я ведь оставила их в живых, это разве не правильно? Хотя, я убила других… Етижи-пассатижи. Я не знаю что ему ответить. — Но… – я сглотнула, пытаясь собрать хаотичные мысли в приемлемый текст или как минимум найти тему, на которую можно переключится – Ты же сам сказал разрушить их? Руки сжаты в кулаки, взгляд направлен уже далеко не в глаза разрушителю. Это что же получается – я сделала что-то плохое? Я ведь просто хотела помочь, делала всё правильно… Ругаюсь под нос, ощущая как тело пробивает крупная дрожь, а голова начинает болеть. Разрушитель фыркает, когда я опускаю голову: — Послуш-слушалась? Неплох-плохо. Скелет весело рассмеялся, пока от осознания нутро пронзало чередой болезненных уколов. Боль становится сильнее. В носу защипало, пока челюсти сомкнулись до скрипа. Вакуум, в который меня погружает моё сознание, разрывает писк, пока в глазах стремительно темнеет. В голове слышится едкий смешок.

Ого, ты снова попалась?

Отъебись. — Ан..м..л…я?

Такая же доверчивая.

Хватит. Оставь меня в покое!

Тебя использовали

— Использовали… Еле слышно бормочу, пока перед глазами всё ещё темно. Какую же хуйню со мной творит больной разум. Или это лишь его проделки? Без разницы, одинаково хреново. Это просто галлюцинация, ты знаешь это. Не слушай. Не смотри.

Игрушки быстро ломаются

— Ника. Глубокий вдох. Я вздрагиваю, когда наваждение рассеивается. Эррор хмурится, и произносит моё имя ещё раз, растягивая гласные и словно прислушиваясь к буквам: — Ве-рО-ни-кА… Что за странное имя. Я вздрагиваю. Остаточный гул в голове постепенно уменьшается и на его место приходит желанная тишина. Я чувствую себя ужасно, но несомненно лучше, если можно назвать лучшим состоянием уставшее и вымотанное. Это происходит далеко не в первый раз, но ненавидимо каждый следующий. Пора бы привыкнуть, но увы, не всегда удаётся быстро очнуться. — Какое есть. К чёрту его, к чёрту галлюцинации, у меня тут глюк поинтереснее. Подождите… моё имя странное? Кто бы говорил! Тоже мне, Виндовс двуногий. Задумавшийся Эррор это хорошо, но неловкое молчание по моему затянулось. Впрочем, глючный замечает это раньше. На его лице отразилась предвкушающая и весьма довольная улыбка: — Нач-начнём практику, Ника. По спине пошёл холодок. Было у меня предчувствие, что практика включает в себя что-то весьма опасное: — А может- Меня грубо перебили, холодным как сталь тоном отрезав желание спорить: — Слушай-ай. Повтор-повторяй. Запом-поминай-ай. Остальное-ое – не мои проб-проблемы. И ещё – зат-заткнись-ись. Бурча ругательства под нос, повторяю движения за Эррором. Это похоже на разминку. Только не говорите мне что мы будем драться в конце… я не хочу. Разминка от школьной отличалась разве что продолжительностью, но вот то, что Эррор начал вытворять дальше повергло меня в праведный шок. Глючный был очень гибким. Слишком гибким, даже для скелета. Ёбаный по голове, это что за акробатика?! Бля… да я влип. Нехотя, пришлось через боль повторять за ним, чувствуя, как каждая кость хрустит и я молилась, чтобы это был безобидный хруст, а не закрытый перелом. Вот, Эррор сделал наклон назад, вот, встал на руки и балансирует на них, а вот, вывернулся в такую позу, что у меня от напряжения задёргалось веко. Какого хрена... — Можно- И вновь он не даёт сказать ни слова, разгибаясь назад и кидая на меня холодный взгляд, беззаботно и даже расслаблено раскручивая нить на фаланге: — Воз-возражения-ия? Нервно глотаю и с обречённым вздохом отрицательно качаю головой. С горем пополам пытаюсь согнуться в эти позы и не загнуться от хруста костей и боли в мышцах. Я выгибаюсь, но больше десяти секунд не держусь, сваливаясь на холодную пустоту с громким стоном. Бурчу, переворачиваясь на спину. Кажись я вывернула себе запястье. Или всё тело сразу и в нескольких местах. Мышцы горели огнём и остаётся лишь надеяться, что когда я проснусь, последствия этой физической тирании исчезнут. Почему тирании? Потому что Эррор не давал мне продыху, словно бы ему жизненно необходимо издеваться надо мной: — Вставай-ай. Я могла бы его игнорировать, но учитывая то, что магическое и силовое преимущество на его стороне, а в таком состоянии далеко не убежишь, это не имеет никакого смысла. — Я скоро в прах рассыплюсь. Жалуюсь, надеясь хоть на пять минут отдыха. По всей видимости, жалостью разрушителя не уломаешь, а жаль: — Не волн-волнует~ Буквально пропел монстр, нитями поднимая меня за шкирку в вертикальное положение. Ну вот, уже и полежать нельзя. Возмущённо выдыхаю, осознавая что издаю звук, похожий на низкое рычание. В удивлении останавливаюсь растерянно хлопая глазами и украдкой смотрю на Эррора. Кажется, он такой эмоциональной вольности не заметил, но тем не менее – его следующая фраза заставила меня шумно сглотнуть и приступить к следующему упражнению с большим энтузиазмом: — С тво-твоим-им подход-ходом-ом тело покроет-кроется пыль-пылью, а мои руки – прахом. Отчаянно матерясь повторяю движения за Эррором. А что ещё мне остаётся? По всей видимости, глючного моя матерная тирада достала, потому что после пяти минут такого действия он громко рявкнул, заставив замереть на месте и чуть было не свалиться назад: — В-вО им-ИмЯ 404, я сКаз-СкАзал-Ал тЕб-ебЕ за-зАт-ЗатКнУт-кнУть-уТься! Ошарашенно пялюсь на кричащего, наблюдая за тем как у разрушителя дёргается глазница. Левая. Он негромко бормочет что-то вроде программного проклятия на зависание, прежде чем на несколько минут потушить глазницы, скорчив крайне заёбаную, злобную гримасу. Нет, я может далеко не подарочек, но блять, кто же знал, что Эррор такой хернёй занимается? Чего ещё я о нём не знаю? — Даль-дАльше-шЕ. Мой полный отчаяния стон и почти всхлип пришедший в себя глюк проигнорировал, вставая в очередную хрен-пойми-что-за-поебень выполнимую позу. Удивительно, но в этот раз она далась мне легче. И мышцы почти не болели. Стояли мы так минут шесть, молча. Я отдыхала от сворачивания своей шеи, Эррор расслабленно прикрыл глазницы, отдыхая от моих матов. Можно было подумать, что он уснул, как Классик, но я видел как иногда он приоткрывал одну глазницу – наблюдал. А я тем временем мысленно крыла матом и Эррора, и создателей, и жизнь, что меня к такой херне не готовила. «Вас снимает скрытая камера» мать его! Чтоб у тебя моргала засохли, игуана залаганная! — Руки тонкие. Забавно трясутся. Недоумение слишком явно отразилось на моём лице. А на лице разрушителя виднелась мечтательная и очень уж нездоровая улыбка. Он что-то вспоминает и я очень не хочу знать что именно, ещё больше не хочу, чтобы он выполнил задуманное в реальности. Открыл блять Америку… Но дрожь в руках я поспешил снизить, чтобы лишний раз в глючную больную головушку не пришла очередная гениальная идея. — Пок-пока хват-хаатит. Я уж было обрадовалась концам этих изматывающих пыток, но не тут то было – к моим ногам со звоном приземлились спицы, бох знает где до этого спрятанные. На лице монстра уже знакомая удовлетворённая гримаса с отблеском безумия в глазах. — Учись связ-сзязыв-зывать дан-данные-ые. Спицы я беру, но с отчаяньем во взгляде стараюсь сообразить нормальную отмазку, дабы от сюда свалить. Эррор же преспокойно садится на пол пустоты, доставая клубок ниток из-за пазухи и второй, но поменьше, кидает недалеко от себя, поднимая на меня выжидательный взгляд и нагло усмехаясь. Колеблюсь, но подхожу поближе, настороженно присаживаясь рядом. Нет, то что Эррор меня пырнёт одной из спиц, которые достал для себя минутой позже, я не боялся. Но всё таки – кто знает, что такого удумает этот глюк. Пока скелет пояснял за вязание, я пыталась хоть немного вспомнить уроки технологии и малейшие столкновения с вязанием в своей жизни. Я умею плести косички и различные браслетики из резиночек – это, пожалуй, мой максимум. Стоит ли говорить, что большую часть слов сказанных Эррором я ни то что не разобрал, так ещё и значение их для меня осталось загадкой? Зато, оказывается, петли бывают разные! Нет, эта информация несомненно полезна мне, но единственная петля которую я сейчас очень хочу сделать объективно займёт гораздо меньше времени чем то, чему меня пытался научить Эррор. Спустя минут может двадцать у меня плюс минус было видно начала чего-то весьма кривого, при виде которого Эррор лишь фыркнул и продолжил вязать как ни в чём не бывало. В уже приличном цельном куске угадывался шарф. И вновь мои мысли вернулись к дальнейшей судьбе разрушителя и ко всему произошедшему ранее… — Ты отк-откуда-куда? Вопрос был внезапным, но подозрительно банальным. Я вроде как говорил глючному, с какой такой планеты меня скинуло. А что касается местности… зачем ему? Не верю, что Разрушитель разбирается в географии нашего мира. — Из мира создателей. Говорю как очевидную и единственную истину, менять которую я не намерена. Если Эррор сейчас пытается посеять сомнения касательно моей «реальности», его постигнет провал. А глючный молчит, хмурится, образуя ещё один рядок на изделии. Громко звякнули спицы. Злобный рык со стороны и я в недоумении кошусь на Эррора, что абсолютно точно всматривается мне в глаза, словно там спрятаны ответы на все его вопросы. Выглядит разрушитель, мягко говоря, взбешённым. Ну е-мае, опять умирать. Что на этот раз? Предчувствую если не смерть, то возмущенную и не совсем цензурную тираду его глючного величества. К нашему удивлению – такого не происходит. Вернее, возмущение звучит, но ограничено одним единственным предложением: — Поч-почЕму я о теб-тЕбе нИч-ничЕго-Его не знА-знаЮ? Неловко отвожу взгляд и хмурюсь, силясь сложить два плюс два. В математике я не силён, и решительно не понимаю, с каких таких майских прелестей его интересует… а что его интересует? Моя личность? Нафига ему эта информация? Для общего развития? Или он комплексует по поводу того, что создатели знают о нём почти всё? — Прости, мне нечего рассказывать. Твёрдо и не менее рассерженно отвечаю. Грубыми методами заставлять меня говорить не лучшая идея. Разрушитель хмыкнул, но вопросов более не задавал, только хмурый взгляд на меня кидал время от времени. От этого наблюдения и тишины становилось не по себе. — Нашёл способ переключиться? Первой прерываю затянувшееся молчание. К тому же полезно узнать, сдвинулись мы с мёртвой точки или ещё нет. — Воз-возможно-но. Уклончиво отвечает, не спеша отвлекаться от вязания, но одаривая меня беглым сердитым взглядом. И долго он дуться будет? — Я тоже поищу. Звучало так, словно это очень просто и легко, что на самом деле было не так. Далеко не так. Я понятия не имею как переключить что-то столь искусственное. Тем более где искать то, что нужно переключать. — Поиск-поисковик-вик теб-тебе 303. Задорно фыркает и привычным движением накручивает на фаланги свои голубые струны, грозясь направить их в мою сторону. Знаете, по всей видимости я могу высыпаться только тут, так что рьяно против пробуждения подобным образом: — Погоди! Я не восстанавливаюсь, когда просыпаюсь так. Поднимаю руки в примирительном жесте и стараюсь уменьшить дрожь в голосе. Глюк недовольно щурится, но нити убирает, вернувшись к вязанию: — Тво-твои пред-предлож-ложения? — Я просто лягу спать. Тут. Смотрит на меня со скепсисом, но я лишь устало улыбаюсь, слыша его недовольное бурчание, когда Эррор отводит взгляд в сторону, словно бы с кем-то разговаривая. Тем временем я спокойно укладываюсь на холодную поверхность, свернувшись калачиком и протягивая руку под головой. — Спасибо… На границе со сном произношу, слушая уже знакомый треск лагов и бурчание глючного. … Как я и думала – проснулась адекватно, впервые за несколько дней. Глаза открывала не с неистовым ором, а спокойно, как в родном мире. Подтянуться, перевернуться на бок, осознать что пора бы уже вставать, устало зевнуть и вспомнить о такой чудесной вещи как кофе. Что ж, с добрым утром меня. Встаю, делаю небольшую разминку и открываю два портала: в одном нитями забираю стаканчик горячего кофе, а в другой захожу, уже попивая этот самый кофе. Фелл альтернатива приветствует пустотой раннего утра, хотя то тут то там на дорогах можно заметить ночных гуляк. Залезаю в код и досадно фыркаю – восстановлено всего три вселенных и один Таймлайн. Ну, больно надо, в самом деле. Захотят – сами восстановят. Всё же пить ароматный напиток сидя на ветке снежного городка чудесно. Выдыхаю облачко пара и радостно фыркаю, наблюдая как оно рассеивается с порывами слабого ветерка. Спрыгнув с дерева спешу забраться в какой-нибудь домик, чтобы одолжить у местных немного провианта. Ладно, не одолжить. Спиздить. Скомуниздить. — Ест-есть так-такие мыс-мысли, есть такое-ое мне-мнение, люди – это чис-числа или привид-видения-ия~ Негромко напеваю, рыская в пустом доме. Хозяева по всей видимости куда-то ушли, но что ж поделаешь, когда гости нагрянули внезапно? Приходится угощать себя самостоятельно. — О! Пах-пахнет вкусно-но. Найденная коробка чёрного чая с травами в моих глазах была сродни сокровищу, не говоря про чайник, у которого почему-то не было провода: — Э… и как-ак оно рабо-работает? Лад-ладно, разбер-берусь. Вероятно он работает на магии, значит разобраться будет нетрудно. Под раковиной нашлась пятилитровая бутыль воды, весьма кстати закинутая мной в Антипустоту вместе с чаем. — Мат-матрица теб-тебя пом-поменяй-няй, это тип-типа дош-доширак-ак? Лапша быстрого приготовления была очень кстати. Можно с уверенностью сказать, что сегодняшний день из всех предыдущих самый лучший. И никакой урод не способен испортить мне настроение, а если посмеет – получит по всей строгости закона. Осталась последняя проблема – без сахара я отсюда не уйду. Когда я нашла большое количество шоколада, а сахар так не нашла, пришло подозрение, что сахара в этом мире дефицит: — Сахар-ар.. где же сах-сахар? О, орешки-ки! А сахар всё же нашёлся. Помимо этого того я позаимствовал большую чёрную кружку, вилку с одним отсутствующим зубцом и чайную ложку. С удивительно чистой совестью захожу назад в портал, не удержавшись от того, чтобы прихватить с собой горшок с кактусом. Он слишком одиноко стоял на холодильнике, окружённый горой пивных банок. Похоже я становлюсь клептоманом… У меня и в детстве была привычка коллекционировать старый, непригодный к использованию хлам. Всегда ценила всё то, что попадало ко мне в руки – будь то фантик от конфеты или поломанная игрушка, найденная на улице. Это было моё маленькое сокровище, которое зачастую выбрасывали… было ли мне обидно? Нет. Я понимала, что в чём-то взрослые правы. Именно благодаря такому отношению я научился прятать вещи везде и за короткий срок. В основном в небольшом участке комнаты, закрытом занавеской, нашем личном убежище. У меня в той коморке даже питомец был – паучок, которого я не хотел прогонять. Паучка убили… мне было немного жалко это создание. Как и муравьёв, как и крыс, как и прочих тварей которыми кишит квартира первого этажа. Насколько лицемерны люди. Говоря, что все мы равны и все мы твари божьи безнаказанно убивают насекомых, словно из-за отсутствия самосознания они не заслуживают жить. Лживость – одна из причин, по которой от людей меня тошнит. И оно во всём так. Не иначе чем парадокс, ибо я сама являюсь человеком. Меня и от себя частенько воротит, но то дело такое, привычное. Всё же моё отношение к смерти изменилось. Не знаю в правильную ли сторону, но мне намного спокойнее, что ли? Разобравшись с чайником заварил себе чай, оставив лапшу быстрого приготовления на потом. С горем пополам удалось найти наш с Эррором код… Увиденное мне не понравилось. Строчки словно накладывались друг на друга в неразъёмный кусок кода, менять который было смерти подобно. Но всё таки нашлась одна строчка, что на другую не накладывалась. И слишком уж явно эта часть кода глючному не принадлежала. Значит, эта часть кода моя. Это самоубийство, но я попробую перетащить эту строчку в другую… только вот куда? Может, дублировать строчку в отдельную? Привязать одну к другой, но сделать их разъёмными? Нихрена не понимаю, но если не попытаюсь что-то сделать буду себя винить. Трясущимися руками дублировала строку, нажимая Enter крепко зажмурилась, предчувствуя неладное. К удивлению ничего не произошло. Но не факт, что ничего не произошло с Эррором. Надеюсь он меня не убьёт, потому что я имею все риски уничтожить нас обоих. Я прекрасно помню фразу, прочитанную мной и прочно засевшую в голове. «Менять код Эррора – равносильно убийству». Какой же адреналин я испытываю сейчас, когда подозрительно всматриваюсь в консоль силясь понять, накосячил я или нет. Очень надеюсь нет, иначе будет очень плохо. Ужасно плохо. Закрываю окно и собираюсь было открыть портал в Оутер, чтобы немного расслабиться, как меня накрывает огромной волной лагов. Не успеваю понять, что происходит. Щелчок – и от боли мы теряем сознание. … Крик рвёт несуществующие перепонки. В теле слабость и ощущение бесконечного падения вниз. Я задыхаюсь. Изо рта вылетают яростные проклятия. Скелет, падение которого я наблюдаю имеет белые одежды, почти сливающиеся с цветом его костей. Красный шарф грозиться вот-вот ускользнуть из рук своего владельца. — И ЭТО МОЙ СЧАТЛИВЫЙ КОНЕЦ?! Отчаянье и гнев, которыми переполнен чужой крик имеет истоки отнюдь не физической боли. Эта ненависть… насколько она разрушительна? Абсолютная ярость заглушает остальные эмоции. Внизу виднеется белый, слепящий свет. Мы падаем всё ниже, ближе к свету. Глаза закрываются, гул в голове нарастает и на место свету приходит кромешная темнота, наполненная холодной ненавистью. Словно мантру скелет начинает повторять: — Ошибка... Уничтожить! Ан-аномалии… Они все не зас-заслуживают жить! … — Г-где я? Перед глазами двоится силуэт, на фоне тёмного пространства. По ощущениям – я вишу в воздухе и в этом мне помогают. Последнее что я помню – это так и не открытый портал в Оутертейл. Что произошло? — Оч-очнулась-лась знач-значит-ит… Звучит знакомый голос глючного. Когда зрение восстанавливается мои догадки подтверждаются. Эррор стоит напротив и буквально искрится от злости. Немного погодя слышу как глючный шипит, движением руки сжимая связывающие меня нити, знакомый треск сломанного модема выдаёт красную степень злости обладателя чёрных костей. — Змейка… Глупым, явно сонным голосом бормочу, вызывая недоумение на лице монстра, да и что там говорить – сам себя удивляю. Пока он ненадолго передумал меня убивать силюсь сообразить с чего бы мне начать и как поскорее вернуться в сознание. — Тук-тук. Ага, ничего лучше мне в голову не пришло. Здорово, правда? Впрочем, об этом я буду жалеть уже после, если, конечно, доживу. Эррору начало явно не понравилось, но окинув меня беглым взглядом и не обнаружив… что он там высматривал, глючный ответил, правда без особого энтузиазма и недовольно скрестив руки на груди: — Кто там? — Рычаг. Постепенно в моей голове образуется гениальный план. Ну, почти, иначе я была как минимум не связанной, как максимум не в шаге от моей персональной смерти. — Какой-ой рычаг? Эррор с недоумением вглядывался в моё лицо, силясь понять дальнейший ход мыслей. Не ломай голову глюче, всё гораздо проще, чем ты можешь себе представить: — Тот, который переключает наши сознания. По крайней мере я надеюсь, что это так. Эррор ненадолго задумался, склонил голову в бок, и спустя минуты три истерично рассмеялся, сверкая безумием и отнюдь не дружелюбно скалясь: — И тЫ рАд-рАдИ-Ди эТ-ЭтОго-гО пОлез-леЗла-лА в мОй коД?! Ну, чего я собственно ещё ожидала? И все же, какое-то зерно гнева выросло и у меня, когда я недовольно пробормотала в ответ: — Ну простите, м-р Глючная задница, я не могу как вы- Обрываюсь на полуслове и сталкиваюсь с уничтожительным взглядом напротив. Ну всё, допизделись… Финита ля комедия, бля. — Как-ак ты мЕн-меня толь-толькО что нАз-назвала-ла? Сглотнув вязкую слюну с удивлением осознаю, что страха перед ним испытываю гораздо меньше чем в предыдущие разы. Привыкла, должно быть. Изо рта вырывается наглое: — Глючная задница. А что, нравится? Эррор молчит. Хмурится, щурится, присматривается, как в первую нашу встречу. Тишина… абсолютная тишина, которую разрывает его нервный смешок и треск лагов. КУСОК ЧЕЛОВЕКА БЕЗ МОЗГОВ, КАКОГО ХРЕНА ТЫ ТВОРИШЬ?! ЖИТЬ РАСХОТЕЛОСЬ? — Нанавиж-вижу идиотов. Эррор злобно шипит, но к моему удивлению нити отпускает, с глухим стуком роняя нас вниз. На моём озадаченном лице скепсис, на его – глубокая задумчивость. Сменил гнев на милость? Трудно поверить, но похоже это действительно так. Эррор усмехнулся, весьма нагло поднимая меня на ноги при помощи тех же нитей. На мой загнанный вид от такого действия лишь шире оскалился: — С тебя должок, Аном-Аномалия. В чужих зрачках мелькнул мстительный огонёк. Страшно представить, что за должок такой. Чтоб тебя артблок за жопу цапнул, глюковод костяной. — И что даль-дальше? Спрашивает уже более спокойным тоном, лишь напряжённо теребит края одежды, равнодушно наблюдая за тем, как я принимаю горизонтальное положение. — Спать. Обоим. По идее проснуться мы должны уже по нормальному, насколько это возможно в данной ситуации. Эррор потянулся всем телом и одним движением плюхнулся вниз, закидывая руки за черепушку. И ему не больно так падать? Хотя, учитывая увиденное ранее... не думаю. — Давно-но я не спал… Скелет громко зевнул. Интересно, «Давно» – это с момента своего здесь появления? Звучит так себе. Несвязно мычу и разминаю конечности, перед тем как погрузиться в сон. Надеюсь, в этом месте он будет последним.