It´s the small things

Любовь - это цветок, которому ты должен позволить вырасти.

- Что случилось, Сора? - Спросил Сонхва, входя в гостиную. Его дочь сидела на диване, одетая в серый спортивный костюм, и дулась. Она натянула капюшон своего пуловера на лицо. Он чуть не рассмеялся, когда впервые увидел свою малышку в таком виде. Она была похожа на своего отца, когда тот на несколько дней запирался в своей студии. Сора не ответила и только глубже погрузилась в подушки. Она надулась еще больше. Сонхва тяжело опустился на диван рядом с ней и уставился в ту же сторону, что и она. - Так что мы сейчас смотрим? - Спросил он, нежно поглаживая живот. Они с Хонджуном были на седьмом небе от счастья, что Сонхва беременен их третьим ребенком. После рождения близнецов - им было уже по шесть лет - они довольно долго пытались зачать ребенка, но все никак не получалось. Это было невыносимо. Они уже были на грани того, чтобы сдаться, когда Сонхва наконец-то сделал положительный тест на беременность после того, как однажды проснулся слишком рано утром и побежал в туалет, чтобы его вырвало. - Ничего, - пробормотала Сора. Она скрестила руки на груди и посмотрела вниз, на свои колени. - Тогда почему мы смотрим на это? Я могу придумать кое-что получше. - Сонхва наблюдал за ней и улыбался, но Сора снова ничего не ответила. Иногда она бывала такой, но Сонхва был очень терпелив. Он знал, что что-то случилось, что ее что-то расстроило, но если он будет давить на нее, настаивая на ответе, то ничего не добьется. Тогда она просто начнет плакать, а он так и не узнает, в чем дело. Так что Сонхва поудобнее устроился на диване. Откинувшись на спинку, он продолжил поглаживать живот, мягко улыбаясь. Так продолжалось до тех пор, пока он не услышал звук поворачивающегося ключа во входной двери. Хонджун был дома. Сора все еще не произнесла ни слова, но когда ее аппа был дома, было гораздо легче заставить ее говорить. Хонджун всегда был ее любимчиком, у него были немного более близкие отношения с Сорой, и ему всегда было легче находить с ней общий язык. Сонхва не сердился на него за это. Он знал, что его дочь одинаково любила обоих родителей, а с сыном у него связь была лучше, чем когда-либо была у Хонджуна. - Что здесь происходит? Телевизор сломался или мы смотрим в пустоту и пространство по какой-то другой причине? - спросил Хонджун, войдя в гостиную. Сонхва не мог не улыбнуться. Его муж был одет почти так же, как и его дочь: серые треники и серый пуловер с капюшоном, но капюшон не был надвинут на лицо. Его волосы, недавно перекрашенные в мягкий светлый цвет, были собраны в небольшой хвост на затылке. Сонхва похлопал по сиденью рядом с собой на диване, а Хонджун пожал плечами и подошел к мужу. Он опустился на диван и поцеловал Сонхва в щеку. - Что происходит? - Прошептал он тихо, чтобы Сора не услышала, на ухо Сонхва. Он посмотрел через плечо мужа на их дочь, но она избегала его взгляда. Сонхва пожал плечами и умоляюще посмотрел на Хонджуна. Он знал, что так или иначе заставит их дочь заговорить. Хонджун вздохнул и встал. Затем он опустился на колени перед Сорой и посмотрел дочери в лицо. Он ничего не сказал, просто смотрел на нее. Сонхва завороженно наблюдал, как Сора корчится под пристальным взглядом мужа, пока наконец не открыла рот, чтобы ответить родителям. - Сумин плохо ко мне относится, он был груб со мной. Он не хочет играть со мной и не хочет делиться со мной своим Лего. - Хонджун заворковал, когда его маленькая дочь заговорила, и положил руку ей на колено, нежно поглаживая ее ногу. - Милая, твой брат иногда бывает немного упрям, ты же знаешь. Братья и сестры иногда ссорятся. Я тоже не каждый день играл с твоими дядями, когда мы были маленькими. Тем более что я был самым младшим, и они автоматически считали меня некрутым. - Он криво улыбнулся, а Сора сжала свои маленькие ручки в кулачки. - Но Аппа! Ты самый крутой человек на планете! Ты даже музыку сочиняешь! - Было больно, душераздирающе видеть, как его дочь защищает своего отца от детских дразнилок, которыми всегда занимаются братья и сестры. Сонхва пришлось сдержать воркование. Он не хотел мешать им, раз уж Хонджун смог разговорить Сору. - Да, сейчас я занимаюсь музыкой, но не в детстве. И мы с твоими дядями очень любим друг друга, хотя в детстве всегда раздражали друг друга. Я не могу заставить твоего брата играть с тобой, но мы можем попросить его одолжить тебе немного его лего, хорошо? - Сора, казалось, на мгновение задумалась над предложением отца. Затем она нерешительно кивнула. Лицо Хонджуна расплылось в широкой улыбке, он сел и поцеловал дочь в лоб, затем встал и протянул ей руку. - Давай поднимемся наверх, хорошо? - Сора нетерпеливо кивнула и схватила отца за руку, полная энтузиазма. Настроение может меняться так быстро. Сонхва не смог подавить улыбку. Его маленькая семья была очаровательна, хотя раньше Сонхва сомневался, что они с Хонджуном смогут растить и воспитывать детей. Хонджун всегда был трудоголиком, и хотя Сонхва мечтал быть дома с детьми, он не хотел, чтобы его дети росли почти совсем без отца. Но как только он сообщил Хонджуну о своей беременности, поведение мужа изменилось на сто восемьдесят градусов. Сонхва любил вспоминать, как он рассказал об этом Хонджуну.

Сонхва уже все приготовил. В руке у него была флешка, а в сумке - снимки УЗИ и все пять тестов на беременность, которые он сделал перед походом к гинекологу. Он нервно вдыхал и выдыхал, стоя перед студией Хонджуна. Он знал, что его муж всегда хотел детей и, конечно, будет счастлив, но Сонхва немного опасался. Они, конечно, говорили о том, что хотят детей, и уже давно предпринимали более или менее серьезные попытки, но теперь, когда это действительно произошло, Сонхва был чертовски напуган. Сделав еще один глубокий вдох, он постучал в дверь студии. Конечно же, ему никто не ответил. Хонджун наверняка сидел перед компьютером, подтянув ноги к груди, положив подбородок на колени и зажав язык между зубами. Наушники с шумоподавлением заглушали его стук. Сонхва вздохнул, потом медленно открыл дверь и просунул голову внутрь. Все было именно так, как он и предсказывал. Хонджун сидел, ссутулившись в своем кресле так, что Сонхва едва мог разглядеть его со спины. Он тихонько подкрался к мужу и осторожно вытащил наушники из его ушей. Хонджун вздрогнул и судорожно обернулся, но тут же облегченно вздохнул, узнав Сонхва. - Дорогой, что ты здесь делаешь? Неужели опять так поздно? - Хонджун посмотрел на часы на своем смартфоне, но понял, что сейчас было только пять часов вечера. Сбитый с толку, он посмотрел на Сонхва, который улыбался. - Нет, но у меня есть для тебя сюрприз. - Он достал из кармана флешку и протянул ее Хонджуну. Хонджун нерешительно взял ее пальцами и поднял брови, глядя на Сонхва, как будто не знал, что делать с флешкой. - Э-эм, хорошо? Что это? - Я сделал для тебя микстейп, - сказал Сонхва и не смог сдержать гордости в голосе. Он и сам немного гордился собой. Он потратил несколько часов, чтобы собрать все песни, которые ему понравились и которые он хотел подарить Хонджуну. - Эм... хорошо? Я имею в виду, что я, конечно, взволнован, но я что-то забыл? Это годовщина или что-то в этом роде? Мне нужно купить торт? - Сонхва рассмеялся. - Нет, ты ничего не забыл. Просто послушай. - Хонджун наклонил голову, немного недоверчиво, но затем вернулся к компьютеру и вставил флешку. Он открыл меню, в котором отображались песни, и нажал на первую песню в списке воспроизведения: "Isn't She Lovely" Стиви Уандера. Сонхва почти слышал, как у Хонджуна стучит в голове. Конечно, после нескольких лет знакомства его муж знал, какая музыка нравится Сонхва, и, конечно, он также знал, что Стиви Уандер точно не входит в его десятку лучших. Он неуверенно посмотрел через плечо на Сонхва, прежде чем включить следующую песню: "Haven't Met You Yet" Майкла Бублe. На самом деле, это была не совсем песня о детях, но Сонхва посмотрел текст и попросил приложение перевести его на корейский язык, и хотя речь шла о том, что кто-то поет о своем будущем возлюбленном, Сонхва подумал, что это вполне может относиться и к будущему ребенку. Странное настроение пронеслось через все оставшиеся песни. Список не был особенно длинным, но Сонхва был рад тому, что Хонджун послушал каждую песню, не задавая вопросов и не останавливаясь после трех песен. "Babyfather" - Sade "Miracle" - Foo Fighters "You're Gonna Be" - Reba McEntire "Three Hearts" - Alex Clare "The Day (That You Gave Me My Son) - Babyface "Having My Baby" - Paul Anka (featuring Odia Coates) "To Zion" - Lauryn Hill были воспроизведены следующими. После всех этих песен из списка Сонхва, палец Хонджуна остановился на последнем саундтреке. Он заколебался. У песни не было названия. Так и? Сонхва записал ее сам. Ну, если быть более точным, его гинеколог записал это. Хонджун нерешительно нажал на трек, а затем все его тело напряглось. Он трижды нажал на кнопку "повтор", чтобы снова прослушать эти тридцать секунд, после чего снял наушники и повернулся на стуле лицом к Сонхва. Сонхва заметил, что глаза Хонджуна были влажными. Он несколько раз открыл и закрыл рот, немного смахивая на рыбу, вытащенную из воды. - Хва? Что... эм... что это? Что я слушал? - Пробормотал Хонджун, глядя ему в глаза. - Думаю, ты и сам знаешь, - сказал Сонхва, подходя немного ближе к Хонджуну и роясь в маленькой сумочке, которую он принес с собой. - Но на случай, если ты не понимаешь... я кое-что принес. - Он достал пять тестов на беременность и ультразвуковое исследование и поднес их к лицу Хонджуна. В самый напряженный момент он закрыл глаза. Он все еще не мог себе представить, как отреагирует другой, и не мог отделаться от чувства страха. Затем он почувствовал, как нежная рука сомкнулась вокруг его запястья, а другая осторожно взяла тесты из его руки. - Хва? Они настоящие? Ты... ты действительно беременен? - Сонхва кивнул, но не открыл глаза. Он услышал, как Хонджун положил тесты на стол позади себя, а затем почувствовал руку на своей щеке, а вскоре и мягкие губы на своих. Сонхва прильнул к ним в поцелуе. Облегчение захлестнуло его тело, когда Хонджун обнял его и углубил поцелуй. Прошло некоторое время, прежде чем они отстранились друг от друга. - Я только что услышал сердцебиение нашего ребенка? - спросил Хонджун, и Сонхва наконец-то осмелился открыть глаза. Хонджун широко улыбался, и Сонхва подумал, что никогда не видел его таким счастливым, хотя в глазах у него стояли слезы. Сонхва не смог удержаться и снова улыбнулся. Они снова поцеловались, и когда несколько слезинок побежали по их щекам, никто не должен был узнать об этом позже.

- Я люблю тебя, - прошептал Сонхва, когда Хонджун снова спустился по лестнице и сел на диван рядом с Сонхва. Хонджун поцеловал его в висок. Он просто не был человеком, который часто открыто выражал свои чувства. Для него важны были жесты, которые имели большое значение, а Сонхва пришлось много лет учиться читать их. Прошло очень много времени, прежде чем они оба поняли, что испытывают друг к другу чувства. Между ними был совершенно банальный роман: друзья детства, которые знали друг друга почти всю жизнь, они оба влюбились в средней школе, но им потребовалось время до старшей школы, чтобы признаться друг другу в своих чувствах. Между ними была целая драма: первый поцелуй во время игры в бутылочку, всплеск ревности, когда у Сонхва появился первый парень, который не был Хонджуном, их первый раз, когда они были более или менее пьяны после "дикой" вечеринки, которую они устроили, когда им было шестнадцать, и множество моментов, когда они оба отрицали свои чувства. Потребовалось много драмы и негативных эмоций, прежде чем они, наконец, были готовы признаться друг другу в своих чувствах. Как ни странно, но первым это сказал Хонджун. Сонхва не стал менять свою историю, хотя он и не мог сосчитать на пальцах двух рук, сколько раз он плакал перед сном в старших классах, потому что думал, что Хонджун просто не испытывает тех же чувств, что и Сонхва. Он был удивлен, когда Хонджун снова встал с дивана. - Ты уже поел? Я подумал, может быть, мы могли бы заказать что-нибудь сегодня и позволить детям хоть раз поесть в их игровой комнате? - Сонхва обычно настаивал на том, чтобы они ели за обеденным столом всей семьей. Он также не очень любил заказывать еду, предпочитая готовить сам, чтобы точно знать, что именно он подает на стол своей семье, но что-то во взгляде мужа заставило его сдаться. Похоже, Хонджун что-то задумал, и даже если это будет просто вечер на диване с виноградным соком вместо вина, Сонхва был доволен всем, что приготовил для него муж. - Хм, хорошо. Что ты задумал? - Хонджун усмехнулся и протянул обе руки, чтобы помочь ему подняться с дивана. Сонхва нерешительно ухватился за них и позволил подтянуть себя на слегка затекшие ноги. Беременность, безусловно, имела и свои минусы, хотя он был слишком впечатлен тем, что внутри него растет новый маленький человечек, что почти компенсировало все негативные последствия. Хонджун подтянул его к себе, и Сонхва чуть не упал на него всем весом, так как на мгновение потерял равновесие на ногах. Ему нравилось быть беременным, особенно нравилось внимание, которое он получал от своего мужа, но он также будет очень, очень счастлив, когда этот ребенок наконец-то родится. - Я принес тебе кое-что, и это удивительно подходит к ситуации в данный момент. - Хонджун усмехнулся, подвел его к обеденному столу, и Сонхва тяжело опустился на один из стульев с бежевой обивкой. Он поднял бровь, глядя на своего мужа, который поставил на стол пустую вазу - Сонхва был поражен, что Хонджун вообще знает, где ее можно найти в его доме, - а затем исчез в прихожей. Вернувшись с белой сумкой среднего размера, он поставил ее на стол перед Сонхва и сел на один из стульев рядом с мужем. Сонхва вопросительно посмотрел на него. - Прежде чем ты сможешь заглянуть туда... давай сначала закажем что-нибудь поесть, хорошо? - Сонхва нерешительно кивнул, и Хонджун протянул ему свой мобильный телефон: сайт местной службы доставки был уже открыт. Значит, он и это спланировал. Сонхва прокручивал варианты, мысленно пытаясь договориться о блюде со своим ребенком . Вообще-то он хотел пасту, но у него было чувство, что его младшему ребенку она не понравится. Может быть, пицца? При этой мысли он получил легкий, но одобрительный толчок. Он улыбнулся и потер живот, а Хонджун зачарованно наблюдал за ним. Сонхва знал, что его муж никогда не сможет полностью понять ту связь с их детьми, которая была у него с близнецами, когда они еще "жили" в его теле, но ему нравилось наблюдать за тем, как Сонхва, казалось, безмолвно общается с его нерожденным ребенком. Сонхва поклялся, что маленькая фасолинка внутри может понимать его мысли, и Хонджун в первый раз, когда он сказал об этом, посмотрел на него непонимающе, но потом улыбнулся и поцеловал его в губы. - Малыш хочет пиццу. Чем жирнее, тем лучше, так что лучше что-нибудь с салями. - Пробормотал Сонхва, а Хонджун рассмеялся, выбирая очень большую пиццу с салями, брокколи, ветчиной, ананасом и вдвое большим количеством сыра. Он бы никогда не стал есть такую пиццу - вообще-то он не любил ананасы в пицце, но его ребенок, похоже, был в восторге. Хонджун осторожно взял телефон из его рук и пролистал меню, чтобы выбрать себе еду. - Две маленькие пиццы "Маргарита" для детей? - Сонхва кивнул в знак согласия, и Хонджун добавил пиццу к заказу. Близнецы уже были немного разборчивы в еде. Сначала они ели все, что Сонхва ставил перед ними, но когда они впервые услышали от кого-то фразу "Мне это не нравится", они тоже начали подражать этому, и теперь было почти невозможно найти что-то, что они оба хотели бы съесть. Это было просто ужасно. Пока Хонджун делал заказ, Сонхва рассматривал пакет. Он был просто белым и непрозрачным, но Сонхва было невероятно любопытно. Как раз в тот момент, когда он собирался заглянуть внутрь, Хонджун положил руку на пакет и остановил его. Сонхва покраснел, когда его поймали, но Хонджун лишь усмехнулся. - Ну... Я был в городе после работы, потому что Мэддокс попросил меня отнести кое-что на почту для него, и я увидел это в витрине, - он постучал пальцем по пакету, - и поскольку в последнее время в порядке вещей то, что Сумин не хочет играть с Сора, я подумал о том, что ты рассказывал мне, когда мы были подростками. Я думал о том, что ты никогда не был по-настоящему близок со своим братом, что твои родители часто отсутствовали, и что ты часто играл один с лего, чтобы убить свою скуку. - Он замешкался, потом посмотрел в глаза Сонхва, странно нервничая, прежде чем сунул руку в пакет и достал оттуда коробку в подарочной упаковке. Затем он вложил коробку в руки Сонхва. Оберточная бумага была красивого темно-зеленого цвета и украшена серебряным бантом с маленькими звездочками. Коробка была упакована немного некрасиво, но поэтому он знал, что его муж упаковал ее сам, и ему пришлось улыбнуться. Хонджун был очень творческой личностью. Он умел рисовать, сочинял музыку, сам переделывал свою одежду, но не умел упаковывать подарки, чтобы спасти свою жизнь. Сонхва улыбнулся, осторожно развязывая бантик и отрывая каждый кусочек скотча по отдельности. Он знал, что Хонджуна всегда выводило из себя то, что он так долго разворачивает подарки, но Сонхва любил не торопиться, с удовольствием дразня сам себя в этот краткий миг и ценя тщательность упаковки. Когда он, наконец, отделил оберточную бумагу от остальной и смог вытащить коробку, то ахнул от удивления. Это был букет, сделанный из конструктора лего. Он осторожно погладил упаковку и внимательно осмотрел ее. Он всегда хотел такой букет, но родители никогда не покупали его ему, потому что он был слишком "девчачьим". Он почувствовал, как внутри него наворачиваются слезы и медленно капают из глаз на коробку. - О, он противен тебе. Прости, Сонхва! Я просто подумал, что мы могли бы сделать это вместе, увидел букет и решил, что это может стать хорошим подарком. Я могу вернуть его, если он тебе не нужен. - Хонджун протянул руку за коробкой, но Сонхва прижал ее к груди и покачал головой. - Нет! - Нет? - Нет. - Э-э, хорошо? Значит тебе не противно? - Сонхва попытался улыбнуться сквозь слезы. Это оказалось не так сложно, как он ожидал, но это были слезы радости, а не печали. - Мне очень нравится он. Я люблю тебя. Спасибо, Джун-и. - Хонджун улыбнулся и снова поцеловал его в висок. - Я рад, что тебе нравится, Хва, - прошептал он на ухо Сонхва, и Сонхва почувствовал как по спине пробежали мурашки, а затем вернулся к своей коробке с лего. В ней была смесь разных цветов, и теперь ваза имела смысл и для Сонхва. Ногтем он процарапал небольшое отверстие в тонкой фольге, окружавшей коробку, и снял ее, после чего открыл коробку. Он достал множество маленьких пакетиков и инструкцию и разложил их на столе перед собой, а коробку отложил в сторону. Затем он открыл инструкцию и положил ее между собой и Хонджуном, после чего вытер последние слезы со своего лица и с любовью посмотрел на своего мужа. - Хорошо. Я никогда не думал, что в тот день, когда ты принесешь мне цветы, мне придется сначала собрать их вместе с тобой, но мне это нравится. - Хонджун рассмеялся. - Эй! Я уже приносил тебе цветы раньше! - Хотя его тон был укоризненным, широкая улыбка на его губах дала Сонхва понять, что он на самом деле не обиделся. *** Им потребовалось почти два часа, чтобы собрать все вместе. Они прервались только тогда, когда принесли еду и пиццу для детей наверху. Улыбка Сонхва становилась шире с каждым собранным цветком, который он или Хонджун ставили в вазу. С каждым цветком букет становился все красивее и полнее. Последний цветок Хонджун вложил в руку Сонхва, чтобы тот сам поставил его в вазу, отчего Сонхва улыбнулся и поцеловал Хонджуна в губы. - Я люблю тебя, - снова прошептал Сонхва. Ему казалось, что в тот вечер он не мог говорить это достаточно часто. Хонджун дал ему то, чего он хотел всю свою жизнь. Он всегда мечтал не играть с лего в одиночку, а иметь кого-то, кто делал бы это вместе с ним. - Помочь тебе вернуться на диван? Я пока приберусь здесь, - Сонхва усмехнулся и кивнул. - Я думаю, что это самая сексуальная вещь, которую ты когда-либо говорил мне. - Что я убираюсь? - Сонхва кивнул, Хонджун скорчил недовольную гримасу, но потом снова улыбнулся и протянул ему обе руки. Сонхва схватил его за предплечья, а Хонджун снова поднял его на ноги и обнял своего мужа. - Малыш, что на тебе надето? - Пробормотал Хонджун на ухо Сонхва. Всю неделю было невероятно жарко, ведь была середина июля, а в Корее обычно бывает очень жарко и влажно. Поэтому Сонхва надел полностью белую комбинацию из мешковатых, но коротких шорт для беременных и такой же мешковатой футболки с V-образным вырезом, который едва доходил до низа шорт. Это был легкий ансамбль, который подчеркивал его изгибы во время беременности, а также демонстрировал нежный рост его груди. Грудь при беременности у мужчин обычно растет не очень сильно, но Сонхва знал, как Хонджун любит, когда его обычно плоский торс немного набухает, наполняясь молоком для их детей. - Хм, симпатичный костюм-двойка, который я нашел, когда ходил по магазинам с Ву и Санни в выходные? - Пояснил Сонхва, озорно ухмыляясь. Когда он покупал его, то уже знал, что этот наряд сведет Хонджуна с ума. Хонджун ухмыльнулся и поцеловал ухо Сонхва, а затем подул на него, отчего по позвоночнику Сонхва пробежала дрожь. - И ты думаешь, что это нормально - ходить вот так? Так дразнить меня? - Хонджун прикусил мочку уха Сонхва и провел рукой по боку Сонхва к его заднице, слегка щипая упругую плоть. - Я подумал, что тебе это понравится, - Выдохнул Сонхва и вздохнул от удовольствия, когда Хонджун запечатлел несколько поцелуев на его шее. Широкий вырез его футболки позволял Хонджуну легко покусывать ключицы. Сонхва наслаждался тем, как его муж лижет и покусывает его кожу, пока не убедился, что Хонджун снова пометил всю его шею как свою территорию. - Джун... дети... мы должны уложить детей спать. - В ответ Хонджун снова сильно укусил его там, где соприкасались шея и плечо, после чего отстранился от мужа. Он обнял его за предплечья, пока Сонхва слегка покачивался в блаженстве. - Хорошо. Давай уложим детей спать, а потом продолжим? Я очень, очень сильно хочу прикоснуться к тебе. - Сонхва почувствовал, как по его телу пробежала горячая дрожь. С тех пор как прекратилась утренняя тошнота, Сонхва постоянно был возбужден. Во время первой беременности такого сильного возбуждения не было, но теперь он не мог оторваться от мужа. Конечно, Хонджун был рад этому, и они занимались этим, как кролики, пока позволяли их дети. К счастью, у них было много друзей, которые часто соглашались дать супругам несколько часов побыть вместе, не беспокоя их криками детей.

***

Хонджун и Сонхва хихикали всю дорогу наверх и постоянно обменивались поцелуями. Казалось, что они только что полюбили друг друга. Наверное, никогда еще они так долго не поднимались по лестнице. - Иди в кровать, детка. Я позабочусь о том, чтобы дети поскорее уснули, - пробормотал Хонджун и снова поцеловал его в губы. Прошло немало времени, прежде чем им снова удалось оторваться друг от друга. - Хорошо, - выдохнул Сонхва, поглаживая руки Хонджуна по всей длине, ощущая под пальцами его бицепсы, прежде чем полностью оторваться от своего мужа. Он прикусил губу и посмотрел на Хонджуна, который сделал несколько шагов назад, не в силах отвести взгляд от Сонхва, пока не ударился спиной о дверь детской. Сонхва хихикнул и, наконец, повернулся, чтобы войти в их спальню. Сонхва удобно устроился на темно-зеленых простынях. Он выбрал их некоторое время назад, как-то зацепившись взглядом за цвет. Он уже давно собирался переделать спальню, сделать ремонт. Однако его нерожденный ребенок сделал более важной необходимость переоборудовать свободную комнату для гостей и сделать ее безопасной для ребенка, поэтому Сонхва ограничился пока новым постельным бельем и несколькими новыми декоративными подушками. Хонджуну потребовалось довольно много времени, чтобы вернуться. Сонхва подложил несколько подушек и прислонился к спинке кровати. Он ждал и ждал. Через некоторое время, когда Хонджун все еще не пришел, Сонхва стало скучно. Он медленно провел рукой по футболке, поглаживая приподнятую грудь. В последнее время его соски были очень чувствительны, и, к удовольствию Хонджуна, у него уже начало выделяться молоко. Он издал тихий вздох, когда погладил один из сосков, и вскоре просунул руку под футболку и стал играть с правым соском, пока кожа вокруг него не стала совсем влажной. Он еще глубже вжался в подушки, продолжая играть с соском, в то время как его другая рука безошибочно скользнула между ног и погладила все увеличивающуюся выпуклость в его крошечных шортах. Лежа так, он не мог видеть ее за пределами своего животика, но он чувствовал, как сильно его эрекция уже создавала напряжение в ткани. Он застонал от удовольствия, сжимая свой член и потирая ткань шорт о чувствительную кожу. - Я вижу, ты начал без меня, непослушный малыш. - Внезапно услышал он голос мужа, доносившийся от двери спальни. Сонхва убрал руки со своего тела и протянул их к Хонджуну, становясь значительно ближе к нему. Хонджун усмехнулся и снял пуловер, подойдя к Сонхва. Сонхва задавался вопросом, как он вообще смог выжить в такую жару в пуловере. Однако Хонджун не часто бывал на улице, и в его студии и в их доме хорошо работал кондиционер. Сонхва просто всегда было очень жарко из-за беременности (и по температуре тела, и по сексуальности). Хонджун на мгновение замер у изножья кровати, скрестив руки на груди и просто глядя на своего партнера. Сонхва надулся, и то раскрывал, то сжимал руки в хватательном движении, пока Хонджун, наконец, не ухмыльнулся и не пополз по кровати к нему на четвереньках, как пантера. Сонхва часто не мог поверить, насколько сексуально и гибко двигается его муж. Когда он наконец настиг его, то обхватил руками шею Хонджуна и притянул его к себе в глубоком поцелуе. Хонджун поставил руки по обе стороны от головы, сидя на бедрах Сонхва. Поцелуй был страстным и интенсивным. Хонджун в считанные миллисекунды взял инициативу на себя, вдавливая Сонхва глубже в подушки и проникая языком в его рот. Сонхва застонал в поцелуе, когда Хонджун убрал одну из своих рук от изголовья и ущипнул сосок под футболкой, на который Сонхва раньше не обращал внимания. Сонхва сжал ткань рубашки Хонджуна на спине. Руки его мужа так приятно касались его, медленно и нежно спускаясь по его рукам, бокам, соскам. Хонджун наклонился и нежно поцеловал ухо Сонхва, спустился вниз по шее, до ключиц, где он вылизывал его, оттягивая ткань футболки Сонхва. Одна из его рук медленно, но верно направилась к эрегированному члену Сонхва. Тот застонал. Его муж провел пальцем по всей длине и в конце концов дотронулся до кончика члена Сонхва. - Дорогой, на тебе нет нижнего белья? Я чувствую сквозь тонкую ткань твоих сексуальных шорт, какой ты мокрый. - Прошептал Хонджун на ухо Сонхва, а затем легонько прикусил мочку его уха. - Слишком жарко для трусиков, - вздохнул Сонхва и обмяк под ласками мужа. Хонджун усмехнулся, а затем поставил еще один засос на шее Сонхва. - Непослушный малыш. - Хонджун обхватил член Сонхва через шорты, потирая кончик большим пальцем, пока на шортах Сонхва не появилось все более увеличивающееся мокрое пятно. Хонджун отодвинул штанину в сторону, чтобы обнажить член Сонхва - к счастью, шорты были короткими, но достаточно просторными - и жадно посмотрел на член мужа. Он облизал губы и, наклонившись, провел языком от основания до кончика, а затем сомкнул губы. Он стал нежно посасывать, отчего Сонхва запрокинул голову назад. Он громко застонал и вцепился в волосы Хонджуна руками, грубо потянув, но не смог контролировать себя. Это было слишком приятно. Хонджун постарался вобрать в себя как можно больше Сонхва, а затем осторожно похлопал своего мужа по ногам, чтобы тот уперся ступнями в матрас. Хонджун поглаживал яички Сонхва, держа их в одной руке и нежно перекатывая, а другой вылизывал член Сонхва своим языком. Сонхва становился все громче с каждой минутой. Он стонал, хныкал и скулил, откинув голову на подушки и выставив шею в засосах. С громким шлепком Хонджун оторвался от члена Сонхва. Он слегка подул на него, увидел, как при этом Сонхва вздрогнул от удовольствия, а затем потянулся через Сонхва к прикроватной тумбочке и открыл верхний ящик, чтобы достать смазку. Он выдавил щедрое количество геля на одну руку, а другой рукой убрал член Сонхва обратно в шорты, только для того, чтобы еще больше оттянуть их в ногах, чтобы открыть его милую розовую дырочку. - Боже, ты выглядишь потрясающе, дорогой. Лежишь здесь, готовый к тому, чтобы я снова тебя повязал, даже если ты уже полненький и пухленький с нашим третьим ребенком. - Пробормотал Хонджун, растирая смазку на одной руке, чтобы разогреть ее. Одной рукой он оттянул в сторону штаны и ягодицу Сонхва, а затем обвел указательным пальцем дырочку Сонхва. Он дразняще потирал чувствительную кожу, то и дело вводя кончик пальца в Сонхва на кратчайшие мгновения. Сонхва застонал. - Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста... Я... Ты мне нужен. Мне нужно быть наполненным. Повяжи меня! Накачай меня так сильно, чтобы как только наш ребенок родится, я снова забеременел. - Хонджун усмехнулся. Мучительно медленно он вводил палец в дырочку Сонхва, продвигаясь вперед миллиметр за миллиметром, пока, наконец, не смог продвинуться дальше. Тогда он остановился. Сонхва извивался под ним, пытаясь хоть как-то заставить Хонджуна пошевелить пальцем внутри, но его муж решил быть грубым. Он сделал паузу и стал наблюдать, как Сонхва с каждой секундой все больше и больше отчаивается. Когда казалось, что Сонхва вот-вот разрыдается, он резко дернул пальцем, почти полностью вытащив его из Сонхва, и снова ввел его в него, начиная двигаться в грубом ритме. Сонхва и Хонджун всегда были немного более дикими в постели, всегда немного агрессивными. Это был единственный минус беременности Сонхва для Хонджуна. Ему приходилось быть осторожным, нежным с мужем. Но своими пальцами он все еще мог дать Сонхва то, что он знал, так, как любил Сонхва. Сонхва застонал, когда Хонджун без предупреждения ввел в него второй палец. Хонджун продолжал двигаться в быстром, почти жестоком ритме, вводя пальцы в Сонхва, пока тот не застонал громче, чем когда-либо. Немного слюны стекало по уголку рта Сонхва. Введя третий палец в дырочку Сонхва, Хонджун безошибочно нацелился на простату Сонхва. Он знал, где она находится, знал тело своего мужа едва ли не лучше, чем самого себя, и Сонхва громко застонал, когда Хонджун мгновенно добился успеха. Хонджун глубоко ввел пальцы, игриво поглаживая кончиками пальцев маленький комочек нервов, который доставлял Сонхва столько удовольствия. - Джун! Хнг... Медленнее! Я собираюсь... хаа... я кончаю! - Сонхва чуть не закричал, когда оргазм захлестнул его. Он наступил так внезапно, что он почувствовал, как белая жидкость выплескивается из его члена и пачкает его шорты. Он выгнулся, все его тело дергалось, а Хонджун продолжал поглаживать его простату. Это было почти больно, но Сонхва нравилось, что Хонджун постоянно стимулирует его. Его хныканье стало еще громче, когда Хонджун вытащил пальцы из его дырочки и вытер их о одеяло. - Ты можешь лечь на бок, дорогой? - Спросил Хонджун. Сонхва потребовалось мгновение, чтобы понять, что его муж обращается к нему, но потом кивнул. Застонав, он перевернул свое тяжелое тело на бок. Хонджун на мгновение встал с кровати, чтобы снять штаны и носки, затем снова забрался обратно на кровать и расположился позади Сонхва. Он провел одной рукой по верхней части ноги Сонхва, осторожно взял ее и слегка подтолкнул вперед. Затем он немного спустил шорты Сонхва, чтобы обнажить его задницу и симпатичную дырочку, а затем придвинулся ближе. Одной рукой он раздвинул ягодицы Сонхва и посмотрел на вход Сонхва. Он был розовым и сжимался. - Почему ты так смотришь? Сделай что-нибудь, - наконец заскулил Сонхва после того, как Хонджун завороженно уставился на то место, где вскоре соединятся их тела. - Твое желание для меня закон, принцесса, - пробормотал Хонджун. Он придвинулся ближе, взял свой член в одну руку и поднес кончик к дырочке Сонхва. Сонхва застонал, когда Хонджун медленно, дюйм за дюймом, вводил свой член в мужа. Когда они, наконец, полностью соединились, и таз Хонджуна встретился с задницей Сонхва, Хонджун обхватил рукой талию Сонхва, обнимая. Он просунул руку под футболку Сонхва и приподнял ее, нежно поглаживая животик Сонхва. Они просто лежали так некоторое время, наслаждаясь обществом друг друга, пока Сонхва согревал член Хонджуна. Хонджун поглаживал теплую кожу Сонхва во всех местах, до которых мог дотянуться. - Хм, как приятно, - пробормотал Сонхва и попытался придвинуться к Хонджуну еще ближе, прижимаясь к нему верхней частью тела. Хонджун улыбнулся и поцеловал мужа в шею. - Ты прекрасен, - прошептал он, просунув руку под бедро Сонхва и немного приподняв его. - Готов? - Сонхва кивнул, и Хонджун начал двигаться, медленно, но глубоко. Сонхва стонал, когда Хонджун входил в него снова и снова. Потребовалось совсем немного времени, чтобы каждый из них достиг кульминации. Тесно сплетенные между собой, они двигались друг напротив друга. Их стоны становились все громче и громче. Хонджун запустил руку спереди в шорты Сонхва, взял его член и стал потирать его, вдавливая большой палец в щель. Сонхва стонал и извивался, когда Хонджун глубоко входил в него. Когда член Хонджуна слишком часто задевал простату Сонхва, он был практически раздавлен. Он громко застонал, и из его члена хлынули струйки белой спермы. Хонджун не заставил себя ждать и последовал за ним. Он сильно прикусил плечо Сонхва, чтобы подавить громкий стон, когда он кончил в него. Они оба задыхались. Хонджун вытер испачканную руку о простыни, затем снова обнял Сонхва за талию и медленно погладил его животик. Когда он попытался вытащить себя из Сонхва, тот заскулил. - Нет. - Нет? - Нет. Оставайся внутри. - Хорошо, принцесса, - пробормотал Хонджун, слегка целуя в шею Сонхва. Он почувствовал, что его клонит в сон. - Джун? - Хм? - Я люблю тебя. - Хонджун прижался к Сонхва как можно ближе. Сонхва не ожидал, что Хонджун ответит ему, он прекрасно знал, что чувствует к нему его муж, и его не беспокоило, что тот выражает свои чувства словами гораздо чаще, чем другой. - Я тоже тебя люблю, - наконец пробормотал Хонджун себе под нос, и Сонхва улыбнулся.