ghostly dreams

***

Утром следующего дня Феликс выглядел лучше, что не могло не радовать Хёнджина. Он решил пойти в школу вместе с ним, потому что волновался за своего друга. Но сначала Хван решил проведать свою мать. Пройдя через стену, он видел её мирно спящей. После пролитых слёз она ужасно вымоталась и сейчас ей нужен отдых и покой. Улыбнувшись, он снова прошёл через стену, и увидел как Феликс уже готовый стоит у двери. Выйдя, Фел хотел сразу же постучать в дверь своего друга, но быстро одумался, вспоминая, что тот пропал. Рука сама по себе опустилась. Хмыкнув, он принялся спускаться с лестницы, что то бурча себе под нос, чего Хван не услышал. Плюс быть призраком в том, что можно просто левитировать над полом и спокойно передвигаться без ног. На этом плюсы для Хёнджина заканчиваются, наверное, потому что не знает, чувствуют ли призраки голод, но сегодня он это узнает. По пути ничего странного не произошло. Феликс как обычно шагал в своем темпе, изменилось только то, что он ни с кем не разговаривал, потому что Хвана рядом не было, но тот не расстраивался. Хёнджин обязательно вернётся и он в это верит. Снег приятно хрустел под ботинками, так и хотелось его съесть, но лучше этого не делать. В классе блондин сел на свое место, упираясь рукой о подбородок, одиноко смотрел на пустующее рядом место. В углу класса, где была доска объявлений висела бумажка листа А4. На ней красовался портрет Хёнджина, а ниже информация, куда звонить при обнаружении пропавшего мальчика. Одноклассники шушукались, мол это из-за того, что Хван общался с Феликсом, тот и пропал. Хван хотел им как дать, поэтому неосознанно пытался взять ручку, и на удивление это получилось, не просто получилось она клонировалась. То что брюнет был в шоке, так это ничего не сказать. Он попытался кинуть её в слишком разговорчивых одноклассников, но та пролетела сквозь них. Хёнджин решил, что это какая-то способность, которой к слову вчера не было. Он решил взять стул, находящийся рядом с блондином, и чудо он тоже копировался. Как будто он из него душу взял. Поставив его, Хван надеялся на него сесть, и боги, он сел. -"Значит я могу копировать предметы, но в призрачной их форме, удобно однако, это хоть что-то»: — подумал про себя Хван, копируя парту, чтобы лечь на неё, и глядеть на Фела, который готовился к первому уроку. Хёнджину стало вдруг интересно: сможет ли он скопировать Феликса? И потянулся к другу, чтобы проверить. К сожалению Фел не копировался, потому что брюнет по прежнему проходил сквозь него. Было обидно. Прозвенел звонок, и в класс вошёл их классный руководитель. Она подождала, пока ученики не встанут ровно, чтобы поздороваться и заявить о пропаже Хван Хёнджина, где его в последний раз видели, и куда нужно звонить при его обнаружении. Она как то по-грустному смотрела на Фела, оно и понятно, ведь пропал не кто-то там, а его близкий друг для него. А Хван тем временем встал и подошёл к полкам, чтобы скопировать для себя тетрадку и ручку, ведь учиться-то надо, иначе будет тупеньким, и к возвращению вообще говорить не сможет. Поэтому элементарные знания ему нужно знать, а дальше как пойдёт. Урок был скучным, он то и дело поглядывал на Фела, который что-то записывал, Хёнджин не отстаёт и тоже записывает то, что написано на доске. Прозвенел звонок, что оповещал о перемене, и всё сорвались с мест кто куда. Феликс тоже встал и кажись шёл в столовую, а Хван хвостиком за ним. И вправду, блондин зашёл в столовку, и подойдя к буфету, сначала достал деньги, а уж потом стал говорить, что взять. Как и обещал, тот купил то, что любил Хван, чтобы отдать это его маме. Хёнджин же копировал то, что было в руках Фела и стал есть. Брюнет подумал, что может бесконечно копировать деньги, которые ему, призраку к сожалению ни к чему. Было бы удобно, умей это делать человек, но они этого не могли. Ещё один плюс. В остальные уроки Хван так же записывал всё в тетрадь, поглядывая на Феликса, тот же иногда поглядывал на пустующее рядом место и грустно вздыхал. Брюнету очень сильно хотелось обнять его и погладить по его мягким волосам и пропустить их через пальцы. По пути домой всё так же было спокойно, только на этот раз Феликс не сдержался и взял горстку снега, чтобы засунуть её в рот. Сколько же ему говорили, что снег есть нельзя, и всё без-толку. На это Хван лишь посмеялся, продолжая наблюдать за идущим домой блондином. Тот то и дело поправлял шапку, потому что та постоянно сползала на глаза, и это было не очень удобно. По приходу в дом, Феликс сразу возвращаться в свою квартиру не стал, а постучал в соседнюю, где двери ему открыла мама Хвана. Она выглядела лучше, чем вчера. Блондин протянул ей сладости, что любил Хёнджин, и женщина незамедлительно приняла их, благодаря мальчишку. — А вестей от дяди полицейского насчёт Джинни не было? : — спросил Фел с надеждой, что его нашли. — Нет, Феликс, не было…: — грустно улыбнулась она, — если его не найдут в течении двух дней, то это будет значить, что его больше нет…: — произнеся это, мать опустила голову, сдерживая подступающие слёзы, — ладно, Феликс увидимся завтра…: — попрощалась женщина и закрыла дверь. Феликс тоже расстроился, что от Хвана нет никаких вестей, но быстро прогнал грустные мысли. Хван обязательно вернётся, и Феликс в это верил. Открыв дверь своей квартиры, он скрылся за ней. Ночью Хван наблюдал за мирно спящим блондином. Он был рад, что тот не позволял себе грустить. Хёнджин обязательно найдёт способ обратно стать человеком, и сделав это он первым делом обнимет Феликса и зароется руками в его пушистые блондинестые волосы.