Kiss Me (For Real This Time)

Конечно, именно Субин был выбран для сцены поцелуя из дорамы «Фея тяжёлой атлетики». Разумеется. И в такие моменты почему-то всегда Техён в чём-то виноват. Он правда пытался указать на Хюнин Кая, чтобы заставить его сыграть эту сцену с Ёнджуном, но потом старший сказал: — Давай просто согласимся, Субин-а. Не то, чтобы он возражал. На самом деле, нет, зная, как фанатам понравится эта сцена. Просто тот факт, что Ёнджун готов сняться в этой сцене с Субином, заставил его сердце что-то почувствовать. Он польщен? В некотором смысле, да. Он взволнован? О, определенно. Он счастлив, что ему удалось сыграть именно эту сцену с Ёнджуном? Как бы он не хотел этого признавать, но да. Да. - — Хён, перестань смеяться! — он не знает, сколько раз им приходилось переснимать эту часть скетча, потому что Ёнджун терял самообладание в середине. — Прости, — извинился Ёнджун между хихиканьем. Увидев, как смеётся Ёнджун, Субин тоже улыбнулся. Старший выглядел таким счастливым и милым, что просто он ничего не мог с собой поделать. — Я изо всех сил постараюсь не засмеяться, — сказал Ёнджун, подняв руку. — Хорошо, потому что я хочу вернуться домой как можно скорее, — с улыбкой ответил Субин. — Отлично! Приготовились, — крикнул директор, хлопая в ладоши, чтобы привлечь всеобщее внимание. Ёнджун и Субин немедленно вернулись на свои места, — Начали! Как только Субин услышал, как режиссер сказал «Начали!», он подошел к Ёнджуну и положил руки по обе стороны от его лица, затем наклонился, пока их лбы не соприкоснулись. Очевидно, никаких реальных поцелуев они делать не собирались, потому что Mnet  сочли это не подходящим для показа по телевидению. «Гомофобы» — сразу подумал Субин. Но даже несмотря на то, что настоящих поцелуев нет, их близость заставляет его сердце биться чаще. И из-за того, что они стоят очень близко друг к другу, он не может не смотреть на губы старшего время от времени. В этот момент они выглядели такими пухлыми и соблазнительными. Все, что ему нужно сделать, это наклониться еще немного, и он сможет поцеловать его. Он вернулся в реальность, когда Ёнджун тихо фыркнул, явно изо всех сил стараясь не рассмеяться. А так как попытка Ёнджуна сдержать смех оказалась удачной, они быстро пошли домой после того, как Бомгю немного поиграл в конце скетча. Когда они покинули место съемки и оказались в фургоне, Субин вспомнил свои мысли о Ёнджуне, именно тогда он понял: О чем, черт возьми, я думал тогда? - Как только они добрались до своего общежития, Субин сразу же пошел в свою комнату и закрыл дверь, оставив остальных в небольшом  замешательстве, но они просто предположили, что он хочет отдохнуть перед мытьем посуды, учитывая, что у них сегодня был долгий день. Хотя это было далеко от истины. Когда Субин лежал в своей постели, он продолжал вспоминать сцену, которую он снял с Ёнджуном, их непосредственную близость, мысли, которые у него были во время этого. Было только два возможных варианта, которые имеют смысл: либо он влюблен в Ёнджуна, либо он просто находит Ёнджуна чертовски горячим и привлекательным, и поэтому хочет его поцеловать. "..." Верхний правый угол его комнаты, затянутый паутиной, которую ему еще предстоит убрать, внезапно кажется ему очень интересным. Он определенно должен сделать уборку здесь в ближайшее время. После того, как он выяснит свои чувства к Ёнджуну. О Боже. И именно тогда вселенная подумала, что было бы неплохо, если бы никто иной, как сам Чхве Ёнджун, открыл дверь в свою комнату. — Привет, Субин. Ты не спишь? Дети заказали на ужин курицу и пиво, если хочешь поесть, —  Ёнджун не мог толком разглядеть проснулся ли Субин, из-за того, что было темно. И поэтому Субин решил притвориться спящим, чтобы спрятаться от него или поговорить обо всем этом с человеком, который вызвал его внутреннее смятение. «Ну, сейчас или никогда, я думаю». — Эй, хён, можно с тобой поговорить? — спросил Субин из темноты, так как свет исходил только от двери, которую приоткрыл Ёнджун. — Не тот ответ, которого я ожидал, но хорошо, — Ёнджун вошел и закрыл дверь. Затем он включил свет, чтобы было не так темно, и теперь, зная, что Субин не спит, направился туда, где Субин лежал в своей постели, уставившись в потолок, — Что такое, Бин? — спросил старший. Субин прикусил нижнюю губу, прежде чем ответить. — Это, э-э, на самом деле я хотел поговорить о тебе? Это должно было быть утверждением, но учитывая то, как он нервничал, это прозвучало скорее как вопрос.  Ёнджун, казалось, понял, что он имел в виду, когда немного напрягся от темы, о которой Субин хотел поговорить. — Обо мне? Почему обо мне? Я сделал что-то не так?— поспешно спросил он. Он быстро сел и воскликнул: — Нет! Нет, ты не сделал ничего плохого, не волнуйся, — тут же объяснил он, увидев, что другой начинает нервничать. Ёнджун сразу вздохнул с облегчением. — Ну, если это не из-за того, что я что-то сделал, тогда в чем дело? — Субин сглотнул и глубоко вздохнул, прежде чем что-то сказать. — Просто… пообещай, что после этого не будешь меня избегать. В глазах Ёнджуна вспыхнуло беспокойство и озабоченность, прежде чем он медленно кивнул. — Я думаю, что я бисексуал. — …Это все? Субин, я буквально гей. Ты знаешь, что тебе не нужно волноваться из-за таких вещей рядом со мной. Я все равно буду… — И я думаю, что ты мне нравишься. Вот оно. Он сказал это. Ему нравится Ёнджун. Ёнджун мгновенно замолчал, только открывая и закрывая рот, как будто хотел что-то сказать. Увидев, что Ёнджун не может сказать ни слова и спустя несколько минут, Субин воспользовался возможностью, чтобы продолжить свое предыдущее заявление. — Я только что осознал это ранее сегодня, когда мы снимали нашу пародию. Сначала я подумал, что это просто нормальная человеческая реакция, когда сердце бьется быстрее, чем обычно, если находишься в непосредственной близости с кем-то еще, — объяснил он, — Но мои мысли после этого говорят мне о другом, — закончил он с коротким сухим смешком, хотя для него в этом нет ничего не смешного. Пока все идет гладко:  Ёнджун не послал его куда подальше и не выбежал из комнаты, но он также  и не проявил никакой реакции, так что он не уверен, должен ли он чувствовать облегчение или нервничать. Субин воспринял молчание Ёнджуна, как знак отказа и сразу же сказал: — Хорошо, прости за неожиданное признание, я знаю, что ты не чувствуешь того же, я просто хотел признаться и… — но его перебили мягкие губы, прижавшиеся к его губам. Губы Ёнджуна, если быть точным. Прежде, чем он успел осознать, что происходит, Ёнджун отстранился и ответил: — Это тебе что-нибудь говорит о том, что ты мне не нравишься? Субин, явно взволнованный тем, что только что произошло, пока не мог точно ответить на этот вопрос словами, поэтому просто заскулил в ответ, что заставило Ёнджуна хихикнуть. После того, как он пришел в себя, Ёнджун снова спросил его: — Итак, ты все еще думаешь, что ты мне не нравишься? Или мне нужно снова тебя поцеловать, чтобы доказать это? — спросил он с самодовольным выражением лица. Почувствовав внезапный всплеск уверенности, Субин просто дернул Ёнджуна за бедра и притянул к себе. — Отвечает ли это на твой вопрос? — спросил он в ответ очень взволнованному Ёнджуну, который пытается смотреть куда угодно, кроме его глаз, — Хей, хён, — позвал Субин. Ёнджун наконец встретился с ним взглядом и сказал: — Д-да? Младший наклонился так близко, что их лица оказались всего в нескольких дюймах друг от друга. — Поцелуй меня, — прошептал он. И кто такой Ёнджун, чтобы отказать ему? Бонусная сцена — ХЁНЫ! ЕДЫ НЕ ОСТАНЕТСЯ, ЕСЛИ ВЫ НЕ ПОТОРОПИТЕСЬ! — крикнул Бомгю в сторону комнаты Субина. — ДА, ИДИТЕ БЫСТРЕЕ! МЫ ГОЛОДНЫЕ! — На этот раз кричал Хюнин Кай. — Хён, поторопись, наш… о. Ёнджун и Субин мгновенно прекратили свои дела и отодвинулись друг от друга, когда заметили, что кто-то открывает дверь. Это был Тэхён. Впрочем, он не выглядел удивленным. Вместо этого он сказал: — Хорошо, что вы, наконец, сошлись, но вы не могли бы потом пооблизывать друг другу лица? Наш ужин остывает. И закрыл дверь, оставив удивленных Ёнджуна и Субина в тишине.   Посидев в тишине несколько мгновений, Ёнджун заговорил: — Тогда давай облизывать лица друг друга после ужина. — Боже мой, пожалуйста, не говори так.