Cat? What a joke...

Город под ним был тих. Люди живут своей жизнью, не подозревая о возможных опасностях, которые могут возникнуть в любой момент. Он позволил себе немного расслабиться. Ночью здесь всегда очень красиво. Прошло совсем немного времени, прежде чем его наблюдение за городом было прервано тихим топотом шагов позади него. Оглянувшись через плечо, он заметил невысокую фигуру, одетую в темную одежду, защитные очки и голосовой модулятор, закрывающий его лицо и скрывающий любую возможную форму идентификации, которая может быть использована для его последующего обнаружения. — Привет, мой любимый Ластик! Скучал по мне? — сладко спросил линчеватель, покачиваясь на каблуках. Стон Сотриголовы можно было услышать за много улиц отсюда. — Нет. — он впился в него взглядом. — Чего ты хочешь, маленький засранец? Линчеватель ахнул в притворной обиде. —Как грубо! Это недостойно человека, который называет себя героем. — он покачал головой и фыркнул. — Чего ты хочешь? — нервы Сотриголовы были общеизвестно на пределе – тем более когда имеешь дело с идиотскими линчевателями. — Что ж, — линчеватель подошел ближе. — у меня есть для тебя подарок. — Подарок? — спросил невозмутимо Ластик. — Ага, — другой мужчина поднял термос и сунул его под нос Сотриголове. — Черная, как твоя душа, и ядовитая, как твои слова в мой адрес. Знаешь, было бы приятно хоть раз услышать “спасибо”. Сотриголова закатил глаза и схватил вышеупомянутый термос. Хотя он не мог видеть лица другого мужчины, он мог чувствовать дерьмовую ухмылку, посланную ему из-под модулятора. — Спасибо. — фыркнул Ластик, прежде чем сделать глоток жизни. Единственным звуком между двумя мужчинами были глотки Ластика, когда он допивал свой кофе; тишина была дружеской. Так продолжалось до тех пор, пока Сотриголова не почувствовал, как волосы у него на шее встали дыбом от пристального взгляда линчевателя. — У тебя что-то на уме? — он поднял бровь, глядя на собеседника. Линчеватель задумчиво опустил голову. — У меня всегда что-то на уме, Ластик, но ничего такого, что касалось бы тебя. Я просто наслаждаюсь видом. Он закатил глаза. — Если это так, то я с радостью положу этому конец. — Ты ранишь меня. — невозмутимо произнес другой мужчина, прежде чем выпрямиться. — Как бы мне ни хотелось, чтобы этот визит был всего лишь кофейным забегом, у меня действительно есть для вас кое-какая информация. Шота немного оживился, переключив свое внимание с кофе на линчевателя рядом с ним. — Ходят слухи о группе, которая хочет нанять несколько пехотинцев для ”работы", как они это сформулировали. — линчеватель фыркнул. — Они нанимали мелких преступников. Полагаю, вы заметили? — он повернулся к тощему герою, приподняв бровь под забралом. Шота задумчиво фыркнул. Это правда, что инцидентов и краж было меньше, чем обычно, но ничего такого, что привлекло бы его немедленное внимание. Но было еще слишком рано, и, имея слишком мало информации, герой подполья мог сделать не так уж много. — Я буду следить за этим, — признал он. — Информации недостаточно, чтобы возбудить дело, но я обязательно проверю это для вас. Другой мужчина кивнул, прежде чем потянуться; его мышцы и суставы трещали от движений. — Ну, я полагаю, пришло время для наших обычных песен и танцев, да? Шота спрятал свою улыбку в своем оружии захвата, но, тем не менее, он выбросил его, ткань была нацелена на то, чтобы вывести линчевателя из строя. С прозвищем Сикси – странное имя, по его мнению, но кто он такой, чтобы судить о таком героическом имени, как Сотриголова, – линчеватель считался скорее шутником, чем настоящим линчевателем. Тем не менее, это была процедура – назначить героя для его дела в попытке помешать ему нанести возможный ущерб. С хитрой усмешкой он бросил в него свое оружие захвата. Сикси легко увернулся и убежал, хихикая всю дорогу. Шота следовал за ним по пятам с красными глазами и развевающимися волосами. — Я не собираюсь помогать! — крикнул Сикси ему через плечо. Он знал, он, блядь, знал, что этот маленький засранец не использует свою причуду! Пусть у него будет его надежда. Их маленькая погоня закончилась так, как это всегда бывает; когда Сикси удалось обогнать его – этого ублюдка. Это был порочный круг, который повторялся в течение трех лет, с тех пор как он взялся за то “дело Сикси”. Сожалеет ли он об этом? Конечно, он сожалеет. Этот надоедливый сопляк пьет кровь детектива и его самого своими заметками, плохими шутками и дешевым флиртом. Часы сна потеряны из-за него, но изменил бы он свое решение, если бы ему дали другой выбор? Нет. Давайте просто скажем, что этот линчеватель иногда… ну что ж… редко… почти никогда не бывает смешным, но в нем есть свое обаяние. И он никогда никому не признался бы, что ценит его отвлечение от героической работы и его помощь в трудных боях. До тех пор, пока он остается на “хорошей стороне”, он не будет тем, кто разорвет этот круг. Мститель вырос на нем. Он нахмурился и посмотрел на часы – его патрулирование закончилось. Сотриголова лениво перепрыгивал с крыши на крышу, пока не добрался до своей квартиры (Шота обязательно возвращался и выбирал запутанные маршруты, чтобы снизить вероятность того, что возможный злодей найдет его дом). Обессиленный, он сел на кушетку. Он знал, что должен принять душ, он знал, но он был очень, очень измучен (скорее ленив и не любит мыться). Он медленно засыпал, пока из-за одного из его окон не послышалось тихое “мяу”. С болезненным стоном, Шота встал и подошел к окну. Он даже не успел открыть его полностью, как на него набросилась маленькая пушистая зеленая кошка. — Ух ты! Брокколи! — он поймал его. Зеленый дьявол мурлыкал и лизал его в щеку. Как он мог продолжать злиться на него? Шота закрыл окно и пошел на кухню, чтобы дать своему коту дорогую банку тунца (этот принц просто не ест обычный кошачий корм, нет. Он берет только самое высокое качество). И пока его любовь и радость ели, он быстро принял душ (чтобы кошка не умерла) и переоделся в одежду для сна. Он упал в постель, и Брокколи лег на него. Шота гладил его, пока он медленно не погрузился в сон с небольшой, удовлетворенной улыбкой.