А не сон ли это?

Уже давно привычный хруст стекла под ботинками резал слух. Леденящая душу тишина заставляла настораживаться и с опаской выходить из-за очередного угла. Мало ли какая тварь выскочит. Мир погряз в хаосе. Разрушенные здания были повсюду, а те что ещё не обвалились казались близки к этому. Покрытые мхом и различной растительностью фасады отталкивали, а количество насекомых, спрятавшихся по углам, поражало. Не то, чтобы Джонхъюка это сильно волновало — за месяцы скитаний по разрушенному Сеулу были вещи пострашнее. Очередная опустевшая многоэтажка встречает радушно: затхлый запах, неописуемое количество растений и, конечно же, паутины. Высокое здание стало уютным пристанищем для простой живности. Судя по лежащим прилавкам и давно пустым упаковкам, данная часть здания была магазином. Где-то возле дальней стены были видны очертания кассы, а чуть поодаль и дверь для персонала. Покосив взгляд к двери, Ю Джонхъюк осторожно подходит к ней, переступая через завалы мусора. Пронзительный скрип петель режет слух. Резкий запах гнили, ударивший в нос, будто предупреждает об опасности. Ловкие руки сразу же хватаются за меч. Стоило двери полностью отойти в сторону, как взору открылась комната. Пару трупов, от которых и веяло гнилью, выглядят вполне бодрячком для мертвых. Словно кто-то специально их так расположил: один аккуратно усажен на стул, а второй лежит на диване. Оглядев все помещение и не найдя ничего полезного кроме коробка спичек, Ю Джонхъюк закрыл дверь и пошел в сторону лестницы. Каждый последующий этаж казался ещё более странным: трупов больше, а композиции, составленные каким-то чудаком, все красочнее. К последнему этажу количество трупов резко сократилось. Будто кто-то перетащил их пониже, оставляя тут все в относительном порядке. Тем не менее, растительности, свисающей со стен, все больше. Словно все здание является чем-то вроде башни, а пустота на верхних этажах говорила о скором прибытии в комнату босса. Последний лестничный пролет казался вечностью. Сразу после было видно множество дверей. Надо осмотреть все. Медленный скрип последней двери и перед глазами умиротворенная картина: ухоженные лозы свисали с потолочных конструкций, переплетаясь с растениями на полу, таким образом создавая защитную стену с проходом по центру. А за растениями аккуратно убранное помещение — только внушительный слой пыли осел на поверхностях. Джонхъюк с подозрением осматривал комнату, особенно осторожно ступая по полу. Вот видна простая мебель: небольшая тумбочка возле кровати, шкаф с потрескавшимся зеркалом и письменный стол с лампой на нем. Все это создавало впечатление того, что тут живут. Только вот последний живой человек встречался Ю также давно, как и не заросшее растительностью здание. Пройдя чуть дальше по комнате к небольшому окну взгляд цепляется за темную макушку, выглядывающую из-за письменного стола. Настороженно схватившись за рукоять меча, Джонхъюк аккуратно проходил все дальше, пытаясь увидеть полноценную картину. «Это точно не труп» — крутилось в голове мечника. Увидев всю картину в целом, парень нахмурился. Прямо перед ним мирно спал мужчина, облокотившись о стену позади себя. Его белый плащ был испачкан к низу, а сам внешний вид указывал на то, что он тут давно. Джонхъюк осторожно присел на корточки перед спящим мужчиной и внимательно рассмотрел нежданного гостя: бледная кожа, тонкие губы, слегка длинноватые ресницы, аккуратный нос и пухловатые щеки. Внешность не божественная, конечно, но достаточно притягательная. Мечник, будто заворожённый, провел пальцами по теплой щеке. Лёгкое подёргивание ресниц мужчины, и Ю Джонхъюк убрал руку, словно коснулся раскаленной лавы. Темные глаза внимательно изучали его. Хриплый голос, показавшийся до боли знакомым, отозвался в кромешной тишине. — Рад встрече, Джонхъюк-а. Пугающе пустой взгляд и милая улыбка мужчины загнала Ю в ступор. Его разум резко перестал работать, голова стала чересчур тяжёлая, будто сделана из свинца. Сознание медленно ускользало от него. Он провалился далеко в небытие… — О, неужто этот солнечник проснулся? Доброе утро, мистер Я-сделаю-все-сам. Как спалось? — Докча в своей излюбленной манере разговаривал с Ю Джонхъюком, словно ничего не произошло и это не солнечник валялся бог знает сколько в отключке. Совсем рядом стояла Хан Союн и обсасывала лимонную конфету, с безразличием смотря на валяющегося на больничной койке Промышленного комплекса регрессора. Ответа от Джонхъюка так и не последовало, лишь совсем непонятливый взгляд с толикой тоски и нахмуренные брови стали реакцией на реплику Докчи. — Да оставь ты его, не помрёт же. Нам ещё надо разобраться с последствиями после сценария, — Хан Союн медленно развернулась и вышла из комнаты. Закрывая дверь, она что-то ещё произнесла, но Джонхъюку было просто напросто плевать на это. — Так и будешь молчать? Ну, как знаешь. Просто больше не действуй в одиночку, мы все же товарищи, — Докча глянул в последний раз на регрессора и также отправился за Союн. Джонхъюк, сразу после того как дверь закрылась, сжал одежду на груди в области сердца, чувствуя нечто слишком странное. [История «Компаньон в Жизни и Смерти» тихо напоминает о себе]