Длинный язык

Кэйа с шумом сел — грохнулся — за барную стойку. Дилюк поморщился от громкого звука и вернулся к протиранию бокалов. Сегодня была пятница, а значит вся компания пьяниц собиралась в его таверне, чтобы вдоволь налакаться. — Ча-а-рльз. — То, что Розария и Венти ушли, не дает вам права заменить их мной. — О чем ты, Чарльз? Я же к тебе со всей душой. — Кэйа демонстративно надул губы. Дилюк подавил тяжелый вздох, поставил чистый бокал к остальным и взял следующий. — Я не Чарльз. — Мы играем в какую-то игру? — Кэйа пьяно рассмеялся и подпер голову рукой. — Тогда я... Донна!.. Дилюк украдкой взглянул на парня и закатил глаза. Он полулежал на барной стойке, плащ и мех были отброшенны в сторону и бесформенной кучей валялись на полу. Рубашка с вырезом была полностью расстегнута, обнажая торс. Дилюк позволил взгляду задержаться на этом зрелище дольше, чем было необходимо. — Ча-арльз. — Дилюк вздрогнул и быстро посмотрел в глаза Кэйи, высматривая в чужих зрачках дискомфорт, вопрос или хоть что-то, сигнализирующее, что его наглое разглядывание было замечено. В голове тут же родились миллионы оправданий, а шея начала неприятно печь. — Повтори коктейль. — Кэйа подтолкнул пустой бокал вперед, а Дилюк облегчённо выдохнул. Если бы парень не был так пьян, он бы обязательно заметил это, но сейчас алкогольная пелена застилала ему глаза, а значит можно было не так сильно сдерживаться. Так было каждый раз, когда Кэйа пил. Дилюк моргнул, отгоняя лишние мысли, забрал бокал и принялся за "Полуденную смерть". Он отлючился от пьяного бормотания Кэйи на фоне и машинально налил в бокал абсент, потянулся за шампанским, взял бутылку и... Поставил ее обратно. Если до этого он хотел повысить Чарльзу ставку, из-за того, что часто брал его смены по пятницам, то сейчас эти мысли улетучились. Бутылка была пустой. Чарльз забыл рассказать ему о том, что шампанское закончилось. В пятницу. Прямо перед выходными и в один из самых загруженных дней в неделе. Дилюк скрипнул зубами, вылил абсент в раковину и достал другой бокал. На лице заиграла веселая ухмылка, и прежде чем он успел полностью осознать свои действия, перед Кейей уже стоял полный бокал. — Спасибо, Ча-арльз! — Кэйа пьяно махнул ему рукой и быстро проглотил напиток. Дилюк скрестил руки на груди, приготовившись наблюдать веселую сцену. Но Кэйа не стал плеваться, ругаться и сыпать остроумными оскорблениями. Он просто с грохотом поставил бокал, серьезно на него посмотрел и сказал: — Чарльз, ты мудак. Чертов виноградный сок. — Через секунду на лице Кэйи расцвела кривая улыбка. — Но ты хороший актер, чесс слово. Я даже на секунду поверил, что ты Дилюк. Дилюк разочарованно выдохнул и тут же одернул себя. Не то, что бы он ожидал настоящих эмоций парня, на которые периодически натыкался подавая ему виноградный сок. Вовсе нет. — Ну раз уж ты всё ещё продолжаешь эту игру... — Кэйа пьяно икнул и попытался наклониться через стойку в его сторону. Дилюк быстро выкинул руку вперед и поддержал начавшего заваливаться вправо парня. — Хочшь расскажу секрет? — Пожалуй, тебе на сегодня хватит. — Дилюк тяжело вздохнул и начал продвигаться к выходу из-за барной стойки, одновременно придерживая плечо Кэйи, который уже полностью оперся о подставленную руку. — Ты прямо как Дилюк, ну невор- невор- неворятно! Тебе нужн развивть свой талант! — Да уж... Вот и не говори. — Дилюк потихоньку начал отодвигать маленькую дверцу барной стойки, полностью сосредоточившись на удержании капитана кавалерии на ногах. Как только преграда была пройдена он подошел, закинул чужую руку на свое плечо, мгновенно ощущая вес тела Кэйи, подал знак охранникам, что уходит и сделал шаг в сторону двери. — Твой босс так сексуален в фартуке! Хочу его поцерловать. — Дилюк мгновенно замер. В неверии он оглянулся на Кэйю, в попытке угадать сказал ли тот правду. Сердце быстро забилось о грудную клетку. Он почувствовал как ноги стали ватными. — Что?.. — Но Кэйа прервал его вопрос завалившись вперед. Дилюк быстро сгруппировался и подхватил его на руки, словно принцессу. — Ты задолжаешь мне объяснения, Кэйа. В ответ он услышал лишь пьяное похрапывание. Парень заснул. *** Кэйа склонился над травой. Голова кружилась. Он едва понимал, что происходит, ощущая лишь болезненные спазмы живота. Мутным сознанием он уловил как кто-то держал его волосы и ласково гладил по спине. Кто-то тихо бормотал что-то на фоне. Горло ужасно болело, тело ломило, он едва осознал, что стоит на коленях. Все его размышления прервал следующий спазм. Мир поплыл перед глазами. Смутно понимая, что земля неестественно близко, он попытался ухватиться за траву, но пальцы утонули в белой ткани. Кэйа приоткрыл глаза и голова мгновенно отозвалась болью. Он страдальчески застонал, отмечая, что лежит определенно не на земле. Попытавшись пошевелиться он понял, что находиться на кровати. На своей кровати. В своей квартире. Кэйа глубоко вздохнул, взял себя в руки, и свалился на пол. Попытка удержаться на ногах провалилась. Зато пальцы, ухватившиеся за тумбочку, достаточно быстро нашли там спасительный стакан воды. Кэйа с благоговением прислонил к нему голову. Посланная Архонтами прохлада ненадолго притупила боль и он в один глоток осушил стакан. Кэйа медленно, цепляясь за кровать, поднялся на дрожащие ноги. Вчера он определенно переборщил. В этот раз попытка сделать шаг была успешной, и он стал потихоньку пробираться в ванную. В квартире было тихо. Кэйа выглянул из комнаты, мазнул взглядом по длинному коридору, и открыл дверь напротив. Перед глазами мелькали цветные пятна. Голова раскалывалась. Он вошел в ванну, потянулся к крану и резко замер. Сзади раздался глухой грохот, пару отборных мата и странные завывания. Кэйа открыл кран, плеснул в лицо холодной воды и начал чистить зубы. С этим дерьмом он разберется позже. Сейчас ему нужны лишь покой, уединение и стандартные водные процедуры. Он достал пару ватных дисков, подморозил их своим крио и приложил к глазам. Прохлада была дарована самими Архонтами, не иначе. Кэйа с облегчением почувствовал, как прочищались мозги, а взгляд становился яснее. Прохлада выгоняла похмелье, оставляя лишь чистый ум. Он ощутил, как напряжение уходило, а головная боль переставала быть насущной проблемой, отодвигаясь на второй план. Стало намного легче расслабить плечи и хорошенько потянуться. Вдруг он уловил умопомрачительный запах. В животе требовательно заурчало. Кэйа на мгновение замер, прислушиваясь к себе и поплелся на кухню. Кто бы там не был, он чувствовал, что готов вознести этого человека на уровень Селестии. При входе на кухню он споткнулся и резко втянул носом воздух. Запах блинчиков притупился, когда взгляд упал на чужую спину и руки, добавляющие в тесто соли. Красная макушка покачивалась в такт неизвестной мелодии, которую расслабленно напевал Дилюк. В его квартире. На его кухне. Дилюк. Пиздец. Перед глазами пронеслись воспоминания о вчерашнем вечере пронеслись перед глазами. Кэйа почувствовал как мучительно краснеет. Нужно срочно придумать оправдание всем тем сотням признаний в любви, которые он сказал пока они вместе шли домой. И оправдание еще двадцати признаниям, которые он сказал уже дома. А еще нужно срочно прекращать пить. У его пьяной версии слишком длинный язык. — О, ты уже проснулся! — Из воспоминаний его выдернул знакомый спокойный баритон. — Надеюсь ты не против, что я здесь. — Что? Нет, я... Э. — Кэйа судорожно попытался подобрать слова. Дилюк, словно прочтя его мысли и спасая из этой ситуации отложил лопатку и сказал: —Вот и хорошо. Ты вчера разрешал мне остаться здесь, но из-за твоего... Состояния, я решил уточнить и сейчас. — Подо- Подожди, ты здесь спал? — Несмотря на все попытки сохранить ровный тон, слова вышли скорее задушенным писком, чем обычным вопросом человека, вовсе не влюбленного в Дилюка. — А ты все таки против? Не волнуйся я всё за собой убрал, если ты об этом. — Нет, вовсе нет. Нет. Всё в порядке, — Кэйа поднял руку в воздух и покрутил ей, чтобы подобрать подходящие слова, которые не будут звучать слишком жалко. — Я просто... Не ожидал, что ты останешься? Я должен был присмотреть, чтобы ты не убился по пути. Кстати, ты не против блинчиков? — Дилюк повернулся обратно к плите. — Я хотел приготовить яичницу, но у тебя не было яиц и уже в магазине я решил сделать блины. — Нет, всё в порядке, правда. Пахнет очень вкусно. — Кэйа сел за стол. Между ними повисла неловкая тишина. Он молился всей семерке, чтобы Дилюк забыл вчерашний вечер как страшный сон. Проигнорировал его признания, не поднимал эту тему и не рушил их отношения. Даже если они и не были идеальными, Кэйа искренне наслаждался каждой секундой, проведенной в компании Дилюка. Даже пусть и молчаливой, часто раздраженной, но такой родной и знакомой. Кэйа так погрузился в свои мысли, что вздрогнул, когда перед ним приземлилась тарелка с блинами. Он резко вскинул голову и наткнулся на вопросительный взгляд напротив. Беспокойство в алых глазах, ему, наверное, почудилось. — Всё хорошо? — Парень слегка приподнял правую бровь, и Кэйа поймал себя на том, что залип на это движение. — Да, да. Я в порядке, просто... Немного отключился. Дилюк пожал плечами и взял в руки шоколадный соус. Прежде, чем Кэйа успел поинтересоваться, откуда он его достал, парень невозмутимо открыл крышку и залил свои блинчики. В этот момент Кэйа обратил внимание, что Дилюк взял себе глубокую тарелку. Блинчики быстро покрывались шоколадом, пока тот не дошёл до края. — Соусный маньяк. Ты же утопил их! Тебе не жалко бедных, маленьких блинчиков?— Кэйа не успел прикусить язык, прежде чем продолжение вылетело из его рта. — Они умирали в мучениях! — Они умирали в наслаждении. — Кэйа остолбенело смотрел, как на лице Дилюка играет улыбка. — И я буду так любезен, что прикончу оставшиеся быстро. Парень подмигнул и начал быстро разделывать гору блинов ножом и вилкой. Кэйа позволил собственной улыбке застыть на губах, прежде чем пробормотать, — Гастрономический извращенец. — и впиться зубами в собственный блинчик, скрученный в его руках. И тут же подавил стон наслаждения. Блинчик таял во рту, оставляя ванильное послевкусие. Это напомнило ему все те ранние утра, когда они с Дилюком вставали наперегонки, чтобы успеть сьесть больше всех блинчиков, приготовленных дядей Крепусом. При воспоминании о нем, на глаза непроизвольно навернулись слезы. Вдруг из размышлений его выдернул встревоженный(зачеркнуто) раздраженный голос Дилюка: — Я всегда знал, что шикарно готовлю, но никогда еще люди не плакали над моей стряпней. — Не завышай самооценку. У меня просто похмелье. — Кэйа быстро спрятал слезы в уголки глаз. — Ну да, как я мог забыть о твоем вчерашнем приключении. При воспоминании об этом над столом опустилась тяжелая тишина. — Кстати, насчет приключений. — Кэйа быстро перевел тему. — Что это были за крики? — Я порезался. Кто вообще хранит сковородки и ножив одном ящике? — Я просто не ем дома. Обычно. — Ну да. Ты постоянно находишься в моей таверне. — он навязчиво возвращал разговор ко вчерашнему дню. — Слушай, Дилюк. — Кэйа глубоко вздохнул и собрался с силами. — Я не говорил вчера ничего... Странного? — Странного? Нет, не говорил. В голове Кэйи начали крутиться шестеренки. Может ли быть, что вчера за стойкой действительно сидел Чарльз? Или, может, он произнес все свои признания мысленно? А если это так, то как к этому относиться? Слава Архонтам Дилюк не узнал или о, Барбатос, почему он ему не сказал? Оба варианта были ужасными. Как Дилюк отреагировал на это? Ему все равно? Он ненавидит Кэйю, но просто прикрывается заботой, чтобы не расстраивать? Или, быть может... Ему понравилось? Это понежило ему самооценку или... Это может быть взаимно? Кэйа сразу задавил в себе огонек надежды. Этого не может быть. Дилюк никогда не полюбил такого как он. Никогда. Вдруг лба коснулся липкий палец. Кэйа вздрогнул и вскинул голову. На него с нежностью смотрела пара алых глаз. — Ты слишком много думаешь, Кэйа. Я отсюда слышу как твой мозг закипает. Палец переместился на его подбородок и надавили, приоткрывая рот. Кэйа почувствовал, как его органы перевернулись. — Можно, я?... — Дилюк нерешительно застыл. Кэйа не стал ждать продолжения и притянул парня в поцелуй.