self-insert

Всё началось, когда Шан Цинхуа начал встречаться с Шэнь Юанем. Нет, всё началось ещё тогда, когда он съязвил на форуме, посвящённом его книге: «Раз такой требовательный – значит становись редактором, а не в чате свой талантливый зад просиживай» и внезапно получил ответ: «Да пожалуйста!». И человек с глупым ником Непревзойдённый Огурец стал его редактором. И он был совершенно, абсолютно невыносим! На каждый сюжетный ход у него находилось своё мнение, на любую ошибку он готов был три часа плеваться ядом и каждый абзац Самолётного талмуда он, казалось, был готов разобрать по буквам, указывая автору на его ничтожность. Однако Огурец работал с удивительной тщательностью – с этим Шан Цинхуа спорить не мог. И вскоре, как несчастный автор не мог не отметить, качество его глав действительно стало лучше! Пропали опечатки, улучшился стиль, стали стройнее и логичнее даже сюжетные линии, перестав обрываться на каждом неудобном углу. Кнутом, кнутом и ещё раз кнутом, но Непревзойдённый Огурец заставил Шан Цинхуа значительно поднять уровень своей писанины, и даже на форумах люди возносили новому редактору хвалы, признавая его заслуги. Со временем, впрочем, Огурец загадочным образом становился мягче, и постепенно они обнаружили себя почти друзьями. Пусть редактор всё ещё был безжалостен, отметая одну идею Шан Цинхуа за другой и неумолимо тыкая его лицом в собственные ошибки, Шэнь Юань (таким оказалось его реальное имя) оказывался интересным собеседником. Вечно ироничный, по-лисьи хитрый, заставляющий Шан Цинхуа хохотать над его остроумием и между тем до странного заботливый. Да, заботы Шан Цинхуа ожидал от своего злобного редактора меньше всего. Она и не ощущалась так явно: просто однажды Шан Цинхуа заметил, что уже который день питается лишь по напоминанию Огурца, что угрозами и колкими насмешками заставлял его отлепить своё бренное тело от компьютерного стула и пойти питаться нормальной едой. Шэнь Юань даже отправлял ему деньги! Причём делал это так непринуждённо, словно не было ровно ничего необычного в том, чтобы на свои гроши кормить того, кто, в теории, сам должен тебе платить. В первый раз это случилось, когда он, услышав от Шан Цинхуа, что ему не хватает на аренду, молча и, главное, анонимно(!) отправил ему сумму в два раза превышающую нужную. Ошалевший от счастья писатель, представьте себе, даже не понял, что это был он! Закономерность Самолёт заметил только на второй или третий раз, когда после его жалоб на его счёт стабильно поступали деньги, и, о, как Шан Цинхуа хотел придушить своего слишком благородного редактора! Конечно, в тот же день Самолёт, Пронзающий Небеса, поклялся, что вернёт Шэнь Юаню все деньги, как только его книга станет достаточно успешной. И даже начнёт платить! Как настоящий серьёзный работодатель! Но всё, что Шан Цинхуа мог пока что предложить – угостить Шэнь Юаня дешёвым обедом, когда тот приехал к нему в гости вживую. Это был день, перед которым сердце писателя необъяснимо трепетало и чуть вовсе не выпрыгнуло из груди когда он наконец увидел редактора вживую. Тот выглядел слишком элегантно для читателя гаремных новелл. Дорогие очки в тонкой оправе, хорошо подобранный наряд в бледно-зелёных тонах, мягкие волосы, спускающиеся до плеч и, конечно, слишком яркие для обычного смертного зелёные глаза. Он был худощав, смертельно бледен и немного сутул, но чёрт побери, Шэнь Юань выглядел, будто снизошёл на землю прямо из небесных чертогов! Конечно, такое впечатление сохранялось у Шан Цинхуа ровно до того момента, пока Огурец не открыл рот, испуская привычный поток ироничных колкостей. Но даже это не заставило Самолёта выдохнуть спокойно – ему показалось, или его редактора это сделало лишь горячее?! Ему не показалось. Потому что тем же вечером они робко целовались, совсем забыв про играющий на фоне сериал, и вот так у Шан Цинхуа впервые в жизни появился парень. Они теперь устраивали свидания постоянно – часто смотрели что-то, а иногда просто сидели рядом, прислонившись друг к другу, пока Шан Цинхуа печатал новые главы своей книги, а Шэнь Юань рядом лениво листал ленту или что-то яростно оспаривал на форуме. И это было прекрасно. Самолёт чувствовал себя влюблённым, словно мальчишка, и он хотел стараться и расти ради этой любви, ради Шэнь Юаня. И сейчас Шан Цинхуа сидел, в нерешительности занеся руки над клавиатурой и говорил себе, что он полный дурак, и что эта идея ужасна. Огурец поднимет его на смех. Но он хотел… почему-то он слишком хотел, чтобы Шэнь Юаню тоже досталось место в его истории. Книга, которую он писал, и которая на данный момент уверенно лидировала в топе Чжундяна, повествовала о главном герое, шагающем на путь тьмы, чтобы основать себе там, по всем традициям подобных романов, гарем из нескольких сот красавиц. Сирота Ло Бинхэ, потерявший любящую мать, поступал в заклинательскую школу Цанцюн, где его годами упорно травили одноклассники во главе с очевидно слабоумным злодеем Мин Фанем. Те пользовались вечным отсутствием своего учителя – Шэнь Цзю, всё присутствие в романе которого ограничивалось полуторами фразами (и который победил в недавнем голосовании как самый привлекательный персонаж третьего плана). Потом Мин Фань, вскрыв, полудемоническую сущность своего одноклассника, сбрасывал того в Бесконечную Бездну, а дальше как по нотам: возвращение, жестокая месть с расчленением обидчика, захват власти и собирание гарема из красоток, количество которых уходило прямо в небеса. Все мало-мальски привлекательные женщины были обречены отправиться в постель к главному герою, все хоть немного мыслящие мужчины – либо умереть, либо покориться мощи Ло Бинхэ, присягая ему на вечную верность. Что ж, Шан Цинхуа собирался нарушить эту маленькую традицию.

***

Ло Бинхэ зарычал, пытаясь подняться, но вся мощь Священного демона оказалась бесполезна против какого-то жалкого яда. Он против воли сжался, чувствуя, как им овладевает нестерпимый жар, а его член в штанах каменеет. Афродозиак! Он и раньше отравлялся подобными, но никогда прежде они не вызывали такой сокрушительной слабости. – Не могу поверить, что ты попался на подобный трюк, император, – раздалось сзади пренебрежительное фырканье и Ло Бинхэ, не находя в себе сил обернуться, с помощью ци отправил Синьмо на звук. Клинок со свистом разрезал воздух, но плоти так и не коснулся. – Ты не первый и, увы, не последний, кому понадобилось Ядро, – тем временем продолжил неизвестный, почти бесшумно подходя ближе, – Но справиться с легендарным Ло Бинхэ оказалось проще, чем я думал. Ло Бинхэ сжал кулак, вспарывая мягкую землю в бессильной ярости. Ему хотелось поймать обладателя этого голоса и вытрахать из него всю самоуверенность, и чем дольше будет действовать афродозиак, тем сильнее тварь пожалеет о том, что совершила. Наконец говоривший показался перед ним, присаживаясь на корточки чуть дальше, чем могла достать рука Ло Бинхэ. Синьмо тут же метнулся прямо в голову незнакомцу, пытаясь пронзить его череп, но… пролетел насквозь, не заставив того даже моргнуть. Иллюзия. Впрочем, Ло Бинхэ не был удивлён – он понял, что его атаки бесполезны, как только увидел ворох рыжих хвостов и остроконечные уши лисьего демона. Чтобы такой и показался противнику лично! Незнакомец оказался красив, но Ло Бинхэ и не ожидал меньшего от иллюзии: пронзительно-зелёные глаза, истинно лисьи черты лица и тонкие губы, расползшиеся в высокомерной ухмылке. Ло Бинхэ думал, как он убьёт этого демона – может, заживо сдерёт его болезненно-бледную кожу или проткнёт его глаза и барабанные перепонки? И то и то – решил он, когда лис подошёл к возникшему из ниоткуда громадному цветку – и не цветку одновременно. Древесные корни выползали из земли и расходились в стороны, образуя собой странное подобие громадных лепестков, а в центре, как сердцевина, лежал горящий в солнечных лучах шар янтаря. Именно его демон с лёгкостью вынул и начал небрежно подкидывать в руке, продолжая говорить с ироничной усмешкой: – Дай-ка подумать, зачем императору легендарное ядро Призрачного леса, что позволяет сжимать пространство? Транспортировать целые армии из одного края земли в другой в мгновение ока, завоёвывать все три царства… – Он презрительно фыркнул. – Я угадал? Иллюзия вдруг развеялась, а через мгновение собралась вновь – но теперь артефакт пропал из рук демона, а сам он уселся рядом с Ло Бинхэ, невесомыми пальцами проходясь по его щеке. И проникновенно сообщил: – Ты жалок. Раз думаешь, что твой милитаризм стоит больше, чем существование моего леса, с тысячами жизней в нём. Ло Бинхэ ничего не ответил, лишь бросив на противника опасный взгляд, – ни к чему сыпать пустыми угрозами. Он и без них вскоре покажет наглецу, как сильно тот ошибся, решив объявить себя врагом императора. Демон вдруг расхохотался. – Мнишь себя таким опасным, будучи на моей территории. Впрочем, – он утёр воображаемые слёзы смеха, – мне пора идти. Кстати, тут есть нора длиннокоготных кротов, как раз подходящего размера… Так что если доползёшь до неё, можешь и найти решение своей маленькой проблемы. – Он с ухмылкой кивнул в сторону внушительного бугра на штанах Ло Бинхэ. И растворился среди деревьев. Только проводив лиса взглядом, Ло Бинхэ обнаружил, что ладшафт вокруг него снова поменялся – везде, куда хватало глаз, всё ещё росли деревья, но это был не вечно неуловимый Призрачный лес, в который было нельзя попасть из одного места дважды. Тело Ло Бинхэ всё ещё горело огнём, крупно дрожа от вожделения – теперь, казалось, ещё сильнее, когда скрылся единственный, кто хоть как-то отвлекал его своей бессмысленной болтовнёй. Впервые за долгие-долгие годы Ло Бинхэ проиграл, но не сомневался – скоро он добьётся своей расплаты.

***

– То есть ты... – начал Шэнь Юань ошеломлённо, отрываясь от полного текста экрана компьютера, – Ты создал ОСа на основе меня? И заставил его нагнуть Бин-гэ? Шан Цинхуа нервно потеребил ткань футболки и ответил, как будто тоже вопросительно: – Да…? Думаю, я это и сделал. – И предложить ему выебать нору? – уточнил Шэнь Юань ещё более неверяще. – Ага… – выдавил Самолёт, растягивая губы в неуверенной улыбке. Чёрт, неужели Огурец против? Он знал, он знал, он знал, что идея была плохой… – Сочту это как признание в любви, – нервно рассмеялся Шэнь Юань. – Мне приятно, что ты так меня видишь, – серьёзно произнёс он, развеивая волнение Шан Цинхуа. – Ха-ха, отлично, – произнёс тот, веселея. И начал сбивчиво пояснять, – Я подумал, раз ты задрот, то пусть ты и дальше таким будешь, так что создал тебе целое собственное мистическое пространство, полное всяких ужасных созданий. Знаешь, ещё там ходят легенды, что когда заходишь в любое место, где достаточно деревьев, можешь войти в «Призрачный лес», откуда не сможешь выбраться и вообще тебя сожрут тамошние монстры. И ты там главная хтонь, со всеми этими иллюзиями и телепортациями – я подумал, как же это сексуально… – Это правда сексуально, – по-лисьи фыркнул Шэнь Юань, притягивая Шан Цинхуа к себе, чтобы оставить на его виске быстрый поцелуй. – Как будешь развивать? Я не хочу, чтобы мне снимали кожу. – Ах… Думаю, вы станете чем-то вроде соперников с гомоэротичным налётом, пока это не перерастёт в дружбу… – Шан Цинхуа задумался, – с ещё более гомоэротичным налётом? – Прекрасно, – промурчал Шэнь Юань, – Наконец-то меня трахнет Ло Бинхэ. – Если будешь хорошим мальчиком, – рассмеялся Шан Цинхуа. Форум приветствовал нового персонажа восторгом, и это было правильно – парень Шан Цинхуа заслуживал именно такого обращения! Десять лет чтения заточат любой меч: Наконец-то автор очнулся и понял, что герой не может быть всегда всесильным, и что в произведении, знаете ли, нужен какой-то конфликт, а не простое коллекционирование сестричек. Ещё и героя интересного нового ввёл, не терпится узнать о нём больше. Этот мечник выскажется: Книга всё равно дерьмо, очередной перегиб: то перед героем падают с одного тычка целые армии, то какой-то додик с ядом одолевает его, как котёнка. Иногда заполняю сюжетные дыры: Для этого яды и нужны, умник. Кстати, забавно было читать, как Бин-гэ обещает его выебать, этого загадочного лесника. Сменил, видимо, команду)) В любом случае, мне зашло. Я вам не ваза: Наконец-то хоть какой-то персонаж отметил, как задрала одержимость Бин-гэ завоеваниями (╯°□°）╯︵ ┻━┻ Спасибо тебе, лисёнок за звание единственного разумного в этом балагане!! За базар ответишь: А ты на кой читаешь, раз тебе завоевания не нравятся? Тут, кроме них, ничего другого ещё глав сто не будет. Глава подметальщиков «Лестницы-В-Небеса»: Боже мой новый персонаж – ходячий секс. Открываю его фанклуб. Какие ваши хэды на имя? Страж ворот хребта Цанцюн: Я НАПИСАЛА ПО НИМ ФАНФИК Я НАПИСАЛА ПО НИМ ФАНФИК Я НАПИСАЛА ПО НИМ ФА—

***

Ло Бинхэ шёл по коридору своего дворца, обсуждая со слугой захват Призрачного леса. К раздражению императора, успехи были… никакими. Неуловимое измерение оставалось вне досягаемости дворцовых ищеек, что прочесали уже, наверное, половину лесов мира в поисках вечно плавающего входа в мистический лес, но неизменно возвращались ни с чем. Ло Бинхэ жаждал мести. Он жаждал схватить лисьего демона и по одному оторвать ему каждый хвост. Он бы пытал его долго, наслаждаясь его страданием, его сожалением... Внезапно взгляд Ло Бинхэ остановился на прекрасной девушке, пытавшейся быстро прошмыгнуть мимо него, и его зрачки удивлённо расширились. Впрочем, лишь на мгновение – уже через секунду он окликнул: – Ты, подойди сюда. Девушка замерла, почти скрывшись за поворотом, и, обернувшись, смущённо залепетала: – Ваше Величество… Супруг мой… К сожалению, мне нехорошо… Прошу вас проявить милость и пустить меня идти… – Ах, это не проблема, – промурлыкал Ло Бинхэ, – Моя любовь всё излечит. Он махнул слуге, отправляя того прочь, и подошёл к неуверенно попятившейся девушке. Император грубо прижал ту к стене, хватая её за запястья, и наклонился ближе, оставляя на шее цепочку поцелуев. – Как зовут тебя, жена? – горячо выдохнул он ей в шею. – Ш-шэнь Юань, – выдохнула та, пытаясь вырвать руки. Внезапно позади раздался грохот и рёв, на краю зрения императора что-то замелькало, но тот не повёл и бровью, продолжая покрывать поцелуями бледную кожу. Что ж, он оказался прав – это вступили в дело иллюзии, силясь отвлечь Ло Бинхэ лишь на мгновение. – У меня никогда не было такой жены, – усмехнулся тот, – Но мне конечно, приятно знать, что красавицы в мой гарем добавляются сами по себе… Шэнь Цинцю. – Хах… – выдохнула девушка напряжённо. А в следующее мгновение её черты поплыли, и она обернулась мужчиной, впрочем, чрезвычайно на неё похожим: те же глаза, те же черты лица… Демон и его обличье могли бы быть спутаны за брата и сестру – как ему только в голову пришло прийти в замок врага в подобной маскировке? – Может, перестанешь меня целовать? – смущённо выдавил Шэнь Цинцю, широко известный хозяин Призрачного леса, бессильно дёргая руки в хватке Ло Бинхэ. Тот отнял губы от чужой шеи (где уже, впрочем успел образоваться немаленький засос) и с интересом начал рассматривать демона. Бледное лицо лиса покрылось красными пятнами стыда, и он упорно прятал от Ло Бинхэ зелёные глаза. Дыхание его было тяжело – и всего лишь от нескольких невинных поцелуев? Ло Бинхэ поймал себя на том, что думает, как привлекательно это выглядело. – Что ты делаешь во дворце? – холодно спросил он, заставляя себя отвлечься от этих мыслей, и сильнее сжал чужие запястья. – Ах, Ваше Величество, вы знали, что никто не ведёт учёт вашим жёнам? – хмыкнул Шэнь Цинцю. – Так что, если ты придёшь, например, к дворцовому лекарю, в женском обличье, он не будет задавать вопросов… – Ты болен, – утверждающе произнёс Ло Бинхэ, перебивая его, и едва заметно нахмурил брови. – Чем? – Отравлен Неисцелимым ядом. Я хожу в твой дворец каждые три дня, очищать меридианы, – поджал губы демон. И снова попытался вызволить руки, явно не желая углубляться в эту тему. – Подобную мелочь я могу излечить за мгновение, – хмыкнул Ло Бинхэ. Конечно же, через постель – член Священного демона мог творить чудеса в буквальном смысле. «И всё же… – подумал он, – надо начать вести жёнам хоть какой-то учёт». Он внезапно отпустил одну из рук лиса и пошёл, бесцеремонной таща того за запястье. – Куда мы идём? – тут же зашипел Шэнь Цинцю, пытаясь вырваться. – В подземелье, – бросил Ло Бинхэ, ухмыльнувшись, – Подвешу тебя на цепях и буду пытать. – К его собственному удивлению, он всего лишь шутил. Теперь он уже не был уверен, что делать с хозяином леса – что-то внутри него упорно сопротивлялось идее по-настоящему поквитаться с ним. Как будто такого красивого человека было жаль тратить лишь на пытки. Ло Бинхэ не рисковал открывать порталы рядом с тем, кто способен управлять пространством, ровно как и доверить пленника кому-либо ещё, так что он лично вёл того в заключение. Пока император держал демона за руку, все его иллюзии были бесполезны; не мог он и переместиться. Там, внизу для Шэнь Цинцю найдётся подходящая камера, что ни за что не даст ему сбежать. Было уморительно наблюдать, как Шэнь Цинцю пытается отвлечь внимание Ло Бинхэ: они шли и вокруг в крошки рассыпались стены, кто-то кричал, что-то горело… В конце концов, на каждом шагу чудовищные монстры стали пачками поедать его жён, но Ло Бинхэ вёл пленника дальше, ничуть не смущённый шоу. Внезапно в Ло Бинхэ что-то с силой врезалось – невидимое, но вполне материальное, – и он рефлекторно вскинул руки, защищаясь. В голове промелькнуло осознание – в этот раз Шэнь Цинцю не стал создавать иллюзию того, чего на самом деле не было, он скрыл то, что было! Ло Бинхэ расширил глаза, поняв, что от неожиданности и впрямь отпустил руку Шэнь Цинцю. Он оглянулся, выискивая пленника, но в коридоре уже, конечно, никого не было. Только теперь он смог увидеть Ша Хуалин, встревоженно что-то ему говорившую – именно она была тем «предметом», что чуть не снёс Ло Бинхэ с ног, и именно её руки обвивались сейчас вокруг его талии. Ло Бинхэ почувствовал волну острого разочарования. Он найдёт Шэнь Цинцю. Нет, не так – Шэнь Цинцю сам его найдёт.

***

– Ты убил всю мою крутость! – возопил Шэнь Юань, отрываясь от экрана компьютера. – Ты сбежал от самого Ло Бинхэ, чем не круто? – невозмутимо парировал Шан Цинхуа, сползая по спинке дивана, на котором сидел. К этому моменту он уже успел набраться уверенности в собственных идеях и готов был защищать гениальность своей абсурдной придумки мечом и щитом. Шэнь Юань поджал губы, не находя слов, и спустя долгую паузу наконец простонал: – Когда я говорил, что хочу, чтобы меня трахнул Ло Бинхэ… Я шутил! – в конце он воскликнул, возмущённо подбирая ноги к груди, чтобы успешно превратиться в маленький гневный комок. – И почему вообще ты использовал моё имя, как его псевдоним? – Я могу поменять, – тотчас предложил Шан Цинхуа, но Шэнь Юань только отмахнулся: – Ладно, чёрт с ним. В любом случае, это твой селф-инсерт, так что ты прощён. Это как свидание в книге, – Моментально остыв, он снова развернулся к компьютеру, и его пальцы молниеносно забегали по клавиатуре, что-то редактируя, – Будем считать, что месяц Прайда у твоих несчастных читателей нынче наступил рано. – пробормотал он. Шан Цинхуа неуверенно улыбнулся, чувствуя, как странное тепло расползается у него в груди. Он никогда не говорил Шэнь Юаню, что Ло Бинхэ – его селф-инсерт, прекрасно зная, что они двое даже не похожи. Что общего между всегда уверенным и непобедимым поедателем сердец и ним, трусливым неудачником, до недавнего времени ещё и совершенно одиноким? Но Шэнь Юань увидел, догадался и бросил своё открытие Самолёту в лицо так легко, будто в этом не было совсем ничего сложного – всего-то заглянуть Шан Цинхуа в самые потаённые уголки души. «Да, – подумал он, – это наше свидание в книге». Глава подметальщиков «Лестницы-В-Небеса»: МОИ ГЛАЗА МЕНЯ НЕ ОБМАНЫВАЮТ? Ло Чёртов Бинхэ совершенно не гетеросексуально расцеловал другого мужчину??? Того самого лисёнка??? Страж ворот хребта Цанцюн: Врата в рай открыты, и мы бодро шагаем по ступеням, ведущим к ним~~~ Мои фанфики оказались пророческими, и я готова удавиться от счастья ｡:ﾟ(;´∩`;)ﾟ:｡ Этот мечник выскажется: [Комментарий удалён. Причина: разжигание ненависти.] За базар ответишь: [Комментарий удалён. Причина: разжигание ненависти.] Я вам не ваза: Репрезентация подошла, откуда не ждали. Смешно смотреть, как некоторые собрались бежать, роняя тапки, хотя формально ничего даже не произошло – он целовал девушку, а уж что девушка с подвохом… Однако я рады, что автор, по сути, подтвердил бисексуальность Ло Бинхэ, боюсь только за рейтинги книги. Колокольчик Ша Хуалин: Наконец-то смогу заставить знакомых прочитать ПГБД, хотя бы ради романса с лисёнком. Они называли меня безумцем, что я осилил этот гаремник, но посмотрим, кто будет смеяться последним!~~~ Иногда заполняю сюжетные дыры: Так Бин-гэ ПРАВДА сменил команду… Глава подметальщиков «Лестницы-В-Небеса»: Существует такая штука как бисексуальность. Погугли на досуге. Десять лет чтения заточат любой меч: Не буду комментировать ориентацию Ло Бинхэ. Скажу только, что рад, что характер Шэнь Цинцю продолжает развиваться. Интересна его предыстория… И кстати, это он из-за яда такой бледный? Десять лет чтения заточат любой меч: ПОГОДИТЕ, Бин-гэ же не будет лечить его обычным способом?? Или будет?? Колокольчик Ша Хуалин: БУДЕТ Глава подметальщиков «Лестницы-В-Небеса»: БУДЕТ Страж ворот хребта Цанцюн: БУДЕТ Вархаммер: [Комментарий удалён. Причина: разжигание ненависти.]

***

В следующий раз, стоило Ло Бинхэ зайти в небольшую рощу рядом с императорским садом, как пейзаж вокруг него тут же неуловимо переменился – он без удивления вступил в Призрачный лес. Тот… ничуть не отличался от обычного леса, лишь небо по-странному темнело, несмотря на раннее время суток, да среди зарослей, ничуть не боясь человека, шныряли мелкие зверьки. – Ты сказал, что можешь вылечить яд, – раздался позади него холодный голос. Ло Бинхэ не слышал приближения его обладателя, но слышать там было, очевидно, нечего – это была лишь иллюзия. Ло Бингэ усмехнулся, прищуривая глаза. Этот демонёнок был слишком наивным для лиса. Или, скорее, слишком отчаянным. – Я могу, – мурлыкнул он. – Вопрос, что ты за это предложишь. – Даже не мечтай о Ядре, – моментально отрубил Шэнь Цинцю с презрением. Ло Бинхэ повернулся к иллюзии лицом, и теперь они молча изучали друг друга. Шэнь Цинцю был так же красив – почему-то его внешность задерживала взгляд Ло Бинхэ сильнее, чем последней пары десятков женщин. – Я могу одолжить тебе свои силы, – наконец предложил Шэнь Цинцю, заставляя Ло Бинхэ рассмеяться: – К чему они мне? Неужто думаешь, что я недостаточно силён? Лис прищурил глаза и фыркнул: – Его Величество самоуверен. – Его хвосты метнулись, отражая его настроение. – Тогда возьми мою преданность, – быстро произнёс Шэнь Цинцю, будто не мог сойтись в цене с торговкой на рынке. – Чего стоит преданность лисы? – поинтересовался Ло Бинхэ в ответ, постукивая пальцами по рукояти Синьмо. Шэнь Цинцю усмехнулся, зло щуря глаза, и Ло Бинхэ понял – он оказался прав. Демон сразу собирался его предать. – Что же тебе тогда нужно? – спросил он. Внезапно Ло Бинхэ развёл руками и сказал с усмешкой: – Ничего. Я проявлю милость и вылечу тебя бесплатно. Лис вскинул тонкую бровь и поинтересовался с налётом презрения: – Думаешь, я поверю в подобную щедрость? – Что ж, тогда этому покорному слуге стоит уйти – у тебя явно есть другие варианты, куда лучше, – с готовностью съязвил Ло Бинхэ и тут же взмахнул Синьмо, открывая портал. Шэнь Цинцю, сощурив глаза, смотрел, как тот входит в разлом в пространстве, не делая ни жеста, чтобы его остановить. А потому Ло Бинхэ совсем не удивился, когда вместо коридоров замка шагнул на ту же самую полянку – повелитель пространства вернул его назад. – Ладно, – неохотно произнёс Шэнь Цинцю, заставив Ло Бинхэ тонко улыбнутся – как же глубоко лисёнок погряз в отчаянии! – Я приму твоё предложение. В чём будет заключаться лечение? – О, это самое интересное, – довольно протянул Ло Бинхэ. И тут же беззатейливо поставил демона перед фактом, – Тебе нужно заняться со мной сексом. Глаза того распахнулись от удивления, и тот переспросил, будто и впрямь не расслышал императора: – Что? – Слияние со Священным демоном может вылечить очень многие болезни, – промурлыкал Ло Бинхэ. – Неужели не слышал? Лицо Шэнь Цинцю ничего не выражало, пока тот стоял, подобно выточенной изо льда статуе, однако император знал, что тот напряжённо обдумывает ситуацию. Он и впрямь наверняка слышал о целительной способности члена Ло Бинхэ, и это играло им обоим на пользу. Наконец Шэнь Цинцю сдвинулся с места, направляясь куда-то. Через мгновение пейзаж снова переменился: они оказались рядом с небольшим бамбуковым домиком. – Нам понадобится кровать, – пробурчал он, заходя внутрь. Ло Бинхэ, не отставая, вошёл следом за ним, с любопытством разглядывая единственную комнату. Та была обставлена довольно просто, без особых излишеств, но явно неплохо для того, кто жил в лесу. Вдоль стен тянулись высокие полки с книгами – коллекция Шэнь Цинцю могла составить конкуренцию небольшому книжному магазину. Признаться, Ло Бинхэ не ожидал узнать, что Шэнь Цинцю живёт в таком обычном, человеческом домике – тот выглядел, будто был соткан из страшных историй лесников, но вовсе не как кто-то, кто мог бы жить, словно человек. Иллюзия исчезла, а настоящий Шэнь Цинцю теперь сидел на слишком широкой для одного кровати. На его лице застыло странное выражение, будто он сам был не уверен, что чувствует по поводу этой ситуации, но, заметив, что император его разглядывает, он моментально нацепил маску уверенности на грани с насмешкой. На шее у него виднелся след любви Ло Бинхэ, а на руках остались бледные синяки от его хватки. Лис с лёгкостью мог скрыть их иллюзией, но почему-то этого делать не стал – Ло Бинхэ был рад. – Неужели я так красив, что Его Величество не может оторвать взгляда? – спросил лис с высокомерным смешком. – Именно так, – с лёгкостью подтвердил Ло Бинхэ, приближаясь к демону. Он протянул руку, собираясь дотронуться рыжего уха, но стоило ему на мгновение коснуться рыжей шерсти, Шэнь Цинцю тотчас дёрнулся, убирая голову подальше от загребущих рук, и негромко зарычал. Уши его прижались. – Дотронешься до ушей или хвостов – я убью тебя, – вежливо пояснил он, моментально вновь принимая спокойный вид. – Хорошо-хорошо, – вскинул руки Ло Бинхэ и с ухмылкой добавил, – По крайней мере, это будет сладкая смерть. Шэнь Цинцю закатил глаза и первый притянул императора для поцелуя. Целовался он активно, хоть и не особо умело, слишком глубоко пихая язык. Ло Бинхэ усмехнулся в поцелуй, оценивая его старание, но всё равно быстро перехватил инициативу, шаря по нечеловечески горячему рту. Всё ещё прижимая к себе лиса, Ло Бинхэ начал быстро разрывать на нём одежду – тот попытался что-то возмущённо замычать в поцелуй, но Ло Бинхэ не дал ему вымолвить и слова. Наконец лишив того верха, император отпустил рот Шэнь Цинцю. Уже почти начавший синеть от нехватки воздуха лис согнулся и судорожно сделал глубокий вдох, выглядя почти умирающим – Ло Бинхэ не в первый раз замечал, какая низкая у него выносливость для такого могущественного демона. Ло Бинхэ точно так же безжалостно порвал на лисе штаны, заставляя того возмущённо зашипеть: – Хватит уничтожать мою одежду! – Я куплю тебе новую, в сотню раз лучше, – невозмутимо заверил его Ло Бинхэ, кладя ладонь на чужой член. Он никогда раньше не интересовался мужской красотой, и тем более не задумывался о красоте подобных деталей, но член Шэнь Цинцю ему понравился, аккуратный и совсем не такой крупный, как его собственный. – Погоди, ты тоже должен раздеться, – решительно заявил Шэнь Цинцю, протягивая руки к верхнему одеянию Ло Бинхэ. С некоторым раздражением тот покорно сбросил верхнюю часть одежды, обнажая торс, и томно спросил: – Теперь ты удовлетворён? Демон с интересом провёл пальцами по твёрдым кубикам пресса, и это простое прикосновение отдалось жаром внизу живота Ло Бинхэ. Рука Шэнь Цинцю скользнула ниже, и он с ухмылкой сжал в руке мягкую задницу императора. – Смелый пёсик – похвалил Ло Бинхэ снисходительно. – Ещё раз назовёшь меня псом, и я тебя облаю, – скучающе пообещал Шэнь Цинцю, запрокидывая голову, пока Ло Бинхэ покрывал поцелуями его ключицы, – Как это будет сексуально… Ло Бинхэ рассмеялся, отрываясь от своего занятия, и повалил Шэнь Цинцю на кровать, возвышаясь над ним. Его руки заскользили по худому телу – по талии и вниз-вниз-вниз, прямиком к внутренней стороне бёдер, вызывая на бледной коже мурашки. Пальцы дразняще коснулись розового отверстия, заставляя то сжаться, а его обладателя – громко рыкнуть от неожиданности. Что бы Шэнь Цинцю не говорил, а всё же заниматься с ним сексом было, словно со злобной собакой. И о, как Ло Бинхэ это заводило. – Используй масло, – равнодушно проинструктировал Шэнь Цинцю, кидая Ло Бинхэ в лицо какую-то склянку, что мгновение назад из ниоткуда возникла в руках лиса. Тот её легко поймал и с интересом изучил этикетку, обнаруживая, что это масло для волос демона. На всякий случай запомнив марку, Ло Бинхэ щедро вылил масло себе на пальцы и снова вернулся к заднице Шэнь Цинцю. Хвосты демона бешено метались, стуча по постели и сталкиваясь друг с другом, и это было единственным, что выдавало его волнение – лицо Шэнь Цинцю было абсолютно равнодушно, пока Ло Бинхэ его растягивал. Он лежал в демонстративно расслабленной позе, откинувшись на подушках и заложив одну руку за голову… И пристально наблюдал за сосредоточенным лицом Ло Бинхэ, словно вельможа, развалившийся в театре. Этот контраст был восхитителен. Император послал лису лукавый взгляд и вставил пальцы глубже, заставляя Шэнь Цинцю рвано выдохнуть от неожиданности. Его уши встали торчком, а глаза широко распахнулись от внезапного ощущения удовольствия – маска равнодушия рассыпалась в одно мгновение. – Ах-х, неплохо, – признал он на выдохе, когда пальцы снова и снова начали касаться нужного места внутри него. – Молва не врала, Его Величество – умелый любовник. – У меня много талантов, – мурлыкнул Ло Бинхэ, вынимая из Шэнь Цинцю пальцы. Отверстие демона сжалось, будто попыталось заполнить внезапную неприятную пустоту… И Ло Бинхэ был готов в этом помочь. Его толстый член уткнулся в кольцо мышц, медленно входя внутрь, и Шэнь Цинцю выдохнул, царапая острыми когтями бок Ло Бинхэ. На коже осталось несколько неглубоких алых полос, тут же затянувшихся, – впрочем, несколько капель крови успели скользнуть вниз, пачкая простыни. Ло Бинхэ медленно ввёл член внутрь практически целиком и тут же, не давая тяжело дышащему от переполненности Шэнь Цинцю выдохнуть, начал двигаться. – Ах-х… Ты там что, вместо своего члена мне, ах-х, ножку стола присунул? – выдавил лис, продолжая впиваться когтями спину Ло Бинхэ. – Какого чёрта ты там такой… огромный? Тот едва ли замечал боль. Сознание захлестнули узость демона и восхитительный жар его плоти, и его стройное тело, извивающееся под ним, и его стекленеющие от удовольствия глаза, и распахнувшийся розовый рот и… весь Шэнь Цинцю в целом. То, как он был прекрасен. Ло Бинхэ наклонился, цепляя кожу зубами и начал укусами-поцелуями оставлять на лисе одну отметину за другой. Шэнь Цинцю был холстом, который Ло Бинхэ намеревался раскрасить. – Бедные… твои жёны, – выдохнул Шэнь Цинцю между толчками, но его закатившиеся от удовольствия глаза говорили об обратном. Внезапно лис громко застонал от очередного движения императора, и, сам смутившись звука, вылетевшего из его горла, наконец замолчал. Пространство вокруг них поплыло – всё вокруг замелькало и зашумело сотнями звуков, стены скрутило, словно кто-то смял бумагу, а за ними обнажился чудовищный переменчивый пейзаж – предметы взмывали и падали, рассыпались и собирались вновь, а небо рябило, меняя один цвет за другим. Отовсюду полезли монстры, все как один уродливые и зубастые – более того, даже ленивые облака ощерили кровавые клыки. Ло Бинхэ легко догадался – это иллюзии теряющего от удовольствия контроль лиса пустились в разнос. Он закрыл глаза и продолжил вбиваться в Шэнь Цинцю, растерянно пытающегося собрать в кучу мысли и угомонить окружающую их вакханалию. – Не беспокойся, лисёнок, это вовсе не мешает, – промурлыкал Ло Бинхэ, гладя того по бедру. Тот коротко, лениво рыкнул в ответ и сделал нетерпеливый жест рукой – было несложно представить, как он шипит: «не останавливайся!» И Ло Бинхэ продолжил трахать его, постепенно начав выбивать из демона тихие всхлипы. Тот и не заметил, когда император схватил один из его хвостов, сжимая мягкую огненно-рыжую шерсть. Шэнь Цинцю с высоким стоном кончил первым – мало кто мог соревноваться с чудовищной выносливостью Ло Бинхэ. Тот продолжил толкаться в обмякшее тело демона, сильнее сжимая в кулаке его хвост, пока наконец тоже не излился, заполняя Шэнь Цинцю спермой изнутри – иллюзии к тому времени уже угомонились, возвращая домику прежний вид. На некоторое время они так и замерли, тяжело и рассматривая друг друга, словно время вокруг них остановилось. Шэнь Цинцю был красен, а его глаза устало прищурены; прядка волос прилипла к губам, создавая иллюзию полного беспорядка, зелёные глаза казались ещё ярче. Ло Бинхэ знал – тот тоже его рассматривает и вряд ли увиденное ему не нравится. Ло Бинхэ думал, как бы он хотел трахнуть Шэнь Цинцю в рот. Смотреть на его удивительные глаза сверху вниз, сквозь густые ресницы. Видеть, как он краснеет, пытаясь вместить в себя его член. Кончить внутрь его горла и смотреть, как семя стекает из уголка его рта, мешаясь со слюной. Ло Бинхэ хотел Шэнь Цинцю ещё раз. Ещё, возможно, сотню раз. – Убери член, – наконец потребовал лис, отрывая взгляд. Он лениво начал копошиться в попытке привести себя в порядок: убрал с лица непослушные пряди, возникшей из ниоткуда салфеткой вытер сперму на своём животе и зашевелился, словно пытался сползти с Небесного Столпа Ло Бинхэ. Тот неохотно вытащил член, мысленно обещая себе скоро вновь вернуть его в жаркую плоть демона. Тот уже успел, морщась, сесть, когда внезапно замер с шокированным выражением на лице. Очень быстро оно сменилось крайней сосредоточенностью, словно тот настороженно прислушивался к себе. Наконец Шэнь Цинцю неверяще прошептал: – Сработало… В взгляде, обращённом на Ло Бинхэ промелькнула безумная, светлая радость, скрыть которую у лиса не получилось – да он и не пытался. Хвосты его по-собачьи заметались из стороны в сторону, демонстрируя его счастье. Ло Бинхэ никогда не трудился их сосчитать, но и без того понимал – демон чертовски стар, старше него даже не в десять раз. Ах, и всё же как он был очарователен. – Неужели ты ожидал иного? – самодовольно произнёс Ло Бинхэ, наклоняясь ближе. Одну руку он положил между бёдер Шэнь Цинцю, а его губы опустились туда, где у обычного человека было бы ухо. – Сгинь, – беззлобно фыркнул Шэнь Цинцю, отстраняясь. Где-то рядом раздался рёв, который Ло Бинхэ проигнорировал, совершенно привыкший к иллюзиям лиса, и, игнорируя его слова, скользнул одной рукой по бледной коже. Его жёны часто кокетничали утверждая, будто не в настроении для секса, но Ло Бинхэ всегда легко убеждал их в обратном. Стена бамбукового домика слетела под тяжёлым ударом Лунного Носорога-Питона, не заставив Ло Бинхэ повести и бровью – как же Шэнь Цинцю был наивен, считая, что подобная примитивная иллюзия сра… «Иллюзия» со всей мощи откинула Ло Бинхэ на многие и многие чи, а приземлился он, ушибленный и ошарашенный, уже на опушке леса. – Я буду помнить твою услугу, – раздался из ниоткуда серьёзный и вежливый голос Шэнь Цинцю, – Но ты всё равно гандон. И Ло Бинхэ остался один. «Любовь» – подумал он сладко.

***

Страж ворот хребта Цанцюн: ААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА