Вы будете жить (ну или нет)

       Прошёл ровно месяц с того их поцелуя. Оба решили, что это было ошибкой и решили остаться друзьями. Они так и не разъехались и до сих пор жили вместе. Гарри помнил, то лицо Малфоя, такое красное, удивлённое, его голос, такой сиплый и тихий и эту фразу: «наверное, это было ошибкой». Тогда всего на секунду мир рухнул и совсем не хотел подниматься. — Поттер? Эта фраза снова выдернула Гарри из размышлений. Последнее время он слишком часто думал. — А, что? — Ты просто так завис, всё в порядке? У тебя нет жара? Драко только вышел из душа. Домашние штаны и футболка, закинутая на плечо, мокрые волосы пахнущие яблоком. Горячие губы, прикоснувшиеся ко лбу. Гарри отстранился и покраснел. — М-мне нужно в туалет… Драко не успел глазом моргнуть, а соседа по квартире, как ветром сдуло. Что это было?

***

— Ты спрашиваешь, что это было? Совершенно очевидно, что у него на тебя стоит и вообще, что он к тебе неровно дышит! — воскликнул Блейз, сидя в ординаторской и поедая злаковый батончик, единственный приём пищи за сегодня. — М-мы же решили остаться друзьями… Драко покраснел и отвёл взгляд в сторону окна. Блейз покачал головой и тяжело вздохнул. — А ты уверен, что это решили вы, а не ты, Дракош? — Что ты имеешь ввиду? — Понимаешь, когда ты хочешь быть с человеком, то поначалу соглашаешься и на дружбу и на всё, что тот предложит, но потом этого становится мало, ты думаешь, почему мы с Тео так часто сходились и расходились? — Ну вы это в… Договорить ему не дали. — Ты хотел сказать, что вы это вы, а вот мы с Поттером это другое, — Блейз выделил последнее слово. — Я…прости… — Забей, за столько лет дружбы, какой херни я от тебя только не слышал, уже не обращаю внимания. Драко поджал губы. Снова он ляпнул какую то херь. Блять. Ком в горле не хотел уходить последние несколько дней. Блейз взглянул на него. — Переставай винить себя во всём сказанном, если бы я так начал делать, уже бы помер, так что давай прекращай, я не хочу остаться без такого друга, как ты. — Херового? — Лучшего, Дракош, лучшего. Пойдём лучше покурим? — Ага. — Доктор Малфой пройдите в палату пять, — пропищал пейджер. — Кажется не удастся покурить, прости. — Это наша работа, вали уже. — Ага и…спасибо тебе. — За что? — Просто, что ты мой друг. — Всё хватит, а то я так западу на тебя, что будем Тео говорить? — Пх, ничего, — убегая, ответил Малфой. Блейз ловким движением убрал сигарету за ухо и вышел покурить, пока снова не привезли, эксперементаторов, перечитавших очередной самородок художественной порнографии.

***

Гарри заперся в туалете, наконец-то он мог спокойно поговорить по телефону. Ему уже раз пятьдесят позвонил крёстный. Дрожащими от усталости пальцами он набрал нужные цифры, с третьей попытки, если говорить на чистоту, но все ведь здесь свои. Зачем утаивать, что он за последние три часа принял человек тридцать, идиотов разной степени тяжести, хотя были и правда больные или приходящие по делу. Сегодня он работал в обычном приёмом отделении, интересно, как там Драко в их родном экстренном? Гудки наконец то сменил звук какого то шума на фоне. — Привет, чего звонил? — Хотел позвать тебя на ужин в эту пятницу. — Спасибо, но ты же знаешь мой график. — А точнее его полное отсутствие. — Прости… Единственным плюсом в этом скучно-спокойном отделении было то, что тебя не могли выдрать в твой законный обед, а значит и потрещать по телефону можно какое то время спокойно. Мысли последний месяц постоянно навязчиво крутились вокруг Драко. Крёстный что то говорил, Гарри слабо его слушал. — Гарри? — А? — Ты меня не слушал? — Прости, отключился на пару секунд. — Тебя что то беспокоит? — Нет, с чего ты взял? Голос Гарри выдавал его с головой, такой уставший, сиплый с хрипотцой, но Поттер упорно думал, что он гениально маскирует внутреннюю усталость и раздражение. — Я же твой крёстный. А теперь говори, что случилось? — Я влюбился. — Так это же прекрасно, кто она? — Это он, Сириус… Неловкая тишина повисла на том конце провода. Гарри выдохнул и посмотрел на мигающую, старую лампу. Резко она и вовсе перестала гореть. Всё вокруг давило на него последнее время. Он перегорел, как эта лампочка и его по логике следовало заменить, но в жизни такие законы не работают, даже если ты перегорел, никто менять тебя не будет, все будут ждать, требовать, чтобы ты загорелся снова, но что ты можешь сделать? Вольфрамовая нить уже оборвалась и все прекрасно знают, что её не заменить, так почему так хотят, чтобы она вновь начала гореть и греть, если к ней прикоснуться. Гарри этого упорно не понимал. — Что ж, это тоже хорошо, главное, чтобы ты с ним был счастлив. — Мы поцеловались. Пауза. — И как? — Он сказал это было ошибкой… — Может, он просто испугался? — Может… — Не суди поспешно, дай ему это обдумать, позовёшь его к нам на ужин? — Правда? — Да, конечно, приводи, хоть погляжу, что за парень. — Он мой коллега. — Круто, только врачи могут ужиться с врачами. — Он тоже так считает. — Он мне уже нравится. По двери кабинки постучали. — Мистер Поттер, обед закончен, пациенты ждут. — Бегу! Сириус, прости… — Ничего страшного, у тебя работа, я понимаю. Гарри завершил звонок и побрёл в кабинет. Ещё шесть часов работы. Интересно, сколько людей он успеет принять? Дорогие пациенты, пожалуйста, прекратите приходить с вопросом, почему вы лысеете, если вам уже далеко за пятьдесят и ваш папа с дедушкой в этом же возрасте облысели, с вероятностью девяносто девять процентов, это просто гинетика и старость. А вот если у вас болит сердце, язык заплетается и вы руку поднять не можете, то тоже не записывайтесь к врачу в приёмное отделение. Бегите в экстренное, у вас инсульт!

***

Драко вышел из операционной. Сегодня был напряжённый день. Привезли четверых человек после аварии, все с тяжёлыми травмами, благо никто не скончался. У Драко уже умирали пациенты. Всего двое. Не по его вине, их нельзя было спасти, но те случаи всё ещё лежат грузом на нём. Говорят со временем приходит равнодушие, но это не так. Точнее не у врачей, вот у работников морга чаще всего да. А у тех, кто ещё в силах спасти человека, оно никогда не наступает. Ты каждый раз трясёшься, вдруг он умрёт. Самое страшное это остановка сердца во время операции. В этот момент, всё на секунду замирает. Ощущение, что этот миг длится вечность. В мозг приходит миллионы различных мыслей. Я его убил? Где я ошибился? Я не мог. Эти мысли не отпускают тебя до последнего, пока сердце человека снова не забьётся, а если же он уже умер, то накатывает волна ненависти к себе. Неважно насколько тяжёлым был пациент, ты должен был его вытащить с того света, но ты не смог. Драко переоделся в чистую форму и смотрел в окно. Пять минут тишины. Завыла сирена, означающая, что кому то из пациентов плохо. Через секунду она замолчала. Малфой высунулся из ординаторской. Перед глазами слегка плыло. Он устал. Тео махнул ему, что всё хорошо. — Но сирена… — Наверное сломалась. — Какой раз в этом месяце? — Пятый? — Лифт починили? — Нет. — Ясно, — Драко вновь скрылся в ординаторской. Нотт выдохнул. Им всем нужен был отдых. Ненавистный телефон зазвонил. Тео поднял трубку и неосознанно натянул на лицо улыбку. Хотя это было больше похоже на оскал маньяка, как в пресловутых ужастиках восьмидесятых. — Здравствуйте, это больница святого Петра, вы что то хотели? — почти пропел он это, но при этом в его голосе слышалось с какой усталостью это говорилось. Тео слушал, что к ним везут какую то девушку решивную, что если потрогать бенгальский огонёк, то ничего не будет. Странно, сейчас же не новый год. Параллельно медбрат оглядывал общую приёмную, тут были самые разные люди с самыми разными проблемами, которые требовали экстренного решения. Например, мужчина с лампочкой во рту, а вот увели девушку с аппендицитом, утром был парень с грыжей. Все они не смогли бы прождать месяц, а того и больше, чтобы попасть в нужному врачу, поэтому они оказывались здесь. Тео повесил трубку и, достав пейджер, сказал. — Драко, там девушку с ожогом руки привезут, возьмёшь? Ответа не последовало. Просто из ординаторской вышел едва живой врач. Кажется его круги под глазами могли посоревноваться с кругами наркоманов, ещё и волосы отросли, не сильно, для хвостика они пока не подходили, но если их обладатель так и не сможет записаться в парикмахерскую, то ему придётся купить набор резинок в каком нибудь супермаркете, в отделе бытовых предметов. Девушку в итоге привезли. Она истошно кричала от боли. Всем было как то от этого неуютно. Мурашки по коже что ли бегали? Спокоен был только один человек. Оставшийся сверхурочно. Драко как то отстранёно встретил пациентку. Молча обработал ожог, перебинтовал, назначил лечение и с миром отправил домой. У Тео округлились глаза. Обычно его друг хоть как то комментировал происходящее, но тут, как в воду опущенный, лишний вдох и он умрёт.

***

Драко растормошил Поттер. Малфой дёрнулся. Шея и спина явно решили взбунтоваться против него, а кожа отказалась выполнять свою осязательную функцию, только покалывала, потому что занемела. — Давно я сплю? — Тео сказал, что уже полчаса. — Ого…а чего он не уходит? — У его сменщицы заболел ребёнок. — Значит он на вторую? — Да, может домой? — Ага… Драко сходил умыться и одеться. Спустя пару минут он вышел, кутаясь в пальто. Поскорее бы лето, хотя, тогда его кожа начнёт обгорать, а на носу и щеках появятся надоедливые, едва видные веснушки. Интересно, они понравятся Поттеру? Гарри и Драко попрощались с Тео и пошли на трамвай.

***

(Born to die — Lana Del Rey) Колёса застучали по рельсам. Драко сел у окна и к нему сразу подсел другой мужчина. Гарри не успел. Малфой легко улыбнулся. Поттер сел на задние сидения напротив Драко. Солнце клонилось за горизонт. Конечно у Малфоя была своя машина, но ему жутко нравился общественный транспорт, особенно трамваи. Лёгкий ветерок развивал отросшие волосы. Плавным движением тонких пальцев он заправил прядь за ухо и улыбнулся Поттеру. В наушниках играла Лана Дель Рей. Мужчина рядом вышёл на следующей остановке и Гарри быстро пересел к Драко. — Что слушаешь? — Лану. — Она королева грусти. — Ага… Гарри забрал один из наушников, слегка съехал вниз по сиденью и положил голову на плечо Малфоя. Лёгкий, но от того грустный мотив сопровождал их идиллию. Драко пальцем коснулся руки Гарри. Тот повернул голову, словно спрашивая: «Можно?». Малфой кивнул. Поттер переплёл с ним пальцы. «I feel so alone on a Friday night», — играло из наушников. Было до странного легко. Они были на своих местах. Вместе. — Знаешь, мой крёстный. — Сириус? — Да, ты запомнил… — Конечно. — Блейз говорил, ты редко запоминаешь что то не связанное с медициной, только важное для себя. — Всё связанное с тобой важно для меня. Гарри повернул голову на него. Они были в паре сантиметров друг от друга, держались за руки. Дыхание замерло, а сердце пустилось в пляску, забивая последний гвоздь в гроб гетеросексуальности Поттера. — Так что крёстный? — Позвал нас на ужин на неделе. — О, а я там не буду лишним? — Нет, совсем нет. — Тогда хорошо. Гарри выдохнул. Осталось дождаться их выходного.