идеально убитые чувства

солнце проскользает через щели между штор, а поступающий через открытое окно запах утренней свежести, создаёт ощущение прохлады и возникает желание завернуться в одеяло с головой и никогда оттуда не вылазить. феликс закидывает ноги и руки так, как обычно закидывает на подушку и в полу сне не осознает какое неудобство причиняет рядом спящему человеку. — знаешь ликс, мне честно говоря не удобно. — утренняя хрипота в голосе приятно доносится до ушей и не побуждает в голове на действия, наоборот, ли сильнее прижимается к хвану и утыкается носом в грудь. — феликс, я серьезно говорю. у меня затекло всё тело, — хёнджин немного шевелится, пытаясь растормошить, повисшую на нем мартышку. — я тоже хочу с тобой пообниматься, но давай переляжем поудобнее, иначе я лишусь своих конечностей от недостатка поступаемой крови. — и этo действительно работает на ликса, он приподнимается на локтях, но не из-за прямой угрозы, а из-за большого количества произнесённых хёнджином слов, смысл которых он не уловил. — чего же ты так много говоришь с утра пораньше, — феликс зевает, делая небольшую паузу в своей фразе и сползает с хвана, утыкаясь носом в подушку. — дай поспать еще немного. — было сказано тихо и очень не понятно, что хёнджину пришлось навострить уши. рука ложится на тёмную макушку, а пальцы перебирают чёрный волосы, цепляясь за передние длинные пряди. слышится мурлыканье кота. феликс действительно создает ощущение нахождения рядом с котом, он переворачивается и ложится на спину, выгибаясь в спине и всё еще блаженно закрыв глаза. руки тянутся в умолительном жесте и просьбе в объятиях, а как хёнджин может отказать в такой ловкой и до невозможности милой манипуляции? — ты хитрый прохвост! — подытоживает хван, но все равно тянет руки навстречу и заключает ликса в крепких-крепких объятиях, утыкаясь куда-то в шею и попутно оставляя там мокрые поцелуи. встают с кровати они только через целый час объятий и поцелуев, когда живот ликса начинает издавать рычащие звуки, оповещая о том, что есть хочется как бы очень сильно. — тебе сделать блинчики или пожарить яичницу? — спрашивает хёнджин у ликса, направляющегося в ванную комнату на утренний душ. — на твоё усмотрение, я съем всё что ты приготовишь. — он подмигивает и быстро забегает за угол, закрываясь в ванной. хван не стал долго думать и решил делать то, что легче по его скромному мнению — яичницу. да и к тому же у них есть ветчина с коротким сроком годности, её не помешало бы использовать, как можно скорее. поочерёдно разбивая на сковороду яйца и рядом кладя ветчину, он заканчивает как раз тогда, когда дверь ванной открывается, а кнопка чайника щёлкает. — можно я не буду раскладывать по тарелкам и мы просто поедим из сковороды? — задает вопрос хван, одновременно ставя чашки с их любимым чаем — каркадэ. он всегда оказывал успокаивающий и бодрящий эффект, после него всегда хотелось вместе проводить время и сворачивать горы. обьяснить это парни были не в силах, они сами не понимали такого действия от обычного чая, но обоим определенно это нравилось. — да без проблем, меньше посуды придётся мыть. — ликс садится за стол напротив хвана и ставит одну ногу на сиденье, он всегда говорит: «я по-другому сидеть не умею! это самая удобная поза!», а хёнджин не спорит, лишь бы феликсу было удобно, а остальное он потерпит. вечером у них запланирован поход в клуб с ещё одной комьюнити парой. ханом и минхо. белкой и злым кроликом. спрашивать про их отношения ни ликс, ни хёнджин не рискуют, получать недовольные взгляды и возгласы, желания нет. хотя элементарного «спасибо» они заслужили, ведь именно из-за отношений ликса и хвана они и познакомились, кто ж знал, что так всё закрутится? или если вы хотите спросить: «они же в отношениях, на какой предмет они пойдут в клуб? смысла же нет?», то я вам отвечу: «в клуб ходят не только чтобы напиться до беспамятства и подцепить кого-то на одну ночь. там так же можно просто расслабиться, медленно потягивая коктейль и потанцевать на танцполе с любимым человеком». в воскресенье никуда не нужно было идти, по этому суббота всегда служила днём отдыха от учёбы и работы. а отдых в свою очередь заключается не только в походах в клуб, а и просто вечерах с фильмами и пиццей или днями, когда они ходили в парк и кормили птиц на озере. может быть они бы готовили что-то вместе на кухне и весело пританцовывали под песни. а может быть они бы проспали весь день в объятиях друг друга. но сегодня они идут в клуб. было решено пойти в «neon moon», он считается хорошим и недорогим одновременно, при этом имеет спокойный бар, а так же дикий танцпол. про другие этажи и заведения лучше не говорить, там бывает страшно. встреча в шесть вечера прямо у входа, как и договаривались, по этому не на минуту не опаздывая ликс и хван подходят к клубу и получают сообщение от хана: «сорян пацаны, мы опоздаем минут на десять, пробки», в принципе, они как обычно. из года в год ничего не меняется. заходить в клуб без джисона и минхо было бы глупостью, по этому они просто сидят на лавочке и ждут парней эти несчастные десять минут. такси подъезжает спустя шестнадцать минут и водитель практически выбрасывает парней из машины и быстро уезжает под возгласы хана. — урод! — кричит вдогонку за машиной джисон, получая легкие поглаживания от ли в качестве успокоения. — я поставлю ему одну звезду. — уже намного спокойнее заканчивает хан. — вы задержались не на десять, а на шестнадцать минут, как это понимать? — ликс корчит недовольную рожицу, приподнимая одну бровь, правда совершенно не всерьез. — ты же нас знаешь, пора бы уже привыкнуть к нашим опозданиям. — продолжая сминать плечи джисона отвечает минхо. — да, ты прав. мне хёнджин тоже самое сказал. — с досадным вздохом завершает ликс и разворачиваясь на пятках идёт в клуб. — он у тебя умный парень, правда под действием градуса не умеет себя вести и отказывается соображать. — ели слышно заканчивает минхо и заходит в клуб последним. в баре музыка играет приглушённо, фоном, как бы создавая спокойную атмосферу, а на этажах выше, наоборот. из колонок на танцполе бьют сильные и жёсткие биты, отдающие вибрацией в груди и побуждающие к резким движениям и несвязному танцу. парни садятся за столик в углу, несмотря на то, что народу было много их укромное место всегда было свободно. у бармена они уже заказали каждому по набору из четырех шотов b-52, им пообещали сделать всё за десять минут, но заказ задерживают. — пойду-ка я проверю где наши обещанные шоты, а то я не люблю, когда нас задерживают. — торопиться им было некуда, но само ожидание хан не переваривал, по этому, как самый непоседливый и одновременно ответственный пошёл к стойке выяснять задержку. минут пять спустя на горизонте появляется хан с подносом в руках. — разберите пожалуйста быстрее, а то я всё уроню. — парни протягивают руки и разбирают шоты, оставляя на подносе только четыре для джисона. — работаю у вас тут официантом, совсем обнаглели уже! — слушай, ну ты сам вызвался идти разбираться, тебя никто не заставлял. — отвечает ему хёнджин и разводит руки в стороны, показывая, что они тут не причём. диалог был завершен, если это конечно можно было назвать завершением, а не игнорированием и молчанием. в ход пошли шоты, которые вливались практически один за одним, чтобы эффект был лучше. людей с каждой минутой становилось всё меньше и меньше. время позднее, все расходятся по домам, ну или поднимаются на этажи выше, чтобы развлечься после выпитого алкоголя. некоторые поднимались на лгбт этажи, куда следовало бы пойти и парням, но между тем они решили пойти в обычный клуб и просто потанцевать, некоторые поднимались на последние этажи и записывались в нудистов или любителей бдсм, как жаль, что утром они об этом пожалеют, а может и не вспомнят вовсе из-за градуса в организме, а позже к ним обратятся и тогда уже не отмажешься, таковы правила. вариантов, как подняться на шестой этаж было два: ползти по свободной лестнице или подниматься на провонявшемся алкоголем лифте, а если там будут не адекватные люди, то вообще беда. на лестнице всем проще, даже ленивому минхо и пьяному в стельку хёнджину. — можете чуть-чуть быстрее шевелить булками? — резко разворачивая на ступеньках обращается джисон к хвану и ли. — или я сейчас с феликсом просто уйду вперед, а вы тут останетесь. зная вас вы даже не поднимитесь, а тут останетесь спать. — он не злится, но явно говорит с упрёком, потому что терпение начинает заканчиваться. — да идем мы, идем. — тянет хенджин и начинает действительно быстрее переставлять ноги, видимо оставаться на лестнице одному ему не хотелось. люди с нижних этажей действительно перебрались сюда. их было очень много, кто-то стоял в углу и с одиноким взглядом наблюдал за кем-то в противоположном углу, кто-то, что было силы отжигал в самом центре. громкая музыка отдавала внутри, заставляя ноги и руки вибрировать. хан потянул феликса в самую середину, даже не посмотрев на только допозших хёнджина и минхо. — мы их оставили, а они наши парни вообще-то. — зарекается только пришедший и еще не успевший разогреться и расслабиться ли. — мы пришли сюда танцевать, а эти амёбы сейчас и шага сделать не смогут, — музыка переключается на более громкую, хан берет феликса за руки и начинает прыгать по кругу. ничего личного и скрытого, они просто близкие друзья, любящие тактильность. — минут через десять пойдем их поищем, может они и разогреются к тому моменту. песни переключаются одна за одной, феликс перекручивает и разворачивает хана вокруг себя, держит за талию, в ответ получает такую же тактильность и замечания от окружающих о том, что, а не ошиблись ли они этажом. наверное это та самая химическая дружба между людьми, когда касаешься человека и ощущаешь легкое тепло рук, а не бабочки в животе и потерю разума, когда ожидаешь смешков в свою сторону, выражающие поддержку, а не стёб. их дружба всегда была такой, всегда теплой и нежной, всегда бурной и веселой, с большим количеством ошибок и применений, но если бы не все пройденные трудности, то ни у хана, ни у феликса не было бы сейчас по истине близкого друга. потные, насквозь мокрые и до невозможности счастливые они, как и договаривались через десять минут идут искать своих возлюбленных, которых оставили в одиночку, в надежде на их спокойное поведение из-за усталости. — опа, а где хёнджин? — спрашивает феликс у минхо, которого они встретили по пути и выглядящего пьянее, чем до поднятия на шестой этаж. — вы пили снова? — вот тут на лице ли сверкнул взволнованный взгляд. — а вот вы где, — немного протяжно и затянуто отвечает минхо. — да мы сидели на диванчиках в углу и пили коктейли, но все хорошо, — пытается успокоить старший ли младшего. — всё под контролем, а вам бы я тоже посоветовал выпить по коктейлю, он такой синенький, в меню увидите он единственный такого цвета. — хорошо-хорошо, а ты собственно говоря идёшь? — подхватывая под руку парня спрашивает джисон. — в туалет, — он бросает темный взгляд, на дне которого горят искры, — а что хочешь со мной? — хитро подмигивает. — а что, если хочу? — продолжает разыгрывать спектакль хан, вовсе не обращая внимания на недовольное лицо феликса. — вот кто точно ошибся этажом, — закатывает взгляд ли и поднимает одну руку, показывая, что пора бы им уже идти, раз так невтерпёж. — идите-идите, а то вдруг не будет свободной кабинки. — не смотря на реакцию парней феликс резко крутится на пятках и уходит в противоположную сторону, чуя нутром, что что-то может случиться. диванчики находятся в самом дальнем углу танцпола, прячась за большим количеством людей. сами по себе они чёрные, практически сливаются с черными стенами клуба и выполнены из кожзама. в прямом смысле переступая через людей, не обращая ни малейшего на это внимая феликс перебирается через толпу и старается сохранить невозмутимый вид. ровно до того момента, когда замечает с кем-то целующуюся высветленную голову. ступор и пропуск ножевого ранения прямиком в сердце. реакция и эмоции накрывают моментально и давно залеченные раны вскрываются вновь. жалкие попытки сквозь нахлынувшие слёзы разглядеть и развидеть в этом силуэте кого-то другого, но не хвана, целующего темноволосого маленького парня, чьи передние длинные пряди путаются в пальцах. бесполезно. наверное это идеальное убийство. феликс не выдерживает, феликс трясётся. видеть, как родное и до боли близкое дыхание касается другого человека, как любимые руки блуждают по чужому телу, неимоверное больно, больно терять близкого человека, больно потому что ты просто лишаешься счастья и воспоминаний. потерять родного человека, с которым тебя связывают воспоминания, всё равно, что потерять память. и многие могут сказать, что феликса плакса и хлюпик, но как бы они поступили в данной ситуации? списать всё на алкоголь и нетрезвый разум? но ведь это измена, самое настоящее предательство и душевное убийство. нельзя прощать измену. измены не прощаются и феликс не простит. он быстрым шагом спускается по крутой спиральной лестнице, рукавом попутно, растирая на щеках солёные дорожки. шаг превращается в бег, а руки на автомате достают телефон, блокируют контакт с лаской на аватарке и пишут хану о том, что самочувствие ухудшилось и они пошли домой. говорить, что феликс идёт вовсе не домой и вовсе не с хваном не будет. джисон и минхо не будут искать хёнджина, если вообще прочитают сообщение феликса, а что будет делать сам хван и доберется он до дома или нет, ли уже не волнует. он собирается взять необходимые вещи и уйти, уйти куда-то, куда-то подальше от прежнего дома и воспоминаний. солнце давно село за горизонт, луна освещает ночной город. горящий свет в окнах, яркие вывески и светильники вроль дорог сливаются в разноцветные полосы и пятна из-за застоявщихся, здерживаемых слёз в глазах. феликс едет в такси домой за деньгами, толстовкой и джинсами. больше ему ничего не нужно, купит потом, когда найдет временную квартиру, а в средства гигиены всё равно выдают в гостинице. спасибо и на этом.

***

измены не прощаются и никогда не забываются. также, как и не забывается первая любовь, потому что она всегда самая бурная, самая сильная и самая больная, не важно взаимная она была или нет. подобные чувства ощущаются впервые и навсегда остаются в воспоминаниях. и феликс никогда не забудет. три месяца проходят монотонно и серо, отвратительно и невыносимо. чувство, вырванного сердца и выброшенного на помойку, чувство опустошённости и подавленности — последствия первых чувств. с начала непростительной ошибки прошло три месяца, а ненависть к себе съедает все живое внутри — последствия первых чувств. чувство одиночества, которое давит на тебя с новой волной, при виде счастливых людей — последствия. заведение вредных привычек, растерзанные в кровь руки, разбитая посуда — последствия первых чувств. с начала душевного ада прошло так мало, но ощущается будто бы вечнось, хотя неизвестно сколько еще пройдет в дальнейшем. неизвестно сколько нужно времени чтобы забыть, чтобы отпустить и оставить всё в прошлом. чувство незнания, как лучше было поступить, точнее быть в этом уверенным, но постоянно ловить себя на мыслях, что если выбор был правильным, то боли быть не должно, это не должно ощущаться такой отвратительной пулей в сердце. хотя может быть лучше было выслушать его наконец-то и просто с чистой душой отпустить? заткнуть свою гордость, которая так и кричит о том, что нужно потерпеть саднящее чувство внутри, и просто послушать его оправдания? может он ошибся, а феликс просто погорячился на эмоциях, но ведь любимого человека нельзя ни с кем спутать. ничего не меняется, за исключением чувств разгоревшихся при их первой встречи, желания увидеться с хваном и проливного дождя на лице. слёзы, синяки под глазами и серая кожа на поникшем лице, на котором когда-то сверкало солнце, плавились веснушки и горела широкая улыбка. наверное солнечного мальчика больше нет, наверное это признак того, что так плохо еще никогда не было. феликс сидит на балконе девятого этажа съемной квартиры, где-то в отдаленном районе сеула, с третьей по счету сигаретой в руке, за последние пять минут. и он вовсе не курит, а просто смотрит, как ветер сжигает стрежень и сдувает пепел, растворяющийся в воздухе, желая, исчезнуть и раствориться, как пепел. он не виделся со своими друзьями, ничего им не объяснил, а просто звякнул сообщением о том, что уезжает и просит его не искать. если ему скажут, что он чертов эгоист, он скажет, что да и, что чувствует сильный стыд, правда менять ничего не собирается. если его увидят в таком состоянии, то ему станет еще стыднее. а если его спросят, что делать его друзьям в данной ситуации и что им думать, когда друг просто пропадает и просит его не искать? что его похитили, что они где-то обидели или что они и не были друзьями и вовсе не знали феликса, и то какие кошки скребут в его сердце? пожалуй ответа на этот вопрос у феликса нет, хотя он хотел бы его знать. о том, как сейчас поживает хёнджин ликс старается думать редко, точнее последние три месяца он старается вообще не думать. но получается ли у него? конечно же нет.

***

сегодня суббота, пятнадцатое сентября, совсем недавно феликса повысили на работе. он проснулся в четыре часа, испуганным. во сне он увидел руки из прошлого, которые с таким трепетом считали его веснушки, гладили по волосам и обнимали. приснились любимые осветленные длинные волосы и высокая фигура, которая так грела сердце. приснились любимые губы, которые оставляли краткие поцелуи за ухом, на шее, приснилась любимая улыбка, которая заставляла улыбаться в ответ. приснилась любимая родинка под глазом, которую феликс так любил целовать перед сном. он долго лежал на кровати и смотрел в потолок, думая о том, как любимому человеку сейчас живётся, как ему без него, потому что ликс без него постепенно сходит с ума. но чертова гордость, этот чертов страх не позволяет сделать шаг и всё вернуть. не позволяет на новую сим-карту внести контакт, чей номер помнится наизусть. постоянно отгоняет назад, постоянно говорит перетерпеть и забыть. когда другая часть говорит о том, чтобы хотя бы встретиться и всё обсудить, перестать быть таким отвратительным эгоистом и не мучать не только себя, но и друзей. правда вторая половина всегда проигрывает первой. диалог с самим собой всегда заканчивается этим. всегда заканчивается страхом. страхом попытаться, что то вернуть. страхом, что тебя не простят и не примут, страхом, что разобьешься, как волны о скалы окончательно.

***

пятнадцатое декабря, прошло шесть месяцев. феликс проснулся в четыре часа от испуга и ощущения теплых рук на талии. ему приснились руки из прошлого и отдающее тепло на своей талии. во сне он увидел любимую родинку под глазом, которую он так любил целовать перед сном. во сне он увидел любимые осветлённые длинные волосы и высокую фигуру, которая так грела сердце. во сне он увидел любимые губы, которые оставляли краткие поцелуи за ушком, на шее, во сне он видел любимую улыбку, которая заставляла улыбаться в ответ. он лежал уткнувшись головой в подушку и думал, как сейчас живет человек, которого он не смог отпустить, как сейчас живет этот человек без него, потому что ликс сошёл с ума. сны с его участием стали приходить реже, за частую с воспоминаниями счастливых моментов, а оканчиваясь уходом и слезами. Они никогда не повторялись, в каждом из них была своя изюминка. было лишь одно исключение. один и тот же сон, который приходил на протяжении шести месяцев, именно пятнадцатого числа каждого месяца, заставляя просыпаться в одно и тоже время. именно после него ощущался испуг и изнеможение. правда обида на себя давно прошла, хотя наверное это всего лишь остаточное влияние таблеток, которые выписал врач, давно вытекли все слезы, осталась только пустота, отчуждение и тёплый осадок в теле после сна. до будильника еще четыре часа, правда уснуть вновь он не сможет. сегодня снова на работу. работа фриласером не подразумевает под собой выход из дома, сиди и рисуй в своё удовольствие в четырёх стенах. не нужно выходить и ехать в офис или еще куда-то, конечно же за исключением нужды в питании и тех моментах, когда материалы для работы заканчиваются, а также нужно либо отправлять готовые картины в другие города, либо встречаться в Сеуле и отдавать на руки. зачастую феликс именно встречался со своим заказчиком где-то около торгового центра или известного места. безопасно и легко добраться. именно по этому феликс в шесть утра сидит и аккуратно запаковывает в бумагу картину, всё из-за того, что он не смог уснуть. — надо же было мне догадаться назначить встречу на сегодня, — недовольным тоном тихо причитает ли. — знал же что так будет, вот чую нутром, что день пойдет по пизде. наверное так и будет.

***

постоянная яичница на завтрак, обед и ужин уже порядком приелась, но честно говоря желание готовить что-то другое, что-то более сложное, абсолютно нет. на жареных яйцах можно спокойно прожить. именно по этому феликс наспех обедает, если это так можно на звать, ведь на часах уже четыре и вылетает из квартиры. он немного опаздывает, нужно предупредить заказчика.

***

до lotte world ехать тридцать минут на метро, но феликс задержался и сел на следующий поезд, он опаздывает на десять минут. lotte world mall — это самый большой торговый центр в сеуле. он является самой известной достопримечательностью и центром мировой моды, где покупатели найдут магазины корейских и иностранных брендов. но феликс направляется не туда, точнее туда, но просто постоять у входа, отдать картину и забрать деньги. главное, чтобы поезд не задержали из-за холода, как это частенько бывает, зима всё таки даёт о себе знать. хотя в этом году она не сильно снежная, но всё же снег, который выпал на прошлой неделе до сих пор лежит сугробами по обочинам, хотя сейчас потепление и светит солнце. на улице правда тепло не смотря на декабрь месяц. солнце греет и температура не падает ниже минус пятнадцати, никто не надевает зимние длинные пуховики в пол и тёплые высокие сапоги. молодежь так вообще ходит в коротких куртках и кроссовках. феликс не такой, молодой конечно, дурак, каких поискать, но всё же одевается по погоде: ботинки и пуховик. болеть лишний раз он не хочет. подбегая ко входу в центр он пишет парню, с которым они должны встретиться и ждёт. узнать из толпы незнакомого человека трудно, а вот парня с холстом в руках достаточно легко. на улице с каждой минут начинает темнеть всё сильнее и сильнее, а яркие вывески и подсветки зданий обретают более яркие оттенки. всё таки вечером в городе красиво, жалко, что феликс раньше этого не замечал и всё время тухнул дома. хотя у него была причина, оправдывает он себя. из омута мыслей его вытягивает лёгкое касание плеча и фигура внезапно выросшая перед ним. минута ожидания это конечно мало, но достаточно чтобы уйти в себя и забыться об окружающем мире. поднимая голову, он увидел парня выше его ростом в объёмном пуховике и черной шапке бини. в глаза бросилась родинка под глазом и достаточно длинные русые волосы. за тем поэтапно складывая картинку и приходя в себя ли увидел лисий разрез глаз и пухлые губы. закончилось всё первой скатившейся слезой, хотя феликс даже не понял изначально кто перед ним стоит. на автомате вытия слезу он вытаращивает глаза и узнает в своём заказчике бывшего близкого человека. человека, с которым ему было хорошо, с которым он любил просыпаться по утрам и готовить на кухне брауни, с которым он любил целоваться и проводить бессонные ночи. человека, которого он любил...? тело моментально цепенеет, картина выпадает из крепкой хватки, а мокрые солёные дорожки беспощадным ручьём катятся по щекам. хван теряется, не знает что ему делать. в голове быстрый поток вопросов: «можно ли его обнять? столько времени прошло», «почему он плачет?», «что мне делать?», «я сейчас сам заплачу». не такой реакции он ожидал. он обхватывает двумя руками тело, заплаканного человека, которого он всё еще любит и всё ещё не может отпустить. зря что ли он искал его шесть месяцев, зря он заказал картину, которая ему нафиг не сдалась, потому что картин ликса у него навалом и каждая веет частичкой его души. а минхо и джисон зря ему помогали, они ведь тоже сильно волновались? рука скользит по спине вверх, касается головы и поглаживает всё такие же тёмные волосы, опуская и утыкая лицом себе в грудь. так наверное будет спокойнее феликсу, так наверное пытается защитить его хван. наверное сейчас чувствуется уединение, наверное сейчас спокойнее, как никогда. время останавливается, а всхлипы где-то в районе груди затихают. феликс успокаивается и приходит в себя. слёзы больше не текут, а засыхают лёгкой корочкой на щеках, глаза опухли, руки больше не трясутся. — не плачь больше, мне так больно на это смотреть. — первым начинает хван и берет лицо ликса в свои большие ладони. — прости, я тебя оставил тогда, ушёл ничего не обьяснив, — феликс прикрывает глаза. теплые руки греют замершие щёки и по телу разливается тепло. — я так виноват перед тобой. — я тебя не винил и никогда не виню, я сам допустил непростительную ошибку. и честно говоря, не знаю простил бы я себя на твоём месте. — наверное, если бы ты сейчас не пришёл я бы больше никогда тебя не увидел бы... — давай поговорим? — это то, что им обоим сейчас нужно. нужно узнать ответы на вопросы, которые так их терзают всё это время. нужно решить все проблемы. но может так, как раньше больше не будет. — нам нужно много чего обсудить, мне нужно много чего тебе рассказать. только не здесь, мы постепенно замерзаем, а я не хочу, чтобы ты болел. — хван всегда был таким нежным и чутким? или феликс просто забыл за всё это время, что такое забота и ласка? — если ты не против конечно. — хорошо, да, — феликс поднимает с земли упавший холст. — думаю да, нам это нужно. — мы можем поехать в кафе или ко мне, как тебе будет удобнее? — можно к тебе? — испытываемое сомнение и смущение берет верх, когда он последний раз смущался перед хваном? — конечно можно, — улыбка от уха до уха расплывается по лицу. — ты ведь тоже когда-то там жил. — фраза бьёт по больному. феликс правда скучал по той квартире, правда скучал по старому мольберту и картинам на стенах. скучал по прошедшей афганскую войну кофемашине и большой двухспальной кровати, на которой они смотрели фильмы и обнимались.

***

ничего не изменилось. картины, нарисованные феликсом всё также висят на стенах, кофемашина стоит на том же месте, а его домашние тапочки в виде цыплят всё также стоят в прихожей. зубная щётка всё также стоит в стаканчике в ванной, а его косметика на тумбочке у окна. они сидят на маленькой кухне, совмещенной с залом и не решаются заговорить. — ты будешь чай или кофе, может быть хочешь перекусить? — первым пытается сделать шаг хван из затянувшейся минуты молчания. — можно чай? — тебе твой любимый каркаде или просто чёрный? — вставая из-за стола и подходя к мебельному гарнитуру говорит хван, доставая с верхней полке две коробочки. — каркаде. — феликс удивлён и всё больше чувствует больные уколы в груди. гордость куда-то решила отойти, оставив на своем месте вину. чайник закипает и пакетик чая опускается в кружку с котятами, которую ликс когда-то купил в магазине под предлогом, что она ему очень нужна и у них вообще нет посуды. — я думаю, что начну первым, потому что это всё произошло из-за меня. — садясь за стол и пододвигая к ли кружку начинает хенджин. а феликс всё больше и больше ощущает вину за свои действия, ведь в квартире ничего не поменялось. хван ничего не выкинул, даже кружку, которую он практически слёзно упрашивал купить. — прости, за всё прости. за все обиды и причиненную боль, за все свои ошибки и проступки по отношению к тебе и нашим отношениям. — феликса посещает колкая дрожь, это так больно слышать. — это недостойно ни одного оправдания. ты не достоин меня. измену нельзя прощать, даже если она была совершена по пьяни и даже, если я думал, что целуюсь с тобой. — ли улетает в нокаут. глаза вновь заполняются слезами. хван думал, что целует его, думал что тот парень — это феликс? — у меня с ним ничего не было. во время поцелуя я понял, что это не ты, ведь ты бы не целовал меня так хо́лодно. я сразу же оттолкнул его и пришёл в ужас, а когда пошёл искать тебя, то не нашёл. парни тоже не знали куда ты ушёл. я искал тебя в клубе, дома и в парке, но не нашёл. мы сильно волновались, а я ощущал сильную вину за содеянное, ведь понял, что ты это видел. лишь спустя время я наткнулся на твою новую страницу и по картинам понял, что это ты, там была твоя подпись, а кольца на руках я не смог спутать не с чем. я не знаю простишь ты меня или нет, ведь я не достоин прощения, спасибо что хотя бы выслушал меня. — феликс вновь плачет, спрятав лицо в руках. — эй, я же просил тебя не плакать, я не могу смотреть на это, когда это из-за меня. — ты такой бестолковый! — срываясь практически на крик выдаёт ли и продолжает всхлипывать. хван не подходит и не обнимает вновь, не прижимает голову к груди, не целует в макушку и не успокаивает. он понимает, что нужно время, понимает, что феликс наверняка давно израсходовал все эмоции и слёзы. он сам справится, немного подождать и всё наладится. — и ты прости меня, — после мучительно долгих пяти минут вставляет ли. — за то, что ушёл. мне было так больно это видеть, что я просто оборвал все связи и бросил тебя. вас. я не могу представить, как больно было тебе, ведь я никак не шёл на контакт, а ты искал. ты даже не выкинул ни одну мою вещь. как волновались минхо и джисон я тоже не представляю. мы ведь были близкими друзьями, а я сбежал поджимая губы. так ведь не делается, я тоже виноват. сильно виноват перед вами. я потерял все свои эмоции и выплакал все слезы, а сейчас меня вновь прорвало. и я честно скучал, я так сильно тосковал по тебе, но ты знаешь, что моя чертова гордость всё всегда портит. я не раз порывался тебе написать, ведь я помню твой номер наизусть, но постоянно делал шаг назад, боясь, что всё потеряно и я больше ничего не верну. таким вот я был влюблённым слабаком. ты сам меня нашёл и угробил кучу своих сил на это. наверное... я и остался таким влюблённым дураком, что сейчас не могу ничего толкового тебе сказать, кроме, как «прости» и «я всё еще люблю тебя». я не знаю зачем ты искал меня и чем руководствовался и считаю, что неправильно тут говорить тебе о своих таких же сильных чувствах, но больше мне нечего сказать. я знаю, что ничего не вернуть, но я благодарен тебе за то, что ты пытался меня найти и поговорить. ты правда замечательный человек, который совершил ошибку, но осознал ее, чтобы больше не совершать. ты заслуживаешь большего. — эй, — обращает на себя внимание ликса хёнджин. — ты сказал, что всё еще испытываешь чувства ко мне? — да, — ли тушуется и смущается, краснея ушами. — и прости за это. — ты такой дурак, зачем же я тебя тогда искал, если больше не люблю? просто чтобы поговорить? — хван вздёргивает бровь и строит удивленное лицо. — я думал, что ты ничего не захочешь вернуть по этому пытался найти и поговорить, но мои чувства никогда не угасали. — то есть ты не против начать всё заново? и двигаться мелкими шажками к тому, что мы потеряли? — думаю, что это будет сложно, но ведь нет ничего невозможного против пылающих внутри чувств? ли встает со стула и медленно подходит к хвану, на лице написан вопрос: «ты не против, если я тебя обниму?», в ответ получает кивов закрывающимися глазами и ли забирает его объятия утыкаясь носом в ключицы, вдыхая незабытый за всё время родной запах тела. запах, который когда-то сопровождал его всегда и везде, запах, который он ощущал на своей коже и при входе в квартиру. запах, по которому он так сильно скучал. хван гладит его по голове, оттягивая передние длинные пряди и ухмыляется. и несмотря на новый цвет волос и стрижку, несмотря на долгий промежуток времени и причиненную боль, он вовсе не изменился. такой же нежный и чувственный, такой же высокий и заботливый, такой же любимый и незабываемый. что такое любовь? никто и никогда не скажет вам точное определение этого слова. любовь — это самое наивысшее чувство человека, самое непостижимое, непонятное и болезненное. любовь — это зависимость, зависимость даже для тех, кто в нее не верит, но стоит лишь влюбиться и всё вокруг стирается, все ложные выводы, все отрицания существования любви и непокорность этому чувству. любовь — это привязанность, это желание, чистое желание поделиться кусочком себя для другого человека, отдать ему всё, что есть, лишь бы увидеть его улыбку хотя бы раз. любовь меняет всё вокруг: нас, наши предпочтения, увлечения и убеждения. взаимной любви подвластно всё, а любовь, которую ты не можешь разделить — убивает тебя, заставляет пойти на самые отвратительные и отчаянные поступки. любовь — это боль, боль которую нужно пережить, если хочешь быть счастливым, а если ты не сможешь ее пережить, то можешь навсегда потерять свое счастье. Всё это одно большое чувство, у которого если верить окружающим есть пять стадий и не каждый человек может их пройти. не каждый ощущает чистые чувства, которые способны пройти любые преграды и невзгоды. В том-то и ирония: убитый любовью, ею же и исцелится