La seine

Когда звезды озарили своим светом тёмный небосвод, а луна ласково коснулась бледным сиянием города ветров, погруженный в царство Морфея, лёгкий ветерок, что разгуливал в эту позднюю летнюю ночь, увидел поле одуванчиков. С детским любопытством он прикоснулся к одному из них, и прозрачные семена разлетелись вокруг. Они то взлетали ввысь, кружась в медленном танце, то обречённо падали вниз, но проходил лишь миг и они снова парили в воздухе, ловя восторженные взгляды светлячков. А семена все летели и летели над Мондштатом, гоняемые ветерком. Но вдруг ветерок поменял направление, и семена забрели в открытое окно. Попав в чужие владения, они медленно опустились на старые страницы раскрытой книги. Тусклый свет одиноко стоящей на подоконнике свечи тут же погас, и библиотеку стремительно окутал мрак. Вокруг витал приятный запах старого дерева, что смешался с ароматом сесилий, стоящих на столе. На бесчисленных полках покоилось множество книг, что уносили читателя в этот увлекательный мир фантазий и мечтаний. Стрелки настенных часов монотонным звуком шагали вперёд, близясь к полуночи. Плавно покачивалась люстра от касаний ветерка, волнистыми движениями отдавались зову ветра и лиловые занавески. Спокойствие, царившее в этом маленьком мире, нарушил лёгкий щелчок замочной скважины и дверь с тихим скрипом открылась. Из темноты выглянул стройный силуэт, освещенный светом луны. Закрыв за собой дверь, девушка плавными движениями направилась в сторону раскрытой книги, лежащей на столе. Тонкие пальцы, украшенные кольцами, прикоснулись к семенам одуванчиков. Подойдя к окну с книгой в руках, девушка нежно подула на семена и они умчались ввысь. Лиза с улыбкой на лице наблюдала, как они исчезали с каждой секундой к новым приключениям, в сопровождении озорного ветерка. Любуясь городом, объятым ночным очарованием, Лиза предалась воспоминаниям. В честь её дня рождения, друзья устроили большой праздник в "Доле ангелов", что не удалось бы без помощи Кэйи, ведь сегодня к Дилюку в таверну прибыли важные гости. Однако хитрого капитана кавалерии это не остановило, и тем самым он организовал не только прекрасный вечер, но и замял их недавний конфликт с Лизой, касаемо несдачи книги в библиотеку в назначенный срок. "Что ж, парочка электрических зарядов послужили ему хорошим уроком", — довольно улыбнувшись, подумала Лиза. Джинн, что так же присутствовала на празднике, впервые расслабилась за долгое время и веселились в компании своей лучшей подруги, обсуждая свежие новости Тейвата. Даже Дилюк присоединился к их всеобщему веселью и подарил Лизе лучшую бутылку вина, что хранилась в его погребе. — Дилюк, просто напоминаю, что мой день рождения в ноябре, — увидев подарок, произнёс Кэйа. — Обойдешься, — лишь сухо ответил Рагнвиндр, не забыв, что его братец недавно устроил со своим собутыльником-бардом в таверне. — Да ладно тебе, ты ещё злишься? — со сделанной обидой произнес Кэйа. Увидев эту забавную картину, Джинн не удержалась от смеха, а Лиза и Розария от колкостей в сторону Альбериха. — Кстати, а где Венти? — вдруг спросила Розария. Все обернулись на Кэйю. — Без понятия, — лишь и произнёс Альберих, пожав плечами. Джинн взглянула на Лизу, однако та, никак не отреагировав, спокойно пила свой коктейль, улыбаясь. Время шло незаметно в компании друзей и близился час расставания. Попрощавшись с Джинн и Кэйей, которого держал за плечи Дилюк, ведьма неспеша направилась в библиотеку. Лизе нравилось веселиться, однако под конец ей всегда была необходима компания терпкого зелёного чая и интересной книги, а подобный покой и умиротворение могла дать лишь её любимая книжная обитель, в которой она с детства предпочитала проводить свои беззаботные дни. Под шелест фиолетового платья и звонкого стука каблуков, Лиза зажгла свет в библиотеке и приготовила чай. Поудобнее расположившись в своём любимом бархатном кресле, она сделала лёгкий глоток. Удовлетворенная вкусом, Лиза пробежалась по строчкам книги и, остановившись на нужной, продолжила читать. Прохлада ночного воздуха, успокаивающий чайный аромат и тихий звон часовых стрелок, расслабляли её тело и разум с каждой секундой. Поглощенная чтением, она не замечала, что происходит вокруг, были лишь она и этот книжный мир, что уносил её в круговорот грёз. Ласковый ветер принёс с собой нежный звон лиры и коснулся Лизы, от чего ведьма удивлённо подняла голову. Звуки, что исходили от струн, становились все ярче, а следом за ними отозвался голос, тонкая мелодия, будто бы извещавшая о прибытии весны. Лиза лучезарно улыбнулась. Тотчас отложив книгу, она направилась к окну и взглянула вниз. В объятиях луны, окружённый сиянием небесных одуванчиков, стоял он. В глазах его сверкали изумруд и бирюза, а улыбка, которой он одарил её, стоило лишь ему увидеть силуэт, была подобна теплому утреннему солнцу. Лира заиграла вновь, и с его уст слетели первые слова: — Elle sort de son lit, tellement sûre d'elle La Seine, la Seine, la Seine Tellement jolie, elle m'ensorcelle La Seine, la Seine, la Seine Extralucide, la Lune est sur La Seine, la Seine, la Seine Tu n'es pas soûl, Paris est sous La Seine, la Seine, la Seine. Лиза зачарованно слушала этот прелестный голос, что затрагивал потайные струны её души и, облокотившись на подоконник, сияющим взглядом смотрела на своего возлюбленного. А бард продолжал восхвалять свою музу в оде любви: — Je ne sais, ne sais, ne sais pas pourquoi On s'aime comme ça, la Seine et moi Je ne sais, ne sais, ne sais pas pourquoi On s'aime comme ça, la Seine et moi Extra Lucille quand tu es sur La scène, la scène, la scène Extravagante quand l'ange est sur La scène, la scène, la scène Ветер, что коснулся ее волос, принёс ему цветущий аромат сесилий, и он, околдованный, произнес: — Je ne sais, ne sais, ne sais pas pourquoi On s'aime comme ça, la Seine et moi Je ne sais, ne sais, ne sais pas pourquoi On s'aime comme ça, la Seine et moi Sur le Pont des Arts Mon cœur vacille Entre deux eaux L'air est si bon Cet air si pur Je le respire Nos reflets perchés sur ce pont Мир остановился, и лишь звезды и луна были свидетелями этого светлого чувства, зародившегося в двух сердцах, что бились в унисон друг другу. — Tu lu, ti, luti Tu lu, ti, luti On s'aime comme ça, la Seine et moi (Tu lu, ti, luti Tu lu, ti, luti On s'aime comme ça) la Seine et moi Tu lu, ti, luti Tu lu, ti, luti On s'aime comme ça, la Seine et moi Tu lu, ti, luti Tu lu, ti, luti On s'aime comme ça, la Seine et moi Мелодия прекратилась и бард, лира в руках которого тут же испарилась, галантно поклонился даме своего сердца. — С днем рождения, ангел мой, — произнёс Венти, послав ей воздушный поцелуй. — Я уж думала, ты совсем забыл обо мне, — лёгкими движениями рук даря ему аплодисменты, ответила Лиза. — Разве я мог забыть о той, что всегда в моих мыслях? Везде мерещился мне твой луноликий облик, которым вдохновлен я был, когда слагал балладу в твою честь. — Неужели ты думаешь, что я поверю этим сладким речам, исходящих с твоих уст? — Продолжала издеваться ведьма над ним. На что Венти ухватился рукой за свое сердце. — Ах, твои слова ранят лучше любого меча, — драматично вздыхая ответил поэт ветров. — Однако я припрятал ещё один козырь. Лиза взглянула на него вопросительным взглядом. И Венти, протянув руки к небу, образовал вокруг себя ветряные потоки. Взлетев ввысь, он оказался лицом к лицу Лизе и, опустившись на подоконник, весело произнес: — Разве можно праздновать день рождения без прекрасного мондштатского вина? И Венти достал припрятанную в верхней одежде бутылку красного вина. — Ты себе не изменяешь, — улыбнувшись сказала Лиза и направилась к столу. — Однако вряд ли твоё вино сравнится с этим. И ведьма показала ему подарок, сделанный Дилюком, от чего глаза барда округлились. — Хе-хе, тогда чего же мы ждём? Давай дегустировать! И он, подобно ребёнку, прыгнул с подоконника и, взяв Лизу за руку, усадил её в кресло. — Не откажешь ли ты мне в чести обслуживать тебя сегодня? — Что ж, если ты настаиваешь... Взяв бокал, Венти налил в ней темно-красную жидкость с терпким ароматом и протянул Лизе. Кивнув в знак благодарности, ведьма приняла бокал с его рук и их пальцы на миг соприкоснулись друг с другом. Руки Венти были тёплые и нежные, с длинными тонкими пальцами и едва заметными венками, что бирюзовыми ветвями раскинулись по ним. Лизе нравилось, как он этими руками игрался с её волосами и исполнял ей колыбельную перед сном, когда её тревожили бессонные ночи. Казалось, его руки были созданы для того, чтобы творить и радовать жителей своими прелестными песнями. — У тебя холодные руки, — произнёс Венти, почувствовав прохладу её бледных пальцев. — Они всегда холодные, — невинно ответила Лиза. Убрав свой бокал, Венти сел перед ней и, взяв её руки в свои, подул на них тёплым дыханием. — Холодные руки - тёплое сердце, — детским взглядом, что был полон любви произнёс Венти. — За это я и полюбил тебя. Он помнил тот день, когда впервые увидел её. Ранним летним утром, подобно лесной нимфе, она гуляла посреди озера, вдыхая аромат цветов, что раскрывались с её приходом. Волосы, украшенные её любимыми сесилиями, сверкали золотым блеском при свете солнца, а платье цвета зелени, что подчеркивало красоту её прелестных глаз, нежным шелестом отдавалось каждому сделанному шагу. Стремясь укрыться от солнца, она нашла высокое дерево, которое своими могучими ветвями, раскинуло тень на земле. Обрадовавшись, она скорее спряталась под ним и, открыв книгу, что все это время держала в руке, начала читать. Время шло, и девушка не заметила, как заснула. И не доводилось видеть Архонту ветров создания прекраснее, так мирно спящего под деревом в окружении цветов. Сердце Лизы забилось быстрее от сказанных слов. Венти уже не раз признавался ей в любви, однако каждое его признание звучало словно в первый. И в этот раз ведьма вновь не сумела сдержать яркой улыбки, что коснулась её губ. Венти засиял вместе с ней и нежно поцеловал её кончики пальцев, окутанные его теплом. — Хочу делить с тобой каждый день своей жизни, — невольно слетело с уст Лизы. Венти взглянул на неё тёплым взглядом. — Так выпьем же за это, ангел мой, чтоб каждый наш день был наполнен друг другом. И возлюбленные чокнулись бокалами, сделав глоток. Время близилось к утру, однако они не замечали этого. Лиза рассказывала Венти события прошедшего дня, а так же упомянула то, что Рагнвиндр до сих пор держит обиду на них с Кэйей. Венти не удержался от смеха. — Ох, в этот день мы хорошо повеселились с Кэйей, жаль, что только о Розе забыли, она ещё долго на нас дулась. — Как вы могли забыть о своей лучшей подруге? — Это не наша вина, честно! Мы, как заботливые друзья, решили не отвлекать её от службы, но Розария приняла это совсем по-другому. — Думаю, ей было приятно, когда она узнала, что вам устроил Дилюк, я бы тоже обрадовалась. — Эй, ты должна быть на моей стороне! — обиженно надув губы произнёс Венти. — Из-за ваших шуток пострадала часть таверны. — Ой, да подумаешь, мы всего лишь поспорили с Кэйей над тем, кто из нас сильнее и поколдовали чуток, — невинно продолжал Венти. — Однако, после появившегося из ниоткуда огненного феникса, стало известно имя победителя. От последних слов Лиза разразилась смехом. Она вспомнила, как двоя друзей молнией выбежали из таверны, преследуемые пылающим огнём, полупьяные, крича извинения. Лиза не заметила, как шляпа упала с её головы, пока она смеялась. Венти тут же подхватил ее, но медлил с тем, чтобы надеть вновь на обладательницу. Вместо этого, он медленно протянул свою руку и коснулся выбившей пряди волос. — У тебя такие красивые волосы, — завороженно произнёс он, вдыхая их цветочный аромат. — А когда в них утопают лучи солнца, они сверкают золотистым отливом, подобно самому редкому золоту. От его шепота по спине Лизы пробежали мурашки. После, он коснулся своей ладонью её век. — Глаза твои напоминают цветущий лес, что манит своими глубоко скрытыми тайнами каждого, кто вступает в его чарующие владения, — тихо, будто его кто-то услышит, сказал Венти, оставляя на них невесомые поцелуи. Лиза застыв наблюдала за его действиями и за тем, как его рука опускается ниже. — Ну а губы... они подобны расцветающему весеннему цветку, нектар которого так хочется вкусить. — Тогда чего же ты ждёшь?.... — шепотом произнесла Лиза, чувствуя, как каждый вдох даётся ей с трудом. Венти заглянул ей в глаза и понимал, что тонул в них. Медленно опустил он свой взгляд на желанные уста и, не медля, коснулся их, вовлекая в нежный, подобно ласковому ветру, поцелуй. Одной рукой мягко касаясь её волос, другой он крепко переплел их пальцы, как доказательство его верной и вечной любви к той, что так робко и желанно отвечала на его поцелуй. Они взглянули друг на друга, лица их были озарены счастьем и бесконечной любовью, в которой они поклялись этой ночью. — Я люблю тебя, Лиза, — произнёс Венти, проводя рукой по её нежной щеке. — Я тоже тебя люблю... И солнце, выглянувшее из ночного небосвода, окутало их своим тёплым сиянием.