Дефектный (Сборник драбблов)

      Время на настенных часах перевалило за полночь. В гостиной не были включены светильники, однако она освещалась работающим плазменным телевизором. Ричард сидел на мягком кожаном диване как раз напротив экрана с задумчивым выражением лица. Канал, занявший своё место в пятёрке популярных и имеющий стабильный рейтинг телезрителей, запоздало транслировал вечерние новости. Судя по голосу, диктор оповещал население о приятном известии: «Восстановлена Католическая церковь — прекрасный памятник культуры двадцатого века, разрушенный во время террористического акта. Реконструкция стоила немалых денег, было затрачено много сил, на сбор пожертвований и подготовку к строительству ушли многие годы. Но к счастью, сегодня мы собрали здесь съёмочную площадку, чтобы торжественно объявить эту прекрасную церковь открытой для всех прихожан! И в честь этого события прибыл глава нашего города, чтобы торжественно перерезать красную ленточку и сказать воодушевляющую речь в честь этого прекрасного события!»       Хоть на экране люди массово рукоплескали и взрывались овациями, а седой, хорошо одетый мужчина довольно крутил ножницы и пожимал диктору руку, происходящее Декарта совершенно не интересовало. Он напряжённо размышлял о том, что же на месте преступления последнего расследования показалось ему странным. Улики вроде бы логично связывались между собой, показания совпадали чуть ли не слово в слово. Но всё-таки эта цепочка расследования и напрашивающийся вывод казались ему слишком… Простыми. Абсурдное предположение, особенно для полицейского, который, сложив пазлы улик и уже составив из нее картину следствия, мог бы запросить разрешение на орден, для протокола обыскать дом и закрыть это дело. Однако, чего-то в этом преступлении его настораживало, не давало покоя. Что-то, что могло перевернуть всю картину целиком. Улики? Оружия? Следы? Другие мотивы?.. — Что-то ты сегодня, хромоножка, мрачнее обычного, — Ричард услышал за спиной приближающийся голос, а затем перед его носом появилась кружка, приятно пахнувшая ароматным, заваренным чаем. — У тебя на лице гримаса такая, как будто тебе вручили пазл на двести пятьдесят элементов, а ты недоумеваешь, почему в коробке не оказалось ещё тысяча сто штук.       Ричард вскинул брови на это непонятное сравнение и не спеша забрал тёплую кружку из механических рук. Чай пах какой-то знакомой травой, которую будто специально засушили с весеннего покоса. Но, сделав глоток, он с удовольствием узнал вкус душистой ромашки, который андроид ему часто заваривал после напряжённой работы по вечерам. — Имеешь ввиду, недоумеваю, потому что их попросту не доложили? — Нет, скорее потому что ты ожидал собрать более сложную, хитро выдуманную картину. Хотя я честно не понимаю, ты решил требовать от подаренного детского пазла с поняшами.       Декарт на это замечание едва закатил глаза, решив глотнуть ароматно пахнущего чая. GV200 продолжал стоять над душой позади него. Не то чтобы андроид напрягал своим присутствием, но определенно мешал думать. Облокотившись о спинку дивана, Гэвин склонил к нему голову, пытаясь заглянуть в глаза. — У детектива департамента полиции Детройта появились сомнения? Не похоже на тебя, — задумчиво произнес андроид. Диод на его виске на одно мгновение засветился желтым, но, моргнув, снова загорелся голубым. — Мы ещё не проводили допрос, но найденные улики уже сложились в полноценную картину преступления. Анализы подтвердились, отпечатки пальцев совпали. Я лично связался с моргом по поводу результатов на содержание возможных токсинов в теле, помимо свинца в голове. Да и картина в целом складывается такая, что и ежу понятно, что к чему. Что же тебя смущает? — Говорю тебе, я пока не могу этого понять… На первый взгляд, всё кажется гладким и простым, но, может… — Декарт запнулся, досадно выдохнув, — на деле всё окажется не так не так, как мы думаем.       Размышляя об этом, он озадаченно нахмурил брови и, подавшись корпусом вперёд, облокотился на свои колени. Он смотрел на приятный золотисто-зеленоватый оттенок ромашкового чая в руках и пытался понять, что пытается сказать его профессиональное чутьё. А может его хочет сбить с верного пути обострившаяся из-за сложных дел паранойя. Мысли путались между собой, мешая голосу чистого разума. Он медленно оглаживал пальцами стенки тёплой кружки, и, припоминая в голове мельчайшие детали картины места преступления, пытался разобраться в фактах и своем сметении. Его раздражала взявшаяся из неоткуда неопределенность, но ничего детектив поделать с собой не мог. Оставалось только досадно пожёвывать нижнюю губу и думать, думать, думать…       Но напарник позади него не разделял его душевных терзаний. По-человечески вздохнув и покачав головой, он снова внимательно посмотрел на собеседника и спокойным, мягким голосом произнес: — Ты заработался, Ричард. Понимаю, что ты считаешь иначе, и у тебя на все есть свое мнение, но пойми, это не тот случай, где нужно долго думать и искать альтернативные варианты. Знаю, в последнее время нам попадались сложные, запутанные дела, требующие напряжённой работы мозга, мгновенно принятых решений и перестройки версий после внезапно обнаруженных новых улик… Однако конкретно это расследование не попадает под эту категорию трудных и неочевидных дел. Оно простое, как две копейки, прямое, как автомагистральная полоса. Не стоит тратить на него так много времени и нервов, а лучше подождать завтрашнего допроса, произвести его и закрыть дело. — Откуда такая уверенность в том, что в своих раздумьях я заблуждаюсь? — скептически посмотрел детектив в глаза своего андроида. — Потому что помимо расследования я заинтересован ещё и в твоём благополучном эмоциональном состоянии. Тревожность и профессиональное выгорание после напряжённых месяцев работы над тяжёлыми делами ещё никто не отменял. Декарт лишь фыркнул и, отведя взгляд, отпил немного из кружки. — Ты преувеличиваешь. — Кто из нас… Ладно. Хорошо, тогда не буду отрицать твои опасения. Не исключено, что мы что-то смогли бездарно упустить, и нам снова придётся покопаться в дерьме, ещё раз всё перепроверив. Но, послушай, давай займёмся этим завтра непосредственно в рабочее время. А сейчас иди сюда. Недипломированный специалист психологической помощи Гэвин знает, что тебе сейчас нужно.       Он легко потянул Ричарда за плечо так, что детектив не спеша облокотился на спинку дивана. Гэвин плавно запустил свои пальцы в его каштановые волосы, кончиками исследуя корни и массируя кожу головы. Андроид услышал, как тихо и неспеша выдохнул его человек. Морщинки на лбу Декарта постепенно начали разглаживаться, напряжение понемногу отступало, а брови медленно расползлись стороны и начали подниматься чуть вверх. Помолчав какое-то время, андроид снова захотел нарушить тишину: — У меня с собой есть то, что может поднять тебе настроение, — с улыбкой произнес он. — В самом деле? — лениво протянул Ричард голосом довольного ленивого кота. — Ты ещё раз проанализировал данные и что-то успел найти? — Ага. Давно проанализировал, сопоставил факты, нашёл. И купил. Горький шоколад с миндалем. Для подзарядки мозгов, если они у тебя, конечно, от работы ещё не иссохлись. — Какая забота, Гэвин, я тронут до глубины души — родинки на человеческих щеках задвигались, когда губы растянулись в легкой ироничной улыбке. — Мне по душе горькой шоколад… Он, в добавок, с миндалём? — И не только. Ещё и с цитрусом, — не переставая мягко улыбаться и перебирать пряди, сказал Гэвин и, забрав кружку из рук, поставил ее на кофейный столик. Декарт помедлил и задумчиво усмехнулся. — Мне кажется или ты хочешь сбить меня с мыслей? — Мечтал бы я о таком и мешал бы твоей работе, наша успеваемость не была бы лучшей во всём депортаменте, а болталась бы на отметке ниже средней. Так, что нас давно бы твой братец в личном рейтинге перегнал, — не удержавшись, саркастично фыркнул Гэвин. — Конечно нет, чёртов умник, просто я заботливо слежу, чтобы ты не откинулся раньше времени от переработок и своего хронического трудоголизма. Стараюсь создавать условия, чтобы ты почаще отдыхал. Это одна, из моих основных задач, как напарника. Ну, ты знаешь. Наверняка, читал инструкцию. — Нет там такого пункта, — улыбась, возразил Декарт. — Ой, завали… Считай, что я взломал ее для своей модели и вписал собственным программным кодом. Так что, если захочешь проверить меня на блеф, обнаружишь, что к моим словам не придерешься.       Ричард усмехнулся с этих слов. Ему нравилась андроидская забота, прикрытая тонной колкостей и бесчисленным множеством открещивающихся острот. Что бы ни говорил Гэвин, его поступки выдавали его полностью с головой. И даже когда они с недавних пор перестали так рьяно прятать свою симпатию и начали ценить друг друга, чаще и охотнее даря согревающие эмоции, GV200 ещё пока не готов был полностью расстаться со своей язвительностью, полностью перейдя на программу честного общения. Хотя, может это и к лучшему. Как-никак это стало его изюминкой во взаимодействии с таким непростым детективом.       Ричард чувствовал пальцы в своих волосах и как те восхитительно танцевали на его коже головы. Прекрасное расслабляющее ощущение. От такой ненавязчивой процедуры мысли протекали медленно, постоянно путаясь между кончиков массирующих рук. Сознание поплыло, и Ричард не сразу провёл параллели. — Решил таким образом меня порадовать? В последнее время ты приятно удивляешь, Гэвин, как бы не привыкнуть. — О, об этом не волнуйся, потом я стребую с тебя с полна. С процентами, разумеется. — И что же ты захочешь в качестве компенсации? — С инересом взглянул из-под лобья детектив. — Полный бак тириума, новую форму, и, разумеется, свой парк с БлэкДжеком и кибершлюхами. — Слишком большие запросы у тебя, мультиварка, сторгуюсь до пары пакетов тириума и новой футболки. — Ну, хотя бы так. — Пожал плечами андроид. — А вообще я знал, что в глубине души своей ты тот ещё скупердяй и жмот. Откладываешь деньги на новые шмотки, но не ходишь по магазинам, предпочитая их просто копить. — Нет времени из-за работы, — отмахнулся Ричард. — Так я тебе и поверил, — фыркнул Гэвин, — признайся, ты просто не любишь шоппинг. — И что с того? — А то, что твои излюбленные чёрные водолазки скоро обзаведутся модными дырками. От частых стирок и редких пулевых. И я не собираюсь становиться карманной швеёй, чтобы ещё и латать твою одежду, так что в ближайшие выходные мы идем тратить деньги. — Жестянка, не слишком ли ты вольно представлешь, как распоряжаться моими финансами? — Твои финансы отнюдь не поют романсы, так что можешь позволить себе обновить свой скучный однотонный гарероб, — стойко парировал Гэвин и затем безапелляционно заявил, — я уже составил подборку образов и необходимой повседневной одежды, а раз мы на днях закроем наше дело, выбора, как провести свои заслуженные выходные, у тебя нет. В конце концов, не будь сукой, Ричи, тебе уж точно не помешает пройтись по магазинам и немного развеяться! — К чёрту… — с тяжелой усталостью выдохнул мужчина, ещё и совршенно разомлев от массажа головы. — Уговорил. — Вот и чудно. Ну а теперь, — и, перестав массировать макушку, андроид впихнул в руки детектива плитку сладкого, — Ешь свой шоколад, допивай чай и иди спать. Ты мне завтра нужен полный сил и готовый пахать и хромать с утра до ночи. Работа ждать не будет, и премия мне на тириум и нам на шмотки сама себя не заработает. Так что жду твоего появления в спальне через пятнадцать минут, — и не подозревая, как двусмысленно прозвучала последняя фраза, андроид отстранился от дивана и направился в комнату готовить для детектива постель.        И хоть Декарт знал, что ему неплохо было бы сходить в душ перед сном, человек не спешил шевелиться и покидать диван. Он сидел, с лёгким удовлетворением рассматривая обертку запакованного шоколада, а затем вскрыл упаковку и отломил кусочек. Чёрт возьми, хитрый андроид неплохо сориентировался в его вкусах. Горький шоколад Декарт любил с детства, а орехи в нём просто обожал. Остальное сладкое он не признавал, а тот, зная этот нехитрый факт, купил особенную сладость к чаю. Ромашковому чаю. Свежему, травянистому и приятному, как деревенский утренний покос.       Детектив легко вздохнул, и вдруг осознал один приятный факт, от которого невольно заиграла улыбка на лице. Гэвин снова смог отвлечь Ричарда от сложных мыслей о деле, помог расслабиться и в их тихом, по-домашнему не обременяющим, приятном разговоре взять небольшую моральную передышку. И то было здорово. Кстати, андроид был прав — время позднее, пора была ложиться спать. Как-никак, а на свежую голову думается легче. А в выходные они отправятся в магазин, и детектив измотает покупками своего андроида так, что у того на долгое время пропадёт желание шопоголить. Улыбнувшись своим мыслям, Ричард одним глотком допил уже остывший чай и, поставив кружку на столик, с легким сердцем отправился спать.