Тусовка для Серёжи.

— Сереж, ну давай, пойдём, — Лёша сидит на кровати грустного друга, держа его руку в своей, — познакомишься с кем-нибудь, м? Хватит по этой Гайке страдать. Кудрявые русые волосы с розоватыми прядями спадают на лицо, создавая тени и делая его ещё более удручённым. Лёша долго ждёт ответ, стараясь что-то разглядеть в темноте комнаты. Сережа тяжело вздыхает, а после валится обратно на подушки, зарываясь в одеяло. Огромная спальная футболка задирается, оголяя низ живота. Кудряшки очаровательно падают на подушку под смех Лёши, в простонародье — Кореша. — Ну что? — Ты не отвяжешься, уебок. Сейчас соберусь. Лёша, как ребёнок, хлопает в ладоши, выходя из крохотной недо-гостинной-пере-спальни в коридор. Уговорить Серёжу на подобное — его личное достижение. Если, конечно, учесть, что тот не выходит из дома уже около трёх месяцев. Он даже посвистывает от радости. Пешков же прислоняет руки к лицу, тяжело дыша. Его потряхивает, но парень смахивает это на недосып. Знает, что Лёша не отстанет и все-таки потащит его на эту чёртову вечеринку, даже если будет совсем плохо. Хотя, может друг прав? Хватит страдать по той, что даже одной слезы не стоит. Познакомится там с кем-то. Может, на одну ночь? Может, надолго. Надолго. Даже звучит смешно. С Сережей так не бывает. С ним надолго — только тревожное состояние, депрессия и недоеденный доширак. Не люди. Нет. Из мыслей его вырывает громкий голос: — Ты оделся? Видимо, реально не отцепится. Сережа все же встаёт с кровати, подходя к шкафу. В чем идти — даже не представляет. — Лёш, — спрашивает с неподдельным интересом, — что за тусовка вообще? Кто там будет? Кореш молчит пару секунд, смотря в потолок. — Амина будет, Вова с Лешей, Саня… Ну, Анька моя будет, Генсуха… Ещё какие-то девчонки. Пешков хмуро сводит брови и чешет затылок. Что-то не хочется ему с «какими-то» девчонками трахаться. Ладно, просто посидит и выпьет. Так тоже весело, да? Пешков натягивает чёрную толстовку на голое тело, неприятно морщась от прохлады. Кореш продолжает что-то рассказывать про тусовку, но парень не слушает. Придёт-нажрётся-уйдёт. По классике. Уже в прихожей, натягивая потасканные жизнью конверсы, Сережа говорит, что если там будет Гаечка, он уйдёт. Лёша приободряюще хлопает по плечу пару раз, приобнимая. — Уйдём вместе, не переживай. Пешков, впервые за неделю, улыбается и кивает. Начнётся веселье.