почему именно ты?

Понедельник. Работа. Разговор с Джиу. Боль. Тоска по человеку, который уже кажется иллюзией или выдуманным персонажем в жизни. Ещё 2 недели как робот, запрограммированный на одно и то же. И всё опять по новой. —Занят, милый? — опять этот голос, но сегодня он звучит для Мингю как песня, потому что прошло три недели и Джиу заставила его понервничать. — Нет, можешь говорить. Где он сейчас? Три недели прошло. — Мингю смотрит на их фотографию с Вону и слабо улыбается, проводя большим пальцем по ней. — Тише-тише, сейчас он в Норвегии. Зачем-то задержался в Швеции, а что он там делал оставляю тебе как пищу для размышлений. Ты уверен, что не хочешь полететь к нему? — слышно как Джиу стучит длинными ногтями по клавиатуре, — он в Есхейме. — Хорошо, Джиу. Спасибо и пока. Мингю скидывает сразу, как последнее слово срывается с губ. Воспоминания накрывают с головой и он пытается их отогнать, мотая головой, но, когда ничего не выходит, Мингю опять тихо всхлипывает. Каждый разговор с Джиу приносит с собой боль, которую Мингю хранит уже два года. Его мучают кошмары, он не может долго находиться один в квартире, постоянное чувство вины преследует его. Что он сделал не так? Почему Вону исчез? Кто-то причинил ему боль? На все эти вопросы есть ответ только у самого Вону. У Мингю нет сил и терпения, он хочет полететь туда, где может встретить его, но никак не решается, ведь у Вону должна была быть причина. А что, если этой причиной и был сам Мингю? Тем утром они вместе встали, позавтракали и Вону ушёл «по делам». Если бы Ким знал, что всё так выйдет, то остановил бы его, попросил остаться дома и провести весь день вместе. — Я скучаю, Вону. Эти слова он, конечно же, не услышит, но так Мингю создаёт себе иллюзию его присутствия. Его сердце разбито, но он не может злиться на своего Вону. —Слушай, а если ты будешь в той же стране, что и он, то сможешь отследить адрес? — Мингю позвонил Джиу в три часа ночи и вряд ли она этому рада, но он не мог терпеть до утра. — Ты сумасшедший. Мы можем попытаться. — Через 2 дня вылетаем, всё за мой счёт. — Ого, мы будем выглядеть как… Мингю сбрасывает, даже не дослушивая. Дышать стало чуть легче и грусть, которая уже душила его, стала отступать. Возможно, они увидятся. Возможно, он нужен Вону. Возможно, у Вону были такие сложные обстоятельства, о которых Мингю не знал. Возможно, всё встанет на свои места. Возможно, возможно, возможно. — Позови меня, как только узнаешь где он сейчас. Вот ключи от номера. — Ты заставляешь меня работать, когда мы летели несколько часов? Ты бессердечный, Ким Мингю, — Джиу тыкает парню в грудь острым ногтём и щурится, показывая своё недовольство. — Я тебе прилично за это плачу, почему бы и нет? Вону — причина, по которой мы здесь. — Зануда, — Джиу закатывает глаза и забирает ключи из пальцев Мингю, быстро уходя в свой номер. У Мингю сердце стучится как бешеное, когда он думает о предстоящей встрече. Всё, чем заняты его мысли — Вону. Изменился ли он? Примет ли он его обратно? Как всё пройдёт? Будет ли он рад его видеть? Всё это разом крутилось в голове и заставляло задумываться. На лице была еле заметная улыбка, не сползающая последние пару дней от ожидания. Мингю сейчас отдал бы всё за машину времени, чтобы побыстрее встретиться с Вону. — Эй, милый! Вот адрес, ты сейчас собираешься туда поехать? — Джиу дергает Мингю за плечо, ведь тот уснул с этой глупой улыбкой. — Да, сейчас. — Возьми с собой охрану, вдруг что. — Нет. Я еду увидеть самого дорогого мне человека спустя два года после его исчезновения, не нужны мне лишние люди там. — Скажешь потом, как всё прошло, — Джиу уже направлялась к двери, как Мингю схватил её за запястье. — Что? — Спасибо тебе. — Это моя работа, но всегда пожалуйста, — Джиу мило улыбнулась и наконец вышла из номера. Мингю замер, когда увидел человека, по которому сердце тосковало уже два года без остановки. Вону сидел на лавочке около дома и внимательно читал книгу, иногда морщась от теплого ветра, который всё время норовил перелистнуть страницу. На его лицо падали золотистые лучи солнца, подчеркивая карамельный цвет глаз, скрывающимися под очками с круглой черной оправой. Лицо Вону было сосредоточенным ровно до того момента, пока кто-то не сел рядом с ним. — Привет, Вону-я.