розовый пластырь

-«феликс, давай выходи, нам пора в аэропорт» - сказал хван, стоящий у номера уже минут десять в берете и в пальто, уже знатно употев. из номера выглянула веснушчатое лицо. -«помоги мне, вытащи его» - с отдышкой сказал феликс. хван приоткрыл дверь в номер и увидел, что феликс не может вынести чемодан, так как колесико застряло в ковре. -«ничего ты без меня не можешь» - пробормотал хван, справившись за секунд десять. феликс выходил из отеля на легке, оправдываясь тем, что нужно вызвать такси, а вот хёнджин катил два чемодана и сумку. оба ехали в отличном настроении, радостные. наконец : дом, уют и никаких дел, кроме колледжа. -«давай сделаем селфи?» - спросил хван, повернув голову от окна машины к феликсу. -«я не очень хочу» -«ну давааааай» - улыбнулся хёнджин- «ты прекрасно выглядишь» феликс молча достал телефон и сделал пару снимков. хван ехал до аэропорта с довольной мордой, а ли усмехался каждый раз, когда поднимал голову на него. контроль и посадку они прошли без проблем. сев в самолет хван сделал несколько снимков и сразу выложил. -«на самом деле я так боюсь летать» - сказал феликс - «когда летел один, думал, что самолёт упадет или что то типо этого» -«не переживай, расслабься» - повернувшись и быстро поцеловав в лоб, сказал хван - «просто давай проспим весь полёт» -«а давай» после этих слов феликс пристегнулся и надел маску для сна, а хёнджин последовал его примеру. через 8 часов самолет попал в зону турбулентности, ли и хван проснулись от слов стюардессы. -«самолет в зоне турбулентности, просьба пристегнуть ремни безопасности» -«солнце, у тебя пристегнут?» - спросил хван, приподняв маску. -«да..» - сонно сказал ли - «так трясет, тревожно» не зря было тревожно... -«находясь на территории кореи заявляем, самолет падает, просьба сохранять спокойствие» - феликса начало трясти - «сидите на местах, мы попытаемся сделать всё возможное» самолет стремительно взлетал то вверх, то летел вниз. хван был спокоен и держал за руку ли, у феликса была паника. -«феликс» - спокойно начал хван, повернувшись - «не важно выживем мы или умрем. мы сделаем это вместе. если выживет хоть один, будем жить за двоих, обещай, что если я умру после этого полета, то ты будешь жить дальше» - слеза начала течь из левого глаза- «а теперь послушай меня внимательно, пожалуйста, у нас слишком мало времени ..» -«какое выживем? какое умрем? какое время? - в истерике, почти крича сказал феликс. самолет начал стремительно набирать скорость. хван, вжавшись в руку ли, продолжил: -«феликс, знал бы ты как я тебя люблю сильно. умереть можно. ты и вправду, лучик солнца, который жизнь мою осветляет, не верю, что нашел такое счастье в своей жизни» - слезы уже лились ручьем, руки и ноги тряслись и дергались, а улыбка с лица не спадала - «у меня сердце разрывается когда я вижу тебя со слезами на глазах. сегодня впервые я тебе показал такие свои эмоции. не хотел и не хочу, чтобы было больно из-за моих слез, но сейчас прятаться некуда» - еще шире улыбнулся хван - «солнце, я тебя люблю. и ты меня, уверен. мы всегда будем жить, если не тут, то сверху» -«я тебя тоже.. люблю» - захлебываясь от слёз говорил ли - «я понял зачем ты дарил мне эти пластыри» - произнёс феликс тихо плача, опустив глаза. голос дрожал, как и руки. слезы текли из глаз на веснушчатые щеки и стекали на пол. поднимая глаза было расплывчато видно хёнджина.- «чтобы я заклеил все свои раны, и моральные, и физические.» - феликс взял салфетку и вытер глаза - «твои пластыри, как и ты, нас уже не спасут, но, джинни, я тебе обещаю, мой любимый, мы выживем, мы будем вместе, всё же будет хорошо, правда?» -«ликси, мы вместе» - нервно улыбнулся хван - «если мы вместе, то всё, конечно, будет хорошо» - улыбка ушла с лица хёнджина - «про пластыри, прости, да, ты всё правильно сказал.» - хван опустил голову вниз - « после этих слов самолет с невероятной скоростью начал падать вниз. ли вцеплся в губы хвана, целуя, в последний раз, жадно. губы к губам, становится нечем дышать, ещё солено и мокро от слез. убрав подлокотники они принялись обнимать и расцеловывать друг друга. хван взял ли за щеки. прислонившись лбом ко лбу хван тихо пробормотал: -«я всегда рядом, мой мальчик- солнце» - и обнял крепко-крепко. времени мало, очень мало, всё бы отдал хван, чтобы увидеть горевшие радостью глаза ли от очередных подаренных ромашек. а ли, от его самых наимилейших подарков. звук удара. оглушительный. тихо. в глазах темно, ничего не чувствуется. дышать сложно, через секунд десять стало невозможно. пустота. ромашки мигом завяли в доме: самых искренних улыбок и смеха, самых глупых ссор, самых нежных поцелуев и самой сильной любви. следующие семнадцать дней закаты были такими же розовыми и яркими, как пластыри хёнджина. ночью, всё осыпалось звездами, как веснушки осыпались на лице феликса. а солнце освещало город, как ли освещал жизнь хвана. почему семнадцать? потому что столько было ромашек, когда хёнджин когда-то приносил в больницу, они тоже завяли именно сегодня, как и тела хвана и ли.