Давай помолчим вместе

Смерть, дождь, тишина, одиночество — эти слова описывали внутреннее состояние Карин. Вроде недавно она была ещë жива, но ничего не вечно. Обычная случайность, что привела к плачевным последствиям. Это казалось странным. Странным, что Куросаки не боялась и спокойно отнеслась к собственной смерти. Она надеялась, что брат придёт за ней. Она надеялась, что ей помогут, ведь в Руконгае не станут убивать попаданцев. Всем еë мечтам пришлось разбиться. Как бы она не старалась, ей никогда не исправить содеянного. Надо знать цену. Цену помощи и добра. Она никогда бы не подумала, что после лишения жизни она лишиться и способности жить, способности чувствовать, способности говорить…

***

День капитана десятого отрада начался беспокойно. Словно, случится что-то. Сидя за бумагами, он выглянул в окно. Пасмурно. Дождя не было, но он собирался. К тому же был конец осени, на улице было холодно, хотя сам капитан не ощущал его. Но даже если тайчо не чувствует низкую температуру, это не значит, что он не может заболеть. Поэтому, он всегда носил свой зелёный шарф, заболеет ведь и бумаги пропадут. Он единственный работает, не жалея себя. Его лейтенант всегда убегала выпить с друзьями, но еë собутыльники хотя бы работали. Вздохнув, парень подошёл к стоящему в кабинете зеркалу. Его поставили года три назад, как капитан рости начал. Удивило это всех, включая и самого тайчо. Как сказала его сестра, когда растут, на зеркале отмечают точку роста. С тех пор и стоит зеркало в его кабинете. Посмотрев на последнюю полоску, он понял, что вновь перестал рости. Как он подсчитал, сто восемьдесят два был его максимум. Его радовало, что за три года смог так вымахать, а когда говорили об этом, ему льстило. Сейчас выглядел он не как десятилетний ребёнок, а как взрослый двадцатилетний директор, какой-нибудь фирмы. По крайней мере ему так сказал Ичиго, когда последний раз приходил. Но то, что старший Куросаки вообще приходил, лишь давило на парня. Вроде война уже прошла, Яхве побеждён как пять лет, но рыжеволосый продолжал приходить и чаще всего к Рукии и к Тоширо. Ведь только они, из всех шинигами, знали Карин… Хитсугая помнит тот день, четыре года назад, когда к нему ворвался Ичиго… Flashback — Тоширо! — ворвавшись в кабинет капитана, Куросаки задел вазу, стоящую у дверей. Она лишь пошатнулась, но не упала. — Сколько раз тебе повторять… — в ту же секунду, капитан замолчал и ужаснулся. Перед его взором стоял сильнейший шинигами, который вытирал слезы… Куросаки, да и плакал? Если бы ему об этом кто-то сказал, он бы не поверил. Позади временного шинигами, стояла лейтенант тринадцатого отряда, которую через десять лет хотели назначить капитаном. Она тоже плакала в небольшой платочек. — П-простите — тихонько проронила девушка, вытирая слезы — не могли бы вы нас выслушать? Вы очень хорошо определяете реацу, да и память на духовную энергию у вас хорошая… — Лейтенант Кучики, Куросаки, что случилось? — взяв в руки документы, которые собрался положить на полку, он пытался понять причину их слез. — Тоширо, помнишь Карин? — рыжеволосый опустил голову, пока капитан вспоминал о девочке с таким именем. Он сразу же вспомнил, что Карин- имя младшей сестры Ичиго, ибо когда-то она помогла ему справиться с тревогой. Он вспомнил, как они играли в еë любимый футбол. На тайчо сразу нахлынула теплая настольгия. — Она что потерялась? — усмехнувшись, капитан подошёл к шкафу, наполненному бумаг. — Карин умерла… — был слышен лишь звук разбитой, обледеневшей вазы, наконец упавшей на пол. End Flashback Белобрысый вновь прокручивал в голове те слова. Уже прошло четыре года, а Карин так и не нашли. Пропала без следа и реацу не чувствовалась. Буд-то бы исчезла. Естественно, пропажа сестры временного шинигами подняла всех в Готее. После той новости, он, как и другие, почти каждый день, по всему Руконгаю, искали еë. Тоширо молился, чтобы Куросаки нашлась. Он никогда так сильно не переживал и не тревожился, разве что тогда, когда его сестру ранили, дважды. Каждый день, пока он искал Карин, он вспоминал о всех моментах с ней: первая встреча, еë уговоры сыграть с ней, его сталкерство, их победа, бабушка Хару и тот день, когда та не постеснявшись спасла его жизнь, когда он весь в крови валялся на асфальте. Не боясь заболеть под дождём, Куросаки тащила его на своих плечах, пачкаясь его кровью, прямо до клиники (в оригинальной новелле «Восстание алмазной пыли» именно Карин принесла, таким образом, Тоширо в клинику. В аниме это вырезали и заменили на то, что его принёс Ичиго). Спустя три года, поиски отменили, посчитали это бесполезным. Тратить своë время на одного человека было не выгодно Готею. Ичиго не стал спорить и согласился с ними. Зато Хитсугая был против, но он ничего не мог возразить. Переодически, капитан с временным шинигами искали девочку, но с каждым днём огонь надежды лишь угасал. Подогревалось всё это тем, что Карин могла потерять память, таков шанс был. Большинство людей, попавших в Общество Душ, теряло память о своей жизни в мире людей, но были и исключения. С каждым днём вера покидала шинигами. И Тоширо сдался, как бы больно не было. Ичиго принял это, поблагодарив хотя бы за долгую помощь. Тайчо никогда никому не признается, что теперь его мысли будут забиты именно Карин. Почему он так волнуется за неë? Хочет отблагодарить за еë заботу? Наверное, но ему казалось, что это оправдание. Оправдание чему? Его слабости и безнадёжности? Возможно, но может за это время в нём что-то зародилось? Зародилось странное, новое чувство. Он никогда этого не поймёт. Наверное. Вдруг в кабинет капитана постучались. — Войдите — оторвавшись от своих дел, тайчо посмотрел на вошедшего шинигами. В руках у рядового был лист бумаги с печатью. Обычно на таких листах писали: «В *** районе Руконгая появился опасный пустой. Уничтожьте его». — Простите, вам приказ — занернечав, рядовой подошёл к капитанскому столу и положил документ. «Видать новенький, раз так нервничает» — кивнув головой, капитан взял лист бумаги начав читать его, в свою очередь шинигами уже сбежал из кабинета. Рассматривая слова, он понял, что Готей не меняется и это правда был приказ по уничтожению пустого — «57 район? Один из тихих, нежилых и опасных районов Руконгая. Хотя бы не многолюдно. Быстро разберусь, пока дождь не начался». Вновь взглянув в окно и удостоверившись, что всë же в дождь он попадёт, капитан покинул свои бараки и направился в путь.

***

Идя по небольному лесу, что находился в пятьдесят седьмом районе. Капитан пытался уловить духовную энергию пустого. Но пустой не проявлялся. В какой-то момент, тайчо задумался о правильности документа. Остановившись, беловолосый шинигами почувствовал неладное. Та самая странность, что показала себя ещë утром, появилась вновь. Секунду спустя, капитан услышал приближающиеся шаги и судя по всему кто-то бежал в его сторону. Повернувшись к источнику звука, парень чуть было не свалился. В него кто-то влетел. Капитан хотел было разозлиться, но увидел на горизонте пустого. Достав зампакто, беловолосый мигом разрубил его. Дело было завершено, но ему не давал покоя человек, что врезался в него. Обернувшись, он увидел, что некто в плаще тихонько сидел, прислонившись к дереву. Подойдя к нему и присев на против, беловолосый спросил: — Эй ты, тебя не учили извиняться? Ты врезался в меня, хотя мог смотреть куда бежишь — не получив никакого ответа, капитан вздохнул — ты меня слушаешь вообще? — вновь не получив не единого звука в ответ, тайчо начинал злиться — то что я шинигами не даёт тебе право молчать! — вновь никак не отреагировав, шинигами понял, что тут что-то не так. Сняв капюшон с незнакомца, он ужаснулся. Перед его взором была девушка, хотя нет… Перед ним был полумертвый скелет с длинными чёрными, как воронье крыло, волосами и потухшими глазами. Кожа незнакомки была до ужаса бледная, но тёплая. Она была жива, хотя осознавать это было слишком тошно. Сам вид девушки говорил: «Добей…» Испугавшись, он аккуратно поднял лицо незнакомки, в ту же минуту, она перевела свой взгляд на парня. — Боже… — прошептал парень, протянув другую руку к голове девицы, словно боясь, что разобьёт — как же ты выжила, как вообще смогла бежать? Тебе ведь больно — на это ему вновь ничего не ответили, но было уже по другому. До ужаса тощая рука пошатнулась. Она хотела, что-то сказать, но не могла. — … — еë потухшие глаза молили о чём-то. Тоширо словно понял, что имела ввиду девица и аккуратно, медленно поднял еë на руки. — Черт… — взглянув на то, как у девушки опустились веки, он спокойно начал идти в Сейрейтей — использую шумпо- тебя на части порвёт, но и оставить здесь не могу… Спишь? Потерпи ещë немного. Капитан понимал, что хочет видеть еë живой, но в четвёртом отряде ему скажут, что нельзя мучить девушку и как собаку усыпят. Он не мог этого допустить! Он не мог объяснить почему. Может он хочет помочь хотя бы ей, раз Карин не смог? Он сможет помочь хотя бы ей…

***

Сильный дождь. На улице прогремел гром и ударила молния. Капитан только вернулся к себе домой, держа в руках свою ношу. Ему было плевать, что он намок, сейчас ему было важно помочь незнакомке. Зайдя в ванную, он посадил девушку на небольшой стул, та приоткрыла глаза, но ничего не сказала. Он понял, что сама она ничего сделать не сможет. Сняв плащ, капитан увидел то, что она носила. Платье, хотя было проще сказать мешок от картошки, был разорван в клочья. Грязное, вонючие и ужасное одеяние буквально рассыпалось на глазах беловолосого. В тот момент он задумался: «А ведь именно так и живут в дальних районах люди». Сглотнув, парень открыл кран и начал наполнять ванну, так проще вымыть девицу. Сейчас было наплевать на весь стыд, главное, чтобы незнакомка выжила. Сидя на полу, он внимательно наблюдал за ней. Еë лицо ужасно худым и бледным, у неë были чернющие круги под глазами, а губы бледно-розовыми. Беловолосый боялся представить, что находится под тем мешком на девушке… Когда она последний раз ела? Когда последний раз спала? Прикусив нижнюю губу, парень выключил воду. Подойдя к незнакомке, шинигами снял с неë всë одеяние и аккуратно положил в тёплую воду, боясь, что она разобьётся. Достав не жёсткую мочалку с мылом, он вздохнул. Всё же он впервые таким занимается…

***

Ему было не по себе. Сейчас, он у себя в шкафах искал подходящую одежду. Тайчо боролся между жалостью и смущением. Капитан задумался над тем, что будет дальше. Чего он пытается добиться помогая ей? У него не было ответов. — Будь что будет! — подойдя к лежащей на его кровати девушке, белобрысый чуть приподнял еë, чтобы одеть. Она так и не сомкнула глаз, с тех пор, как оказалась в доме у шинигами. Может быть она боится его? Он чувствовал, что это ложь. Ей было безразлично. Даже если бы капитан попытался еë убить, девице было бы всë равно. Одев еë, парень понёс незнакомку на кухню. Посадив за стол, он достал баночку с пюре, которую ранее приобрёл в мире людей. Взяв ложку, капитан подсел рядом к девушке и как с маленьким ребёнком, начал кормить еë. Черноволосая медленно пережевывала еду. Парень никуда не торопился, понимал, что бумаги могут и подождать. Как только девушка съела последнюю ложку, альбинос начал убирать всë со стола, переодически поглядывая на гостью. Убравшись, он вновь взял на руки девушку и отнёс к себе в комнату. Положив еë на кровать, беловолосый прилёг рядом, понимая, что теперь точно влип. Укрыв их одеялом, парень пытался не сомкнуть глаз, думая, что может быть она попросит чего-то. За весь день, он только сейчас обратил внимание на еë чёрные, глубокие глаза. — Можешь меня не бояться — тихо проговорил шинигами — я не приченю тебе вреда. Меня зовут Хитсугая Тоширо. Я не знаю, когда ты сможешь заговорить, но если что, ты сможешь обратиться ко мне — он сильно вымотался. Хитсугая устал так, будто бы разбирал бумаги несколько суток подряд. Проваливаясь в сон, он увидел, что девушка слегка улыбнулась…

***

Прошёл год. Тоширо каждый день заботился о своей неожиданной гостье. Спустя столько времени, он заметил, что девушка она даже очень привлекательная. На ней уже не было той мёртвой оболочки, которой казалась была окутана девушка. Пускай она всë ещë была худа, но теперь она могла сама спокойно передвигаться и выражать какие либо чувства. Хитсугая часто брал домой отчёты, чтобы попутно присматривать за ней. Вскоре это вошло в привычку и незнакомка часто наблюдала за действиями альбиноса. Она внимательно изучала всë что он делает. Хотя было что-то не то. Черноволосая постоянно отказывалась выходить на улицу, сидела дома и радовалась возвращению Тоширо домой. С одной стороны это даже устраивало шинигами, ведь ни у кого не возникнет вопросов по поводу руконгайки, но с другой он не мог понять, почему она с ним не говорит. — Ты ведь понимаешь меня? — как то спросил парень, в очередной раз откладывая бумаги в угол стола. Девушка опустив взгляд кивнула головой — ты не можешь говорить? — это был глупый вопрос, Хитсугая уже знал ответ, но почему то хотелось услышать это от брюнетки. Получив ещë один кивок, означающий согласие, парень вздохнул. Встав из-за своего места, он достал блокнот с новой ручкой и протянул черноглазой. — Держи — подавая вещи девушке, альбинос вновь сел за свой стол — ты ведь умеешь писать? Если тебе что-то понадобиться, напиши здесь и покажи — увидев блеск в глазах девушки, он понял, что не ошибся. Заметив, что она что-то пишет, Тоширо задумался. «Руконгайка, а писать умеет…» Увидев, что гостья ему протянула блокнот, тот прочитал написанное. *Спасибо, Хитсугая-сан* — улыбнувшись надписи, альбинос погладил девушку по голове. — У тебя есть имя? — спросил парень, смотря, как девица вновь что-то пытается написать. *Зовите, как хотите, Хитсугая-сан* — перечитав эти слова уже пятый раз, Тоширо не мог понять их значение. С одной стороны казалось, что имя у неë уже есть и она просто хочет забыть его, но с другой- она намеренно скрывала себя. Хотя может правда нету имени, а она хочет быть просто вежливее? — Тогда, буду звать тебя Шизука, что означает тихая — вновь парень погладил по голове девушку, заставив ту засмущаться. В эти моменты, она казалась такой милой, что хотелось побольше наблюдать за нею. Взяв ручку, девушка вновь начала писать: *Мне нравится*

***

Ещё один год пролетел очень быстро. От худобы Шизуки ничего не осталось. Девушка словно сияла, стоив ей всего лишь улыбнуться. Каждый день, по утрам, Хитсугая рассказывал ей о шинигами, о Готее, о Обществе Душ, а потом до вечера сидел на работе, представляя, как обрадуется брюнетка его приходу. Как-то раз, Тоширо поведал Шизуке о Ичиго и тут же словил странную реакцию. Девушка была заинтересованна и напугана. Слушая, она улыбалась, но печальные глаза еë выдавали. Единственное, что понял беловолосый, так это то, что его верную гостью очень интересуют шинигами. — Я могу отправить тебя в академию шинигами — сказал как-то капитан, представляя знакомую в форме шинигами — я тогда буду тренировать тебя. Девушка, услышав эти слова подпрыгнула, вытянув руки вверх. Через мгновение, она радостно обняла парня. Ей явно понравилась эта новость. На следующий день, Тоширо, вместе с Шизукой, посетил академию шинигами. Подав заявку, он ожидал решения директора. Девушку решили принять на поступление, если она пройдёт экзамены, что состоятся через пол года. Взглянув на брюнетку, Хитсугая дал понять, что ждёт ответа. На что та радостно кивнула. Тайчо был не против тренировать руконгайку. У неё был талант к сражениям, хорошая память и усердность с заинтересованностью. Все эти пол года, Тоширо занимался с Шизукой. У неё много чего получалось. Единственное, что мучало парня: «Как немая будет сдавать экзамен на заклинания кидо?» Но даже так, её бы всё равно взяли. Переживания были лишними. В день, когда проходил экзамен, Хитсугая не спал, не мог сконцентрироваться на работе, что поражало Мацумото. Он ждал, когда настанет вечер, чтобы посмотреть на результат. Тайчо зря волновался. Шизука прошла. Она смогла поступить. Словно камень с души Тоширо спал, стоив ему прочитать надпись на листе… *Спасибо, что тренировали меня, Хитсугая-сан. Я смогла набрать почти высший балл. Я хочу стать такой же, как и вы. Я поступила только благодаря тому, что вы в меня верили*

***

Занятия в академии проходили не так плохо, как представлял себе Тоширо. Ему казалось, что из-за того, что Шизука немая, еë возненавидят или будут насмехаться, но нет. Девушку наоборот уважали. Благодаря занятиям Хитсугаи, она довольно быстро смогла занять пост самого умного ученика в классе, а так же и сильного. Как оказалось, реацу у черноглазой было довольно много и она легко усваивала различные виды кидо. Она не могла произносить заклинания, но всё равно сумела их выполнять в идеале. Подобным не могли не заинтересоваться учителя, а позже и сами капитаны. Джубантай-тайчо вспоминал, как Кьераку со-тайчо лично наведывался в академию ради немой заклинательницы кидо. Как писала позднее девушка, ей было неловко общаться с человеком подобного статуса. Хотя говорила даже не она… Но даже так, у Шизуки было много друзей и даже поклонников. Всё таки она была достаточно привлекательной. Но она всегда выделяла отдельное место для своего спасителя. Тоширо так понравилось небольшое послание брюнетки, что тот сохранил его себе на память. *Хитсугая-сан, как бы люди не занимали моё внимание, вы всегда будете в моём сердце. Как спаситель, как капитан, как друг, как дорогой человек*

***

Поступление. Уже прошло четыре года. Шизуку решили отпустить на год раньше положенного. За это время она стала довольно сильной шинигами. Даже смогла обучиться шикаю. Правда, до сих пор никто не знает, как зовут еë зампакто. Ведь она первый человек, который может не произносить команду высвобождения. Многим становится от этого завидно, но Хитсугая рад. Он счастлив за неë. Конец обучения Шизуки к сожалению совпадал с годовщиной смерти Карин. От этого становилось тошно. Он не собирался рассказывать сожительнице о смерти давней знакомой, но та его выпытала. — Десять лет… — тихо произнёс Тоширо смотря на брюнетку — десять лет назад погибла одна моя дорогая подруга. Куросаки Карин. Из всех шинигами, я и еë брат дольше всех искали еë, но так и не нашли. Она стала первым человеком, которому я смог бы полностью открыться. Но теперь это не важно… Опустив голову, Хитсугая взял прядь волос с лица девушки. Те же пряди были и у Куросаки. Но Шизука, не Карин! Так ведь? Поднеся прядь к своим губам, Тоширо легко поцеловал волосинки. Подняв голову, джубантай-тайчо увидел красное, как у рака, лицо девушки и ласково улыбнулся. Никто не был удивлён, узнав, что Шизука стала пятым офицером десятого отряда.

***

Становилось жарче. Дверь кабинета была наглухо закрыта. Девушка продолжала крепко обнимать, уже собственного капитана, своими руками. Сам же тайчо не был против и в ответ так же обнимал её. Такие их встречи стали уже своеобразной традицией. Она прихода к нему по воскресеньям, под вечер и обнимала, а он еë. Для девушки, Тоширо стал глотком жизни и простым кислородом, что дурманил сознание. Хитсугая же мог сказать так же, но молчал. Он влюбился в тишину. И даже так, он хотел узнать о ней. И сегодня был тот самый момент. Схватив девушку за подбородок, тот начал наклоняться к еë лицу. Такое было впервые. Медленно, но он прикоснулся своими губами к губам Шизуки. Поцелуй? Да. Наверно Тоширо захлебнулся чувствами? Или же хотел проверить одну давнюю теорию. Прижимая другой рукой талию девушки, Хитсугая хотел углубить поцелуй. Черноглазая, поняв, чего он хочет, позволила ему это сделать. Никто не знает сколько это заняло времени. Но для парочки, момент был равен вечности. Когда воздух закончился, капитан разорвал поцелуй и странно усмехнулся. Затем отстранился и легко засмеялся, вызвав панику в глазах Шизуки. — Вот оно как — еле успокоившись проговорил Хитсугая — это определённо был лучший момент в моей жизни, Карин. Секунда и словно земля провалилась из-под ног девушки. Шизука поставила руку на капитанский стол, боясь упасть. Она смотрела на лицо желанного, что мягко усмехался. — Я заметил это ранее, но всё отрицал — подойдя вплотную к брюнетке, капитан продолжил — цвет волос, цвет глаз, поведение, реацу, черты лица и главное, я забрал тебя из Руконгая потому-что я чувствовал в тебе нечто родное для меня. Я самого начала понимал, что ты Карин, но отрицал это. Я думал, что ты немая. После смерти, душа попадает в Общество Душ, но не меняется. Ты не могла потерять голос таким путём. А значит, ты и не могла быть Карин. Взяв лист и ручку со стола, Шизука быстро написала очередное послание для Тоширо: *Тогда как? * — растерянность читалось на лице девушки. Лёгкая дрожь прошлась по её рукам. Она боялась… Боялась правды… — Не отрицаешь ведь — улыбнувшись, Хитсугая поцеловал висок брюнетки — я хотел тебя поцеловать по двум причинам. Первая- я люблю тебя и вторая- если ты и в правду Карин, то у тебя нет языка. Это было единственным для меня объяснением. И как я почувствовал, он у тебя отрублен. В том районе, где я тебя нашёл, очень жестокие люди и помогая им, всегда чего-то лишаешься. Так что, я всё понимаю. Я рад, что нашёл тебя, пускай и таким образом. Даже узнав истину, Тоширо не собирался бросать Карин и она это понимала. Куросаки нашла человека, которому могла доверить себя. Единственное, что сейчас волновало девушку, так это то, что же еë парень будет делать с этой информацией? Достав другой лист бумаги, черноглазая написала новое послание. *Ты ведь им расскажешь? * — А как иначе? Не волнуйся, они все примут тебя — аккуратно поглаживая по голове, тихо произнёс Хитсугая, медленно обняв свободной рукой тело девушки — твоя семья больше не будет страдать, думая, что ты испарилась. На следующий день, Готей узнал нечто новое о пятом офицере десятого отряда.

***

Десять лет назад. День смерти Куросаки Карин. Открыв глаза, девушка увидела перед собой высокие деревья. Она не понимала где находится. Присев, черноволосая Куросаки ощутила головные боли и резко начала вспоминать о том, как умерла. Воспоминания не из приятных. Осознав, что находится в месте, под названием «Руконгай», она придумала отличный план. Ей надо было узнать в каком районе она находится, узнать в какой стороне Сейрейтей, добраться до шинигами, сообщить, что она сестра Ичиго и вот оно, долгожданное спасение. Улыбнувшись, Карин встала на ноги и начала осматриваться. Приметив в далеке небольшие домики, брюнетка быстро побежала в этом направлении. Бежать долго не потребовалось. Через минут пять, она уже находилась на малолюдной, потресканной улочке. Увидев мальнького мальчика, Куросаки решила спросить у него своё местонахождение: — Привет, прости если отвлекаю, но не подскажешь в каком я районе? — слегка улыбнувшись, Карин поправила прядь волос. — Здравствуйте, вы находитесь в пятьдесят седьмом районе Южного Руконгая — потерев нос, маленький мальчик поставил на землю вёдра с водой. — Вот как… — Куросаки долго думать не пришлось, она сразу поняла, что 57 район- это слишком далеко от Сейрейтея и она явно даже за год не доберётся — спасибо. Может тебе чем то помочь? — Помочь? — повторил мальчик, странно смотря на незнакомку — вёдра тяжолые, боюсь не унесу… Ты правда хочешь помочь? — с надеждой переспросил мальчишка. — Агась, ты ведь мне помог, так что и я тебе помогу — широко улыбнувшись, Карин подняла с земли вёдра. А ведь Куросаки и не знала, чем вся та помощь ей обернётся… Подойдя к какому-то большому зданию, мальчишка отворил двери. Внутри сидело много народу. Судя по обстановке, это место было неким подобием бара. Поставив вёдра туда, куда попросил парниша, Карин собиралась уходить. Дело ведь сделано. Только подойдя к выходу, её тут же схватили за плечо. — Милочка, а куда это ты собралась~ — протянул высокий, пьяный мужчина. — Не ваше дело, прошу вас отпустить меня — открыв дверь, Карин попыталась убежать, но попытка была провалена — я же попросила. — Какое хамское отношение! Я к ней с хорошими намерениями, а она грубит!!! — развернув девушку, мужчина ударил её по голове. — ЧТО ВЫ СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕТЕ! — высвободившись из хватки, Карин ударила пьяного сначала по голове, а затем по колену — я к вам не обращалась грубо, а лишь отказала! У меня есть дела и по важнее ваших! — Смотрю, ты языком работать умеешь. — вытирая кровь с губы, прошипел мужчина — парни, за работу! Поняв ситуацию, Куросаки попыталась убежать и в этот раз у неё получилось. Но она просчиталась. Руконгайцы были физически сильнее и быстрее. Им не составило труда схватить брюнетку и заломить ей руки. — И куда это мы собрались? — спросил тощий, но высокий блондин. — Босс сказал, что языком умеет работать. Может тогда от него надо того? — усмехнувшись спросил второй парень, крепко держа черноглазую. — Не зря ты у нас мозги, левый — сказал мужчина из бара, подходя к своим ребятам — давай научим её молчать! Наступила ночь. Бессознательная девушка лежит среди высоких деревьев. Её тело полностью покрыто синяками, шрамами, мозолями, а из-за рта не прекращая бьёт фонтан из крови. Очнувшись, приоткрыв глаза, брюнетка осмотрелась. Ели поднявшись в сидячее положение, Карин почувствовала знакомую духовную энергию. Ичиго. Он был здесь, рядом. Но ноги отказывали. Куросаки не могла пошевелиться. Как только зрение пришло в норму, она увидела в далеке рыжую макушку, что быстро проходит мимо. Единственное спасение Карин — ушло… Спустя пять лет отшельнеческого образа жизни, черноволосая серьёзно задумывалась о смерти. Ей уже не было смысла жить. Её желание попасть домой — бессмысленно. Она это понимает. Плакать больше нет сил. Кажется это конец. Подняв голову, Куросаки видит перед собой появившуюся фигуру пустого. Вот он. Шанс покинуть этот прогнивший мир прямо перед ней. Но что-то тянет её назад. Что-то тянет её убежать в определённое место. Сил уже нет, но она бежит. Зачем? Не знает. Есть ли в этом смысл? Нет, наверно. Пробегая, она сталкивается с кем-то и силы окончательно покидают её… Она ощущает, как пустой умер. Она ощущает, что к ней кто-то подходит. Она ощущает, как кто-то пристально смотрит на неё. Видно плохо, но Карин всегда узнает эту белоснежную шевелюру…

***

— Ну как, Куротсучи-тайчо? — волновался рыжеволосый парень, поглядывая на капитана двенадцатого отряда. — Всё готово — язвительно произнёс учёный, удаляясь — жаль, что вы не дали мне провести научный эксперимент… Но что уж поделаешь. В лаборатории Куротсучи, Ичиго ожидал, когда первый поможет решить проблему его младшей сестры. И вот дождался. Перед старшим Куросаки появилась всё та же, улыбающаяся Карин, как когда-то, десять лет назад. Она лишь тихонько подошла к временному шинигами и широко улыбнулась. — Привет, Ичи-ни — первое, что сказала Карин за долгих, десять лет молчания. Все были рады возвращению Куросаки Карин. Столько времени прошло с того ужасного случая, но это никого не волновало. Решив это отметить, Мацумото устроила большой праздник, где все близкие друзья, могли отметить столь прекрасное событие. Карин было весело, до тех пор, пока она не поняла, что кого-то не хватает. Уйдя от шумихи, Куросаки ушла на гору Соукеку. Он мог быть только там. И ОН был там. Сердце радостно заверещало увидев объект обожания. Присев рядом с парнем, она повернула голову в его сторону. Всё же ей было что рассказать. — Послушай, Тоширо. Мне тебе надо столько расска… — еë перебил указательный палец парня на губах девушки. — Шшшш — улыбнувшись и убрав палец, Хитсугая легонько прикоснулся губами к губам девушки, а затем мягко произнёс — давай помолчим вместе.