Так не бывает!

Антон вышел из пропахшего сыростью подъезда и, натянув капюшон на лицо, скрылся в ближайшей подворотне. Былого страха при нём уже не было: всё вокруг казалось нереальным, словно то, чем занимается парень, лежит не на его ответственности, не в его руках и не в его голове. Еве он честно признался (пусть и украсил это нечестными деталями) что идёт проходить стажировку на работу. Название бара почему-то он ей не назвал. Ночь тянулась страшно долго, словно никак не хотела уходить. Силы Антона кончались быстрее, руки коченели, теряя способность к любому движению. Четвертый час парень бродил под чужими окнами и мечтал, чтобы это скорее закончилось и, наконец, с облегчением выдохнул. Он отряхнул руки, огляделся вокруг и зашагал в сторону тускло освещенной желтыми фонарями улицы. Один из них мигал, и Антона это почему-то позабавило. Теперь он плёлся вдоль дороги абсолютно спокойный, но до ужаса измученный, погружённый в свои мысли. Они уже не вгрызались в совесть так, как, например, вчера. Может, из-за усталости. А может парень просто к ним привык. Из раздумий его совершенно неожиданно вывел свет от фар, ударивший прямо по глазам. Он зажмурился. Машина подъехала к обочине и со скрипом затормозила. Сердце Шастуна быстро-быстро заколотилось, он попытался разглядеть силуэт, приближавшийся к нему, но из-за бликов, мельтешащих перед глазами, не смог. В его голове мелькали сотни вариантов развития событий. Инстинкт самосохранения буквально кричал: "Беги!!!", но Антон продолжал стоять, как вкопанный. Силуэт приблизился, и парень наконец смог разглядеть его: мужчина в голубой форме неспеша подошёл к нему, мельком оглядел с ног до головы и представился. Только тогда Антон смог разглядеть красную полосу, протянувшуюся вдоль машины - росгвардия. Из автомобиля вышел еще один, одетый абсолютно также, обошел машину и встал рядом с напарником. Первый начал диалог: - Совершеннолетний? Антон призадумался на долю секунды, но всё же решился ответить честно: - Нет. Мне семнадцать. В горле пересохло, в груди колотило изо всех сил, и не подавать виду, что что-то не так, стало почти невозможно. - Почему гуляешь? Живешь далеко? - один из мужчин приблизился, сканируя парня взглядом. - Да с подругой поругался. Успокаиваюсь вот, гуляю. Сотрудники помолчали. Один из них попросил: - Разрешишь телефончик посмотреть? - О.. Да, без проблем, - Шастун протянул свой смартфон. Он знал, что такое могло произойти, поэтому знал, как чистить следы. - Карты покажешь? - Покажу. - И галерею, пожалуйста. Ничего личного там нет? - Да там в целом ничего нет. Посмотрите. Мужчины пролистали телефон, переглянулись и вернули его обратно. - Пройдем за нами, - они обошли машину. Один любезно открыл парню дверь. Единственное слово теперь крутилось в его голове. Слово "пиздец". Антона провели в отделение, усадили на облезлую скамейку. В эти минуты он успел визуализировать все-все варианты развития событий и все их последствия - от смешных до страшных. Сотрудники расселись каждый по своим местам. - Мы должны провести воспитательную беседу. Парень поднял бровь и сглотнул шершавый ком в горле. - Так вот... - один из сотрудников заговорил монотонно, словно читая с листа. Основной темой беседы стал "Комендантский час". Антон еле слышно выдохнул и прикрыл глаза: одной возможной проблемой стало меньше. -... на этом всё. Теперь звони отцу или матери, чтобы забрали тебя. Шастун опешил. - А сам я не могу дойти? Спят все.. - Тебе еще одну беседу провести? - один из полицейских спросил с усмешкой. Парень замолчал и уставился в экран телефона. У него был всего один вариант. Он неспеша набрал номер. Ответ не заставил себя долго ждать: - Алло? - хриплый, заспанный голос прозвучал из динамика. - Алло, пап, извини, что разбудил.. - Антон без стеснения выделил слово "пап", в надежде, что собеседник поймёт его сразу. - Антон, ты ч.. - Папа, - он в очередной раз произнес с особым трепетом, - забери меня из отделения, пожалуйста. Воцарилась тишина. Парень нервно задергал ногой. Спустя пару секунд "отец" заговорил: - Номер отделения и адрес? Антон поспешно передал телефон сотруднику и тяжело вздохнул. "Пронесло". Через двадцать пять минут Арсений уже стоял в дверях: сонный, серьезный и напряженный. Он поблагодарил полицейских, подписал пару бумаг и пообещал, что примет необходимые воспитательные меры, после чего взял Антона под руку и вывел из участка. Наступила гнетущая тишина. Арсений, не соизволив одарить Шастуна даже взглядом, закурил. "Сын" поспешил наладить ситуацию: - Арсений Сергеевич, я... - Сядь в машину. - Что? Ответа не последовало. Антон переварил приказ, опустил голову и послушно побрел к автомобилю, припаркованному неподалеку. Он сел на заднее сиденье, дабы избежать укоризненных взглядов и очередной воспитательной беседы. Слишком много он сегодня успел в себе перевоспитать. Дверь машины открылась. Арсений сел за руль и вопросительно уставился на Антона. Ему, в свою очередь, этот жест не был понятен: - Чего? - Вперед сядь. - Зачем? - Разговаривать будем. Парень еле слышно цокнул языком и нехотя пересел вперед. Он вновь начал первый: - Извините меня, пожалуйста. Я не хотел вас тревожить и всё такое, просто.. выбора не было. Чест... - Прекрати, - мужчина устало прикрыл глаза и мотнул головой. - Чем ты на улице занимался? Антон медленно выдохнул сквозь зубы. - На работу ходил. В место, где я раньше работал. - Точно? - Да, да! - он убедительно закивал головой. "Слава Богу, поверил" Арсений замолчал и уставился вперед, завёл машину и тронулся с места. Шастун, поддавшись сонливости, размяк на сидении. - Бар твой на днях прикрыли, если тебе интересно. По телу словно прошелся электрический разряд. Антон медленно повернулся, заглядывая в лицо психолога. Тот, заметив этот жест, тяжело вздохнул. - Не ври мне. Автомобиль затормозил у обочины. Арсений включил тусклую лампочку, коснулся пальцами подбородка парня и повернул его к себе, вглядываясь в зрачки. Мускусный аромат защекотал нос парня - он сделал медленный вдох, но тут же опешил: - Вы что..? Да я никогда бы..! - он резко отвернулся и уставился в стекло. - Да что за бред! Арсений спокойно вернулся в прежнее положение и откинулся на спинку кресла. - Тогда просто скажи мне. - Я работал. - Кем? "Шлюхой!" - хотелось огрызнуться Антону, но он сглотнул это слово и достойно промолчал. Эта тишина расставила все по своим местам. Психолог бесцеремонно прервал её, зашептав сквозь зубы: - Похоже, ты даже не представляешь, сколько проблем может принести даже одна такая.. смена. Не только тебе, Антон. Шастун болезненно сглотнул. - Я не буду читать тебе нотаций. Однако если я узнаю, что ты еще хоть раз.. - он на секунду замолчал, - Об этом узнает Ева. Обещаю. Парень прикрыл тяжелые веки. Хотелось провалиться сквозь землю, закопаться в сугроб, спрятаться где угодно, лишь бы не чувствовать то, что он чувствовал в этот миг. Автомобиль тронулся с места. Арсений вновь заговорил: - Ко мне пойдешь работать. - Куда..? - В центр. С бумажками повозишься. Это не только несложно, это еще и.. легально. Антон не понимал, что уместно сказать, как уместно себя вести и что уместно чувствовать, поэтому протянул тихое-тихое "спасибо" и со стуком уткнулся лбом в стекло.