Добро пожаловать домой

      Темноволосая девушка вышла из такси, сделала глубокий вдох и, подняв лицо к небу, закрыла глаза. Солнце приятно ласкало кожу тёплыми лучами, и Элли невольно улыбнулась. Она скучала по этому калифорнийскому зною, по обжигающему солнцу, по пышущему жаром асфальту и песчаным пляжам побережья.       Некоторое мгновение она стояла вот так на дорожке, ведущей к родному дому, а затем открыла глаза и посмотрела в окно, где виднелся силуэт матери. Элли помахала ей рукой и зашла внутрь. Сразу из прихожей был вход в просторную кухню. Там Элли и нашла мать. Она сидела за столом с сигаретой, зажатой между тонкими пальцами. — Ненавижу, когда ты так делаешь, — Моника затянулась и тут же выдохнула. Дым на какой-то момент скрыл её напряженное лицо. — Я тоже рада видеть тебя, мам, — Элли прошла к столу и села напротив матери.       Несколько секунд мать и дочь сидели в тишине, изучая лица друг друга. Элли не могла сказать, что сильно соскучилась, но и Моника всем своим видом показывала, что возвращение Элли не пробудило в ней никаких чувств. Что там делают родственники, которые давно не виделись? Обнимаются? Нет, это точно не про Гиллов. Во всяком случае, не про мать и дочь.       Девушка оторвала взгляд от матери и обвела кухню взглядом. Здесь почти ничего не поменялось. Белые фасады шкафчиков с серыми ручками на них идеально блестели. Казалось, можно было в них смотреться вместо зеркала. Ничего лишнего на столешницах и столах. Всё как всегда. Кроме одной детали. Взгляд Элли запнулся о темную бутылку, стоящую рядом с холодильником. Видимо, бровь Элли так сильно поползла вверх, что снова послышался голос матери: — Это чтобы быстрее уснуть, — проговорила Моника, проследив за взглядом дочери. — Ну да, ну да, — не без доли сарказма ответила девушка и вздохнула. Она и не помнит, чтобы видела когда-то свою «правильную» мать употребляющей алкоголь. Даже на каких-то мероприятиях её нельзя было увидеть с бокалом вина. А теперь? Она пьёт, чтобы крепче спать? Элли усмехнулась, ведь именно из-за подобного её поведения собственная мать записала Элли когда-то в алкоголички и предпочла не общаться с ней, боясь позора и шепчущихся за её спиной друзей или коллег.       Моника Гилл давно работает зав.отделением хирургии в одном из медицинских центров Лос-Анджелеса. Мать Элли всю свою жизнь посвятила хирургии, много сил вложила в то, чтобы стать тем, кем сейчас является. А вот воспитание дочери свалила на нянек и репетиторов, сама же почти жила в больнице, часто оставаясь и на ночные дежурства. Моника Гилл была из тех, кто привык всё контролировать. Она всегда следовала четкому плану, который составляла в своем ежедневнике, а потому сейчас была раздражена тем, что Элли явилась домой без предупреждения. — Неужели Лондон тебе надоел? Или отец перестал спонсировать тебя? — после паузы, Моника снова сделала затяжку и стряхнула пепел в пепельницу на столе. — Ни то, ни другое. Соскучилась по родному дому, по солнцу, — Элли врала, но улыбалась и старалась быть доброжелательной. Её немного задевал такой тон матери, но, в общем, она понимала, что четыре года назад улетела в Лондон без предупреждения, а теперь вот вернулась обратно, как ни в чем не бывало. Впрочем, смс матери она, конечно, отправила, но Моника наверняка этого не видела. — Ладно, располагайся, — голос матери смягчился, женщина потушила сигарету и встала из-за стола, — я знала, что ты приедешь. Рано утром тебе была доставка. В твоей комнате коробка, я её не открывала. — Моника подошла к зеркалу и поправила прическу, которая, впрочем, была как всегда идеальной.       От слов о посылке Элли нахмурилась, размышляя. Последняя посылка, которую она получила, была не из самых приятных. Не мог же Дэвис так быстро узнать, где она, и проследовать за ней из Лондона в Лос-Анджелес. «Это всего лишь доставка, её можно оформить из любой точки земного шара…» — так Элли успокоила себя и проводила мать на работу.       В комнате Элли, ничего не поменялось за время её четырехлетнего отсутствия. Только бросалась в глаза коробка в черной обертке с красным бантом, что стояла на большой кровати, застеленной светлым покрывалом.       Элли будто током ударило. Она встала на месте не в силах пошевелиться. Такую же коробку она совсем недавно получала в Лондоне, перед вылетом. Дэвис Латимер, человек, которому Элли однажды отказала, теперь преследует её? Совсем недавно в Лондоне он подарил ей дорогущее дизайнерское платье и пригласил в ресторан, а в ресторане ясно дал понять, что так просто от неё не отстанет. Но. Элли улетела на другой край света. Она надеялась, что Латимер никогда и не узнает, где она. Однако, коробка, подозрительно похожая на ту, что была в Лондоне, прибыла в дом Гиллов в Лос-Анджелесе даже раньше, чем тут оказалась сама Элли.       Собравшись с духом, девушка подошла к кровати и потянула за ленту банта, тот развязался и упал рядом с коробкой. Немного помедлив, Элли провела пальцами по черной матовой поверхности и открыла коробку. Внутри лежала блестящая серебристая ткань и чёрный конверт. Элли достала ткань и обнаружила, что это топ на тонких бретелях с открытой спиной.       Опять одежда. Элли вдруг подумалось, что Дэвис был повернут не только на волосах девушек, но ещё и на одежде. Сам он, кстати, всегда выглядел так, будто только что вышел от стилиста.       Конверт, как и тогда в Лондоне, не был запечатан и там лежала записка, на этот раз с напечатанным текстом: «Добро пожаловать домой»       На этом всё. Элли даже покрутила в руках конверт, а затем и коробку, в поисках чего-нибудь ещё. Было странное ощущение недосказанности. Что означал этот подарок?       Думать об этом Элли не хотелось. Хотелось отдохнуть после долгого перелета. Она сложила топ обратно в коробку вместе с запиской, затем разделась и после того, как приняла душ, улеглась в кровать и проспала до самого вечера.

***

      В этот вечер в клубе было много народу. Элли протиснулась к барной стойке, заказала текилу и быстро приговорила шот, что поставил перед ней бармен.       Часы на руке показывали почти полночь. Элли поморщилась — полночь время Золушки, не её. Она сделала бармену знак и через пару секунд перед ней чудным образом появились еще две стопки текилы. Элли посмотрела, как сползает капля по запотевшему стеклу стопки, выдохнула и залпом опустошила стопку. Лайм она не тронула. Вообще, кто придумал закусывать? Эл опустошила и вторую стопку.       Гилл повернула голову на танцпол и стала вглядываться в лица, однако, никого знакомого не увидела, но для себя примерила одну привлекательную девицу, которая пронзительно смотрела на Элли. Пронзительно — именно так и показалось Гилл. Быть может, это уже текила вызывала в ней такие мысли, однако, от взгляда блондинки по спине пробежали мурашки. По голой спине — стоит отметить. В силу того, что улетала из Лондона Элли в дикой спешке, вещей с собой не взяла, прилетев в Лос-Анджелес в футболке и джинсах. Но тут её спас подарок английского «друга». Топ теперь красовался на Элли, открывая чужим глазам её красивую спину. «Жаль, что Дэвис не видит. Назвал бы послушной хорошей девочкой»       После короткого жеста перед ней появились еще две стопки текилы. Бармен ещё с самого первого заказа проявил заботу и ответственность — поинтересовался, не за рулем ли Элли. С её любовью к выпивке, она давно уже отказалась от самостоятельного управления транспортом. Хотя когда-то с удовольствием колесила в пригороде Парижа на «мерсе» Харриса. Она улыбнулась при воспоминании об отце. Харрис Гилл уже давно перебрался жить в Европу и Элли к нему часто наведывалась, чем ужасно нервировала мать. С раннего детства родители Элли будто делили её, хотя, всё что нужно было ей самой — это чтобы родители были вместе. Но со временем она и сама поняла, что намного лучше, когда они порознь. Казалось, у Гиллов вообще не было ничего общего, кроме Элли. Только лишь в одном их взгляды сходились — они оба считали, что Элли слишком много выпивает. — Что ж, никто не идеален, — пробормотала Элли, приподняла стопку с текилой и посмотрела в сторону девушки, которая всё так же не сводила глаз с Элли. На незнакомке были серые брюки и белая блузка, на плечах накинут пиджак. Блондинка имела короткую, слегка растрепанную стрижку. Элли отсалютовала стопкой девушке и подмигнула. В ответ незнакомка подняла руку с бутылкой пива и, улыбнувшись, сделала глоток. Чуть поморщившись, Элли поставила пустую стопку на стойку и еще раз оглядела народ на танцполе и в зале. Нигде не было того, кто мог бы «оценить» её прикид. Алкоголь приятно кружил голову, а музыка призывала Элли на танцпол. Она уже собиралась встать со стула, когда почувствовала мягкое прикосновение пальцев к спине. — Кого-то ищешь? — та самая незнакомка усаживалась на стул рядом с Элли, — Я Кристен, — она сделала глоток из своей бутылки и поставила её на стойку. — Я Элли. Никого не ищу, собиралась потанцевать. Пойдешь? — без всякого смущения Элли взяла ладонь Кристен и встала со своего стула. Блондинка перехватила ладонь Элли и притянула её к себе. — Я не танцую, — Кристен приблизилась к уху Элли, — но с удовольствием понаблюдаю за тобой, если обещаешь вернуться ко мне.       Теплое дыхание девушки приятного щекотало шею, а близость блондинки, аромат и мягкость её кожи так манили, что Элли с трудом держалась, чтобы не поцеловать её сейчас же. Обычно Элли подкатывает к девушкам сама, но сегодня хотела просто отдохнуть. Без продолжения. Поэтому, отпустив руку новой знакомой, она ничего не ответила, лишь улыбнулась и скрылась в толпе танцующих. В танце Элли закрывала глаза и поднимала руки, двигала бедрами в такт музыки и даже подпевала. В голове она держала образ Кристен и ей нравилась мысль о том, что девушка может наблюдать за ней. В какой-то момент Элли заметила, что блондинки не было у стойки. Она с сожалением вздохнула и обвела взглядом танцующих, будто надеялась найти её среди них. Или не её? Ждала ли Элли своего преследователя? Определенно, ей было интересно, что может Дэвис и для чего эти посылки. — Потеряла кого-то? — мягкие руки опустились на талию Элли сзади, заставив её вздрогнуть, — Ты так крутишь головой всё время, будто кого-то ждешь, — Кристен опять говорила у самого уха Элли, прижимая её к себе. Обнаженной спиной она чувствовала ткань топа Кристен и теплоту её пальцев, что поглаживали её спину. — Не хотела тебе говорить, но мне кажется, меня преследует маньяк, — она повернулась лицом к блондинке и тихо рассмеялась. Ладони Кристен сразу оказались на спине Гилл и ей это безумно нравилось. Кристен была примерно одного роста с Элли. Она заметила, что девушка уже надела пиджак и почувствовала, как от неё пахло табаком. Сразу стало понятно, куда блондинка пропадала. — Если ты надеялась, что он не заметит тебя в таком откровенном наряде, то у меня для тебя плохие новости, — Кристен широко улыбалась, глядя на Элли, — Может тебя надо спрятать? Не дадим же мы маньяку тебя догнать? — губы Кристен были очень близко к губам Элли и в какой-то момент то жалкое расстояние, разделяющее их, сократилось до нуля. Элли увлекла девушку в поцелуй, настойчиво проникая в её рот языком, сплетаясь с языком новой знакомой. Гилл послала к черту свои мысли о том, что сегодня хотела отдохнуть одна. Было понятно, что им двоим хотелось одного и того же. Элли пропустила руки под пиджак Кристен и обняла её за талию. Они стояли среди танцующей толпы и целовались под звуки громкой музыки. Руки девушек то переплетались между собой, то снова возвращались на талии друг друга. — Пожалуй, я не буду против, если ты меня спрячешь, — прервав поцелуй, Гилл проговорила прямо в губы Кристен, обжигая их своим горячим дыханием.

***

      Элли проснулась от головной боли. За окном уже пробивался рассвет. Она откинула одеяло и посмотрела на спящую рядом девушку. Почему-то вчера Элли не замечала, что Кристен совсем не походит на типичную американку. Встреть её сейчас на улице, Элли бы определенно обратила на неё внимание и вовсе не потому что она была блондинкой с красивой фигурой. Её внешность выделялась бы из толпы. Гилл вдруг стало интересно, откуда она? Наверняка, откуда-то из Европы. Элли провела кончиками пальцев по щеке Кристен, затем скользнула к шее и провела ниже, к груди. Мягкий бархат её светлой кожи приятно прогибался под пальцами Гилл. Девушка начала шевелиться, а Элли отдернула руку и замерла, боясь разбудить блондинку. Элли всегда было проще уйти на утро, пока партнер еще спит. Но сейчас она будто бы хотела остаться. Ей хотелось занять свои мысли кем-то, чтобы заглушить чувства от тех отношений, что так и не сложились в Лондоне. Кристен сейчас была бы отличным вариантом. Но… не сегодня. Элли встала, нашла и надела белье, джинсы и топ, затем тихо вышла из квартиры, закрыв за собой дверь.       Матери дома уже не было, когда она вернулась. Элли заварила себе кофе и поднялась в комнату. Она натянула на себя футболку, в которой прилетела и решила, что сегодня обязательно пройдется по магазинам и немного обновит гардероб.       В доме раздался звонок в дверь как раз, когда Элли собралась уходить. На пороге её ждал курьер с уже знакомой черной коробкой в руках. — Скажите, кто отправляет эти посылки? Здесь нет имени. — Всё верно, мисс, заказчик пожелал остаться анонимным. Нам запрещено разглашать данные отправителя. Элли расписалась в планшете. — А отказаться от получения я могу? — Конечно, мисс, — курьер улыбнулся и убрал планшет. — Что тогда будет с посылкой? Отправите обратно? — Именно так, мисс Гилл. — А могу я что-то отправить в ответ этому анониму? — Чтобы отправить ответ, вам нужно знать адрес. А мы не можем разглашать данные отправителя. Хорошего дня, — курьер кивнул и ушёл.       Элли прошла на кухню и вскрыла очередную коробку. В этот раз она была намного меньше, чем обычно. Под черной упаковкой она обнаружила коробку с фирменным логотипом известной ювелирной компании. Внутри лежал бархатный мешочек и, конечно, записка. «Ты была прекрасна» — Твою мать… — тихо выругалась Элли, — неужели он там был?       Элли открыла мешочек и положила его содержимое себе на ладонь. Это был серебряный браслет с подвеской в виде крохотного коктейльного бокала.       По спине пробежали мурашки. С одной стороны Элли была напугана, а с другой, где-то в глубине души, она даже немного злорадствовала, ведь она снова ушла из клуба с девушкой, а не с этим помешанным извращенцем.