Глоток свободы

После обеда всё вернулось на свои места. Вновь безмолвное сидение в одном кабинете. Вновь Юно думал над действиями старшего и таял. Джон в свою очередь думал о том, как бы вновь коснуться парня и почувствовать его прекрасный запах и тепло, чтобы вновь быть в зоне комфорта, чтобы понять, что он рядом с тем самым. Он чувствовал, что его дом рядом с этим парнем. Благодаря Джэ рядом, Ёнхо мог дышать полной грудью и не бояться ничего. Он готов на всё, чтобы быть рядом с парнем и защищать его от всех бед этого мира, подставляя свою спину, которую в свою очередь залечит младший. В кабинете приятно пахло. Джэ специально иногда пшикал на себя свои ароматом, так как понимал, что он понравился мужчине. Не только потому, что он вкусно пах, но ещё и потому что этот аромат ассоциировался у Джона с ним. Юно нравилась мысль о том, что Джонни получает удовольствие даже от такой мелочи. Их тянуло друг другу всё вокруг. Они не могли сопротивляться, но приходилось. — Рабочий день закончился. Я ещё не закончил… Со Ёнхо, мне нужна помощь. Я знаю, что у вас забитый график, но всё же… — Конечно. Джон, подойдя вновь на своё любимое место, за спиной паренька, посмотрел на монитор. Начиная помогать и подсказывать по работе, парни не заметили, как пролетело время и от работы их оторвали звуки закрывающейся на ключ двери кабинета и выключения света, что после сопровождалось удаляющимися шагами. — Мать твою, кто вообще придумал включение света сделать вне кабинета? Ругнулся Джонни, хмурясь и принимаясь искать в карманах штанов и в ящиках стола свои ключи от кабинета, а после, вновь нецензурно выразившись, сел за свой стол. — Что такое? Потерял? — Если бы. Отец отобрал, чтобы наказать. Хотел, чтобы меня все бесили, врываясь… Прошептал Ёнхо, остерегаясь того, что по камерам Со Намджун потом всё услышит, особенно если охранник спалит записи тому. Джэ включил на своем телефоне фонарик. — Предлагаю просто поболтать, раз такая ситуация. — Давай. Пойдем, стянем с дивана покрывало, возьмём подушки и полежим на полу? Наплевав на наличие камер, мужчина начал устраивать лежбище на полу, как на Чеджу на их ночёвках. — Чтобы не пачкать и не мять костюмы, предлагаю переодеться в мою спортивную форму. У меня есть шорты, майка, штаны и кофта. Выбирай, солнце, мы тут надолго. — Хм… Можно штаны и майку? Ёнхо, кивнув, взял рюкзак и, достав идеально сложенную одежду, дал желанное младшему. — Мне отвернуться, пока ты переодеваешься? Из вежливости спросил Джонни, всё же сильно смущаясь. — Что ты там не видел? Одними губами произнёс Джэхён, начиная переодеваться. К счастью, одежда была ему почти как раз. Лишь слегка была свободнее, в отличие от того, как этот же комплект сидел на Ёнхо. На нём он был в обтяжку. Джонни же, переодевшись, стоял в коротких шортах и не застёгнутой кофте. Глаза Юно невольно приковались к оголённым частям тела мужчины. Не в силах отвести взгляд, Джэ искусал себе губы, наблюдая, как Джон садиться перед ним, даже не думая прикрыть хоть что-то. Накачанные бёдра, пресс и грудная клетка наследника словно взывали, чтобы парень их тут же облюбовал, подарил тепло своих губ и языка. Соски старшего лишь чуть-чуть проглядывали, но уже хотелось их коснуться, обвести языком ореолы, заставляя Ёнхо стонать от удовольствия. Хотелось услышать его стоны. Теперь это мечта парня. Пришло уведомление на телефон Юно, и, чтобы тот не бегал, Джонни услужливо поднялся, поднося его обладателю, где в уведомлении светилась фраза: <Сваха Юци договорилась с камермэном. Ебитесь, дети мои! > — Джон, тут… — Что… Она… Джон посмотрел на камеру, и огонёк уже не горел, как это было раньше. — Она, видимо, попросила отключить камеры и вмонтировать обычную ночь, вместо этой… — Это значит… Мы… Джон в очередной раз встав, начал в быстром темпе убирать со своего стола всю технику и бумаги, перекладывая их на соседний. — Ты хочешь… На столе? Повисло неловкое молчание. Парни просто смотрели друг на друга, не веря в происходящее до конца. Это казалось безумием. Если отец узнает, то от них двоих и следа не останется. Но как же жаль, что им было на это глубочайше насрать. Джонни за считанные секунды усадил младшего на стол, начиная влажно целовать губы того, пока сильные ладони пробирались под майку, которая свободно допускала это. Пальцы пересчитывали ребра парня, взывая миллионы мурашек у Юно. Тот, постанывая в губы, выгибался, руками начиная спускать кофту с плеч мужчины, оголяя их. Пальцы Джэ скользнули на соски, достаточно грубо их прокручивая меж собой, слыша, как бесстыдно Ёнхо простонал, отстраняясь от губ подчинённого, чтобы отдышаться. — Я люблю тебя, Со Ёнхо… — И я тебя, Чон Юно… Через несколько минут они уже были полностью голые и разгорячённые. Они не могли нормально избавиться от одежды, так как попросту не могли перестать целоваться. Это дело их затягивало и влекло похуже всяких зависимостей. Хотя, любовь — это тоже своеобразная зависимость. Юно нравилось то, как с виду для всех холодный босс уделяет ему явно больше внимания. Он хочет его. Не в каком-то грязном смысле. Не хочет просто удовлетворять свои потребности. Этот индивид вообще не нуждался в таком до появления этого несносного экстраверта с полной свободой действий. Он хочет доставить удовольствие именно Юно. Он жить не может без него. Даже вдоха сделать. Джэхён и есть его кислород. И пусть этот отец задохнётся от негодования, всё равно Джонни продолжит удовлетворять младшего. Вновь пришло сообщение. Выругавшись, Джон отстранился от шеи парня, прочитав очередное сообщение от девушки: <Смазка и презики в нижнем шкафчике стола Юно> — Вот чертовка. Продуманная у тебя подружка… С усмешкой прошептал Джэ, отпихивая мужчину, чтобы он сходил за оставленным гостинцем. — Мне нужна хорошая растяжка без повреждений и зараз. Это мой первый раз в роли пассива. — Не волнуйся, принцесса. Я буду предельно нежен. Не спеша, чтобы подразнить, старший начал всё подготавливать, наблюдая за тем, как Юно уже весь изъерзался, трогая себя в тех местах, где ему это доставляло удовольствие, тем самым дразня уже босса. Два возбуждённых парня сверкали глазами от желания и недовольства, что оба медлят, дразнят и никак не могут приступить. Никто не хотел проигрывать эту войну. Но вот Джонни, уже обильно смазав пальцы, приставил средний к аналу, пока вторая рука раздвигала ноги Юно по шире. Поглаживая вход подушечкой пальца, Джонни, не сдержавшись, выцеловывая грудную клетку Джэ, оставил яркий засос на ней, который не было бы видно за костюмом. — Войди ты уже блять… Проскулил Юно, закатывая глаза от нетерпения и получаемого удовольствия. Ёнхо тут же начал понемногу вводить палец сначала на одну фалангу, после делая минутный перерыв. Джон не хотел делать парню больно, он хотел хорошенько растянуть парня, поэтому очень долго с этим возился, вызывая недовольство со стороны второго. — Ещё немного… Три пальца с трудом двигаются, принцесса капризная. — Я тебе вмажу… — И я тебя люблю, милый. Через десять минут Джонни, к счастью Юно, натянул резинку на, как оказалось, немалых размеров член, что немного испугало младшего, но тот настоял на том, чтобы его босс продолжал. Головка вошла плохо в тугое отверстие, из-за чего Джэхён, схватившись за плечи старшего, заскулил, весь выгибаясь и жмурясь. Ёнхо, испугавшись такой реакции, мгновенно вышел, на что получил выговор от перевозбуждённого парня: — Я приму… Давай ещё раз, Джонни… Вторая попытка и правда пошла легче, и не только потому, что Ёнхо добавил в два раза больше смазки сверху, но ещё и из-за того, что Джэ немного расслабился, от чего член вошёл легче и менее болезненно. Боль была, но она даже приносила некое удовольствие младшему, от чего он дёргал бёдрами навстречу, стараясь насадиться поглубже, пока его бёдра сжимал зажмурившийся от непонятных ощущений Ёнхо. Джонни никогда не вёл половую жизнь. Он и дрочить то толком себе не позволял, считая, что это низко. Сейчас он не знал, куда себя деть. Было так тепло и влажно, что хотелось тут же кончить, но желание сделать приятно младшему было сильнее. Хотелось толкнуться. Хотелось втрахивать парня в стол. Ёнхо не позволял этим желаниям завладеть им. Он входил медленно, чтобы не доставлять дискомфорт и боль Юно. — Блядь… — По основание, Ёнхо… Прошу… Я г-готов. Заикаясь, скулил Джэхён, смотря прямо в глаза мужчине. Через пару десятков секунд Джонни почувствовал бедрами нежную кожу парня. Он вошёл по самое основание, заполняя Юно собой. Младший, тяжело дыша, поскуливал. Ему это нравилось. Нравилось сводить с ума бедного и очевидно неопытного начальника. А что ему ещё оставалось делать? Он сам назвал его своей принцессой. — Двигайся… Мх… Медленно. Джон двигался аккуратно только по указке парня, не давая себе вольностей, хотя у самого крышу сносило от узости Юно. Медленно выходя на половину, а после вновь входя по основание, Ёнхо повторял это раз за разом, постепенно ускоряясь. Двигаясь, он припал к губам любимого, пока ладони сжимали бёдра того и чуть ли не царапали от желания покориться соблазну, который так и влёк. Постепенно стоны Джэ становились всё громче и звонче, затмевая всё вокруг. Боль полностью ушла. Он прогибался под мужчиной, укладываясь на жёсткий стол из цельного дорогущего дерева, чувствуя, что он уже на пике, и вот-вот кончит, пачкая свой живот и живот Джона. — Юно! Я… Рх!.. — Ёнхо!.. Парни кончили почти в одно время, вскрикивая уже хриплыми голосами. Во рту у них всё давно пересохло. Была только вязкая слюна, которая не хотела проглатываться. Парни смотрели друг на друга, стараясь запомнить этот момент на всю жизнь, не зная, когда они смогут повторить такой безбашенный поступок. Но на продолжение этого у них было время до семи утра. Десять часов на их плотские утехи.