Я поцелую руки? Да или нет..?

Снова это ощущение. Холод, сырость подвала, в котором находится Нил, вызывают чувство страха, обреченности и ощущения приближающейся смерти. Будто та поджидает его за углом и вот-вот неминуемо настигнет. Темнота вызывает приступы паники, из-за невозможности видеть место и окружение. Капли с потолка медленно слетают на сырой бетон, разбиваясь, словно хрусталь, раздражая слух, что после удара о голову стал намного чётче воспринимать посторонние звуки. Нил не знает сколько времени провел здесь, в плену у своих мыслей, дожидаясь чего-то феерического, невозможного. Может день, может час, а может и несколько минут, но сейчас он отчётливо слышит приближающиеся шаги. Дверь медленно открывается с противным скрипом, от чего тело Нила начинает судорожно дрожать. Паника подкрадывается незаметно, дышать становится до невозможности трудно, горло пересохло, возможно от недостатка воды, а может от страха, голова кружится и всё плывёт даже в темноте, в ушах посейчас звон. Человек медленно приближается к нему, останавливается около какого-то маленького чемоданчика, который Нил смог разглядеть. Слышится щелчок и включается свет. Глаза, привыкшие к потёмкам начинают слезиться и болеть. Рыжеволосый мужчина подходит к Нилу с тем самым чемоданчиком в руках. В нем он узнает своего отца. Того самого убийцу, мясника, что длительное время держал в страхе многие города. Но он мёртв? Его здесь и сейчас быть не может, тело Натана должно гнить глубоко под землёй в гробу. Ведь так…? — Отец? — Голос охрип, слова походили скорее на рычание, нежели на нормальные предложения — отец, прошу тебя… Надежда. В глазах парня светилась именно она. — Натаниэль, что я говорил тебе о слабости? Её нельзя проявлять, — за этими словами последовала звонкая пощёчина. Руки отца потянулись открывать вещицу, содержимое которой прекрасно было бы не видеть. Перед глазами Нила мелькнуло что-то блестящее, острый прибор приблизился к его руке и новые глубокие порезы начали отчётливо ощущаться на теле. Сейчас парень был бы не прочь сдохнуть где-нибудь за пределами этого места. Где угодно, только бы не ощущать руки отца на своём теле, не чувствовать ту боль, которую он доставляет ими. — Натаниэль, — нет.нет.нет.- Ты же понимаешь, я тебя не собираюсь отпускать. Никогда. Мужчина замахнулся топором… *** Холодный пот скатился со лба парня, голова до невозможности болела и пульсировала, тело окутала непроизвольная дрожь, дыхание стало частым и судорожным. Нил жадно глотал воздух, стараясь как можно скорее успокоиться. Душ. Срочно. Нужен. Душ. Чуть ли не падая с кровати, Нил, спотыкаясь о свои же ноги, рванул к ванной комнате. Горячая вода, больше похожая на кипяток, окутывала тело парня. В голове была каша, мысли путались и мешались между собой, все были больно страшными, каждая ужасала сильнее другой. Хотелось выключить мозг, без разницы как. Алкоголем, наркотиками, а может просто повеситься, Нила абсолютно не волновало. В голове всплыла самая наибредовая и глупейшая идея в гребаной жизни парня, но на тот момент она казалась наиболее оптимальной. Открыв шкафчик, где хранились все запасные лезвия для бритв, Нил взял одно из них. Всё тело перевернулось видя острый предмет, но рыжеволосый не собирался останавливаться. Первый порез, воспоминания начали отходить на задний план из-за боли в зоне запястья. Второй, третий, четвертый… И так пока Нил не заметил, что его рука превратилась в чёртово сборище ран разных размеров в хаотичном порядке. Кровь капала с рук ручьём, остановить её было достаточно проблематично, в глазах начинало темнеть, в ушах гремел звон, а тело трясло. Но теперь парень не думает ни о чём, сейчас его мысли пусты, как чистый лист, больше нет того страха, что сопровождал его все эти минуты. Парень наспех обработал раны, неумело, будто делал это в первый раз: плеснул перекисью, замотал бинтами и нацепил повязки. Уснуть Нил уже не сможет, поэтому, в спешке выпив кофе, парень собрался на пробежку среди ночи. Как только он вышел из общежития, ноги унесли его подальше. Нил бежал и бежал, не останавливаясь, пока разум не овладеет им, пока дыхание не собьётся, что бежать будет физически невозможно, пока ноги не заболят настолько, что он будет готов упасть на землю и уснуть на ней, пока голова не закружится до искорок в глазах, парень будет продолжать. *** Нил потерял счёт времени, но, судя по тому, что солнце уже начало восходить, сейчас около пяти утра. Он не знает куда привели его ноги, как на зло телефон остался на столе в общежитии. Оглядевшись вокруг, парень увидел магазин. Купив воды и пачку сигарет на пару долларов, которые он нашёл в кармане, Нил отправился искать дорогу к университету Пальметто. Улица только начинает просыпаться, в некоторых домах уже горит свет, изредка мимо парня проходят только-только проснувшиеся люди, спешившие на работу или на учёбу. Вокруг всё окрашивалось в различные цвета, небо загоралось небольшим огоньком, вокруг которого красовались тучи, слышалось щебетание птиц, дорога была уже довольно хорошо освещена и без помощи фонарей, но их выключать не спешили. Все действия происходят как в тумане, ты вроде как идёшь, смотришь, слушаешь, но ничего не запоминаешь, будто твой мозг генерирует мысли так, что ты забываешь абсолютно всё, кроме самых страшных и мерзких событиях, случавшихся в твоей жизни. Но ведь так не должно быть. Да, иногда случаются ужасные вещи, словно жизнь играет с человеком злую, гнусную шутку, но почему разум не выбрасывает эти воспоминания куда подальше, почему не оставляет их в самых глубинах твоего подсознания, мол, напоминание о том, какие бывают отвратительные люди. *** Перед глазами виднеется общежитие. Нил зашёл внутрь здания и стал подниматься в комнату, надеясь, что на пути никого не встретит, а в комнате все будут спать как убитые. В данный момент парень не был готов к разговорам, хотелось быть в тишине, без пустых слов, вопросов и наставлений, хотелось просто лежать, втыкая в гребанный потолок, слушая бесконечное тиканье часов, щебетание птиц за окном, шорох листьев и дуновение ветра. Придя в пункт назначения, Нил отметил всех парней в своих постелях, находившихся в крепком сне. Почти всех. Никто иной, как Эндрю Миньярд покинул эту комнатушку. Потрогав его постель Нил заметил, что ушёл он довольно давно, так как она была далеко не тёплая, а холодная, такая же, как и самого Нила. Это было неудивительно, сон у Эндрю чуткий, поэтому можно сделать вывод, что проснулся он почти в один момент с рыжеволосым. Скорее всего блондин сейчас на крыше. Хотелось бы прийти к нему, рассказать всё что гложет, как на душе скребут кошки, а в сердце будто воткнули нож и не один. Но рыжик не будет этого делать, он сумеет справиться сам со своими демонами, проблемами, загонами. Это всего лишь дело времени, уже через неделю он забудет о сегодняшнем утре, о страшнейшем кошмаре, о новых, сделанных самим парнем шрамах на руках. Это всё будет неважно, ведь как люди говорят? " Время лечит".Конечно, это не так. Нил это прекрасно понимал, но надеяться на что-то другое парень не смел. Поболит и пройдёт, скоро, совсем скоро. Нил сильный, он сможет справиться один. С этими мыслями парень лёг на кровать и смотрел расфокусированным взглядом в белый, не идеальный потолок … *** Шли дни, недели, но ситуация не менялась. Периодически Нил просыпался от катастрофической нехватки воздуха, дрожи во всем теле, часто он находился в прострации, дезориентировался, чем пугал самого себя, на руках появлялись новые красные полосы, что уже доходили до предплечья, а останавливать себя становилось всё труднее и труднее. Это сравнимо с наркотических ломкой. Сначала пробуешь, думаешь, что это первый и последний раз, далее хочешь ещё и ещё, пока не тонешь в бездне наркотических веществ. Ты зависим от этого кайфа, желаешь вновь и вновь получать ту эйфорию, легкость, в некой степени счастье и безразличие ко всем плохим, отвратительным и ужасным событиям. Вот, что даёт тебе доза. Эндрю заметил, что с Джостеном отнюдь не всё в порядке. Парень стал тихим, старался не взаимодействовать с окружающими, их с Эндрю обыденные вещи: поцелуи, касания, разговоры стали скомканными, будто парню это было и вовсе неприятно. Но когда во внимание Миньярда попали повязки, которые Нил теперь вообще не снимал, хотя ранее при блондине он мог спокойно обойтись и без них, Эндрю забил тревогу. Что могло случиться с рыжей катастрофой за столь короткое время? Спрашивать особого смысла не было, Джостен либо отмахнется от разговора, сплетя какую-нибудь чушь, либо же скажет его привычное «я в порядке», чем взбесит Эндрю. Но бездействовать блондин тоже не собирался, поэтому уже через 2 дня после его выводов притащил Нила на крышу. *** На улице в вечернее время зачастую тихо и спокойно, открывается вид на красивейшие звезды, которые парни раньше разглядывали каждый день. Пепел сигареты, подхваченный ветром, падал с высоты, растворяясь в воздухе. На бортике сидели два парня, смотря куда-то вдаль, каждый из них думал о чем-то своём. — Что с тобой, черт возьми? — Диалог начал Эндрю — Хм. Ты о чем.? — Собеседник непонимающе посмотрел на парня, сидящего слева. — Не делай из себя идиота, ты прекрасно понимаешь о чем я, — Нервы блондина были на пределе, но он старался изо всех сил не показывать этого, дабы не усугубить положение. На лице Нила уже появились отчётливые синие впадины, что почти совпадали с цветом его глаз. Парень заметно исхудал. Силы убавились, работа стала отнюдь не продуктивной. — Эй, — рыжеволосый слегка улыбнулся и склонил голову на бок — я в полном порядке, Эндрю. — Ты же знаешь, я ненавижу когда мне врут. — Что ты хочешь услышать? — Нил действительно не понимал, как Эндрю заметил что-то выдающееся в его поведении. Он не хотел, чтобы его разоблачили. Для него это было чем-то постыдным, так, он чувствовал себя уязвимым. — Черт тебя дери, Джостен, не ломай комедию и не выебывайся. Я вижу, что что-то не так, — если этот идиот сейчас же не признается, то Миньярд самолично снимет с него гребаные повязки, а если там будет то, что ему не понравится, насильно поведёт лечить свои мозги. — Ну…- повисла неловкая тишина, Нил не мог выдавить ни слова, он пытался собрать в голове что-то сносное, но это не увенчалось успехом. Миньярд и не собирался торопить его — мне в последнее время снятся кошмары… более. страшные, чем обычно. Возможно, моё поведение было иным из-за них. — Повязки. — А что с ними, — и тут Джостена охватила конкретная паника. — Сними, — Миньярд прожигал взглядом рыжего, не оставляя выбора и требуя действовать. — Зачем? — Я непонятно выразился? — повисла неловкая, напряжённая тишина. Хотелось рвать на себе волосы, метаться из стороны в сторону, искусать к чертям свои же губы. Каждый ждал действий и слов другого, но никто ничего делать и говорить не торопился. Рыжий унылым взглядом смотрел на прекрасное вечернее небо, окутанное кучевыми облаками. Аккуратно, исподтишка взглянув на Эндрю, Нил коснулся краешка повязки и начал медленно снимать её с правой, более-менее уцелевшей руки, хоть на ней и красовалось несколько маленьких порезов, выглядела она не так убого, как левая. Взгляд блондина зафиксировался на ней, изучая каждую неровность и шершавость, подмечая новые увечья, которых ранее он не видел. Нил поднял на Эндрю отчаянный, испуганный и жалостливый взгляд, блондин же казался безразличным, холодным и абсолютно незаинтересованным. Джостен боялся реакции, боялся открыться, говорить с кем-либо о его мыслях, что с каждым днем были всё мутнее, невыносимее. Парень устал. Очень. Как физически, так и морально. Из него словно высосали всё желание жить, с каждым днем становилось всё хуже и хуже. Нил оказался в плену у своего разума, окружённый страшными думами. — Другую, — Миньярд указал глазами на левую руку, до сих пор скрытую под чёрной тканью. И честно, лучше бы так и оставалось. Эндрю никак не ожидал увидеть под ней полностью изрезанную в мясо кожу. Зрелище воистину ужасное. Бегунка хотелось убить и обнять, расцеловывая каждый его шрам одновременно. — И зачем? — Было отвратительно на душе. Я… Я не знаю как описать это ощущение. Будто тебя пожирают проблемы, которых на самом деле не существует. Я действительно не знал что делать…- бегунок казался таким маленьким и беспомощным. Эндрю очень хотел оградить парня от всех его проблем, чтобы Нил жил счастливо, не думая о чём-то постороннем. — Я поцелую твои руки? Да или нет.? — Джостен удивился. Слегка поразмыслив над правильностью ответа, всё же выдал: — Да, Эндрю. С тобой всегда да.