Мы встретились на площади

∆♪≈

Теплый летний ветерок гуляет с болотного цвета прядями, дует в лицо, просачивается через тонкую одежду и обдувает горячее тело очерчивая изгибы будто прикасаясь. Парень одетый в лёгкую нежно-белую как снег кофту и такие же тонкие, только светло-кофейного цвета штаны лежал на белоснежных растениях очень походивших на лилии с зеленоватыми жилками и, будто, стеклянными капельками росы на лепестках. Они были везде, на одежде, в руках, на голове сплетённые воедино образуя венок. Почему-то пол неба заслонила та же поляна на которой и лежал юноша. «Интересно, а так должно быть?» промелькнула на миг мысль, но тут же скрылась в глубинах сознания, а ранее нежный ветерок перерос в более сильный и настойчивый который уже не нежно проникает, а грубо задирает одеяние и срывает ранее красивый венок роняя на землю. Все цветы вдруг потускнели и начали вянуть. Вокруг будто начался шторм. Растения создавали бушующие волны заменяя воду, а к парню воплощающего собой маленькую чайку пришла та самая дума, ушедшая ещё тогда, когда вместо шторма можно было видеть рыжее солнце… Это волна. Неба больше не видно. Только приближающееся цунами из цветов и почвы. Напоминает могилу. И ещё этот ужасный шум, который становится все громче и громче. Он будто находится прямо в голове. Такой знакомый. Сяо пробудился от скрежета железных колес об такие же рельсы. Парень до этого обнимающий объемный чехол со своей любимой и единственной гитарой, вспомнил что ему, все же, нужно куда-то идти и подорвался со своего места, начиная бежать в недавно открывшиеся двери пошарпаного вагона. Постоянно торопившиеся вокруг люди создавали чувство беспокойства и дискомфорта, а Алатус, поддавшись им, ускорился ещё сильнее. Зайдя в вагон, парень начал выглядывать место с наименее большим скоплением людей. Наконец найдя идеальное сидение и удобно умостившись в нем, юноша снова начал засыпать. На этот раз его встретила лишь одна темнота. Сяо снова пробудился из-за тормозящего поезда, на этот раз чуть не врезавшись в пол. Это была его остановка. Выходя из душной коробки, попутно поправляя небольшой хвостик на затылке, Якса направляется на уже знакомую ему площадь, выложенную из серого кирпича с симметричными красными узорами. Он решил выбрать место возле большого красивого фонтана. Вдруг заметив знакомую темносинюю макушку с голубыми косичками, парень вспомнил что видел точно такую же, примерно месяц назад.

***

В мае, когда ещё не было той знойной жары, Алатус прогуливался по знакомому тротуару, периодически подпинывая мелкие камушки попадавшиеся под ноги. Брусчатка уже давно была измучена безжалостной обувью, постоянно куда-то спешивших, прохожих. Идя вдоль дороги и слушая какую-то знакомую мелодию, Сяо смотрел на сохлую кору высоких Елей, их маленькие колючки и раскрывшиеся шишки. Вдыхая приятный запах хвойных деревьев, парень выпрямил голову и блаженно прикрыл глаза. Подняв веки, взор упал на сидящего впереди незнакомца, улыбающегося куда-то в телефон и смотрящего ленту в какой-то соцсети. Рядом на лавочке лежал объемный чехол, вероятно, с гитарой внутри. Интерес, ранее лежавший на нуле, вырос до приемлемых пяти с половиной процентов. Сразу захотелось познакомиться. «Захотелось… Судьбе плевать, что я хочу. С чего я взял, что он вообще захочет со мной говорить. Подумал, раз мы оба музыкой увлекаемся, то у нас будет о чем общаться?! Как же это глупо.» Нахмурившись, зеленоволосый ускорил шаг и свернул раньше, чем дошел до главного героя недавних мыслей. Он ещё долго блуждал по городку, ходил по маленьким улочкам, гулял по гигантскому парку и пытался не думать о том незнакомце, сидевшем на лавочке, но получалось плохо.

***

И вот снова Алатус видит его. Такого же улыбающегося, только уже в кругу друзей. Где-то на границе сознания проявилась ядовитая зависть. Сам же не осознавая этого, Сяо хотел быть таким же как тот тип. И одновременно хотел дружить с ним. Также свободно смеяться вместе с какой-то глупой шутки, как сейчас, но. «Судьбе плевать, что я хочу», снова промелькнуло в голове. Сяо словно покрылся каменной корочкой, оставляя все негативные чувства внутри этого панциря. Впрочем как и всегда. Опять разворачивается, и опять старается ни о чем не думать, отвлекая мысли поиском фонтана. Наконец найдя это сооружение, парень принимается раскладывать небольшой стульчик и достает из черного футляра гитару. Алатус всегда говорил, что его песни не обладают какой-то особой красотой, но народу всегда собиралось вдоволь. Он никогда бы не подумал, что будет притягивать столько взглядов. Уже не в первые видя этого парня, гуляющего около площади, люди узнавали его. И сейчас, сидящий на стуле, он приносит им хоть какое-то удовольствие от жизни, которого самому так не хватало. Играя ноту за нотой, приближался тот самый момент, когда в силу придут строчки из недавно написанной Сяо песни. Волнение подступает все ближе, кажется скоро и вовсе вырвется наружу, но каким-то чудом, всего лишь прикрыв глаза, Якса сумел отпустить внешний мир, и полностью погрузиться в смысл строк и собственные чувства. Доходя до середины своей элегии, парень ненароком приподнял веки и мельком наткнулся на зелёные стекляшки, коими были чужие глаза. Так же блестят и переливаются на пекущем солнце. Неожиданно для себя, Алатус вспомнил те необычные цветы из недавнего сна. Но совсем ведь не похожи. Перед ним сейчас два чистых поля. Там нет того океана белых лилий, что обволакивал душу страхом и захлёстывал с головой в свои пучины. Так почему они так его напоминают. Это опять был тот незнакомец. Неужели Сяо его привлек? Вдруг зеленоглазого кто-то хватает и стремительно уводит. Парень пытается сопротивляться, попутно выкрикивая что-то не членораздельное, но выходит у него тщетно. Незнакомцы отдаляются все дальше, и дальше, пока не скрываются за огромной толпой людей.

***

Время утекло быстро и незаметно. Некогда, чистое голубое небо окрасилось в фиолетовый цвет с огромной розовой кляксой и разгоряченным огненным шаром, заходящими за горизонт. В этой мешанине иногда попадались пушистые кусочки облаков на которые тайком поглядывала пара янтарных глаз. Сяо шел по, выложенному незамысловатым узором, тротуару и по дороге в небольшой маркет размышлял о вечном. Парень любил это время, когда в спину дует прохладный ветерок, а на улицах становится на столько мало людей, что можно услышать собственные шаги и трещащие частички камней под обувью. Делая очередной поворот, и открыв белую потрепаную дверь, Алатус прошмыгнул в проем и сразу же начал поиски своей цели — миндального тофу. Якса уже обошел несколько отделов, содержимое которых хоть чем-то напоминает его любимое лакомство, но ничего не обнаружил. Похоже в Мондштадте совсем нет блюд из Ли Юэ, откуда родом сам юноша. Пришлось искать замену, и на ум пришла лишь пастила. По счастливой случайности парню попалась целая полка с цветными упаковками разных вкусов, среди которых нашелся и любимый мендаль. Взяв три увесистых пакета, Сяо немного притормозил, кидая многозначительный взгляд в бок. Там разместились упаковки по меньше. «Ладно, ещё одну, в ней совсем немножко». Все внимание переключилось на упаковку, на которой красовался Розово-белый кот с цветными крылышками, таким же рожком и хитрым взором. Котенок будто размахивал своими лапками, привлекая взоры покупателей. Когда парень начал свой путь к кассе в мыслях было только это странное существо и, разумеется, какое оно на вкус. Резкая боль и летящий вниз пакет с пастилой. Теплые руки, лежащие на собственных. Все происходит на столько быстро, что Алатус даже и не понял что случилось. Очнувшись от лёгкого шока, Якса сумел выдавить из себя лишь какой-то короткий звук, похожий на пару букв. Прямо напротив блестели, распахнутые во всю, глаза цвета обширных травяных полей. Чужие руки все ещё сжимались, а внутри Сяо все сильнее, и сильнее разгоралась адская война между двумя чувствами. С одной стороны, прикосновение дарило тепло и неведомое раньше чувство умиротворения. Всей той тяжести под ребрами, будто, никогда и небыло. Но с другой стороны, покоя не давало мерзкое чувство отвратности, которое постепенно заполняло образовавшуюся приятную пустоту.

to be continued