Красная нить судьбы. Часть 4. Рамантишеские пиключения!

             Что-то мурча себе под нос — просто следящему за супругом Хэльмиру было не слышно — Агел собирал мыльно-рыльное, чтобы с утра доложить только щётки и пасту с ополаскивателем для рта. Что-что, а зубки Агел берёг. Ещё неизвестно, что с этими зубками будет после рождения, ребёночек же нагло кучу полезностей из мапулькиного организма в себя всасывает. Так что Агел прислушался к совету Элона и под пристальным присмотром Лаимма — в начале употребления — некоторые витамины принимал в двойном объёме. Так оно безопаснее будет!       — Надо было с Лаиммкиных запасов начать, — протянул Агел, переставляя набранные им баночки.       — Нет у мапулички запасов! — объявил замерший возле распахнутых дверей Кристан.       — Как это нет, — удивился Агел. — А ты откуда знаешь?       — Я уже проверял!       — Ты шарился в его вещах? — с сомнением в голосе спросил Хэльмир.       — Мапуля мне разрешил, — отозвался Кристан, притопав к Агелу и плюхнувшись с ним рядышком. — Сколько всего набрал-то!       — Видимо, Лаимм перед отъездом не стал пополнять запасы, — предположил Агел. — В принципе, правильное решение: он же собрался в своё рамантишеское пиключение.       — О! — Кристана аж затрясло от нетерпения, а в глазах появился радостный блеск. — Жду не дождусь, когда мы с Маркусом поедем в своё пиключение! — прижав руки к щекам, он забавно забарабанил копытцами по ковру.       — Поедем, — заверил прислонившийся к косяку Маркус.       — Да! — обрадованно завопил Кристан, вскидывая кулачки над головой и с новой силой молотя копытцами.       — Пока вспомнил! — завопил Агел, пугая всех. — Хэль, быстро оберег напяливай! А то забуду и всё!       — Чё всё? — растерялся Хэльмир.       — Капут! Конец! Пиздец! — с выражением выдал Агел.       В комнате повисла тишина. Сглотнув, Хэльмир поднялся на ноги, все взгляды тут же обратились к нему. Опустившись на корточки перед комодом, Хэльмир открыл нижний ящик, достал шкатулку, откинул крышку и достал свёрток. Поднявшись, он поставил шкатулку на комод, раскрыл тряпицу и на свет показался когда-то сделанный руками Лаимма оберег. Под важный кивок Агела Хэльмир закатил глаза и нацепил оберег на шею — тут Маркус неосознанно прикоснулся к своей, где всё также красовалось чёрное пятно вместо ошейника.       — Горжусь тобой! — пафосно выдал Агел.       — Чем тут гордиться, — не понял Хэльмир.       — Кем! — тем же тоном поправил Агел. — Тобой!       — Чё чудите? — спросил Иллиан, заглядывая через плечо Маркуса. — Нюхаете вкусняшки? — его взгляд упал на флаконы на полу. Он протиснулся мимо человека и присел рядышком с братом. — А мне понюхать можно?       — Круг анонимных нюхателей, — расхохотался Агел. — Добрый вечер, господа! Меня зовут Агурка, и я нюхатель вкусняшек со стажем! Нюхаю уже лет десять, если не больше! Чего я только ни нюхал за свою жизнь! — Агела прорвало на истерический смех.       — Тебя что, Лаимм перед поездкой покусал? — опешил Хэльмир.       — Почему сразу Лимонка покусал? — резко перестав смеяться, спросил Агел. — Я что, не способен на собственные приколы? Вот такого ты обо мне мнения, значит, да? — он делано-обижено надул щёки.       — Вовсе нет! — Хэльмир тут же запрыгал вокруг супруга, принося тонны извинений.       Иллиан переглянулся с Кристаном, и тот в ответ пожал плечами, а затем обернулся на беззвучно посмеивающегося Маркуса, за спиной которого замер Рэйкс, смотря на народ с любопытством.       — Давайте нюхать! — перебивая брата, заорал Иллиан, и Агел снова выпал ржать.       — А что нюхаете? — спросил Рэйкс, закидывая руки за голову.       — Гель для душа, — ворчливо отозвался Иллиан, смотря на ухохатывающегося Агела.       Так как Агел выбрал, какие гели и шампуни хочет, оставшиеся отдал выбирать младшим братьям мужа. Они долго между собой препирались, смеша присутствующих. Кристан снова начал бить копытцами об пол, чем удивил Иллиана: он захотел сделать так же, для чего пришлось пересесть. Тут от смешка не удержался и Рэйкс: поведение любимого его умиляло.       — А что, для доминантиков нету? — перенюхав все, Кристан остановился на наборчике из гелей для душа: оба молочные, но один с кофе, а второй с кокосом.       — Буду пользоваться твоими, — подмигнул Маркус.       — Правильно! Тогда и твоя кожа будет такая же мягонькая, как и у меня! — с серьёзной мордашкой кивнул Кристан.       — Ага, — рассмеялся Маркус. — Думаю, чего мне в жизни не хватает: шелковистой кожи!       — Не, ну а чё? Тебе же нравится меня гладить! И штобы кожа ухоженная была! А ты волосястый весь и грубиян! — хихикнул Кристан.       — Так ты на то и плодоносящий, чтобы всяко-разно за собой ухаживать, — хмыкнул Маркус. — А я на то и доминант, чтобы быть волосатым, грубым и вонючим! — под его смех смеяться начал и Рэйкс.       — От тебя не воняет, — насупился Кристан. — Но волосы на ногах и подмышищах растут! А они грубые!       Маркус, согнувшись пополам, упёрся руками в колени, рассмеялся ещё громче. Кристан немного запоздало понял, что это всё-таки личная тема для двоих, смешно надул губёшки и заметно смутился.       — Братец, ты ещё расскажи, где бреешь сам, — вздохнул Иллиан: если бы он стоял, он бы точно грохнулся от ответа младшего брата.       — Везде брею!       — Думаю, если не прекратим, я сдохну от смеха, — истерично выдавил Агел, которого уже подташнивало из-за истерики, а успокоиться он никак не мог.       Теперь все уставились на почти что катающегося по полу ангела. Маркус даже ржать перестал, смотря на истерику Агела. А тому не просто весело, безумно весело! Да так, что уже всё болит, а перестать никак не может. Давно его так не прорывало.       Но…       Гибридный организм не выдержал и дал сбой. Резко прекратив ржать, Агел заметно позеленел и выпучил глаза. Надо отдать Хэльмиру должное: среагировал молниеносно. Крайне бережно подхватив своего ангелочка на руки, он бегом-бегом умчал в туалет, откуда раздались весьма своеобразные звуки, после которых слышался тихий мат Агела и слова поддержки Хэльмира.       — Романтика-а-а! — пропел Кристан.       — Что романтичного в блюющем парне? — не понял Иллиан.       — Ващет Хэличка Агурачку поддерживает! — Кристан вздёрнул носик. — А это очень романтично! — а потом тихо-тихо прошептал, наклонившись к брату: — в конце концов, ты его до встречи с Агелом таким помнишь? Всегда был какашулей, а тут влюбился! Прям красавчик стал! Да жи?       — Ну, давай по-честному: он и щас какашуля. Ну, кроме как со своим ангелом, — так же отозвался Иллиан.       — Вовсе нет! Благодаря ещё и мапуличке он стал добрее! И более сдержанным. Весь его мир вокруг ангелочка! — Кристан сделал мечтательную моську, а потом поднялся и потешно топая ушагал к своему человеку и повис на его шее. — Ах, лубофф! — мечтательно выдохнул он и засверкал сердечками в глазах.       — Гелики свои забери, а то вдруг не отдадут, — шепнул Маркус, и любимого как ветром сдуло, сцапав наборчик, он припрыгал обратно.       — Я тогда возьму себе с малиной, — Иллиан забрал выбранный гель и, поднявшись, посмотрел в сторону туалета, откуда брат с его супругом выходить не спешили. — И, наверное, принесу Агелу мапиного супер-зелья от тошноты.       — Буду признателен! — крикнул Агел и тут же закашлялся.       Народ, переглянувшись, только улыбнулся. Кристан, точно опомнившись, шепнул, что хочет писить, и козликом упрыгал в сторону своей комнаты, чем позабавил Маркуса — за своим любимым инкубом он пошёл нормальным шагом. Отправив Рэйкса с гелем для душа в комнату, Иллиан спустился вниз, на кухню.       На обеденном столе, делая суперважный, даже надменный вид, лежал Хвостик. Он только ухом дёрнул, когда заявился один из двуногих. На стуле, где обычно сидел Лаимм, развалился Бегемотик, под столом скучал Лёд.       — Не грустите! — Иллиан погладил всех питомцев, но особой радости на их мордах не появилось. — Перестаньте! Вернётся наш шибутной мапуля! Натискает вас ещё на сотню жизней вперёд! — заверил Иллиан, Лёд же на его слова начал громко и жалобно скулить: ни у кого не хватало умения, терпения и сил начесать и вычесать его как надо. — Лёд, ты чего это? Вернётся он! Ещё сам от него бегать будешь, чтобы по хвостатой жопке тапкой не получить! — волк на это принялся потешно ворчать, а потом опять грустно заскулил. — Лёд, ну чего ты, — Иллиан прилез к волку и потрепал его по холке. — Не так, да? У мапули получалось как-то интересно тебя дёргать, что ты потом весь день довольный ходишь. За уши ещё как-то щипает. Я так не умею. Всё будет хорошо! — уверенно заявил Иллиан, погладив тяжко вздохнувшего Льда.       — Ты чего там делаешь? — шёпотом спросил Олимп.       — Да вон, Лёд грустит по нашему мапуле, — кряхтя стариком, Иллиан выбрался из-под стола.       — Так он же вернётся, — Олимп заглянул к волку, а тот как заскулит грустно! — ОЙ! — Олимп от такого неожиданно громкого звука даже подпрыгнул, ударившись головой о столешницу. — Лёдя, ну ты чего так подставляешь? — прохныкал он, потирая ушибленное место.       Оставив оленёнка разбираться с ворчащим волком, Иллиан утопал на кухню за мапулиным варевом. К этому времени, пока он ходил, Хэльмир отнёс заметно побледневшего Агела на кровать.       — О! Иля! Ты мой спаситель! — Агел сел удобнее, чтобы не подавиться, пока пьёт.       — Рад помочь. Но, Агел, ты справишься с поездкой? В таком-то состоянии. Я беспокоюсь за тебя, мой гибридный собрат!       — Илька, я всё продумал! Хэля даже согласился.       На слова любимого ангела Хэльмир сделал такой вид: а я мог отказаться?       — И что же ты придумал? — полюбопытствовал Иллиан, присев на край кровати.       — Хэльмир заберёт один из маленьких холодильников, что хранятся в подвале, и я возьму с собой несколько заранее подготовленных нашим заботливым Лимонкой зелий. Плюсом, Маркус помог собрать аптечку, кою советовал Элон, а значит, у меня есть дополнительная поддержка! Иллиан, — Агел стал каким-то немного грустным, — я никуда не ездил. Никогда. А рабочие выездки — командировки — не в счёт. Там же не о прогулках думаешь, а о работе. А тут Хестан сорвал Лимонку, и я тоже жуть как хочу! Хэля меня поддержит! Да, Хэля?       — Ни единого слова против, — кивнул тот.       — Удивляюсь я тебе, братец, — хмыкнул Иллиан и поспешил добавить: — В хорошем смысле.       — Первый раз за меня так сражались! — Агел томно выдохнул, чем смутил Хэльмира.       — Книгу об этом напиши! — рассмеялся Иллиан.       — А что ты веселишься? Вдруг наш сынок или дочурка станет писателем? Вот расскажу ему или ей эту романтическую историю! О! Это будет шедевр! Когда выпустит книгу, попрошу подарить мне с подписью один экземпляр! И на вас всех попрошу! Буду гордиться своей кровиночкой, — Агел с любовью погладил живот.       — Ладненько, — Иллиан поднялся, — время уже позднее. Спасибо за гели и спокойной вам ночи! — пожелал он и вышел.       — Спокойной! — крикнул ему вслед Агел и сделал пару больших глотков Лаиммкиного зелья. — Какой он всё-таки предусмотрительный, — Агел с улыбкой глянул на бутылку.       — Чего? — Хэльмир вопросительно изогнул брови.       — Говорю: мапуля твой не только о себе думает!       Хэльмир на это только плечами пожал.       Посмеиваясь над своим мужчиной, Агел осторожно поднялся: Иллиан прав и пора готовиться ко сну. Сборы прошли в относительной тишине. Агел не упускал возможности немного подразнить Хэльмира: то заигрывал с ним, то шутил, то флиртовал. У обоих в глазах промелькнула тоска по телесному контакту, но никто не решился к этому подтолкнуть. Агел боялся, что секс только вызовет проблем, ну и Хэльмир не принуждал, опасаясь того же. Как бы им ни хотелось насладиться друг другом, оба думали в одном ключе, что помогало им лучше понимать ситуацию. Они проявляли заботу не только о себе, но и о малыше в животике Агела. Лёжа в кровати и поглаживая этот самый животик, Хэльмир не удержался от вопроса:       — Ты всерьёз думаешь, что он будет писателем?       — Конечно, нет! Но хотелось бы с тобой кое-что обсудить по этому поводу.       — И что же?       — Хэль, давай не будем решать за него, кем ему быть, — попросил Агел. — Кем бы он ни был: доминантом, гибридом или плодоносящим. Твои братья выбрали не тот путь, но теперь идут своим и счастливы. Я не хочу, чтобы ты, если он будет доминантом, давил на него и требовал идти по твоим стопам. Каким бы он ни был, пусть выбирает сам.       — А если станет наркоманом?       — Светлые Ангелы… — опешил Агел. — Ты чего в такую крайность бросился?       — Просто привожу пример, — Хэльмир пожал плечами. — Просто пример, — повторил он, прижимая супруга к себе, чувствуя от этого невероятное облегчение и спокойствие.       — Тогда будем разговаривать. Приводить примеры. Пытаться донести, что это не правильно. Но я ведь говорил не о подобных… эм… вредных привычках. Курение я ему прощу.       — Серьёзно?       — Ну, когда Маркус курит, выглядит круто.       — Ревную…       — Ты такой милый!       — Агел…       — Я тебя безумно люблю, — рассмеялся Агел. — Ты ведь тоже пытался курить! — он толкнул недовольно пыхтящего парня в плечо.       — Пытался…       — Милый, — с нотками укора протянул Агел, и Хэльмир смутился. — Всё-таки я хочу тебя попросить: не ярись, если ребёнок выберет не тот путь, который бы ты для него хотел.       — А ты сам? — Хэльмир внимательно глянул на супруга.       — Любимый, я ветеринар. Гонись я за выгодой, выбрал бы путь Элона. С моим даром это было бы проще, чем поссать в кусты. Просто у меня перед глазами моё детство и рассказы твоего отца о твоём детстве. Милый, — Агел подполз повыше и нежно поцеловал мужа в подбородок, — я не хочу такого же для него, — он накрыл руку мужа своей. Ту руку, что лежала на животе. — Поэтому и прошу тебя дать нашему малышу некую свободу. Не плюнуть на его воспитание, давать советы, но не наседать. Дать ему учиться. Да?       — Думаю, тут ты прав. На самом деле, — Хэльмир замялся, — я…       — Просто скажи. На то мы и вместе, чтобы решать какие-то проблемы сообща.       — Я боюсь… какой из меня отец? Что я могу?       — Серьёзно не знаешь? — немного удивился Агел.       — Не знаю…       — Яростно защищать! — с воодушевлением выдохнул Агел, чувствуя гордость за своего мужчину.