Красная нить судьбы. Часть 4. Рамантишеские пиключения!

             Аура давила. Настолько, что оба кролика просто сидели, положив руки на колени и вылупившись на мрачного, как туча, ангела. Они уже минут десять так сидели. Тод их привёл, на стул усадил, супруга в щёку чмокнул и бегом-бегом подальше, чтобы и ему не влетело. А у Элона дел же нет! Сидит, да в потолок плюёт, успевая уклоняться от падающих обратно плевков. Ни минуты покоя!       — Значит так, — протянул Элон, разворачиваясь к компьютеру, — сейчас я выпишу вам кучу направлений, если в ближайшее время не пройдёте, я вас принимать не буду. Ясно?       — Ясно! — поспешно ответил Квазар, опасаясь, что мапа станет возмущаться.       Блазар реально хотел начать возмущаться. Как можно пройти десятки специалистов за короткий срок? Это же нереально! Да ещё и врач оказался каким-то не таким: будто он скорее покалечит, чем вылечит. Уж больно у ангелочка аура тяжёлая. Да и взгляд — будто кинжалы, пронзающие плоть. Будто перед кроликами предстал сам Бог Войны. Квазар нервно сглотнул, всем своим видом показывая покорность.       — Вот и умнички! — одними губами улыбнулся Элон, когда как взгляд оставался таким же — острым как бритва. — Связываться с твоим лечащим врачом я не намерен. Мне нужно самому увидеть результаты. Не просто увидеть, а провести их здесь. В технике и врачах своей клиники я уверен, в вашей — нет. По результатам я пропишу приём таблеток. И не дай Святые Ангелы, ты не будешь следовать моим рекомендациям, — глаза, похожие на куски льда, упёрлись в икнувшего с испугу Блазара. — Я ясно выражаюсь?       — Ясно! — опять за мапу выкрикнул Квазар.       — Орать не обязательно, — режущий взгляд сместился на него.       — Это всё нервы, — кашлянул Квазар, чувствуя себя жуть как неуютно.       — Я вас тут не резать собрался, — фыркнул Элон и погладил живот, будто успокаивал самого себя.       Квазар предусмотрительно промолчал, поджав губы.       — Имена у вас блеск, — вздохнул Элон, изучая документы, создавая электронные медкарты. — Недолго ты думал.       — Я хотел что-то позаковыристей, но ничего не придумалось. А когда пришло время вносить имя в документы, ляпнул первое, что в голову пришло, — проворчал Блазар.       — Фиолетово, — скучающе протянул Элон, кинув оба документа поближе к парочке. — Сидел, никого не трогал, дни до декретного отпуска считал, — он сердито уставился на вздрогнувших кроликов и нахмурился. — Свалились на мою голову! — рявкнул он, и кролики подскочили.       — Ты хрен ли сам орёшь?! — возмущённо завопил Блазар. — Мы силой не напрашивались!       — Мапа! — предостерегающе зашипел Квазар, пытаясь накрыть рот мапы ладонью.       Элон за потасовкой смотрел, приподняв левую бровь, в его взгляде плескалась скука. Реально, сидел себе, мечтал о том, как они с Тодом поедут в своё рамантишеское пиключение, а тут Тим со странной просьбой. Ещё и мужа пришлось за ними отправлять. Никакого спокойствия. Где, спрашивается, справедливость в мире? Всё что-то, да отвлекает. Или кто-то. Как эта шипящая друг на друга парочка. Того и гляди до мордобоя дойдёт. Пацана тоже надо проверить…       — Да заткнитесь вы оба, — устало вздохнул Элон и снова погладил живот: дико хотелось жрать. Не таясь, он вытащил из нижнего ящика стола тарелку с герметичной крышкой, снимая её. По кабинету разнёсся кисловатый запах маринованных огурцов. Лениво тыча одним пальцем по клавиатуре заканчивая выписывать направления, второй рукой Элон хрумкал огурцами. Само собой, Лаиммкиного производства.       Кролики замерли. Блазару самому такой огурец захотелось. Но что-то ему подсказывало, что если он попросит, ангел ему кукиш покажет. Или всё-таки убьёт своим взглядищем. Страшно! Блазар чуть не обделался от начавшего работать принтера.       — Пацан, достань и разрежь, — скомандовал Элон.       Квазар подчинился без малейшего сопротивления. Оторвал жопу от кресла, дождался, пока все листики вылезут, а оказалось их откровенно до фига. Затем по видимым линям разрезал почти каждый листок на двое, а то и на четверо кусочков и, закончив, отдал всё спокойно жующему огурцы Элону…       Никогда бы Квазар не подумал, что его привлечёт мужчина такого типажа, как Элон. Мало того что много старше, так ещё и аура да характер такие, что не каждый выдержит. Но эти ледяные глаза! Так и хочется добиться расположения их обладателя. Услышать от него что-то эдакое и пасть ниц перед его ледяным совершенством! У Квазара из головы в тот момент вылетело, что Элон не просто беременный, а замужний парень. Животик ему очень идёт.       Пока Квазар размышлял, смог бы он покорить такого холодного красавчика, сам красавчик расписывался на каждом направлении, ставя пометки, как для новоиспечённых пациентов, так и для тех специалистов, к кому эта ушастая парочка пойдёт. Разделив всё на две неравные кучки, Элон самую толстую пачку подтолкнул навострившему ушки Блазару, а поменьше озадаченному Квазару. Он даже от вопроса не удержался:       — А мне зачем?       — Пахнет от тебя не очень, — пожал плечами Элон, сунув в рот попку огурца. — И это определённо не доминантный запах. Либо тебя кто-то более сильный пометил, либо с гормоном проблемы, либо ещё чего. Ненавижу гадать, — поморщившись, он отпил из тарелки рассол. — Короче, пройдёте оба, медкарты я вам завёл. Ненавижу делать дела наполовину, — взгляд снова стал пронзительным. — Я ясно выразился?       — Ясно! — закивал Квазар.       — Тогда: чё расселись? Больше нянчиться не намерен! Врачи работают в три смены, так что начинайте прямо сейчас! Карту посмотрите в «паутине»! Пшли вон отсюда! — и Элон сердито захрустел огурцом.       Первым подорвался Квазар. Как более ответственный, он разложил направления по разным отсекам своего портфеля и, учтиво поклонившись, подхватил ошалевшего мапу на руки и понёсся на выход. В спину кроликам раздалось грустно-раздражённое:       — Ненавижу Лаимма! Подсадил на свои соленья, оторваться не могу теперь!       Блазар находился в состоянии растерянности. Он немигающим взглядом смотрел, как сын, ковыряясь в планшете, выстраивает маршрут согласно направлениям. Удобная функция сайта! Там даже показывалось наличие очередей.       — Что-то я не понял, — задумчиво протянул Блазар, когда они завернули за очередной угол.       — Сейчас вон туда свернём, и будет нужный тебе кабинет, — фразу мапы Квазар понял по-своему.       — Я не о том, — отмахнулся Блазар, смотря на коротенькую очередь возле нужной двери.       — А чего тогда? Капец тут прикольно. Тихо так, спокойно. Не то, что у нас.       — Я сюда за Хазом приехал, а не по больнице шастать!       — Совмести приятное с полезным.       Блазар посмотрел на сына с вселенским подозрением, недоумевая, чего он такой спокойным. И его ведь заставили по врачам пройти!       — И не смотри так. Всё равно нам сейчас заняться нечем. А тупо сидеть в номере и ждать у моря погоды, такое себе. А так есть шанс разобраться, что с тобой не так, и почему у тебя часто болит живот. И живот ли вообще. А то окажется, что и не он вовсе. Вот потеха будет! — проворчал Квазар.       — Ты ворчишь больше, чем я, — заметил Блазар.       Угукнув, Квазар открыл дверь, впуская мапу первого и проходя следом за ним.       — По одному! — тут же встрепенулась медсестра.       — Он правды не скажет! — упёрся Квазар.       — Я чё, маленький?       — Ма, я тебя знаю!       — Да вали уже! Вырос здоровяк на мою голову! Я же согласился!       Поджав губы, Квазар всё же вышел из кабинета, присев на стул-скамейку рядом с кабинетом, и принялся нервно дрыгать ногой, ожидая всего чего угодно. Даже того, что мапа оттуда стадом бизонов выскочит и понесётся сломя голову на выход из больницы. Квазар как никто знал, что мапа ненавидит «гулять» по больницам. Поэтому на каждый приём они ходили вместе, только чтобы мапа не сбежал или не пропустил, сделав вид, что забыл. Любил он усложнять себе жизнь.       — Вот и всё! — с довольным видом Блазар вышел из кабинета и лучезарно улыбнулся.       — Ма, если ты хоть где-то соврёшь или промолчишь, отчего твои показатели будут ложными, я своего отца никогда в жизни не приму. А если ты хочешь, чтобы я с ним хотя бы попытался наладить контакт, то пройдёшь всех врачей, честно сознаваясь, что у тебя и как. Договорились?       Блазар открыл рот, чтобы заверить, что так и будет, но видя настрой сына, понял, что обманывать не лучший вариант. Под одобрительным взглядом Квазара он развернулся и снова скрылся в кабинете, застряв там почти на полчаса.       — Только не говори, что ты мной гордишься, — проворчал Блазар.       — Так и есть, — покивал Квазар. — Это ведь тебе нужно. А я не могу закрывать глаза на то, как ты себя губишь.       — Слишком ответственный, — поморщился Блазар. — А меня из-за тебя там всего облапали! Ещё и пальчик ткнули! — он продемонстрировал прижатую к ранке ватку.       — Я тебе скажу больше: тебе сейчас придётся много крови из вены сдать, — Квазар продемонстрировал с десяток направлений.       — На фига?!       — Смотри, тебе ещё придётся глотать трубку, чтобы посмотрели желудок. Но так как мы поели, то перенесём это на завтра, потому что надо натощак. Потом просветят целиком и полностью. Зрение и слух. Сердце в обязательном порядке, — перечислял Квазар, листая направления, выписанные мапе. — Полный комплект! Тут реально никто не пропущен. А ещё нужно сдать мочу и кал.       — Фу, — Блазар сморщил носик.       — Какое тебе «фу», ма, мы не знаем, что с тобой. Так что надо сказать Тиму и Элону спасибо за предоставленный шанс. У нас некоторые врачи одинаковые.       — Но бумажек у тебя меньше!       — У меня нет таких жалоб, как у тебя. У меня общие анализы, чисто для проверки. И что, правда, от меня какой-то запах странный?       — Я ничего не чую, — честно сознался Блазар, принюхиваясь.       — Надеюсь, ничего страшного, — пробормотал Квазар.       — А, прорвёмся, — отмахнулся Блазар и, посерьёзнев, добавил: — Но ты мне пообещал!       — Само собой, — улыбнулся Квазар.       — Ты, правда, попробуешь принять Хаза?       — Я же пообещал, — Квазар крепко обнял мапу. — А теперь кровь из вены!       От следующей процедуры Блазар заметно побледнел. После некоторых событий у него появилась боязнь вида крови, причём собственной. И он всегда чуть ли не сознание терял, когда ему пытались в прошлые разы её взять. А какую панику он поднимал, стоило иголке ткнуться в вену локтевого сгиба! Прям такая же, как в этот раз: испуганно завопив, Блазар попытался дать дёру, но сильные руки сына перехватили его поперёк грудной клетки. Под ошалелыми взглядами как врачей, так и пациентов, Квазар попытался затащить вырывающегося мапу в процедурную.       — Ма, прекрати нас позорить! — прохрипел Квазар, отодрать его руки от косяка оказалось делом сложным.       — Не пойду! — истерично завопил Блазар, старательно лягаясь и пиная неосторожных.       — Ты мне тоже обещал!       — Это выше моих сил!       — Ты что мне тут устроил? — от сочащегося льдом голоса Элона, казалось, сам лёд побежал по венам. — Детский сад! — прошипел он, замахиваясь рукой с зажатой в ней линейкой, ударяя взвизгнувшего от боли в пальцах на руках Блазара. — Чёрте что! — разъярённой фурией шипел Элон, схватив Блазара за шкирку точно нашкодившего котёнка. Силой усадив его за один из столиков, буквально за считанные секунды задрал ему рукав, перехватил предплечье жгутом, обтёр сгиб несколькими ватками и вонзил иглу, на ходу отдавая команды, какие пробирки ему нужны.       Квазар с запозданием сообразил, что надо достать направления, но побледневший мапа так вцепился в кисть, что не выдрать.       — Сам садись! — скомандовал Элон, перебинтовав конечность хрипло дышащего Блазара. — Концерт окончен! — гаркнул он, отчего все подпрыгнули, так же за шкирку вытаскивая солнечного крольчонка в коридор, усаживая на свободную скамейку. — Ты идиот, или что?       — Дай помереть… — прохрипел Блазар.       — Чего это ты удумал? У тебя сын молодцом держится, ни звука не издал. А ты-то чего? Взрослый парень! Стыдно должно быть!       — Из меня её взяли слишком много…       — Ничего не много. Возьми себя в руки!       — Памираю-у…       — Ма, ну прекрати ты уже, в конце-то концов, — взмолился вставший рядом Квазар. — Реально стыдно!       — Я ненавижу сдавать кровь! — разрыдался Блазар, пряча лицо в ладонях.       — Дам-ка я вам рекомендации к семейному психологу, — крякнул Элон, на что Квазар сделал идеально круглые глаза.