Красная нить судьбы. Часть 4. Рамантишеские пиключения!

             Всё, о чём Тим мечтал тем утром, так о мягкой кровати и тёплом боке любимого дриада. Завалиться в обнимку и храпеть до самого… следующего утра! Всё потому, что у Тима смена, ему на работе работу работать надо, а он чуть ли челюсть не теряет от широченных зевков. Зато так клыки скалит, что можно подумать, будто он кому-то что-то откусить собрался.       Тим вернулся домой переодеться и по возможности выпить кофе. Ну и чмокнуть своего Цвитульку, когда он проснётся: время пять утра! Весь дом ещё спит. Весь да не весь! Тим с интересом глянул на топающего следом Льда, а тот, заметив, что на него обратили внимание, завилял хвостом, да так, что жопка ходуном заходила, и активно и о-о-очень шумно радостно запыхтел.       — Охраняешь народ, пока те спят? — спросил Тим, на радость волка, погладив его между ушей.       Лёд на его слова активно закивал и юркнул следом на кухню и тут же присел рядом с морозильником. Правильно, там косточки для него лежат. Холодненькие! Сахарные! Вкусные-вкусные! Особенно те, которые побольше! Можно зубки о них поточить! А потом сожрать и, пока косточка переваривается, поспать пузой кверху в своём домике.       — Косточку хочешь, — сразу догадался Тим, доставая из шкафа кружку и косясь на волка.       Лёд опять активно закивал и сделал радостную морду, широко раскрыв пасть и вывалив с боку язык. Это так напомнило Волкана, что Тим не сдержал смешка:       — Одна порода!       Захлопнув пасть, Лёд с недоумением повернул голову боком.       — Не озадачивайся, — отмахнулся Тим, ставя кружку рядом с кофемашинкой, заправляя её.       Поняв, что вкусняшку пока давать никто не намеревается, Лёд принялся тоскливо скулить, привалившись к морозилке.       — Ты так по Лаимму скучаешь?       На вопрос гепарда волк активно закивал.       — Или всё-таки кость выпрашиваешь? — рассмеялся Тим, присаживаясь на корточки рядом с ластящимся волком. — А Лаимм мне потом по голове не настучит, если узнает, что я тебя баловал? — осведомился Тим, на что Лёд отрицательно замотал головой, а потом как треснется ею о дверцу морозильника. — Не убейся, — попросил Тим. — А то в итоге и тебе и мне достанется и ещё кому-нибудь за что-нибудь.       Тяжко вздохнув, Лёд сделал мега жалостливую морду и вытянулся грустной сосиской. Тим подумал, что волк остепенился и теперь просто полежит, но нет, стоило ему просто подняться с корточек и даже не отойти, как Лёд снова слезливо заскулил.       — У нас вроде коты попрошайки, нет? — Тим озадаченно почесал затылок.       А Лёд опять о дверцу мордой бьётся.       — Да ну не самоубивайся ты. Реально же получим.       Лёд, видимо, хотел поворчать, но, сунув нос в щель между полом и морозильником, резко вдохнул, а к носу возьми и присосись клубок кошачьей шерсти. Тим чуть глаза не потерял: вот что происходит, когда главного чистоплюя дома нет. Точно всем достанется! Достанется за несоблюдением чистоты и порядка в домишке… Льду комок определённо не понравился: начал так чихать, что того и гляди всё со своего пути счихнёт. Тим даже подальше отошёл, чтобы его не заплевали. Хотя всё равно долетело.       — Ты капец! — воскликнул Тим, не зная, бросаться ли к волку на помощь, вот только чем поможет, или бежать к спиликавшей кофемашинке: вернее за приготовившимся кофе. — Ты как? — спросил он, когда волк перестал заливаться громким чихом.       Лёд повернулся к гепарду и снова как чихнёт смачно!       — Можно было и не плеваться, — проворчал Тим, беря бумажное полотенце с полки и вытирая морду. — И куда ты этот шерстяной комок дел? Выкинуть же надо, — Тим присел на колени, заглядывая под столы и тумбы. — Лаимм нам точно как вмажет за это! Он же видит то, чего никто больше не видит! Понимаешь? — Тим уставился на волка, а тот в ответ круглыми испуганными глазами. — По хвостам получат все, даже у кого их нет!       Тим так застращал несчастного волка — боевого варга!!! — что тот начал громко скулить, а потом и вовсе завыл.       — Тише ты! — Тим вцепился в его пасть. — Поднимешь всех. Будут ворчать как заправские ворчунишки. Оно тебе надо?       В ответ Лёд попытался отрицательно мотнуть головой, но из-за хватки на пасти ничего не вышло, поэтому он взялся бухтеть. Вообще его больше интересовало, дадут ли ему, в конце-то концов, да из конца-то в конец, несчастную — сахарно-вкусную!!! — косточку! А то пристал этот звергон, никак не отлипнет. Потискаться можно в другой раз прийти, а сейчас нужна косточка!       — Ладно, — сдался Тим, и Лёд навострился, сделав круглые глаза и поставив уши торчком. — Но учти, — отпустив морду волка, Тим ткнул ему в нос пальцем, — только одну! А то наверняка там какие-нибудь ограниченные запасы или типа того.       Лёд радостно подскочил, сшибая гепарда с ног и усиленно по нему топчась, а потом и вовсе уселся жопкой на грудь, радостно молотя хвостом двуногому по морде и радостно таращась на морозильник, будто косточка оттуда сама выпрыгнет, да прямо в пасточку.       — Да слезь ты с меня! — возмутился Тим, спихивая радостного питомца. — Горе луковое, — припечатал он, но Лёд внимания не обратил: ждёт вкусность!       Открыл нижнюю дверцу морозильника, где были разложены запасы лично для вот этой волчьей моськи, которая сейчас с невозмутимым видом нагло протискивалась мимо, тычась носом во все три ящика. А там мясо в мешочках! А пахнет как вкусно! Лёд от нетерпения заскрёб передними лапами по кафелю, тихо-тихо заскулив. А потом как вмажется носом в ящик, и ну его облизывать. А потом рычать, подняв верхнюю губу. Только вот на кого рычит не понятно. На сам ящик? Видимо за то, что он кость не отдаёт. Или на Тима? Потому что тянет чего-то и никак не делится вкусностью. Перестав рыкать, Лёд повернулся к гепарду.       — Ты закончил вытворять не пойми что? — полюбопытствовал Тим.       Обиженно насупившись, Лёд снова ткнулся носом в средний ящик. Закатив глаза на балующегося волка, Тим осторожно отодвинул его морду, а тот опять обратно, да ещё так пыхтит! Как паровоз. Тим его опять отодвигает, потому что иначе ящик не открыть, а волк опять обратно.       — Так ты хочешь кость или нет? — устав бороться с питомцем спросил Тим: Лёд тут же принялся скулить и царапать уже ящик. — Так ты сдвинься, я же достать не могу.       Лёд на Тима уставился с подозрением, но всё же немного отодвинулся, со своего места следя следилкой. Покачав головой и хлопнув ладонью волка по носу — вид у Льда при этом был шокированным — Тим достал специальный мешок — Лаиммка сам сшил — где в пакетике лежало несколько косточек с кусочками мяса на них. Выудив одну, Тим передал её довольному волку. Сцапав долгожданное лакомство, Лёд с гордым видом удалился в столовую: в свой домик, где он спрячется и будет кайфовать!       — Э…       Пока, значит, Тим разбирался с волком, на кухню притопали и запрыгнули на край стола Хвостик с Бегемотиком. Сев недовольными сугробиками, на кошачьего собрата они зырили своими прищуренными зырилками как на врага народа. Неудивительно, что Тим даже растерялся.       — А вам-то чего?! — возопил Тим. — Я кофе пытаюсь попить! Отстаньте от меня все!       На слове «все» на кухню, на жердочку под потолком, прилетел Фалко и тоже как давай голодно зырить на гепарда.       — У тебя вообще Карас есть! — Тим погрозил соколу пальцем, а тот в ответ распушил перья и раскрыл крылья, непонятно что демонстрируя. — Я ни хрена не понял, — честно сознался Тим, — но выглядело забавным.       — Ма! — недовольно выдал Хвостик, и Тим вылупился на него. В этот же момент Бегемотик кирпичом слетел со стола и потопал к чашкам. Пустым! Причина недовольства котов найдена.       — Я кофе пытаюсь попить! — захныкал Тим. А какое питомцам до этого дело? Бегемотик даже лапкой в пустой чашке пошерудил, наводя больше шума и прямым текстом говоря: наваливай жрать!       Лишённый какого-либо выбора — от мохнатых и пернатых не свалить: догонят и в саду похоронят! — Тим поднял все кошачьи миски на тумбы, протёр и ополоснул каждую, вытер специальными салфетками — Лаимм даже под миски животных завёл отдельную полочку, где лежали и губки с тряпочками-салфетками для их мытья. Ох уж этот Лаиммка! Поназаводил живности, а сам умотал развлекаться. С полки выше достал пакетик с мясными сушёными шариками — рекомендованный главным ветеринаром дома, то бишь Агелом, корм самого качественного качества! Навалив в одни миски шариков, в две другие разделил одни маленький пакетик мокрого корма на две порции, составил всё на пол и только потом налил воды. Тим уже потянулся за своим остывающим кофе. Как над головой недовольно зашуршали: про сокола-то он успел забыть.       — Да ну не злись, — прохныкал Тим, всё же беря кружку с кофе и отхлёбывая. — Красота! — блаженно выдохнул он, чувствуя, как кофеин горячей волной растекается по телу, помогая немного взбодриться. Для полного счастья не хватало бутербродов из микроволновки.       Но!       Сначала живность. То есть сокол над головой. А то уж больно страшно он там клокочет. Тиму вообще было странно кормить призванное существо самым обычным мясом — достал из холодильника уже размороженное, накидал в специальную миску и вынес в столовую, прицепив на специальную жердь с креплением для мисок. Тима озадачивало, что в целом как бы неживое существо испытывает голод. Но на мясо Фалко накинулся так, будто голодал неделю.       Махнув на сокола рукой, Тим уставился на рыбок. Ну, раз уж он мохнато-пернатых накормил, то и этих можно. Так сказать, чтобы не выбиваться из тенденции! Тим себя даже немного Лаиммом почувствовал. Для полного антуража не хватало жёлтой мухобойки. Хихикая над самим собой, Тим свободной рукой достал баночку с кормом для рыбок, пальцем откупорил крышу и немного посыпал. Недолго постояв и понаблюдав за тем, как рыбки сплываются на хлопья, забавно вытягивая «губы» и хватая их, Тим допил свою еду и с тяжким вздохом вернулся на кухню. А там! Картина маслом: пожрав, коты забрались в раковину. Видимо, сначала Хвостик решил там вздремнуть, а к нему самым наглейшим образом забрался Бегемотик, таким же наглейшим образом его вылизывая. Над мега недовольной мордой Хвостика Тим даже посмеялся:       — За тобой вон как ухаживают, а ты чего-то недовольный!       Менее недовольной морда Хвостика не стала, плюс появились нотки обречения. Так посмотришь на этого кота и по его взгляду понимаешь, что жизнь у него сложная, наполненная всяческими проблемами и испытаниями, кои он стойко переживает, но это оставляет определённый отпечаток на его душе…       — Какой несчастный, — поцокал языком Тим, а потом заржал: — Не убивают же тебя, в самом-то деле! Сделай мордаху попроще!       От гогота гепарда Бегемотик перестал намывать недовольного собрата и огромными глазами-блюдцами уставился на Тима.       — Изиняюсь, — кашлянул тот. — Отвлёк от важного занятия! — Тим снова не удержался от смешка и прежде чем выйти, убрал кружку в посудомойку, погладил обоих котов и прошёл в столовую. — Так-с, — протянул он, оглядываясь. Тут его взгляд привлёк ну-у-у о-о-очень смачно хрустящий костью волк. — Клыки не пообломай, — предостерёг Тим, но Лёд даже ухом не повёл: не до того! — Пойти поприставать к своему Цвитуле или не пойти? — пробормотал Тим. И тут у него в голове как лампочка зажглась: решил сходить на улицу.       А на улице! Маленькие пернатые колобочки по всем поверхностям расселись и пырят в ожидании пожрать. Тиму даже любопытно стало: как Лаимм их не боится? Реально, выходишь так, а тебя ждут… хер знает, сколько тут всяких разных птичек. И ведь сидят, ждут! Настолько привыкли, что их тут кормят, что никаких сомнений, что вдруг не будут, вообще нет. Да и навострились птички вон как. А Тим с пустыми руками. Вот они, наверное, удивились!       — Извините… — Тим задом-задом утянулся обратно. — Как в фильмах ужасов! — Тим похлопал себя по груди, а потом покосился на мешки и вёдра с приготовленным для уличных птичек кормом: крупа, семечки, натёртые хлеб и даже сало. — Вот это рацион! Неудивительно, что вы такие откормленные. Ну, я не Лаимм, поэтому без понятия, что и как сыпать, — взяв большую кружку, Тим почерпнул пшена с горкой, выглянул на улицу и взмахом руки рассыпал пшено.       Что тут началось! Тим даже обратно спрятался, опасливо выглядывая в окно. А там шороху! Щебетания! Писков! Птички буквально атаковали пшено, молотя клювиками по земле, траве и даже тропинке тротуара. Страшно! Но… Буквально минута и от кружки пшена ничего не осталось. Действительно. На такую орду и какая-то никчёмная круженция. Опять же неудивительно, что у Лаимма тут всё мешками стоит. Тим нервно хохотнул, смотря, как птички, закончив, расселись по местам в ожидании следующей порции. Тим подумал-подумал, да решил ещё насыпать побольше пшена, добавив семечек и хлеба. И с чувством выполненного долга пошёл домой, оставив вечно голодных колобочков наслаждаться едой.       А дома!       — О, а ты чего поднялся? — Тим озадаченно глянул на своего Цветочка. Очень сонного и очень лохматого.       — Почувствовал, что ты пришёл, и решил проверить, — улыбнулся Айкен.       Не успел Тим слова сказать, только рот открыл, как на язык легло что-то невозможно кислое, отчего шерсть и на голове, и на хвосте встала дыбом, а морда перекосилась так, будто кто в пах коленкой двинул.       — Ой, — ошарашенно выдал Айкен, накрывая рот руками. — Ты стал походить на мохнатый шарик… — виновато хихикнув, Айкен убрал с языка мужа лимонную жопку с частичкой мякоти. — Извини, я не подумал, что он настолько кислый!       — Чуть не описался! — прохныкал Тим. — За что ты так со мной?!       — Я не знал! — Айкен чмокнул высунутый язык мужа и сделал виноватый вид.       — Ну ладно, — кашлянул Тим, причмокивая от до странного кислого вкуса.       А Айкен смотрел-смотрел на жопку, да как сунет в рот, усиленно жуя. И ведь ни один мускул на лице не дрогнул! А Тима всего перекосило, будто это ему снова лимон в рот сунули.       — Пойдём, — прожевав своё сомнительное лакомство, Айкен обнял мужа за руку и потянул в сторону кухни, — пожарю тебе котлеток и картошечки!