За все нужно платить, Валькирия!

***

- Стив, хватит придумывать, никто нам не поможет, никакого Локи нет - услышала Лив голос старшего сына, и вздрогнула, уронив на пол многочисленные листы с записями. После выписки  из больницы и получения крохи божественной силы Локи, женщине стало немного лучше,  волосы отрасли, румянец вернулся, но головные боли не отпускали. А  еще она постоянно мерзла, ведь ей физически не хватало одного конкретного огня. Все свободное время Лив тратила на мальчиков, и свои записи, которые хотела оставить им после ухода из Мидгарда. - Нет, я его видел, видел! - кричал ее младший сын и Лив отправилась по  лестнице, к комнатам мальчиков, а из кухни вышел ее муж. Лив подметила, что Джек с каждым годом становился все полнее, это его не портило, но и  красоты не добавляло. Мужчина, после выписки жены  взял многие дела по дому на себя, и сейчас он, вытирая  жирные от мяса руки полотенцем, спросил: - Что у нас там происходит? Лив пожала плечами, а после попросила: - Успокой, пожалуйста,  Стива, а я хочу поговорить с Александром. Мужчина кивнул, и пошел первым, вынося из комнаты мальчишку в истерике. Лив старалась не смотреть на плачущего Стива, она обязательно поговорит с ним, но сейчас нужно было найти слова для Александра. Она сжала кулаки, и,  постучавшись в открытую дверь, спросила: «Можно?» - Мам это твой дом, ты можешь делать здесь все, что хочешь - зло сказал мальчик, и у Лив засвербело в душе.  "Бедный мой ребенок, как же я могла обречь тебя на такие страдания? Глупая эгоистка!" - Мальчик мой, это в первую очередь твоя  комната, и если ты не хочешь говорить, или видеть меня здесь, я уйду. Но я хочу тебе сказать, что я очень сильно тебя люблю.   Александр открыл глаза, подняв   свои огромные  и влажные ресницы, посмотрел на маму. В его взгляде была такая любовь, которая просто  сносила с ног. Женщина, интерпретировала его взгляд, как согласие, и села на край кровати, а  мальчик  сильно прижался к маме, и расплакался. Он так долго держал в себе всю эту боль, все осознание того, что мама скоро умрет, а сейчас разразился водопадом слез.  Александр плакал, так долго и так горько, а женщина гладила его по светлым волосам, доставшимся от отца, и пыталась забрать эту  боль, каким-то магическим образом втянуть ее в себя,  но это было не возможно. - Прости меня мальчик мой, за все страдания, за то, что уничтожила твое детство - стала говорить женщина, целуя сына в макушку,  а он удивленно поднял на нее взгляд, и стал лепетать, шмыгая носом, и захлебываясь от пережитой истерики: - Мамочка, ты не виновата, что заболела!  Я очень тебя люблю! Ты лучшая мама на свете, любишь, заботишься, и с самого детства даришь мне сказку. Лив еще сильнее обняла сына, и тот окончательно успокоившись только шмыгал носиком, и терся об нее, чем провоцировал болезненный спазм неминуемой разлуки. Лив все думала, зачем согласилась родить этих детей, она надеялась, что Всеотец даст ей больше времени, или что она сможет разлюбить Локи. Все это было невозможным, а скоро ей нужно будет навсегда покинуть этот мир. И больше никогда не иметь  возможности вот так сидеть со своими мальчишками, не видеть их выпускного, первой любви и первого разочарования, их трепета перед свадьбой, их счастья от рождения собственных детей. Лив ненавидела себя за то, что сотворила, за то, что ее сердце навсегда было отдано Богу Огня, а в этом случае всегда работала формула «Любить Локи = страдать», и никак иначе. Они просидели еще долго, но потом мальчик отстранился и сказал: - Мамочка, а расскажи историю. - Хорошо, только при одном условии, мы позовем Стива. Александр вздрогнул, и снова его глаза наполнились слезами, он воткнулся в мать и прошептал: «Я его обидел». Лив стала гладить своего сына и говорить, что Стив его поймет и простит, нужно только позвать. Но Стива и звать не нужно было, он давно стоял в дверях, и как только услышал, что мама будет рассказывать историю,  подбежал к ним,  и крепко обнял. - Мам, давай уже, рассказывай - стал кричать ее младший сын, и женщина, усмехнувшись, прижала своих детей, попутно перебираясь на середину кровати, увлекая их за собой. Но как только она готова была начинать рассказывать об очередной проделке Локи, услышала тихий стук, и голос мужа. - Можно  с вами? – спросил мужчина, чем удивил свою семью, ведь никогда не участвовал в их вечерних посиделках. Стивен счастливо улыбнулся, показывая папе, что очень рад. Мужчина лег на край кровати, притягивая мальчишку к себе, Александр прижался к маме, и женщина начала рассказ. Солнце уже шло к закату, в комнате становилось темнее, но на кровати лежало четверо счастливых людей.  Дети и муж слушали Лив, а она самозабвенно рассказывала о похождениях, того кого любила больше всего на свете. И впервые говоря о нем, она не чувствовала грусти, а была счастлива в этом моменте, со своей семьей, ведь теперь она знала точно, что   у них осталось слишком  мало таких вечеров.

***

Стук в дверь продолжался, и Локи наспех натягивая вещи, пошел  к ней, как и проснувшийся Сагр. - Как думаешь, кто там?- спросил ван, а Локи пожал плечами, на что травник закатил глаза,  и сказал – Зачем я тебя каждый раз пускаю, ведь ты  опять меня во что-то втянул? Как только Локи потянулся к двери, они услышали знакомый голос: - Открывайте уже, уснули там что ли! - Лиод? - в один голос сказали мужчины, и Локи открыл дверь, увидев за ней знакомую великаншу, в привычном одеянии, и с целым ворохом оружия. - Наконец-то, думала, умру от холода! – прошипела женщина, и, делая всех виноватыми, зашла. Она оглядела комнату,  сев за стол, выставила  руку, намекая, что в ней должен быть мед.  К этому монету уже подошел наспех одевшийся Улль, и испуганная Ангрбода в одной длинной рубахе, от чего Локи снова передернуло. «Нужно  учиться находиться с бывшей в одной комнате, иначе до добра это не доведет»- пронеслось у него в голове. Локи организовал для Лиод мед, а пока она пила, вся  компания терпеливо  ждала, чем же порадует их бывшая валькирия. Молчание затягивалось, женщина потягивала ноги, массировала их, пила мед, пока все стояли в дверях, и ждали объяснений. - Лиод, чем обязаны? Что-то случилось? – не выдержав, спросил Сагр. - Случилось – ответила великанша, и, встав, стала расхаживать по комнате - До меня доходят слухи, что мои давние друзья,  что-то замышляют, а меня после всего пережитого оставляют за бортом, это признаться  очень обидно. Кстати мое почтение Ангрбода, я, конечно надеялась увидеть здесь Лив, но и тебя рада лицезреть. А теперь присядьте и объясните, что происходит, и куда вы идете? И не волнуйтесь, слухи о вас мне принесли проверенные люди, они не сдадут. Все сели за стол и дали Локи, как главному рассказчику девяти миров объяснить сложившуюся ситуацию. Лиод слушала внимательно, иногда кивала, а иногда сжимала руки в кулаки. - Старый козел - вырвалось у нее, а когда Локи окончательно замолчал, великанша продолжила - не зря я ушла из валькирий, ну он совсем перешел черту. За что он наказывает Лив, когда нужно было наказать кое кого другого - повернулась она на Локи, и все наконец-то рассмеялись, кроме Ангрбоды. Ведьма итак чувствовала себя здесь лишней, а как пришла Лиод, и считай, напрямую выразила недовольство ее здесь присутствием, она совсем закрылась,  и хотела уже все бросить. Но потом вспомнила, что скоро может увидеть своих детей, и сомнения сошли на нет. Нужно было немного потерпеть, а после вернуть эту мидгардку в руки любимого мужчины, и с чистой совестью уходить в уныние и тоску Железного леса, трав, волков  и одиночества. - Так поболтали, и хватит, спать осталось совсем  немного.  Лиод,  рядом с Локи есть лавка, располагайся там -  почти приказал Сагр. - Обещаю, приставать не буду - сказал трикстер, ухмыльнувшись, на что Лиод, улыбнулась, и, развалившись на стуле, ответила: - Можешь попробовать, но тогда Лив незачем будет переходить в наш мир, ибо кое что овеянное легендами,  я тебе оторву. Все рассмеялись, а Локи надувшись увалился к себе на лавку, вскоре и остальные ушли спать, кроме Боды, которая  захотела прогуляться. Девушка вышла на улицу, намерено громко хлопая дверью, в тайне надеясь, что Локи выйдет за ней, но он мирно спал, и это  вывело ее из себя. Время шло к рассвету,  и она вдыхала свежий воздух, в надежде, что он залечит больное сердце. Она еще какое-то время постояла, а после поняла, что замерзла, и хотела уже уйти, но на ее плечи легла теплая жилетка. Ангрбода вздрогнув, повернулась и увидела улыбающегося Улля, еще раз отметив, как же хорош собой Бог охоты.  - Прости, что напугал. Я увидел, как ты ушла, и подумал, что скорее всего, замерзла. - Спасибо, а ты почему так  рано встал? - Я привык,  сейчас иду на охоту, хочешь со мной? Девушка кивнула, и улыбнулась, ведь на удивление компания Бога охоты была ей приятна. Они шли по лесу, Улль травил байки, не хуже Локи, великанша смеялась. Она так долго и много не смеялась уже давно, да наверное и никогда. В детстве было сложно и холодно, а потом появился Локи, который выжег любую радость Боды, сделав ее такой, холодной и грозной ведьмой. Она никогда не была по настоящему счастлива, или любима, а когда Один стал по одному забирать ее детей, вообще думала от горя сойдет с ума. А вот сейчас ранним утром, после тяжелой, и почти бессонной ночи, она идет в незнакомый и такой необычный  для нее лес, с Богом Охоты, которого почти не знает, и смеется как ребенок. Улль уже  давно был удовлетворен результатами охоты, но продолжал ходить по лесу, не желая расставаться с Бодой. Мужчина не ожидал, что бывшая Локи, мать хтонических чудовищ, грозная ведьма Железного леса, окажется такой приятной во всех смыслах женщиной. Она явно была сильно ранена Локи, он выжег своим огнем из нее всю жизнь, но  даже это ее не остановило в любви к нему. «Да что они все в нем находят?»- подумал Улль, но спросил другое: - Ты все еще влюблена в Локи? Вопрос был неожиданным, и не самым приятным для ведьмы. Она хотела пуститься в пространные рассуждения о том, что у них есть дети и вообще все сложно, но Улль прервал ее движеньем руки, и сказал: - Можешь не отвечать, но он не заслуживает тебя Бода, как и Лив, как и любую женщину которая умудрилась в него влюбиться.  Но мне хочется, чтобы ты была счастлива. Девушка хотела что-то ответить, но они услышали голос Сагра, который был возмущен тем, что они никак не вернуться, ведь нужно было завтракать, и отправляться в путь. Улль кивнул, они быстро добрались до хижины, приготовили еду и стали  переговариваться между собой. Все решали как же быть с Андвари, вряд ли он услышав имя Лив, даст им Скидбладнир, цверг совсем не такой, да и Локи с ними. - Локи, а ты вернул ему золото?- неожиданно спросил Улль. Все посмотрели на етуна, который стал заметно нервничать и ерзать на стуле, и ответа компании и не потребовалось, но Локи его дал: - Как-то было некогда в тот раз, но  я готов отдать сейчас. Все недовольно вздохнули, и стали ругать Локи на чем свет стоит, этот шум и гам  оставил незаметным то, как вздрогнула Ангрбода. Она почувствовала невесомое прикосновение к своему мизинцу, эта рука была не Локи, она была чужой, но не менее приятной. Девушка по характерной шероховатости пальца поняла, что это Улль, и кротко улыбнулась от неожиданной, но желанной ласки. Компания продолжила обсуждать то, как они смогут уговорить Андвари, а Ангрбода, отпустив все предрассудки, подвинула свой палец чуть ближе к кисти  охотника. Еще мгновенье и они были переплетены, девушка уже улыбалась во все зубы, ей было невероятно приятно это внимание. Улль же сам и не понимал, почему ему так в сердце запала ведьма, когда он увидел их вернувшихся из Мидгарда, и явную неприязнь Локи к ней, ему захотелось защитить Боду. Конечно, он знал, что Ангрбода не нуждается в защите, она сильная, коварная и могущественная  для всех, кроме Локи.  В отношении  него она всегда была слабой, как и сильная Лив, которая только заприметив рыжую макушку,  таяла как снег на вершинах Ётунхейма.  Но если сердце Лив навсегда отдано рыжему засранцу, то за раненую и несчастную Боду еще можно было побороться. - Значит, идем,  и будь, что будет, и  это наш план? - вспылил Сагр, а неожиданно спевшиеся Лиод и Локи, удивленно посмотрели на него, ведь для них это звучало, как  план. - Другой вопрос, как мы туда дойдем?- спросил Улль не расцепляя контакт рук, а только  убрав  их под стол. Он большим пальцем поглаживал ладонь  Боды, а девушка млела от этих нежностей. - Мы думали, ты проведешь!- сказал Локи, и, посмотрев на парочку, заметил их скованность и странность. Он ухмыльнувшись, продолжил - Или  у тебя  есть дела важнее? Улль вырвал свою руку из ладони Ангрбоды, чем немного обидел девушку и, закипая, хотел осадить  Локи, но увидев в его глазах беспокойство и  отчаяние, только  сказал: - Я думаю нужно идти по Иггдрасилю - По мировому дереву? Снова?- запричитал Сагр. «Да, в этот раз Один тебя не помилует»- закончила за него компания, и Сагр обиженно что-то пробурчал, удалившись собирать лекарства в дорогу. Лиод же полезла в свою сумку, и достала для каждого оружие,  мечи, стрелы, ножи, которые были, как всегда мастерски исполнены.   А когда ее рука потянулась за последним,   невероятной красоты мечом, она застыла, но потом сказала: - Говорю честно, я ожидала видеть здесь Лив, и этот меч был сделан для нее, но если Локи не против я отдам его тебе Ангрбода. Локи пожал плечами, состроив лицо, не выражающее никаких эмоций, ему было совершенно все равно, какой меч будет у бывшей женщины. Этого оружия  не касалась нежная ручка его валькирии, значит, он может быть, чей угодно. Когда все приготовления были закончены, они отправились к мировому дереву. По пути было решено заночевать в хижине Улля,  и идти дальше, ведь дорога была не близкой, а после бессонной ночи, всем нужен был отдых. Вскоре компания пошла по  тем же дорожкам, которые за последнее время они казалось, проходили сотни раз. Все те же тяжелые шаги Лиод, звенящей амуницией, все такой же задумчивый и ворчливый Сагр, но только неожиданно спевшемся Ангрбода и Улль, пленились сзади, рассматривая  растения и причудливых животных. А замыкал их Локи, который впервые ненавидел свое амплуа одиночки, ведь  ему очень хотелось идти рядом с Золотком, как в тот первый раз, когда ее занесло в Асгард. Ранее он никогда не испытывал привязанности, ему нравилось быть одному, прожигать свое существование,  жить божественно, вкушать мед, девушек, и не о чем не думать. Но сейчас это все было настолько глупым, пустым и невероятно пресным, что хотелось проблеваться. Локи еще раз взглянул на новообразованную парочку, изменившихся отношений, которых, почему-то кроме него никто не заметил, и  даже смог улыбнуться.   Наконец-то они дошли до Идалира, и тут стал вопрос, кто и где будет спать в этом маленьком домике,  ведь у Улля еле поместились трое путников, его дом никак не подразумевал нахождение там еще вана и великанши. После долгих и очень громких споров решено было поделиться на мальчики-девочки, и спать очень тесно, прижавшись, друг к другу.  Улль разочарованный таким решением,  ушел в лес,  охотиться, а через время туда пошла и Ангрбода. Нет, Улль не звал ее, она просто очень хотела навязать ему свое общество, а мужчина и не был против, когда заметил ее в тени деревьев.  Он шутливо пожурил ее, за то, что она прячется во время охоты, ведь так и стрелу получить можно.  Они какое-то время бродили по лесу, Улль рассказывал о своих владениях, но потом посмотрел на женщину, спросил: - Почему ты согласилась помочь? - Ты же знаешь причину, хотела увидеть детей, хотя бы один раз перед тем, как отправлюсь  к дочери! - Ну, это же не вся, правда - сказал Улль, заглянув в ее голубые глаза своими карими, и заставив щеки зарумяниться. - Сейчас это единственная правда – прошептала ведьма, дав понять, что другого ответа от нее ждать не стоит, да и Улль получил  все, что хотел, поэтому просто поплелся рядом. Они шли в молчании долго, но  почти подойдя к его дому, Ангрбода неожиданно повернулась, и спросила: - Что такого в этой мидгардке, что хватает только одного ее имени, чтобы вы пошли в любой из миров, и даже по Иггдрасилю? Улль хотел сказать, что Лив отличный друг, что она добрая, умная, красивая, смелая, но любое это слово ранило бы ведьму. Поэтому   вместо ответа Бог охоты сделал два шага к ней, и  впился в так давно не целованные уста женщины. После короткого замешательства, она  ответила на поцелуй.  Как же ее губы этого хотели! как давно ее никто не целовал! Она переборола стеснение и закинула руки мужчине на шею, а он прижал ее сильнее. Поцелуй длился долго, чувственно, но  не  перерастал в страсть. А когда дышать стало нечем, они отстранились друг от друга, и Улль, прижавшись к Ангрбоде лбом, сказал: - Мы поговорим об этом, я тебе обещаю! Ее глаза неестественно блеснули, а он взял ее под руку, и они вышли к явно недовольной, и желающей есть компании. Остаток вчера прошел мирно, ужин был быстро приготовлен и съеден, и компания какое-то еще время просидела у костра. Улль и Бода переговаривались и хихикали, Лиод разминала ноги и точила мечи, Сагр дремал, а Локи был неожиданно молчалив. Он не встревал в разговоры, ничего не ел, только пил мед, и смотрел на темный лес, вспоминая, как  Лив  боролась с алайсиагой, как хотела пойти с ним, как впервые одарила своей чудесной улыбкой.  Локи не заметил, как все разошлись, и даже потушили костер, решив его не трогать, но вскоре ему на плечо легла тяжелая и очень горячая рука. Это была не Лив, ведь у нее тоненькая, маленькая, и очень холодная ручка. Он  постоянно грел ее ладони и пальчики, а девушка хмурилась и жаловалась на щекотку. «Да что ж со мной такое? »- сказал он  достаточно громко, и услышал голос Лиод: - Подсказать или сам догадаешься? Локи, ухмыльнулся и уже собирался атаковать, но посмотрев в глаза Лиод, кивнул на свободное место рядом с собой. Девушка села, вытягивая свои могучие и пылающие ноги,  спросила о причинах беспокойства рыжего Бога. Он грустно вздохнул и уже собирался отшутиться, как резко стало противно от самого себя. «Шуточки кончились, Локи!»-  грустно подумал он и сказал: - Я не знаю, правильно ли то, что я делаю? Нужно ли это ей? Просто если нужно, я все миры снесу, чтобы она была счастлива. Но у нее там семья, дети, был шанс прожить нормальную, счастливую жизнь, так почему она не сняла кольцо? - О Сурт, говорю с Локи о любви, кто бы мог подумать - усмехнулась Лиод,  и продолжила - Она любит тебя, вот и не сняла это чертово кольцо. Мне неизвестно, почему она тебя любит, чем ты этого заслужил, но это правда. Я была с вами в том походе, и я видела глаза Лив, именно так  я смотрела на Труд, поэтому никогда и ни с чем не спутаю этот взгляд. И, если ты как всегда хочешь все бросить и уйти, то сделай это сейчас, только  знай, что я хоть в одиночку, но спасу Лив. А если ты не такой как о тебе говорят, то на рассвете будешь стоять с нами.  Выбор за тобой, плут! Лиод встала, и уже уходя, бросила: - И прекращай делать вид, что ты плохой, мы давно тебя раскусили.

***

Ночь прошла быстро, и на рассвете они  были  готовы  продолжать путь.  Внимательно осмотрев друг друга, они сделали первые шаги, а Улль тепло,  посмотрев на ведьму, и переплетя ее ладошку со своей, сказал: - Будь милостиво Мировое дерево, и помоги нам!