Last Night On Earth

      — Эй, оставь мне тоже! Это же последняя, — Тэхён с обиженным лицом уставился на Бомгю и протянул пальцы к сигарете. Тот в ответ лишь ухмыльнулся и, сделав ещё одну затяжку, передал сигарету другу. — Ты такой ребёнок, Тэ. Иногда бываешь несносным и вредным до ужаса, — Бомгю легонько ткнул Тэхёна в плечо, после чего ущипнул за щёку, — но при этом умудряешься оставаться таким милым и невинным. — Перестань, хён! Я не маленький уже, — Тэ отмахнулся с видом школьника, которого при друзьях начала обнимать мама.       Вот только вокруг не было ни души. Ближайшие люди скорее всего были к ним не ближе, чем на несколько сотен метров, сидящие в укрытиях и подвалах, будто это могло их как-то спасти. Иллюзия спасения и безопасности, как говорил Тайлер Дёрден. Надежда умирает последней, не так ли?       И их можно понять. Когда в канун нового года тебе с экрана телевизора высокопоставленные лица в строгих костюмах говорят, что не будет никакого нового года, потому что гигантский метеорит скоро впечатается в Землю, то надежда на то, что это мировой розыгрыш, до последнего затмевает суровую истину. Любые планы на жизнь в мгновение превращаются в мечты, которые никогда не сбудутся. Разбирайте чемодан, ваш отпуск не состоится. Хватит зубрить, выпускного не будет. Здоровое питание, медитации, пилатес? Не смешите. За оставшиеся дни лучше насладитесь добрым стейком с бутылкой красного полусухого. Веселитесь, танцуйте, трахайтесь, пейте и нюхайте. Не будет никаких небес, никакого ада. Мы уже давно стали безымянным пеплом.       Последняя ночь на Земле выдалась непривычно тихой для большого города. Жизнь как будто замерла вокруг в ожидании неизбежности. Не было ни гула автомобилей, ни отголосков предновогодней суеты, рекламы, громких голосов, повсеместно распевающих бессмертные хиты Мэрайи Кэри и Джорджа Майкла (1). Вместо Feliz Navidad (2) только Fin de La Vida (3). В прохладной тишине было слышно лишь два негромких голоса на крыше одного из домов. Два парня лежали на старом матрасе, курили последнюю сигарету на двоих и болтали настолько обыденно и непринужденно, насколько это возможно в момент, когда огромный пылающий шар в небе ежесекундно становится ближе к тому, чтобы стереть существование целой планеты. — Тэхён… Ты когда-нибудь желал кому-то смерти по-настоящему? — Бомгю приподнялся на локтях и выжидающе посмотрел на друга. Тот отрешённо глядел в небо и мусолил оставшийся от сигареты окурок во рту. Спустя пару десятков секунд он наконец выплюнул его и повернулся лицом к Бомгю, который терпеливо ждал ответа. Сегодня никто никуда не торопился. — Да, — в больших темных глазах не было ни капли сомнения. — Кому? И почему? — Бомгю не удивился ответу. — Своему деду. После того, как отец бросил нас, этот урод всячески унижал её. Называл её никчёмной, никому не нужной, позором семьи. Хотя моя мама была хорошим человеком… — голос Тэхёна еле заметно дрогнул, — она старалась изо всех сил, работала в три смены ради меня. А дед только и делал, что измывался, сидя на её шее. Старый алкаш мог и руку на неё поднять. Я уверен, что из-за него она заболела. Тэхён замолчал. Он с усилием сглотнул и сжал кулаки до белых костяшек, таким образом сдерживая наступающие слёзы. Бомгю лишь тактично промолчал, давая тому время. Сделав глубокий вдох, Тэхён продолжил. — Мне было четырнадцать, когда я, вернувшись со школы, нашёл её без сознания в коридоре. Это был первый инсульт. У неё парализовало половину лица, одна рука практически не двигалась, а передвигаться она могла только с чужой помощью. Врачи тогда сказали, что если б помощь оказали хотя бы на полчаса раньше, то последствия могли бы быть гораздо легче. Я тогда впервые кричал от злости и бессилия. Ведь в тот день этот урод пьяный спал в соседней комнате. Понимаешь? Если б он снова не напился, то всё могло быть иначе, Гю, — Тэхён снова сделал паузу, собираясь с мыслями. Эмоции и нахлынувшие воспоминания неприятно захлестнули его. — А потом случился второй инсульт. Спустя всего пару месяцев. Пережить его у мамы уже не было сил. После похорон я почти сразу уехал в Пусан, чтобы больше никогда не видеть ублюдка, поселился у двоюродной тётки, а потом встретил тебя. Пожалуй, это лучшее событие в моей жизни. Спасибо тебе за всё, Чхве Бомгю. Ты хороший хён, — Тэ совсем немного приподнял уголки губ, но всё же это была улыбка.       Чхве Бомгю ничего не ответил. Он лишь потянул Тэхёна за руку и сгрёб в свои объятия. И это действие было необходимо обоим. Уткнувшись в пропахший сигаретами пуховик старшего друга, Тэ больше не смог сдерживать слёзы, а его спина стала дёргано вздрагивать при каждом всхлипе. Бомгю чувствовал, как под пуховиком две руки с силой цепляются за его футболку, отчаянно сжимают ткань, иногда царапая кожу. Он чувствовал сколько боли, отчаяния и горя в этом плаче. Чувствовал себя нужным этому человеку. Он мягко гладил Тэхёна одной рукой по затылку, а второй легонько похлопывал по трясущейся спине. Бомгю хотел было сказать что-то ободряющее, что-то вроде «всё будет хорошо», но промолчал. Они оба знали, что уже не будет. — Прости, что в последний день тебе пришлось наблюдать как я рыдаю, — Тэхён уже успокоился и теперь сидел напротив друга с красными глазами. — Не говори глупости. Ты не сделал ничего плохого или стыдного. Если хочешь, спроси меня тоже о чём-нибудь, — Бомгю потрепал Тэхёна по голове, и в этот раз его руку не пытались оттолкнуть, от чего его губы расплылись в самой добродушной улыбке. — У меня действительно есть для тебя вопрос, хён. Скажи, есть ли что-то, что ты не успел сделать, но очень бы хотел? — Что ты имеешь в виду? — Ну знаешь… Попробовать что-то, испытать новые ощущения. Может быть какие-то «взрослые штуки»… — лицо Тэхёна начало краснеть так стремительно, что это было заметно даже при ночном слабом освещении. Бомгю нашёл это удивительно милым. — «Взрослые штуки»? Хммм… — на несколько секунд старший задумался, будто сомневаясь, отвечать или нет. Но, решив, что либо сегодня либо никогда, уверенно произнёс, — да, есть кое-что. Я безумно хочу поцеловать тебя, Кан Тэхён. Прямо сейчас.       Не дожидаясь ответа от ошарашенного таким ответом парня, Бомгю вплотную приблизился к нему, заставив упасть спиной на матрас. Нависнув сверху, он осторожно опустился на локти, сократив расстояние между их губами до пары сантиметров. Тэхён всё еще не мог произнести ни звука, но и не делал ничего похожего на сопротивление. В его глазах читались удивление, любопытство и согласие одновременно. Бомгю сначала несколькими лёгкими касаниями создал первую хрупкую связь между их губами, и только потом укрепил её, целуя всё увереннее и глубже. Чувствуя отклик от чужих губ, он подключил язык, стараясь как можно нежнее исследовать рот Тэхёна. Водил изнутри по дёснам и зубам, толкался в щёки, обвивал, скользил, посасывал его язык… Их поцелуй длился всего пару минут, но обоим казалось, что целую вечность. Наконец, Бомгю нехотя отстранился и приподнялся, опершись на руки по обе стороны от головы Тэ. — Это было достаточно взросло? Тэхён смотрел на него снизу широко открытыми глазами, касаясь собственных всё ещё влажных губ кончиками пальцев, будто проверяя реальность того, что только что произошло. В его теле теплым бурным потоком разливалось чувство, до этого момента бывшее малюсеньким ручейком в самой глубине сердца. — Хён… Это было так… приятно. — Ты мне давно нравишься, Тэ. Ты самый добрый, честный и милый человек, что я когда-либо встречал. И я жалею, что не сделал этого раньше. Кан Тэхён, я… — Я люблю тебя, хён! — выпалил Тэхён, не дав Бомгю договорить. Он обеими руками притянул того к себе и неожиданно для самого себя уверенно поцеловал. Теперь их поцелуй был не таким целомудренным и неловким как в первый раз, теперь он был по-настоящему взрослым, поцелуем двух безнадёжно влюблённых людей.       Они несколько минут ещё целовались и обнимались, перекатываясь на старом матрасе. В какой-то момент Бомгю, лёжа под Тэхёном, приоткрыл глаза, а затем широко распахнул их и резко отстранил от себя парня, указывая на небо. Тэхён повернул голову и застыл. Метеорит начал входить в атмосферу и распадаться на более мелкие пылающие осколки. Это означало, что раскалённые до 7000 градусов гигантские космические обломки падали на Землю со скоростью 60 000 км/ч, готовясь стереть само существование этой планеты.       Когда один из обломков упал на горизонте в море, Бомгю крепко сжал руку Тэхёна.       Когда взрыв страшным гулом и вибрацией донёсся от второго, два парня поднялись на ноги, не разъединяя рук. Они поднялись на парапет крыши, держась друг за друга. Ужасающе сильный ветер почти сносил их, остро хлестал по щекам и завывал так сильно, что не было слышно собственных мыслей.       Даже когда порывы стали невыносимо резкими, два силуэта на фоне сотен падающих звёздных камней всё ещё крепко держались за руки. Им казалось, что это и есть вечность. Два голоса прокричали одновременно «Я люблю тебя!». Две пары губ в последний раз почувствовали жар друг друга. Два мальчишки вместе сделали шаг.       Яркие вспышки одна за одной продолжали озарять уже уничтоженную землю, продолжая превращать горы в песок, леса в золу, а моря в пар, когда две маленькие души превратились в пепел, смешались друг с другом и растворились вместе в космосе.