Разве можно уйти от любви?

- Антон Андреевич Шастун, вы должны мне рассказать всё до единого. Желательно не теряя даже малейшие подробности. Вы готовы? - Произнесла молодая, милая девушка в аккуратном, белом халатике. От неё пахло лавандой, блондинестые волосы были бережно уложены. Её голос пробирал до костей, до того он был нежный, тихий и ангельский. Ей хотелось рассказать всё, даже самые сокровенные тайны. Либо же это повлиял препарат? В маленькой комнатке не было ни звука, кроме отбивающих такт деревянных часов. Изредка жужала старая, одинокая лампа на потолке. Эту тишину нарушил хриплый и еле слышный голосок. - Да, всё же я готов. Задавайте вопросы - Шастун выговорил это через силу, громко вдыхая воздух через нос. - Чудно, начнём. Пожалуйста, вы можете описать мне как до вас домогался отчим? В каком возрасте это случилось, как началось и были ещё более близкий контакт с этим человеком? - Без единой эмоции, как запрограмированная спросила психолог. - Это произошло в подростковый период, мне тогда только исполнилось четырнадцать. Как вы уже знаете, моя мать была той ещё алкоголицей. Она могла безостановочно пить неделю, а то и месяц. В тот день, когда она привела отчима всё поменялось. Теперь он решал: буду ли я есть, смогу ли пойти в душ. Бывало что он не отпускал меня в туалет сутками. Но это не сравнится с тем днём, когда всё началось. Тогда был выходной, мать пошла шляться по "подругам", а я остался дома наедине с ним. Я сидел на диване, когда он подошел ко мне он смотрел на меня с минут пять - шесть. После чего он начал трогать моё колено, и быстрым движением перенёс свою тяжёлую руку мне на грудную мышцу. Я тогда очень испугался, я не знал что мне делать. У меня никого не было кто бы мог выслушать и помочь мне. После того дня он начал делать это регулярно, дошло до такого, что он трогал мою ключицу и клал мою руку к себе на половой орган. - В спешке, с заиками протороторил Антон - Извините, мне сложно про это говорить. Девушка пребывала в шоке, не сводя глаз с Шастуна она смотрела как будто через него. Да и у Антона глаза стояли на мокром месте, руки не слушаясь переплетались в замок, то и дело падая на стол или ноги. - Я, я напишу вам в какой день вам подойти. Мы проработаем с вами эту ситуацию, и постараемся искажить, а лучше подавить это воспоминание. Вы можете идти, если вам станет морально невыносимо, вы знаете мой номер - С выдохом выговорила врач, отводя глаза в угол комнаты. Молча, не проронив ни слова, Антон встал из за стола и неряшливо побрёл к выходу. Осень, яркие листья раскрашивают собой асфальт. Мрачные деревья неподвижно стоят, лишаясь своей одежды. Луч солнца пробирается через зловещие тучи. Радостно крича дети прыгают по лужам, запускают кораблик в плаванье. Превосходные дамы сидят на скамейке бурно с задором обсуждают новую серию сериала за стаканчиками латте. Милая старушка кормит бедных уточек на бережку реки. Только до Антона луч солнца не дошел, лишь только моросящий дождь и ветер терзают его душу. В голове раз за разом крутились касания, вновь и вновь, минута за минутой. Эти мысли преследовали его сознание, как и мокрая дворняжка с ошейником. Она до боли напоминала Тошу: грустные глаза, полные печали и воспоминаний. Потрепанный вид, усталость и не понимание. Сев на корточки и потрепав дворняжку Шаст произнёс: - Мы чем то похожи, дружок. Ты потерялся, но у тебя есть ошейник. Значит, ты кому то нужен, возможно, кто то тебя любит? Быть может, и я тоже стану любимым? - Задумчиво, как будто говоря эти слова человеку выдал парень. Собака каким то по истине человеческим взглядом посмотрела на Антона, после чего развернулась и что есть сил побежала вдоль парка. А Шастун как ума лишённый на корточках продолжал смотреть вдаль, вслед за рыжей, кому то нужной собакой.