Страх воспоминания

      Противный и резкий звук от кармана на липучке «ездит по ушам», будто бы фура пронеслась рядом с твоей головой. Нет, даже целая полоса машин. Настолько уж это было похоже на то, когда ты впервые опробовала УЛАН на себе. Ты давно не слышала что-то кроме своих любимых радиостанций, но иногда даже не можешь уловить стук собственного сердца. Что уж говорить о банальном дыхании или твоих смешках над шуткой ведущего? Это чувствуется так, будто бы тебя выкинуло из мира.       Эхо в пустом помещении очередного склада помогает тебе вернуться из мыслей и вспомнить, почему же ты несколько лет не проверяла этот кармашек. У тебя не было дурной привычки хуже, чем эта. Ты хотела, желала забыть, что именно сподвигло хранить эту нелепую для тебя вещь так близко к сердцу. Так ответь себе сама, почему поступила именно таким образом?       Нет, ты не готова к жутким воспоминаниям, которые исказились со временем. Вообще все твои события из жизни поменяли твою память. Перевернули все с ног на голову, сваливая все это на тебя. Боишься протянуть руку вовнутрь, будто бы вещь там тебя сожрет. Но нет, страх лишь на секунду, и ты набираешь воздух в легкие так, будто бы до этого тебе сдавили шею. Успокаиваешься окончательно и видишь, как память кидает тебе отрывки из давно забытого прошлого, заставляешь себя прикрыть глаза для лучшего представления...       Провал, к сожалению. Воспоминания, будто бы рисунок на кофе, размешали в неясную жижу, поэтому тебе не удастся ничего разглядеть. Ты слышишь свой тихий вздох и хруст жилетки, пока тянешься к карману. Что-то шершавое, тонкое, чуть ли не режет кожу на пальцах от неловкого движения. Хватаешь и вытаскиваешь, попутно осматривая предмет. Это письмо.       Желтоватая бумага с расплывшимися темными пятнами от чая и знакомый запах навивает тоску и жуткую печаль, которая своей мощью опускает твои плечи. Чувствуешь бессилие, но держишься так, будто ты столетний дуб. Убираешь свободной рукой волосы с лица, которой же разворачиваешь письмо, сложенное, примерно раз восемь.       Кривой почерк из-за быстрой скорости написания еле-еле можно прочесть. Некоторые буквы не дописаны, а в каких-то местах чернила вообще пропали. Целые предложения как будто лишены смысла из-за невнятных сравнений и слов, смысла которых автор точно не знал, пока все это писал. Везде капли от чернил из сломанной ручки, добавляющие некое ощущение того, что автор слишком куда-то спешил, будто бы в тот момент это письмо важнее всех происходящих вокруг него событий.       Чувствуешь ком в горле, понимая, что это письмо было адресовано тебе. Ты вспомнила, кто был автором.

      Ты.

ㅤ       Чувствуешь, как в нос бьет запах свежести, несущий с собой соль, из-за которой хочется закрыть глаза. Ноги мокрые, на дрожь и мурашки на них пробивает сильный ветер, дующий в спину, разлохмачивая рыжие яркие волосы. Хочется сжать пальцы на них, чтобы почувствовать песок, даже хотя бы один камень, выкинутый из воды на берег. Буквально мечтаешь забыться в ощущении. Остаться тут, заснуть навсегда.       Но ты чувствуешь неожиданное тепло на своем теле. Поворачиваешь голову и видишь руку. Большая, мягкая ладонь гладит по предплечью, разглаживая складки на твоей легкой одежке. Рука мозолистая, в царапинах и легких шрамах, но с аккуратно подстриженными короткими ногтями. Поднимаешь взгляд, чувствуя, как улыбка ползет по твоему лицу вверх. — Мам? — невинно смотря на женщину, стоящую рядом с тобой, произносишь чуть-ли не шепотом, боясь спугнуть ее. Знаешь, что не спугнешь.       Ладно, ты надеешься на это, но в тебе есть немного уверенности. Кладешь ладонь на чужую руку, поворачиваясь лицом к лицу к самой любимой для тебя женщине. Не веришь даже своим глазам, своим пальцам и ушам. Ты так давно ее не видела, малышка.       Твоя мама всегда уезжала в долгие рейсы, и чаще всего без определенного срока. Ты никогда не знала, когда же она появится на пороге вашей квартиры. Когда обнимет тебя за плечи, как в первый раз. Когда уткнется тебе в макушку, целуя тебя туда. И когда начнет рассматривать твои маленькие ручки, делая короткий массаж. Ты для нее весь мир, как и она для тебя. Ты хотела стать похожей на мать, но лишь повторила ее судьбу, переняв лишь некоторые привычки.       Обнимаешь ее, боясь отпустить. Вновь потерять на несколько месяцев, как и бывало. Ты привыкла ее не видеть, не чувствовать любви от обычных объятий. Ты растешь, учишься и общаешься, чтобы она гордилась тобой. Она всегда хотела, чтобы ты была сильной, но и творческой личностью. Но то, что ты пошла по ее стопам в работе, ей не понравилось. Настолько, что из-за этого вы перестали общаться. Вовсе потеряли какой-либо контакт. Ты этим недовольна, но смирилась с потерей.       Стоите в прохладной воде, которая постепенно нагревается под тяжелыми лучами солнца. Песок на твоих ногах почти засох, ожидая, когда же его смоет очередной волной соленого моря. Твои руки на ее талии, а ты поджала голову к плечам, оказываясь к родной душе ближе. Чувствуешь, как на твоих глазах собираются слезы, но освобождаешь руку из собственной хватки и смахиваешь капли. Ты не слабая, просто не хочешь ее расстраивать. От твоих действий маленькая сумка бьется об ноги, напоминая о себе. Ты всегда носишь маленький дневник, больше похожий на нелепый блокнот без обложки.       Постоянно пишешь свои заметки о том, как прошел день. Кто с кем из соседей поссорился, что ты ела и чувствовала. Ты маленький писатель, который начитался взрослых книг и пользуешься любым запомнившимся сравнением или нелепой метафорой. Хочешь пойти в этом направлении, хоть еще и не видишь себя в будущем, что и хорошо, наверное. Тебе в этом моменте лет десять, верно? Нет, даже двенадцать.       Отлипаешь от мамы, доставая из сумки блокнот и протягиваешь ей самое сокровенное, что у тебя вообще есть. Она улыбается и кивает, молча забирая его из твоих еще не огрубевших рук. Читает с той страницы, на которой закончила еще месяцев пять назад. Мама садится на берег у воды, буквально под твоими ногами. Ожидает, что ты присядешь рядом, что ты и делаешь, не боясь запачкать сарафан и шорты под легкой тканью сверху. Следишь за текстом, который она сейчас читает, с интересом заглядывая в ее лицо. Пытаешься понять, что она чувствуешь прямо сейчас. Вы сидите так минут пятнадцать, пока она не закончила читать твои заметки о приключениях.       — Тут есть несколько ошибок, но это чистая формальность. Запомни, светлячок, что эта метафора тут не применяется. Видишь? — Любопытные зеленые глаза смотрят на тебя, изучая твои мелкие веснушки и каждую эмоцию в твоих глазах. Ты не обижена на то, что она указывает на ошибки. Ты только рада этому, — Я тебе подчеркнула в тексте, где есть недочеты. Исправим при возможности обязательно, хорошо? — Конечно, мам. Спасибо большое, что помогаешь мне с этим, — улыбаешься чисто, словно небо без облаков, и берешь под руку свою родительницу, греясь вместе на солнце.       — Глупышка, за что ты благодаришь? — удивленно смотрит, будто огромную осу увидела, но тихонько смеется и меняет тему, укладывая свою голову на твою, — У меня к тебе задание. Как раз будешь еще больше развивать свои навыки в писательстве.       Коротко киваешь, забыв о том, что мамина голова сейчас на твоей. Возвращаешься в прежнее положение, смущаясь от своей глупости, и кидаешь тихое «Угу».       — Напиши самой себе письмо. Сейчас ты можешь не замечать ошибок у себя самостоятельно, но через несколько лет, как ты вновь раскроешь письмо, то сможешь себя исправить. Разве не здорово?       Чувствуешь, как начинаешь светиться от счастья. Идея вдохновила тебя настолько, что ты радостно смеясь вскакиваешь с песка. Целуешь маму, как успеваешь, и берешь блокнот. Бежишь к большому камню чуть дальше от воды, чтобы написать под легкий фоновой шум все то, что хочешь. Ты благодарна настолько, что через весь пляж кричишь маме о том, что любишь ее. В ответ лишь теплая, греющая душу, улыбка.       Пишешь, в красках описывая каждый закат и рассвет, который тебе настолько любим. Пару строчек о маме, пару слов о любви к себе. Сравниваешь ярко, будто ты пишешь пейзаж, который несравним со всеми картинами мира. Твой рассказ неповторим, хоть ты и уверяешь себя в обратном. Заканчиваешь с текстом, но понимаешь, что чего-то не хватает. Жрущее чувство пустоты нагнетает, так как у тебя уже совсем не осталось фантазии на что-то.       Но... Идея! Тебя будто осенило, поразило стрелой с примерами последних строк. Будто бы картинки в голове преобразовались на листке бумаги. Ручка, вся в пятнах от чернил, сама тянется к бумаге, оставляя несколько следов. Пишешь рвано, косо и быстро, но тебе не принципиально. Важнее всего — написать.       Ветер сдувает края листов и пряди волос, мешая юному писателю тренироваться. Слышишь шаги и после замечаешь тень над собой. Мама, наклонившись к твоему творению, внимательно изучает каждое слово. Улыбается искренне, как и всегда. Поднимаешь голову, ожидая всплеска эмоций и хоть какую-то реакцию, но получаешь лишь руку, которая гладит тебя по щеке. Ты знаешь, что тебя похвалили даже без слов. Этот жест принадлежал только вам. Истинный смысл понимали только вы вдвоем во всей Вселенной. Вот настолько вы дороги друг другу. ㅤ ㅤ       Открываешь глаза, будто от очень долгого и мучительного сна. Ты даже сама не понимаешь, что именно с тобой произошло, но знаешь, что подсознание кинуло тебе очень злую шутку. Ты многое забыла, особенно из таких ранних периодов собственной жизни. Вина за это тебя не покидает все время, как бы тебе не хотелось почувствовать хоть раз свободу. Ты и свобода — параллельны. Надежды обречены на провал, знаешь же.       Наблюдаешь за тем, как пылинки летают на свету, которое пробивается из маленького прямоугольного окошка. Такие непринужденные наблюдения помогают тебе вернуться в адекватное состояние. Не чувствуешь собственных рук, будто бы ты замерзла и стояла так несколько лет. Неподвижно, одиноко и тихо — вот примерно и твой образ жизни даже.       В неведомой панике двигаешь руками так, будто на них что-то липкое и противное. Письмо будто бы оказывало на тебя какой-то эффект, который ты до сих пор понять не можешь. Ты не боишься, не трясешься в припадке. Ты выше этого же, верно? Выдыхай, ты просто вспомнила детство, но твоя память исключила весь негатив. Тебе так лучше, так легче. Смирись.       Или нет, не смирись, а начни все крушить и рвать, надеясь на то, что вспомнишь хоть что-то. Ты наивная до жути, и выглядишь, как брошенный щенок в луже. Хочешь бороться? Так бейся до последнего вздоха. Но против чего война?       Против письма. Против того образа, о котором ты вспоминаешь из раза в раз. Тебе не больно, не плохо и ты знаешь, что тебя не схватит инфаркт от каких-либо проблем. Стой. Подумай, что тебе делать. Вдох, выдох и снова вдох. Солнце предательски бьет тебе в глаза и ты жмуришься, сжимая пальцы на руках от мелкого чувства злобы. Хруст бумаги и ты вздрагиваешь, распрямляя тонкие пальцы. Письмо падает и остается в пыли.       Может, тут его и оставишь? Нет, так нельзя. Чувствуешь, что поступишь верно, взяв собственные воспоминания и сохранив их только для самой себя. Тебе не наплевать, что ты многого не помнишь, и ты хочешь разобраться в причине твоей «амнезии». Знаешь, что кто-то кроме тебя в это верит. Тебе становится легче дышать, и ты нежно складываешь письмо так, как оно и было до того, как ты побеспокоила его бренный сон в кармане.       Липучка вновь издает мерзкий звук, но ты не чувствуешь того же, что и в начале. Странная мысль в голове проносится с эхом — карман доволен своей наполненностью той вещью, которая тебе важна. И заметь, сейчас уже день, а ты не закурила ни разу.       Пора исправлять это недоразумение и отправляться в погоню за своими воспоминаниями. Удачи, мой маленький светлячок.