Ведьмы любят сумрак

Так сладок мед, что, наконец, и гадок: Избыток вкуса отбивает вкус. Не будь ни расточителем, ни скрягой: Лишь в чувстве меры истинное благо.

Цитата из книги «Ромео и Джульетта»

—Ты готова?— Алессандра тихо открыла дверь и зашла в комнату.       Я мгновенно оторвалась от цветочного горшка с землей, который стоял передо мной. Применяя силу и следуя указаниям Алессандры, я пыталась вырастить хоть что-то, хотя бы сорняк или травинку. Встав с деревянного пола у самого окна, я с силой пнула горшок так, что он полетел в противоположный конец комнаты и угодил прямо под ноги к ведьме. —Это бесполезно!— простонала я на итальянском потерев переносицу. —Дай себе время, — ведьма подняла пластиковое ведерко и проведя над ним рукой легким жестом она заставила показаться из земли слабому ростку. —для этого нужно набраться терпения.— через несколько секунд, охваченный зеленым светом росток превратился в пышную садовую розу.—Для того чтобы сотворить что-нибудь, ты должна чувствовать внутри искорку, вспомни что сказала Элиза, счастье, радость. —Я счастлива, а как же иначе— саркастично подметила я, затем вздохнула и прикрыла глаза на секунду. —Прошло уже три месяца, а я не уверенна что готова.       Погода за окном радовала свойственным для миланской середины декабря холодом, но мне не было до неё никакого дела. Мне вообще последнее время мало что поднимало настроение. —Если сегодня получится заручится поддержкой старейшин, уже завтра мы можем отправится на Сицилию. — подитожила я. —Ты много работала, я научила тебя практически всему, они знают это — Алессандра подошла ближе и поставила горшок на письменный стол, аккуратно поправляя шарф на тонкой шее. Её движения как всегда были пропитаны элегантностью. —Виктор тоже знает, он опасается перемен. Особенно после того как старейшины дадут добро. А они его дадут. —ведьма была невозмутима. Я ничего не ответила и лишь выдохнула. Три месяца назад.       Я положила трубку. Прислонившись в кирпичной стене в незнакомом мне переулке и даже городе, я не могла пошевелится. Тело онемело, руки, ноги, голова не соображала, а из глаз кажется текли слезы, а может это был дождь, я не знаю, ничего не чувствую. Я знала что я сделала. То было не сожаление, не раскаяние, то было гадкое чувство предательства, смешанное со страхом. Я совершила ошибку, не сейчас, а два года назад. Я пришла и осталась, позволила себе привязаться, пустить корни и проявить чувства.       Звуки ночного города немного пробуждали, звуки скользящих по лужам машин, гудков, разговоров. Я не знаю был ли это Форка, Порт-Анжелик или ещё что-то в близи дома. А был ли у меня сейчас дом или история начинается заново? В любом случае туда я больше не вернусь. Я утерла слезы рукой, отстала от стены, закуталась в свитер, потому что другой одежды у меня не было, но из переулка я выйти не успела, тонкая холодная рука схватила меня за локоть и мы в мгновении ока переместились в другое место. Я не успела среагировать, после качественной встряски я упала на колени в какой-то комнате, может это был дом, может подвал, может квартира. Мне было все равно я бы сейчас обрадовалась любому сухому помещению. —Добро пожаловать, Мари. Сейчас       Дорога, дорога, дорога. Парки, скверы, дома. В городе бурлила жизнь, шумные итальянцы перекрикивали друг друга на улицах, туристы толпами слонялись от одной достопримечательности к другой. Скоро рождество и Милан окутает снег, город погрузится в хлопоты предстоящего праздника. Из каждой лавки, каждого магазинчика будут доносится дурманящие ароматы Пандоро ди вероне, пантеоне и баранины в вине. Итальянцы, как никто другой понимают значение этого праздника.       Я медленно проходила по Корсо Маджента, пряча руки в рукава зимнего пальто, что окутывало мое лицо своим высоким воротником. Я скучала по Италии, скучала по климату и менталитету. Жаль только то, что у меня нет времени всем этим наслаждаться, сейчас на моих плечах лежит слишком много хлопот. Каждый день меня тревожит одно и тоже, кажется, что сжечь мосты не достаточно, а может я просто создала иллюзию их полыхания. Ведь на запястье все еще болтается тоненькая ниточка, шею украшает кристалл. Эти безделушки были тем единственным, что я позволяла себе вспоминать. Никаких имен, никаких лиц, они стерлись, испарились из памяти и словно прах были развеяны по ветру моими нынешними обязательствами, моей новой ролью, моей новой жизнью. И вновь я тяжело дышу, а где-то глубоко в душе один за одним словно светлячки гаснут огоньки. Советы Элизы конечно помогали …иногда.       Пройдя чуть дальше и пару раз завернув за угол, передо мной показалась старая католическая церквушка. Она была как бы спрятана от посторонних глаз. Помятая, с небольшим классический шпилем, выделанная белым камнем, по бокам виднелись облупленные фрески Мадонны, трех уравнивая, её окружала старая ржавая калитка с довольно мрачным садом. Я прошла внутрь и остановилась у массивных деревянных дверей с позолоченными железными кольцами. Спокойно, ты это уже делала. Сколько бы раз я не входила сюда, меня всегда будет пронизывать страх. Не из-за той мрачной атмосферы, что навивало наружное если можно так сказать убранство, скорее потому что церковь была пропитана магией. Она сочилась из каждой щели, каждой трещинки на ступеньках и стенах. В садике позади неё раскинулось кладбище, такое же старое как здание. По мимо магии, я чувствовала души, а вернее их энергию, вот только то были не живые.       Справившись с дрожь я резко открыла дверь, за ней было настолько тихо что, мое дыхание отражалось от стен эхом. Войдя внутрь, то, казалось бы снаружи, крошечное пространство главного зала церкви мигом превратилось в длинный темный коридор. Иллюзию создавали профессионалы, сняв с себя шарф, я быстрым шагом проходила по уже знакомым закоулкам. Мои холодные пальцы скользили по каменным стенам оставляя за собой еле заметные линии света. Это было нужно, чтобы отдать дань этой старой церкви, звучит как бред, но магия, порой, действительно кажется бредовой.       Петляя по коридорам я наконец вышла к еще одним дверям, не таким большим, но все же мрачным. Я толкнула их и оказалась в молитвенном зале. Классическом для католической церкви, с алтарем, куполами, деревянными скамейками. Меня там конечно уже ждали, хоть я и не видела никого, зал был абсолютно пуст. Пройдя внутрь я шумно выдохнула, через вытянутые витражные окна практически не проступал солнечный свет, но по всему периметру зала на стенах и потолке находились свечи в подсвечниках. Я села на отведенное мне место на ступеньках у самого алтаря и замерла в ожидании. Сначала это был небольшой сквозняк, волосы немного вздрагивали от дуновений ветерка, которого здесь быть не должно, но уже через секунду в зале в один момент зажглись все свечи, а передо мной появились пять фигур, в светлых мантиях они величественно и гордо разошлись по своим места не обращая на меня ровно никакого внимания. Деревянные молитвенные скамейки превратились в круг из высоких стульев на подобие тронов, их было шесть, для каждого из старейшин.       Большинство из них были не так уж и стары, трое мужчин и двое женщин, их идеальные лица на первый взгляд не выражали ровным счетом ничего. Самым возрастным я бы назвала мужчину (хотя скорее дедушку), сидящего посередине. Он был не очень высок, однако хорошо слажен, его волосы пронизывала седина, а глаза…Глаза у него были необыкновенно мудрыми такими как будто он видел уже очень много всего, но интерес к жизни не потерял, наоборот. Казалось что в о одном лишь его взгляде можно было разглядеть все те амбиции, что он хранил внутри. Его глаза были оранжевыми, как закатное солнце или спелый апельсин. Мне всегда казалось, что из всех он был самым рассудительным и скрытным. Этого мужчину звали Джованни.       Слево от него гордо восседала темноволосая смуглая красавица лет тридцати пяти, будто из старого итальянского кино с Челентано, её точеные черты лица, глаза цвета бордо и строгие брови, как и звучное имя Моргана, говорили о крепком характере и твердых намерениях. Она была единственной, кто посматривал на меня, однако, то был скорее оценивающий взгляд, чем недовольный.       Рядом с ней, с краю восседал мужчина, высокий и довольно молодой, Алессандра рассказывала мне о нем, говорила что из всех он самый вспыльчивый несмотря на миловидную внешность и лазурные глаза, его руки как и шея были усеяны шрамами, еле заметными, но частыми порезами, его имя было Франко.       Оставшиеся двое брат и сестра, сидевшие с другой стороны от       Джованни, были самыми молодыми из всех. Девушка Элиза светилась добром, её маленькие округлые черты лица, брови пухлые губки и мягкие добрые глаза, они были желтыми как солнце или маленький цыпленок, она излучала тепло. В клане она являлась главным лекарем и специализировалась именно на лечебной магии, нежели чем на боевой. Это было хорошо заметно по её телосложению, мягкие округлые формы и нежный характер, я чувствовала как от нее исходит что-то теплое, напоминающее дом. Признаться, я пропиталась к ней уважением. Её брат - Данте того же возраста сидел тихо, такое чувство, что он растворялся в воздухе. Его взгляд не был безжизненным, скорее спокойным и умиротворенным.       Все они - пятеро старейшин собрались в этой старой церкви ради того, чтобы решить достойна ли я войти в клан. С одной стороны это даже унизительно, ведь это мое место, мое по праву рождения, по крови, однако есть и нюансы. Моя южная примесь крови не дает покоя не только Виктору, но и северянам. Одни сомневались, другие же просто боялись, их чувства были открыты, лежали передо мной как на ладони, стоит лишь протянуть руку и погрузится в пучину их эмоций.       Старейшины молчали, все мы были в ожидании прибытия нынешней главы клана, такова традиция. Вдруг дверь распахнулась и в церковный зал ритмично и гордо прошагала Алессандра. В отличие от других присутствующих, одета она была не в темно-синюю мантию, а в чисто белый плащ. Её лицо было расслабленно, а подбородок поднят, она действительно отражала свой высокий статус.       Ведьма, пройдя и встав перед старейшинами спиной ко мне, поклонилась, отдавая дань, и прошла на свое место с краю. Джованни кивнул, словно этого жеста все и ждали пока он даст свое разрешение начать. Вся процессия напоминала мне зал суда. —Добро пожаловать, Мари— начал первым Джованни, его низкий и немного хрипловатый голос прозвучал весьма властно —Все мы безмерно счастливы, что ты наконец нашла свой дом, вернулась, чтобы выполнить свой долг. Каков твой запрос, дитя?       Я встала со ступенек у алтаря и подошла ближе к ряду кресел, медленно склонив голову. —Спасибо вам, как бы я не была счастлива наконец вернуться к истокам, я посмею просить у вас право вступить в северный клан, а так же право на владение ночным кинжалом— изложила я суть.       Краем глаза я видела подбадривающий взгляд Алессандры, который пусть и не много, но добавлял мне уверенности. —Почему же сейчас?— подала голос Моргана —Насколько нам известно Лесси пришлось долго тебя убеждать в необходимости данного выбора— она словно ястреб рассматривала меня с ног до головы.       «Лесси» такое непривычное обращение давало понять, что Моргана ставит себя если не выше, то хотя бы равной Алессандре. Я не показывала никаких эмоций, оставшись невозмутимой, продолжила играть свою роль. —Я действительно долго упиралась- подтвердила я её слова прежде чем начать нападение —Однако, как вы правильно заметили, это, действительно, необходимость— Я обращалась сразу ко всем— С самого детства я боялась себя и своих сил, но мне выпал шанс на то, чтобы в этом разобраться и наконец понять свое предназначение. Заняв место среди мне подобных я смогу направить свои силы на что-то полезное, смогу принести если не мир, то хотя бы равновесие… —Мир?— скептически отозвался Франко —И что же дочь Сантино подразумевает под миром? Неуж-то дружбу с вампирами? Нам известно о твоем прошлом, Неро— насмешливо и с долей отвращения выплеснул немолодой маг. Я знала что они попытаются вывести меня на эмоции, поэтому не стали реагировать. —Война - никогда не значит ничего хорошего. Она уносит жизни и причиняет боль. Возможно я и мечтаю о том, чего никто не делал, но думаю нам стоит попытаться, ведь это в нашей сути, в том кто мы, мы призваны соблюдать баланс и защищать людей, а не тратить ресурсы и время на бесполезные войны с вампирами.       Элиза радостно заулыбалась, эта девушка в отличие от других даже не пыталась быть отстраненной. Она стала вопросительно глядеть на Джованни. Тот, будучи слишком серьезным, чтобы уделить ей хотяб толику своего внимания, похоже, уже обдумал свой ответ. —Меня радует то, как чиста твоя душа, дитя.— он медленно перевел взгляд с меня на Алессандру —Мир прекрасен, однако в нем нет спасения как нет и справедливости.— мужчина встал со своего места и стал медленно расхаживать по залу под пристальными взглядами остальных. —Ночной кинжал был и остается не только единственным способом защиты для нам подобных, но и символом. —Под защитой подразумевается лишь защита пока кто-то не начинает злоупотреблять её силой.— мои слова были рискованными. —Верно— хмыкнул Джованни. —Поверь нам, Мари, мы тоже не хотим раздора в мире— подал голос Данте и поднял голову. —Но если эта война продолжается так долго, если на протяжении всей нашей истории агрессорами выступали отнюдь не ведьмы, не должны ли мы защищаться? Ты говоришь, что тебе нужен Ночной кинжал, но для чего? Как ты собираешься его использовать? —Данте, она умная девочка, дай ей шанс все объяснить— игриво промурлыкала Алессандра на что Моргана хмыкнула.       Я выдохнула, нет, это не суд. Больше походило на допрос с пристрастием. Вопрос от Данте звучал не столь же жестко как от Морганы, однако он был продиктован рационализмом, а не чувствами. У меня конечно был некий план, что я буду делать если получу кинжал, «когда получу» поправила я себя. В первую очередь мне нужно будет переговорить с Виктором и южанами, в идеале они должны поддержать идею. Из-за глупого магического закона я должна получить одобрение сразу от двух сторон причастных к созданию артефакт. Мы должны выйти из тени и жить мирно среди людей заключив мир с вампирами. Боже, о чем я думаю, раньше это звучало разумнее, но сейчас когда я собиралась рассказать все Данте, мой план кажется не умнее чем расписание в детском саду. —Как я поняла, в ваших руках он бесполезен, а в моих превратится в средство не только защиты, но и в знак баланса и созидания. Я нужна этому клану и вы это знаете!— закончила я и гордо вскинув подбородок и оглядев их лица.       Старейшины вслушивались в мои слова и не перебивали. —Не думайте, что раз уж я юна, то не отдаю отчета в своих действиях, я знаю ведьм и я знаю вампиров, я жила и в том и этом мирах достаточно чтобы сделать выводы. Я прошу у вас одобрения, потому что чту традиции, и я клянусь памятью своего отца, что моя сила лишь моя, что, возможно, я и не была воспитана в ваших порядках, но главное то, что сейчас я здесь. —Так на чьей же ты стране? Ведьмы, вампиры - кто?— объявил Франко.              Я хмыкнула. —Я на стороне гармонии.— Секундная пауза — А еще я знаю чего вы боитесь. Вы думаете, что моя сила может быть либо разрушительной, либо миротворческой, мои родители думали так же. Однако, я не продукт ваших страхов и надежды, мое имя Мари Неро!       Джованни улыбнулся краешком губ, я догадалась, что значит этот жест. Проверка пройдена, настал и мой черед войти в клан. Маг медленно подошел ко мне, его янтарные глаза вспыхнули, когда он положил свою руку мне на плечо, однако мельком он глянул на амулет висевшей на моей шеи, но я не придала этому особого значения. Я не пошевелилась, хотя и была заинтригована его действиями. Боковым зрением я заметила как Франко и Моргана о чем-то шепчутся, эти перешептывания сквозили сквозили сомнениями и насмешками. —Bene— Старейшина положил свою вторую руку на мое предплечье подняв рукав кофты. —Fortitudo, sapientia, et in aeternum tibi comites fient, et gens septentrionalis te proteget sicut tu illam.       Он повторил это слова, а затем к нам в центер медленно стали подходить остальные члены совета, их белые мантии словно снег окутывали и защищали от внешнего мороза, они говорили те же слова, затем обступили меня тесным кругом. В моменте я чувствовала себя не испуганной, не одинокой или уязвимой, я чувствовала, что эти ведьмаки не просто дают мне дозволение, я почувствовала свет. Это дало мне надежду, но не смотря на то, что воздух становился все тяжелее и тяжелее я стояла с ровной спиной и жестким взглядом. От чего даже Моргана на секунду замерла. —Повторяй за мной дитя— велела она. Я кивнула. —Iuro ego magicam in me domum meam nunquam nocebit, quod nunquam coram inimicis meis infringat, et potestas per familiam meam data mihi non oblivione delebitur. —Клянусь— стоило мне произнести последнее слово, как кожу на руке которую все еще держал Джованни обдало холодном, будто ледяной ожог из которого медленно стал вырисовываться символ. На бледной коже стали появляться тонкие голубые линии которые сплетались во что-то на подобии полярной звезды, внутри которой четыре дуги сплетались в одну. Это был не просто знак правящей династии северного клана, а индикатор того, что сила рода во мне не угасла а продолжает рости, такой символ невозможно подделать, такой можно только родится.       Я ахнула, но не от боли, а скорее от удивления. Взглянув на Алессандру и её победоносное выражение лица говорящее «я и не сомневалась» я поняла, что я там, где меня приняли, там, где мне суждено быть с самого рождения, так потух еще один огонек. —Предки приняли тебя, добро пожаловать в Северный клан, Мари Сандрия Неро! Форкс три месяца назад. —Что ты натворил!— Розали бросилась на стоящего подаль Эдварда, её свирепый взгляд совершенно не сочетался с ангельской внешностью. Она откинула вампира в другую сторону гостиной, тот даже не сопротивлялся.              Секунду остальные не пытались ей помешать потому что знали, она ушла и виноват в этом был только Эдвард. Они знали почему он сказал эти обжигающие слова и что через секунды он тоже покинет их. —Ты, сукин сын, как ты мог такое сказать? Она ведь тебе поверила!— Розали прокричала это и вновь бросилась на него, однако на этот раз её остановил Карлайл. —Успокойся, Роз— он задержал блондинку мертвой хваткой —Этим ничего не исправишь.— сказал вампир. Его обычный спокойный тон сейчас был пронизан горечью, как необычно даже для него самого.       Эсми внутри металась между ними и мыслями о дочери, её сердце, словно разбитая и вновь склеенная хрустальная ваза, кажется, вот вот снова расколется на маленькие кусочки. Она застыла, это было совсем ей не свойственно, хоть она и была вампиром, из всей семьи Эсми меньше всего на него походила.       Эдвард уловил мысли матери, от чего ненависть к самому себе стала не просто огромной, она стала всепоглощающей, он встал, стараясь не смотреть никому в глаза, особенно в родительские. С самого первого дня своего существования в образе чудовища рядом с ним был его отец. Не человек, но честный, добрый, терпеливый и бесконечно мудрый. Эдвард был готов сделать все что угодно, чтобы Карлайл им гордился, однако сейчас… Его мир был расколот, растоптан в пыль им же самим. Он знал, что если уйдет то никто не будет его останавливать, и да, Эдвард был этому рад.       Когда дверь за ним захлопнулась, постепенно вампиры начали отходить от шока. Сначала Эммет тихо выругался назвав брата последним ублюдком и кажется обсыпав его мысленно всеми проклятиями, которые неприлично произносить даже про себя, но все же отметил, что будет скучать. Сильно.       Затем Джаспер, он взял руку Элис, тонкой и хрупкой, которая плакала бы если бы не вампиризм. Снаружи он не выразил эмоция, но внутри горел, от злости, чувства предательства разочарования и вины… Ему казалось, что даже за все годы кровопролития, садизма и холодной расчетливости он не чувствовал себя таким растоптанным.       Розали освободившись из рук отца, быстро поднялась наверх и захлопнула дверь. Она не просто злилась на брата за его слова, она словно ненавидела человека отнявшего у неё семью.       Когда все разошлись, в гостиной остались только Карлайл и Эсми. Вампир всю чувствовал, о да, он чувствовал гораздо больше чем показывал. А еще он помнил, помнил как нашел Эдварда умирающего, как привязался к нему, помнил страдающую и отталкивающую его от себя Эсми, которая сжимала крохотное одеяльце своего покойного сына, Карлайл помнил как нашел Мари, как привел домой и увидел в ней первым то, что не видел до него никто, он увидел ребенка, свою дочь, он помнил как она впервые назвала его «папа», неосознанно, когда уснула в машине, или как она могла загнать его в ступор одним единственным вопросом. Она была удивительной и она была и всегда будет их частью. Карлайл хотел догнать, найти, приволочь обратно силой если потребуется, но понимал, она не хочет, чтобы её искали и все же он попытается. Потому что она была его ребенком, а за своих детей принято драться. —Как думаешь, она вернется?— спросила шепотом Эсми поднимая взгляд от входной двери на мужа.       Карлаил молчал, он впервые не знал что сказать. —Я не знаю, Эс…— так же тихо ответил он. —Но ведь она простит его, так? Вспомни сколько раз наши дети ссорились. Я знаю, она вернется, они оба вернутся!— Эсми пыталась быть сильной, пыталась лелеять надежду. —Скорее всего она уже простила, но вот забудит ли? Никогда. Сейчас       Я вышла из дверей церкви, завернула за угол и прошла к старому кладбищу вдоль узких проходов и холодных могил. Я взглянула на символ на правой руке. — Вы знали что так будет?— я почувствовала, что Джованни стоит прямо за мной. —Я надеялся,— сказала он тихо.—ведь ты же его дочь.       Я кивнула и присела к серому гранитному камню проведя по нему рукой. Кладбище было не большим, однако довольно старым, некоторые могилы были настолько древние что уже не представлялось возможным прочесть имена. Я водила пальцем по каждой выемке на надгробии пока они не собрались в единое имя. «Сантино Федерико Неро 1416-1991» снова и снова я читала эти слова, эти даты и впервые за три месяца я позволила себе почувствовать тоску. —Этот символ значит, что магия северного клана приняла тебя — заговорил старый маг так, что его хрипловатый, но властный голос отражался от плит и сливался со звучанием ветра.— и не просто приняла, а признала наследницей, оружием. Сейчас как никогда ты должна чувствовать связь с предками, пусть они дадут тебе силы использовать её.— он сделал паузу —Кстати про связь…       Я непонимающе на него взглянула. На что он лишь слегка засмеялся и было в этом смешке что-то такое до боли знакомое, нет, оборвала я себя. —А ты и в правду не знаешь, ну конечно, ты еще не достаточно опытна— искренни удивился маг и кинул задумчивый взгляд на мой кристалл, черный на кожаном ремешке.— Такие кристаллы служат сосудами, а в последствии и индикаторами определенных чувств, когда-нибудь замечала, что он вибрирует или греется?       Я кивнула, понятно, теперь все понятно. —Ты отправишься на юг и отстоишь право на владение клинком, однако, как ты знаешь, стать частью того клана увы не сможет. Связь установилась.       Я и вправду чувствовала, это ощущалось теперь как невидимая нить связывающая меня с прошлым, с отцом, но не с ними обоими… —А разве он не вышел из клана прямо перед смертью? Как вы смогли похоронили его здесь?— недоумевала я. —Видишь ли, Санни был не просто магом, он должен был возглавить северян, стать их лидером. Федерико и София хоть и были непростыми людьми, они дали свое позволение, когда маг из правящий династии принимает решение уйти из клана, он сможет окончательно разорвать связь лишь когда все из его рода будут мертвы.— закончил он. —Значит они с мамой оставались связанными с кланами вплоть до…— я не договорила, не смогла. —Нет, только твой отец. Когда Луна вышла из клана все Форести были мертвы, она была последней, именно поэтому Виктор и смог стать тем, кем он является сейчас.       Что-то в этой истории меня смущало. Если Сантино был связан с кланом разве не должны были они помочь ему и его семье? И то как он говорил о Викторе, он чувствовал ненависть и опасение. Мне нужно быть в три, нет, в десять раз более бдительной с ним. Я не стала спрашивать об этом Джованни, наверняка есть то, о чем я еще не знаю. —Скажите честно, зачем я вам?— я теперь полностью опустилась и села на землю. —Ты очень проницательна, не стану лукавить, ты знаешь о пророчестве и его последствиях. Мы искренне считали, что ты погибла в ту ночь, но когда Алессандра нашла тебя, у нас вновь появилась надежда. —Это вы приказали Алессандре найти меня? —О нет, нет.— он усмехнулся разряжая обстановку и тоже сел на землю.—Мы не приказываем, собрание старейшин нужно не для этого, но да, мы созывали совет по твоему поводу, если ты об этом. Знаешь, Лесси к тебе сильно привязалась, что видно, тот как она обучала тебя, с той нежностью, я уже очень давно не видел её такой…жизнерадостной.— закончил он, вырисовывая на земле знак клана.       Я задумалась на секунду о том, к чему меня готовила тетя, о том, что мне предстоит договариваться с Виктором.

      «У южан свои порядки, Мари. Они более жестокие, более свирепые, их магия тоже отличается своей точность и жесткость, ты должна быть готова к тому, что перед вынесением вердикта Виктор потребует тебя пройти испытание».

—Она говорила про испытание, про то, что Виктор… —Между югом и нами всегда было много различий, наверное поэтому мы и не ладим. Видишь ли, на севере все решается голосованием, мы прибегаем к жестким мерам весьма редко, чего мне скажешь о Сицилии. Для них магия это в первую очередь оружие, способ ни только оборонятся но и нападать.— он явно пытался убедить меня в этом, но похоже наши понятия о «жестких мерах» весьма сильно расходятся. Но я продолжила диалог, стремясь получить больше нужной мне информации. —Поэтому Франко и Моргана были против моего вступления в клан, потому что я наполовину южанка— произнесла я свои мысли вслух. —Не думай что не понравилась им, твоя речь произвела на всех большое впечатление. Отчасти, эти двое уже тысячу лет не дают нам покоя, однако их навыки незаменимы. Франко - прореженный боец, его магия направлена на защиту и нанесение ответных ударов. Моргане же нет равных в зельях и ритуалах. Элиза… —Целительница, я знаю— перебила я его с настойчивость. —Да, лучшая. Они с братом ни так давно стали членами совета, всего сто двадцать лет назад, до этого они жили отказавшись от магии десять лет. Не слишком много, однако для большинства обычных ведьм отказ от магии даже на день является чем-то пугающим, но таков наш закон. Кто-то втягивается в людскую жизнь, заводит семью и живет десятилетиями, становясь старшее и познавая мир людей. —То есть, чтобы войт в круг совета нужно отказаться от магии?— уточнила я. Эта информация была чем-то очень новым для меня, полезным.—Но зачем вы мне это рассказываете? Разве это не секретная информация?— я сузила глаза, на что Джованни как-то странно поджал губы, его определенно что-то волновало. —Ты в клане Мари, смирись с этой мыслью и пожалуй ты должна знать о нашей иерархии. Ты единственная наследница из рода Неро, и прав имеешь гораздо больше чем…— маг остановился прожигая землю взглядом, затем сделал глубокий вдох явно подбирая нужные слова. —Чем думаешь.       Аккуратнее, не переходи черту. Не показывай что у тебя на уме. Говорила я себе стремясь стереть с лица удивление и пренебрежение. Я все равно узнаю, что от меня скрывают, мне сейчас, не здесь, но узнаю. —Так вот Данте - охотник, сыщик, у него редкий дар поисковой магии. Я, Лесси, Санни так же как и твоя мать и Виктор носители всех видов магии, таких называют «supremo»— будто бы не случилось того странного тихого обмена недоверием, Джованни продолжил.       Supremo. Я даже не догадывалась, что в моем мире все так многоуровнево, мне казалось, что все ведьмы так или иначе похожи и обладают одними и теме же талантами, но я ошибалась. Перед глазами стали всплывать картинки всех моих зелий, заклинаний, ритуалов и боевых выбросов. Джованни заметил мое выражение лица и догадался, что правильно поняла его слова. —Только верховные маги могут однажды стать главами кланов и с этим я тебя поздравляю. —Я рада, что моя кровь выбрала именно этот клан. Но все что мне нужно, сделать так, чтобы, то, что произошло с моими родителями никогда не больше повторилось.— я встала и утерла предательскую слезу в уголке глаза.       Джованни слегка разочаровано улыбнулся, странно но его морщины на лице ни сколько не портили его внешность, даже наоборот придавали его глазам мудрости и авторитета, хоть в них таилась что-то недосказанное. Ветер продолжал играть листьями деревьев вихрем проносится между могил. —Это нормально, что ты чувствуешь потерю, ты должна.— он встал продолжая держать дистанцию, его голос моментально стал вкрадчивым. — Мари, ты больше не одна, ты среди тех, кто понимает тебя и твою боль. Однако, теперь у тебя есть силы, чтобы отомстить за своего отца и мать, а северяне всегда тебе с этим помогут. La vendetta e un tuo diritto, il tuo dovere! Два месяца назад.       Высокие доломитовый Альпы одновременно пугали и восхищали своим величием. Резкие обрывы, узкие тропы и буйные реки, стекавшие с вершин быстрыми потоками, создавали отличный фоновый шум. За этим звуком было практически не слышно тренировки двух ведьм. —Нет, найди в себе гнев, радость, да найди же в себе хоть что-нибудь!— велела Алессандра нервно потирая переносицу.       Осенний ветер пробирал до костей, особенно на такой высоте на широком плато, где в некоторых местах уже лежал снег. —Я пытаюсь, но ничего не чувствую— безжизненно ответила Мари. Её глаза, прежде горевшие огнем, потухли, а все те якоря, за которые она держалась заржавели и рассыпались. —Ты не сможешь открыть свою силу, если не откроешь доступ эмоциям. Где Мари, что разносила деревья в щепки, та которой достаточно было лишь улыбнутся, чтобы она была готова обрушить на тебя весь мир? —А разве не ты говорила, что эмоции опасны в магии, особенно для меня?— кудрявая ведьма подняла бровь. —Чрезмерные.— поправила её Алессандра. Она видела, что творится с её племянницей, о нет, она не тосковала, она закрылась от мира, но главное, она закрылась от магии. —Подойди сюда, Мари— велела она девочке пройдя с ней до края плато, на котором они стояли, где бурная река стекала вниз с обрыва. —Магия - это непрерывный поток, ты получаешь её повсюду и пропускаешь через себя, но если поток закрыть,— ведьма легким движением руки подняла огромный валун, лежавший неподалеку, и поместила его так, чтобы он не давал воде прохода— то магия рано или поздно вырвется наружу не легким ручьем,— она убрала валун и её тон стал жестче.— А цунами!              И тотчас же вся вода, скопившаяся перед камнем, хлынула вниз.       Мари понимала, конечно же понимала все, но она не может контролировать, что ей чувствовать, поэтому она отключилась, ведь если включить их обратно, то наружу выйдут все слезы и горе, а молодая ведьма поклялась, что то, что она делает важнее того, что она может чувствовать. —Если я позволю себе испытать хоть что-то хорошее, боюсь не справится со всем плохим— ведьма прикрыла глаза.       Алессандра подошла и взяла её руку, но она не из тех кто будет утешать, зеленоглазая ведьма привыкла действовать. С самого детства её воспитывали жесткими тренировками и долгими ритуалами, она росла не в самое лучшее для ведьм время, признаться честно и для людей тоже. Однако у неё была своя отдушина, старший брат, который хоть и был упрям и иногда чересчур сумасброден, он на протяжении многих веков был её лучшим другом, соратником, защитником.       Теперь же, когда она смотрит на Мари, перед ней все он же, немного дерзкая, умная, всегда знающая, что сказать, но вечно не знающая что сделать. После того, как Санни погиб, погибло и её солнце, а вместе с ним исчез и его лучик, никогда ещё ведьма не падала так низко, никогда не чувствовала на себя это бремя ответственности, ведь она не глава клана, она младшая сестра, которая присматривала за своим вечно ищущем неприятности братом.       Даже ведьм депрессия не обходит стороной, однако для излечения они используют другие методы. Так и сейчас они переместились с вершин гор обратно в дождливый Милан. —Зачем мы здесь?— Мари ухватилась за стену унимая головокружение, юная ведьма еще не слишком привыкла к такой быстрой смене местонахождения.       Алессандра огляделась, ничего не ответив, она мотнула головой указывая мари следовать за ней. Идя вдоль старых зданий и узких улиц, девушки вышли к относительно современному строению, облицованному стеклянными панелями, пятиэтажное, от него веяло чистотой. На табличке при входе красовалась надпись «Policlinico San Donato». —Ты привела меня в клинику? Ну спасибо что не в психушку!— с долей недоумения спросила младшая Неро.       Алессандра закатила глаза и пошла прочь от главного входа заворачивая за угол, Мари поспешила за ней. —Тебе бы пора привыкнуть, что здесь зачастую вещи не те, чем кажутся на первый взгляд— и она исчезла в одном из зеркал.       Мари стояла посреди улицы с широко открытыми глазами, но чувство любопытства как и всегда взяло верх, так что она сначала медленно дотронулась рукой до зеркала, не почувствовав сопротивление, шагнула туда целиком зажмурившись.       Когда она открыла глаза, то увидела небольшую комнату заставленную растениями и всякими книгами, она не была пыльной, а как раз наоборот, в нос бил запах спирта, хлорки и… солодки? «Не удивляйся, это нормально» - напомнила она себе.       Пройдя чуть дальше вдоль окон и стоявших на них цветов, она оказалась…черт знает где, вообще-то. —А ты наверное та самая Мари Неро! Ой, я так рада наконец познакомится, конечно я знала, что мы встретимся, но нее думала, что это будет так скоро. Ого, никогда не видела такой цвет глаз, огромный магический потенциал!— к юной ведьме подбежала девушка темно-зеленом платье и кожаном ремне. Она была не очень высокая, но «мягкая», её глаза были желтыми, не как янтарь или апельсин, а скорее как спелый лимон. На её круглом лице прямо под глазами красовались причудливые узоры из какой-то белой пасты. —Я наверное тоже очень рада.— сказала Мари стушевавшись. Вдруг послышался легкий смешок Алессандры из-за спины. —Мари, хочу познакомить тебя с Элизабет Солерри, одной из старейшин, главной лекаршой северного клана и моей близкой подругой. — сказала ведьма с теплой улыбкой.       Мари слегка улыбнулась и кивнула в знак уважения. Странно, но она совершенно не так представляла себе знакомство со старейшиной, да и назвать эту девушку «старейшиной» как-то язык не поворачивался. —Да ладно, тебе, Лесси, не пугай девчушку так с порога. Называй меня просто Элиза, sole. А теперь пойдем со мной, мне кажется нам есть о чем поговорить.— Закончила она фразу и её глаза заблестели желтым светом.              Мари проследовала за солнечной девушкой бросив на Алессандру непонимающе-напуганный взгляд, на что та лишь рассмеялась и осталась стоять позади.       Зайдя в следующую дверь и закрыв её за собой, Мари присела на маленькую тканевую софу напротив чайного столика. Эта комната была практически такой же как и предидущая, только теперь вместо книг на полках стеллажей стояли различные баночки с ингредиентами для зелий, и необычные растения, например, волчий аконит, белладонна и омела. —Лесси рассказала мне, что с тобой случилось за эти месяцы, мне очень жаль, дорогая. Потеря семьи в твоем возрасте - очень тяжелое событие для нервной системы, однако мы все рады, что ты здесь. Понятно почему у тебя проблемы с магией.— закончила ведьма суетливо, собирая с полок нужные ей для отвара ингредиенты. —Мы попробуем поработать над твоими эмоциями, не думаю. что смогу полностью тебя от этого избавить, ведь это же не физическая травма, с головой все всегда сложнее.— она всыпала все в чайничек и залила водой, приложила к нему руку и тот в мгновении закипел, она улыбнулась.—Ложись на спину, выпрямись и не перекрещивай руки и ноги.       Мари, находясь все в том же смятении, послушно выполнила просьбу, она не сопротивлялась происходящему, простоит плыла по течению.       Ведьма разогрела руки потерев их друг от друга, затем опустилась на колени, чтобы быть на одном уровне с головой девочки. Элиза прикрыла глаза, а когда открыла их они вновь горели золотом, как и зажглись рисунки под ними, целительница выставила левую руку над телом Неро, а правой словно нити наматывала энергию вокруг кисти. Когда нитей стало достаточно и они обвивали её руку искрясь, она приложила её ко лбу девочки. В это мгновение Мари почувствовала как становится тепло, словно это ощущение разливалось по венам, а тело расслабляется немея. Голова была такой тяжелой, что сложно было держать глаза открытыми. —Хорошо— проговорила Элиза,—Теперь мне нужно, чтобы ты вспомнила самы счастливый момент, любой, я запечатаю эту эмоция и сниму твой блок.       Было легче сказать, чем сделать. Пробрался к чему-то счастливому было, словно пройти через терновник из обиды и вины. Но она попыталась, она вспомнила, как впервые увидела море. Это было тогда, когда она сбежала от Вольтури, одной из первых её остановок стал прибрежный городок Портофино. Там она уговорила (как она раньше думала, пока не узнала о способности зачаровывать) владельца небольшого семейного кафе поработать за кров. Там она научилась готовить и жить, что для местных жителей значило одно и тоже. Она вспомнила как учила Эсми готовить… Нет, стоп! Ведьма отдернула себя от этих мыслей, стараясь концентрироваться на чем-то другом. —О чем бы ты не думала, это было очень сильным— проговорила Элиза не отрывая пальцев ото лба Мари.—Теперь вспомни что-то негативное, я знаю, ты не хочешь, но я сняла твой блок, сейчас должно быть легче.       И вправду перед глазами стали повалятся образы схваток, Джеймса, Вольтури, открывая Элизе доступ к негативным эмоциям.       Она мгновенно поймала эти чувства, формируя из них каркас для концентрации магии. —Ты сильно сопротивлялась, sole, но думаю на сегодня достаточно—Соллери медленно оторвала руку и вскочила с колен поспешив к чайнику.       Эта женщина была на удивление позитивна, в её движениях не было той кошачий грации, которую она видела в Алессандре, но в Элизабет определенно был свет. Она грела и исцеляла одним своим видом.       Мари не торопилась, было сложно разобраться с новым порядком в своей же собственной голове, особенно, когда его установил кто-то другой. Она медленно открыла глаза и так же не спеша села на софу, её взгляд больше не был безжизненным, в нем появились эмоции, немного грусти, немного злости и облегчения, возможно, на толику её взгляд стал прежнем, не полностью, но она была благодарно хотя бы только за это. —Вы, спасибо, так действительно лучшем— призналась юная ведьма, немного хрипловатым голосом. Она огляделась вокруг и мир действительно показался ей немного ярче, немного живее. —Я всегда рада помочь— Элиза разлила чай в две каменные чашечки. —Знаешь, это ведь призвание, созидать. Чтобы создать что-либо нужно брать максимум из духовных запасов, а для этого они должны быть полны— подмигнула она протягивая чашку. —Это даже смешно, у меня ведь никогда не было проблем с эмоциями, если только с их переизбытком.— Неро взяла чашку и сделала глоток обжигающего напитка. —Не бойся, что Алессандра не поймет, она никогда не желала тебе зла и не желает, думаю она не будет против— задумчиво произнесла целительница. Мягкий теплый свет окутывал её фигуру и пространство вокруг, делая этот вечер еще более осенним. —Я не понимаю, не против чего? —Ты наверняка сохранила что-либо из прошлой жизни, что-нибудь что связывает тебя с…ними.— аккуратно пояснила она.              Ну конечно Элиза не упустила возможности заодно и порыться в чужой голове. —Нет, нет, я не могу— Мари зажмурилась, слегка покачала головой. И дело было не только в том, что она опасалась распространятся о связи с вампирами, просто слишком много огоньков уже погасло. —Пойми, только так ты не дашь своей душе превратится в темную холодную пустыню, ты должна отпустить их, а не забыть. — ведьма положила обе своих ладони на правое плечо Неро. —Если не можешь думать о предметах, сконцентрируйся на боли связанной с ними. Ты не исцелилась, потому что подсознательно не можешь отпустить.— Элиза заставляла слабые потоки проходить через правую руку Мари принося с собой дискомфорт.              Воспоминания через боль. Это помогло. С этой болью связаны самые теплые моменты жизни девочки и если она больше никогда не вернется туда пусть хотя бы боль напоминает ей о доме. Форкс       Я в который раз набираю номер, что стал для меня мантрой и, в который раз получаю один и тот же пинок под дых «абонент временно недоступен, попробуйте перезвонить позднее». —Так и продолжаешь названивать ей? Забудь, Сет, Каллены уехали и не вернутся. Слава Богу.— Последнюю фразу отец произнес с особым облегчением в голосе, подъезжая к Форксу, словно они лично насолили ему. Эдвард конечно бросил дочь его лучшего друга, но было в его тоне что-то недосказанное. Я в этот раз не стал допрашивать папу. A смысл? Oн и так мне ничего не говорит. Ни то, что происходит с Сэмом и Полом, или почему этот гад так резко бросил Ли, я конечно ничего не имею против Эмили, она классная и все такое, но странно это все. Мари наверняка просто из вежливости говорила со мной, но черт возьми, я почувствовал что-то, как будто из наших глупых сказок, что мама рассказывала нам с сестрой в детстве. Она уехала вместе с Калленами и то, как сейчас Белла чувствует себя… мне надо бы ненавидеть их как и Джейк ненавидит, но я не могу. —Я просто надеялся, что она перезвонит, вот и все.— буркнул я в ответ и уставился на дорогу.       Отец ничего не сказал и лишь продолжил смотреть вперед. С того момента как я научился водить байк, я редко езжу вместе с ним. Только вот сегодня мы ехали в дом шерифа, в который, я, разумеется, не могу приехать сам, если не хочу лишится прав.       Даже с подъездной дорожки дом Cвонов, который в детстве казался мне, хоть и немного холостяцкой берлогой, зато уютным, ощущался как психолечебница из фильмов ужасов. Сегодня намечался бейсбол и Чарли настоял, чтобы Билл и Гарри приехали, а заодно притащили сыновей, до недавнего времени мне эта идея казалась вполне неплохой, я вообще не против всего, что касается матчей, да и спорта в целом. Выйдя из машины, меня немного передернуло от странного чувства тоски, почти её запаха, отец заметил это. Забрав рыбу из багажника, папа подошел и потрепал меня по коротким волосам. В племени на меня частенько косо посматривают за мою стрижку, но Гарри всегда говорит, что это глупости, будто надеясь на что-то. —Постарайся быть вежливым, парень— велел мне отец, когда мы заходили в дом.       На пороге небольшой двухэтажной избушки стоял Мистер Свон и выглядел он, мягко сказать, паршиво, совсем уважением, разумеется. Уже не в форме он мягко улыбнулся и жестом пригласил нас войти, пару раз зевнув по дороге. —Гарри, Сет, привет, Билли с Джейком уже здесь.— сказал Шеф стараясь звучать бодро. —Рад видеть, Чарли— отец по дружки приобнял его и сел на диван заодно поздоровавшись с Билли. —Здравствуйте, Чарли!— получилось чуть веселее чем я хотел, снова. —Парень, а ты все такой же жизнерадостный. Как школа? Слышал ты молодец.— похлопал меня по спине Шериф —Вы с Джейком неплохо оба вымахали, это все воздух резервации на вас так действует?              Отец с Билли мельком переглянулись а после тоже рассмеялись, но нам с Джейком хватило этой секунды, чтобы насторожится. Касательно учебы ко мне никогда не возникало вопросов, программа давалась легко, но мне все равно там нравилось, мы играли с парнями в футбол или просто сидели на уроках, атмосфера в резервации была самой лучшей, там был дом.       Плюхнувшись рядом с другом на пол, я открыл пачку любимых конфет Твизлерс. Матч в этот раз показался мне скучноват, Сиэтл Маринерс с треском продували Техасским Рейнджерам, это было понятно уже во втором иненге, когда Бейкер, Уокер и Хант пропускали мяч за мячом. —Чертовы техасцы, совсем распоясались!— выкрикнул Билли хлопнув руками по подлокотникам инвалидного кресла.       Я хмыкнул, и в правду распоясались, дали бы хоть одно очко отбить, мой взгляд скользнул на лестницу ведущую на второй этаж, странное чувство тоски шло от туда. Я встал перешагивая через Джейка. —Мистер Свон, вы не против если я поднимусь к Белле?— спросил я посматривая на лестницу.       На секунду Чарли замялся и я пожалел, что просил, ведь Белз вряд ли захочет со мной говорить. —Валяй, только… а в прочем не важно, конечно иди— Чарли махнул рукой в сторону её комнаты, отец и Билли были слишком увлечены матчем, чтобы обратить на меня внимание, в отличие от Джейкоба, который мельком зыркнул мне прямо в глаза. У нас в резервации давно ходят слухи, что Джейк не ровно к ей дышит.       Дойдя до верха я на секунду остановился у её двери как вкопанный, не осмелившись постучать. Не знаю зачем, но меня словно тянуло сюда. Высокая деревянная дверь казалась железной тюремной решеткой, столько отчаяния и боли было за ней. И с каких пор я начал все это чувствовать? Расслабься, Сет, не накручивай себя, просто комната, просто комната с запахом тоски. Я постучался, затем приоткрыл эту «решетку», проглядывая внутрь. —Белз,— позвал я некогда свою подругу. Конечно с Джейком они были более близки из-за возраста, в их компании я всегда был самым мелким и лишь путался под ногами. В ответ последовала тишина.—Ты не против если я зайду?       Просквозившись в комнату, я тихо прикрыл за собой дверь, оглядевшись, сперва я не сразу заметил её. Белла или скорее то, что от неё осталось, лишь безжизненная оболочка, сидела за своим письменным столом над открытой книгой, не знаю, читала ли она её вообще или лишь делала вид.       Я немного неуклюже присел к ней на кровать не отрывая взгляда от её лица. И тогда я пожалел, что недавно пересмотрел тот фильм про испанскую женщину-призрака, тогда бы мне не с чем было сравнить девушку. Такая худая и бледная, от её безжизненного взгляда и заплаканных глаз бросало в дрожь. И тогда я понял каким был идиотом, я-то думал мне было плохо из-за Мари, но увидев дочь Шефа становилось ясно, что было между ними с Эдвардом. —Привет, Сет— вымолвил призрак — Ты что-то хотел? —Оу, нет, просто хотел занести тебе вот это— я похлопал себя по карманам и достал смятую пачку конфет. —Знаешь, они всегда поднимали мне настроение— я кажется глупо захихикал, не совсем уверен как лучше вести себя с… ну с людьми в депрессии. Мне поговорить с ней или она сейчас кинет эти конфеты мне прямо в голову? Не уверен почему, но что-то в ней напоминало мне о Мари, не внешне, не поведением, а будто я чувствовал оттенок её присутствия в этой комнате. Ну все, пора завязывать с ужастиками. —Она ведь тоже не перезвонила тебе, да?— проигнорировав мое предложение спросила Свон, её темные длинные волосы были убраны в не очень опрятный хвост, совсем как у Джейка. —Нет— признался я честно. —Паршиво. —Ага.— удивительно как одним словом можно передать наше состояние, это и в правду было паршиво.       И кажется мы поняли настрой друг друга и больше я не стал ничего говорить, просто сидел там и грыз свои конфеты, и кажется, Белла была не против моей компании. Компании меня и нашего общего одиночества. Настоящее. Сицилия.       Похоже, я слишком сильно надеялась полететь в этот раз на самолете, на мой глупый вопрос золотоволосый Сенсей лишь тяжело вздохнула. Ну видимо это и был ответ.       После предварительно отправленного бумажного (спасибо хоть не совами) письма с известием о нашем прибытии, мы со спокойной душой могли переместится в Чефалу. Древнейший город встретил нас палящим солнцем, ароматом цитрусовых и морской соли, который хотелось вдыхать и вдыхать пока он не заполнит тебя целиком. Я раньше думала, что север единственное место, где я чувствую эту связь со своей магией, но прибыв на остров, как будто две давно борющиеся между собой половинки встретились.       Конечно, это был не просто уикенд, мы с Алессандрой прекрасно представляли, что мне предстоит сделать, и если она, справившись с волнением, гордо вышагивала в темных очках под палящим солнцем, я предпочла замкнутся в своем сарказме, потому что встреча с Виктором не сулила мне ничего положительного. —Оу— мы остановились у лестницы на главной площади напротив центрального храма. Огромный старинный храм был богато украшен лепниной и фигурами. —Напомни, а почему мы не заседаем в Дуомо? Нет, ну сама посуди— догоняла я ведьму, которая профессионально научилась игнорировать мои шутки, вбегая вверх по лестнице.—У Виктора главный древнейший храм на всей Сицилии, Вольтури себе вообще целый город оттяпали, а это я еще молчу про Букемгентский дворец! —Потому что мы не показушники.— её элегантное белое платье напоминало традиционную мантию, которую она по понятным причинам не могла надеть сюда, —север во всех культурах считался самым скромным и… —Скучным— шепнула я тихо —И сдержанным!— поправила меня тетя.—Юмор - это не плохо если не пытаешься скрыть за ним страх, Мари. —А чего мне боятся?— я театрально пожала плечами —Меня всего лишь будут пытаться убить, это мой обычный понедельник.       Алессандра не успела ничем возразить, громадные железные двери открылись перед нашими носами и мы проследовали в залу. Пока мы шли по всему периметру на каждой стене вдоль длинных коридоров в равных промежутках друг от друга располагался еле заметный рисунок. Хаотичные линии, закрученные в спираль и переплетенные в знак солнца - символ южного клана. Я даже расстроилось, что из татушек мне достался именно север с его голубым лунным рисунком. Хотя, если так подумать… —Ведьмы севера!— прозвучал впереди чей-то голос и непонятно откуда взявшаяся перед нами дверь распахнулась, приглашая войти в центральный тронный зал.       Я обеспокоена глянула на Алессандру и та мягко успокаивающе кивнула. Тронный зал был довольно большим с фресками, лепными карнизами и прочими дорогими исторически значимыми украшениями. Свет свободно проходил через витражные окна и преломлялся таким образом, что зала, словно, была целиком изготовлена из золота. Войдя внутрь на нас устремили свое внимание четыре пары глаз. Особенно из них выделялся мужчина, смуглый южанин необыкновенно высокий, его орлиный профиль, глаза и волосы цвета черного оникса делали его красоту больше пугающей, чем привлекательной. Виктор величественно восседал посередине залы вглядываясь в наши лица. Остальные трое, стоящие вокруг были практически незаметны и, видимо, выполняли функцию стражи. Ну да, настоящий джентельмен, когда к тебе в гости приходят две девушки, то обязательно нужно обставить все охранниками!       Остановившись посередине под самым куполом мы замерли, вернее, я замерла, Алессандра продолжала держать лицо будто была здесь миллион раз. Виктор нахмурил брови, он был мрачнее тучи и казалось она вот вот разразится раскатами грома. —Не сказал бы, что это большой сюрприз для меня. Но я все равно рад, что ты подчитала меня своим присутствием, Лекс!— мужчина подмигнул тети и бодро встал мимоходом поправляя свой китель песчаного цвета. —Этот старый хрыч долго не давал тебе приехать повидаться, не так ли?       Сказать, что я удивилась значило бы не сказать ничего. Лекс? Ну все, она точно теперь должна мне рассказать как там они дружили в средние века. —Ты явно находишься в заблуждении—начала тетя, сузив глаза. —С чего ты взял что я хотела тебя видеть?— гордо заявили она отчеканивая каждое слово и явно заостряя внимание на своем чистейшем северном акценте. Ну да, конечно, не показушники… —Я здесь для другого—Алессандра отставила в сторону язвительность и положила свою руку мне на спину, немного выдвигая вперед.       Виктор, как только смог оторвать пристальный взгляд от Алессандры, внимательно на меня посмотрел, изучал не оценивающие, а скорее из любопытства. Нельзя купиться на его радушие и слова, помни о том, что говорил Джованни. —Красавица— произнес он с легкой улыбкой и сицилийским акцентом. Я немного опешила от этих слов, но глаза сами вспыхнули в неодобрительном взгляде. Честное слово, сами! Алессандра кинула на меня жесткий, почти родительский взгляд, но Виктор лишь еще больше рассмеялся. —С огоньком, вся в мать! Твое появление вызвало большой диссонанс в нашем мире, как и исчезновение.— сказал он с долей насмешки.       Алессандра глубоко вздохнула в попытке успокоиться, пока маг проходил обратно на свое место. Да, он явно раздражает её одним только своим существованием. —Как ведьма и наследница северного клана, я подаю официальное прошение на пользование Ночным кинжалом и заявляю, что не имею претензий на трон юга. — подрожала я манере Алессандры и получалось видимо довольно неплохо.       Взгляд Виктора из насмешливо-настольгичного вдруг стал больше вопросительно-опасливым. Маг еще раз бросил его в сторону тети, а затем уперся им в меня. Его густые черные брови сдвинулись ближе друг к другу, а губы плотно сжались. Даже стража, что все это время стояла в тени, немного оживилась. —Я догадывался зачем вы здесь, но до последнего надеялся на другое— южанин сел в свое черное кресло. —Мари, ты понимаешь о чем просишь?       Я кивнула смотря ему прямо в глаза, мага точно терзали опасения, а возможно и страх. —Поверь, зачем бы он тебе не был нужен, цена слишком высока— его баритон отражался от стен собора. —Я думаю, что готова попытаться— сказала я не чувствуя в себе той былой уверенности. —Чтож, тогда тебе известно о наших традициях— Виктор резко встал подходя ближе, стража в это время подошла к тети и проводила встать около трона. Удивительно как та покорна повиновалась. —Желаю тебе удачи, Неро, она тебе понадобится.       Что там Алессандра говорила про страх? Да точно, я его прячу, однако, сейчас, когда пол под моими ногами начинает светиться рунами и знаками, образовывая своеобразный ринг для двух магов, страх улетучился.       К Арене начали сходится другие маги, создавая защитный купол над нашими головами. Мы стояли спокойно, чувствую под ногами вибрации древнего храма, что видел много подобных поединков. Каменные колонны уходили вверх во тьму поддерживая яркие своды. Я и он - на круглом знаке вырезанном тысячи лет назад. Это место помнило силу, кровь.       Виктор смотрел на меня не двигаясь, его черные глаза, запахнутый песочный китель и перстень со знаком юга кричали. Легенда, лидер южного клана. Сильнейший из живущих ныне ведьмаков. А сейчас - мой испытатель.       Мне четырнадцать. Слишком молода, слишком «не одна из нас». Но я не дрогнула, не сломалась под его взглядом. Я стояла здесь готовая отстоять то, во что верила, то, в чем нуждалась. —Я спрошу последний раз— маг поднял подбородок —Ты уверенна? Артефакт требует крови, он не примет слабых.       Я не ответила, лишь подняла руку охваченную темно-лиловым пламенем, оно играла с моими пальцами, но беспрекословно подчинялось моей воли. Виктор поднял своею руку в ответ. И я увидела её - черную холодную энергию. Она сгустилась как чернила в воде и тут же обернулась вихрем рванувшим ко мне, хищно, резко.       Я вскинула ладони создавая вокруг себя щит, от которого яростным ударом отразился вихрь. Виктор не стал медлить, он быстрым движением заставил вырости из камней черные пики - сотни, тонкие, как иглы направленные в меня. Он двигался удивительно быстро, как хищник на охоте. Я отскочила, еще и еще раз отступая, маг продолжал вызывать их пока я не дошла до самого края барьера. Уклонилась, одна едва оцарапала плечо, вторая разрезала воздух у лица. Близко. Пришлось проходить через них, быстро, точно, но я была достаточно юркой. Подобравшись довольно близко к магу я попыталась просчитать момент удара, но не успела, он обернулся и резко топнув нагой по каменному полу заставил его пойти волнами, отбрасывая меня назад к стене. Виктор даже не устал, на его лице играла еле заметная самодовольная ухмылка. —Не сдерживайся, в тебе больше юга чем ты думаешь!— рявкнул маг.       Я поднялась тяжело дыша и вдруг поняла. Я бьюсь слишком сдержано, слишком холодно, расчетливо так, как учила Алессандра. Я ищу слабые места, пока он давит силой.       Виктор наступал и метнул в меня сгусток черной магии, но я не отражала, я вошла в него. В момент когда она почти меня настигла я врезалась в него своей магией. Фиолетовая вспышка заставила стены содрогнутся. Однако стража стояла неподвижно, держа барьер.       Что-то внутри меня проснулось. Я чувствовала не холод. Не контроль и самообладание. А ярость. Тепло. Танец. Огонь стал разгорался внутри.       Сделав шаг навстречу, земля затряслась. Моя магия поднялась как пламя костра - и потекла по рукам, по волосам, по воздуху. Я больше не сдерживалась, не хотела.       Фиолетовый вихрь вспыхнул вокруг меня штормом. Я подняла один из фрагментов каменного пола и отточенные воздухом, десятки острых каменных кусочков направились точно в Виктора. Пока он отбивался, я двумя руками вытолкнула из своей груди поток силы, той, что всегда боялась, но только не сейчас. Сейчас я была во власти силы, а не страха.       И тогда он посмотрел на меня иначе. Не как на соперника, а как на что-то… знакомое.       Но меня уже было не остановить, когда маг вызвал свой поток, они соприкоснулись. Он давил своей силой, опытом. Я же энергией, магией и огнем. Ноги так и норовили скользнуть по камням от силы, что отбрасывала назад, но мы стояли, вдвоем, стремясь сломить, уничтожить.       Стража держала купол изо всех сил, Алессандра попыталась подойти, чтобы помочь им, однако её быстро поставили на место. Все дрожало, я чувствовала сопротивление Виктора, его старания, но во мне было что-то гораздо большее. Слияние. Гармония. На вытянутой вперед правой руку где синим огнем горел знак севера вдруг стали распространятся линии, вдоль предплечья синий смешивался с оранжевым, и переплетался в новый, удивительный узор, которого я не видела раньше, он распространялся вверх по руке пока не достиг моей шеи. Пока символ рос я чувствовала силу, волны, словно что-то давно забытое искало выход и наконец нашло. О да, нашло. Меня еще больше окутала магия и я надавила сильнее, тогда перевес оказался на моей стороне. Точка соприкосновения нашей магии все дальше отдалялась в сторону Виктора, пока не настигла его. Взрыв. Купол лопнул и все затихло.       Мага откинуло в противоположную от меня сторону, пока он не успел опомнится я, чувствуя в себе прилив этого огня, этой новой удивительной силы, что спала во мне так долго, сдерживаемая всеми возможными способами, без каких либо усилий сотворила копье. Подойдя к магу, который весь в пыли и с уже затягивающимися ранами вставал с земли, я прислонила к его груди острие копья. По поим губам текла кровь, но её затмевал сладкий вкус победы. Так потух еще один огонек. —Vittoria!— прокричал один из стражников.       Я выдохнула и заставила оружие рассыпаться. Протягивая руку полностью покрытую тату, своему сопернику я смахнула волосы со лба. Виктор взявший её встал тяжело дыша. Он изумленно рассматривал рисунок тонкими линиями расходившийся от самых пальцев вверх до шеи, а на предплечья сплетаясь в замысловатый рисунок слияния солнца и луны. —Принесите Ночной кинжал его законному обладателю!— велел гордо Виктор неотрывная взгляда от моих все ещё ярко пылающих глаз. —В тебе больше от твоей матери, чем ты думаешь, Мари. Теперь ты не с севером,— он кинул взгляд на Алессандру уже освободившуюся от стражи— но и не с югом. Поздравляю, Difensore Notturno!       Алессандра проходя по разрушенному полу и раскиданным камням пыталась сообразить, что это сейчас было, однако вопросы оставила на потом. Я склонила голову в знак благодарности и встала на колено. Виктор, забирая из рук другого мага старый сундук, повернулся к остальным. —Этот зал помнит много поединков за Ночной кинжал,— его рванный китель и растрепанные волосы ни чуть не мешали ему звучать гордо, по лидерски —до сегодняшнего дня никто не смог получить необходимый для этого знак. Мари Неро, рожденная под пророчеством солнца и луны, от лица юга, я дарую тебе свое позволение.— Маг открыл сундук. Там, на красной бархатной подушке лежал клинок. Черная рукоять была оплетена кожей до самой гарды, а на серебряном лезвии были вытачаны узоры. На круглом навершие был выжжен черный символ, мой символ. Алессандра взяла кинжал одной рукой, а Виктор положил свою сверху, их глаза загорелись. Тьма и изумруды. Главы кланов поднесли оружие к моим протянутым на встречу ладоням. Я знала, что должно было произойти, но мне было не страшно, скорее я предвкушала, слышала как клинок взывает ко мне, меня тянуло к нему немыслимой силой, словно это было предначертано. Словно так должно было произойти с самого начала. —Pugionis noctis primum et extremum tempus cruor tuus lavet, nam tu solus es dominus iustus.— маги хором повторили фразу.       Лезвие резко вонзилось, проткнув сразу две руки, я зажмурилась от боли. Алая кровь тяжелыми каплями полилась омывая собой пол и протекала в трещинки разрушенного храма, восполняя его силу.       Вынув кинжал Алессандра отошла, её глаза ничего не выражали. Признаться, я думала она порадуется за меня или хотя бы кивнет, но блондинка не отрываясь смотрела на Виктора в его обеспокоенные ониксовые очи, что-то их терзало, но мне было наплевать. Сквозные раны на ладонях стали быстро затягиваться, тогда Виктор вложил Ночной кинжал мне в руки. Я поднялась с колен, когда рукоять соприкоснулась с моим телом вновь приобретенный символ загорелся от кончиков пальцев вверх, пока волна магии не достигла моих глаз.       И тогда это случилось, ни страха, ни боли, ни пути назад. Я слилась с кинжалом, он стал продолжением моей руки. То была ни новая сила, а древняя магия покоившаяся не в самом кинжале, а во мне. В глубинах моей души, каждый раз, когда я пользовалась своей магией, каждый выброс, каждое зелье и ритуал все была она. И теперь та испуганная забитая девочка ушла, умерла. Сейчас новая я ощущаю в себе силу, чтобы изменить мир, изменить правила игры.       Волосы взмывали вверх от концентрации энергии, ведьмаки отошли подальше, когда на моих губах заиграла улыбка. Я была пропитана магией, каждая клетка тела словно сосуд наполнился ей, но самым приятным было то, что на этот раз контроль был в моих рука. Я могла полностью разрушить этот храм если бы пожелала, да что там храм, остров, не зная, где заканчиваюсь я, а где начинается магия. —Поразительно— шепнула Алессандра Виктору. —Луна и Санни так долго пытались достичь…— она оборвала себя на полуслове. —И они достигли— маг коснулся её плеча— достигли в ней.

*****

—Значит их преследуют прямо сейчас?— прозвучал спокойный голос. —Патруль пытается помешать им подобраться к границам, это не просто, ты знаешь сколько вербены понадобилось в прошлый раз.— ему вторил другой более грубый и раздраженный баритон.       Дверь в одну из темных комнат северной церкви отворилась, двое магов стоявших у круглого деревянного стола, застеленного всевозможными картами и писаниями на пергаментах, ненадолго подняли взгляд и убедившись кто к ним нагрянул, вновь стали пристально всматриваться в записи. Позади них в темно-синих кителях придирчиво наблюдали за действиями своих командиров своеобразные карабинери. Пятеро рослых мужчин с армейской выправкой коротко склонили головы в знак уважение пришедшей ведьме.       За Мари захлопнулась входная дверь и она без тени былого стеснения не замечая уже знакомую ей стражу прошла к двум магом. Ведьма была в черной водолазке, из-под воротника которой чуть выглядывал темный знак, заправленной в джинсы того же цвета, разметавшимися отросшими волосами и с темно-коричневой портупеей, к которой была прикреплена уже неотъемлемая часть её жизни, часть её самой - ночной кинжал. Она была не столько поражена тем, на сколько легко ей удавалось держать контроль над магией, сколько спокойна. На бледном лице не отразилось никаких эмоций, она заполняла собой пространство, будто не давая стражникам сделать и вздоха без её предварительно разрешения. С момента возвращения в Милан многое поменялось, и это заметили все. Вводя Неро в курс текущих дел, некоторые отмечали её быстрое взросление и пожалуй она смогла завоевать уважение многих ведьм и ведьмаков севера и юга. Даже Моргана с Франко взялись обучать её, какая честь! Слухи о появлении Полночного защитника быстро распространялись по свету, в кого-то вселяя надежду, а в кого-то страх. Поразительно, насколько эта мысль грела погасшую и воскресшую вновь душу девушки. —Опять лезут в город?— прозвучал холодный строгий вопрос. —Ни чему их жизнь не учит. Дождутся же ведь, сам выйду!— Франко скрипнул зубами.              Данте, облокотившийся на стол, провел руками по каштановым волосам. Двое старейшин были раздражены поведением вампиров. —Должно быть молодые, возможно следовали с севера в Вольтеру— Мари тоже подошла к столу и стала изучать начерченный на карте маршрут. —Это уже десятый за месяц! Они прекрасно должны быть осведомлены о правилах. Кровососам не место в Ломбардии, особенно без приглашения.— Франко сверкнул лазурными глазами, на что Данте положил ему руку на плечо. —Давай не будем горячится раньше временим— посоветовал младший из старейшин.—Пока они не пересекли границы города, это не наша проблема. Стефан!— обратился он к одному из карабинера. —Да— отозвался рослый брюнет с синими глазами. —Какова частота нападений вампиров в Милане?— явно с иронией задал он риторический вопрос. —За последние десять лет не было зафиксировано ни одного нападения, командир— выпалил солдат.              Мари усмехнулась и провела пальцем по шершавой поверхности карты. —Так значит нам не стоит волноваться?— прошептала ведьма прикрыв глаза. —Это ты нам скажи, Неро. Чувствуешь что-нибудь?— успокоившись повернулся к ней блондин.              Девушка продолжала водить пальцами вырисовывая извилистые маршруты, затем раздраженно оторвалась. —Они сами не знают чего хотят.— она фыркнула—Но похоже заходить в город не планируют. Стефан, отзывайте патруль!— приказала ведьма. —Слушаюсь—Карабинере покорно кивнул.       Маги переглянулись и Данте усмехнулся. —Быстро учишься, Неро.— отозвался шатен, провожая взглядом уходящих стражников. —Теперь, может успокоишь нашего вспыльчивого приятеля? —О не стоит Донни, я обращусь к твоей сестре за этим— съязвил Франко, на что быстро получил порция отборного магического пинка.       Мари закатила глаза и намеревалась выйти из комнаты, раз уж от неё ничего больше не требуется, так как смотреть на бессмысленные валяния дурака у неё не было никакого желания. —И что, тебе не интересно зачем же я тебя позвал?— крикнул ей в след покрытый боевыми шрамами ведьмак.       Девушка остановилась, но не обернулась. —Я полагала за тем, чтобы поговорить о вампирах— не однозначно кинула она через плечо. —Волтури получили извещение. Извещение о тебе— ухмыльнулся Франко.       Мари медленно обернулась не сводя пристального взгляда с мага и подошла ближе к нему. —Кто?— задала она единственный короткий вопрос, смотря в упор на злорадствующего блондина. —Скорее всего— разряжая обстановку встрял Данте —Джованни подозревает в этом Виктора.       Ну конечно Виктор, а кто же еще? Подумала девушка нервно скрипнув зубами. Она размышляла о Вольтури последнее время гораздо больше чем когда-либо, однако ей все еще и казалось бредовой идея мести. Даже тетя похоже смирилась с новым укладом. Хотя Джованни и явно дал понять, что будет не против, это погубило бы всякую идею о возможном перемирии. По законам севера кровная месть не может быть принудительной, а значит является осознанным выбором. Нет, если уж и разбираться с этим то без ножа в руках! —Похоже тебе все таки придется поехать в Тоскану, Мари. Обстановка с вампирами и впрямь может накалится, если и исполнять твой план, то прямо сейчас идеальное время. Не сочти меня параноиком, но не нравится мне эти кровавые волны в штатах. Чего стоит один только Техас…— Данте спокойно расхаживал по каменному полу. —А что с Техасом?— задала вопрос Мари. —Одна вампирша наводит беспорядки, создает молодых а затем сразу убивает, наши шпионы не понимают, что ей надо. Это злит более могущественных и древних вампиров юга, как бы не началась вторая южная война. А у нас слишком много людей в Техасе.— ответил за друга Франко.       Мари слишком хорошо понимала о чем он говорит, его рассказ резонировал со знакомым голосом из прошлого. —Мне нужно посоветоваться с Алессандрой, но не думаю, что она будет против.— ведьма кивнула в знак согласия, делая вид, что информация о Виктории была лишь для осведомления. —Вы считаете это разумно, так появляться перед ними? —Пора бы уже заявить о себе, а Неро?— поднял голову Франко и провел рукой над картой заставляя начерченные ведьмой линии исчезнуть. —Я не знаю как они это воспримут и чем мое появление может обернутся для всех нас.— наклонила голову ведьма ведя спор больше с собой чем с мужчинами. —Поэтому тебе и нужно поговорить с Алессандрой— напомнил Данте и положил руку мне на плечо.—Они политики, помни чему я тебя учил, в открытую конфронтацию с тобой они не пойдут, выкрутятся уж поверь! Необходимо освежить их память о наших правилах, а может установить новые.       Мари посмотрела ему в глаза и слегка улыбнулась, соглашаясь с разумностью этих слов. Пожалуй время настало.       После разговора с ведьмаками девушка сразу же направилась к тете. Новости о Вольтури еле заметно задели старые раны и кажется заставили вновь чувствовать, если не страх, то его оттенок. За шесть долгих и насыщенных месяцев Мари научилась многому: как успокаивать свой разум и тела, как обращаться с оружием и магией так профессионально, что казалось, она с самого детства этим занималась. Милан открылся для неё в новом свете, как и вся Италия, политические аспекты жизни ведьм интересовали её пожалуй больше всего, внешняя и внутренняя оборона, встречи, соглашения между представителями разных стран затягивали и интриговали. Италия, как одна из немногих стран принадлежащих ведьмам и в людском сверхъестественном мирах, была поделена между тремя кланами: Севером, Югом и Вольтури. Этот договор заключил еще Федерико Неро после «острых событий» (потеря кинжала и разлад между севером югом). В нем говорилось, что территории от Пьемонта до Лацио являются северными владениями, а от Молизе до Сицилии, включая Сардинию, принадлежат Югу. Тоскана же целиком находится во владении Вольтури, которые захватили её примерно в пятом веке нашей эры. По договору ведьмы должны быть осведомлены от Вольтури о всех вампирах приближающихся к границам, в противном случае ведьмы имеют полное право на уничтожение нарушителей.       Даже несмотря на то, что некоторые вампиры соблюдают установленные порядки, Вольтури не трудятся объяснять своим о законах, особенно после смерти Сантино и его родителей. Никто не знал как именно они погибли, но все знали чьих рук это было дело.       Обстановка между кланами за эти четырнадцать лет стала весьма опасной, и если Юг преимущественно старается держать нейтралитет, то север после потери двух наследников ведет, так называемую, «теневую войну», хотя все прекрасно понимают, что это лишь секрет полишинеля. В каждом регионе и за пределами страны у севера есть глаза и уши и Вольтури об этом знают и раз в несколько месяцев присылают мертвых шпионов, смеясь в лицо. Но ни какая из сторон не начинает противостоять в открытую, так как понимает, что в данных обстоятельствах это слишком опасно. Когда у ведьм появилось такое мощное оружие как ночной защитник, вампиры немного притихли, ну а ведьмы в свою очередь не спешат заявлять об этом на весь мир, так как четкий план действий еще не был разработан (ну или не спешили). Алессандра старалась смягчить ситуацию, советуя Джованни отозвать людей из Бразилии и Штатов, тем самым показывая, что у севера нет скрытых мотивов, однако главный старейшина предпочитал отменить все переговоры между ведьмами и вампирами и изолировать мир магии от всего сверхъестественного. Такое поведение очень настораживало Мари, но пока она опасалась обсуждать это решение с Алессандрой и подумывала о дружеском визите к Виктору за подробностями. Пожалуй так она и поступит. После получения кинжала ночной защитник имел право быть посредником между двумя кланами, под этим предлогом она и направился на Сицилию, тайно. Конечно ей не хотелось бы скрывать свои намерения от Алессандры, к которой Мари на удивление сильно привязалась, но правду о нынешней ситуации ей лучше разведать самостоятельно. Особенно после новостей о извещении Вольтури.       Логично было предположить, что именно Виктор был тайным информатором, он идеально подходил на эту роль. Однако, вопреки здравому смыслу, интуиция подсказывала ведьме, что в этой тонкой политической игре были замешаны еще кто-то, возможно из вне, а возможно изнутри. Нью Йорк —Так же и гибридная операционная используется, например, при транспедикулярном остеосинтезе и при операциях по устранению…— в кармане зазвонил телефон. Слишком молодой на вид профессор Колумбийского университета прервался, доставая гаджет. —Пожалуй на сегодня достаточно. Всем спасибо за лекцию, можете быть свободны.       Ученики не торопясь стали покидать аудиторию. Порка Карлайл отошедший к окну взял трубку. —Слушаю— прозвучал его настороженный голос. Элис знает, что в это время каждый вторник он ведет лекцию по нейрохирургии, она не стала бы звонить без необходимости. Что-то случилось. Эти слово принесли с собой лишь новую волну бессилия. —Карлайл! Это на счет Беллы, у меня было ведение. Она, кажется, мертва.— вампирша протараторила фразу замолкая на секунду.       Карлайл воспринял эти слова с холодным спокойствием, однако в голове проносилась тысяча мыслей. Бедная девочка. Что могло случится? И самое главное, как рассказать об этом Эдварду? Захочет ли он жить дальше без неё? —Карали, ты там?— просила обеспокоено Элис. —Ты рассказала еще кому-нибудь?— он уже выходил из дверей университета и садился в вольво, направляясь домой. —Нет, я подумала ты первый должен узнать. Я уже на пути в Форкс, мне кажется нужно помочь Чарли с… —Подожди, ты точно уверенна что она мертва?— эти слова все равно давались тяжело. —Не на сто процентов. Она спрыгнула с утеса и… я не видела как её вытащат из воды, а потом Чарли весь в черном.— она быстро замолчала и из трубки послышался визг шин.—Расскажи остальным и попроси Джаспера не ехать за мной. —Он имеет право знать— твердо заявил Карлайл. Он знал, что Элис правильно его поймет. И тут же вспомнил о Эсме, как ей будет больно от этой новости, и о чем первым подумает Эдвард. Он не захочет жить в мире, где нет Беллы. —Ты знаешь как он это воспримет, сначала его нужно вернуть домой. Кроме тебя он никого не станет слушать. Слишком опасно не иметь возможности не остановить его от…— Элис не смогла договорить.       Она неслась по трассе с безумной скоростью, попутно пытаясь разглядеть туманное будущее Беллы. Она знала, что не успеет ничего сделать и от этого она почти уже решила бросить машину и побежать, но это слишком опасно. —Я сам поговорю с сыном, ты правильно сделала, что направилась в Форкс, держи меня в курсе, Элис.— он повесил трубку.       Слишком тяжело будет объяснить это Эсми, слишком тяжело будет видеть реакцию Розали, но еще тяжелее будет встретиться с сыном впервые после его слов. Когда все произошло и тот ушел, Карлайл не винил Эдварда, он был скорее разочарован в себе, в том, что не смог удержать семью от распада. Словно карточный домик все развалилось, мир для них с Эс стал сплошным трауром без Мари и былого счастья. Трудно было смотреть на то как Эдвард сам рушит свою жизнь, отталкивая тех, кто пытался помочь, ведь она была так чиста, добра и стояла за тех, кого любит, он оттолкнул её за то, что та отказалась уйти, она встала рядом и попыталась помочь, сын был к этому не готов. Он всегда считал себя хуже, чем был на самом деле, Карлайл видел в нем бесконечно доброго и благоразумного юношу, который потерял себя проходя через все, что для него приготовила жизнь. Все, что они с Эсми могли сделать - это просто быть рядом, однако он и этого им не позволил, укатив на другой конец света оставив после себя лишь тоску. Милан. Март 2006 год.       Я прошла через арку завернув в здание Палаццо Марино, где располагался своеобразный офис или же резиденция ведьменской администрации. Алессандра с кем-то разговаривала по телефону, я услышала её голос еще из светлого холл, где туда-сюда слонялись, умело маскируясь под людей, члены правительства, секретари и прочие теневые рабочие административного здания Ломбардии. Через каждый шаг я слышала за спиной перешептывания. Они были наполнены разными чувствами: страхом, уважением, надеждой и непониманием. Это Неро? Черт побери, ночной кинжал! Я слышал, она превосходно колдует, даже лучше Морганы. Не понимаю как Виктор позволил… Я думала она мертва, интересно, как скоро она им отомстит?       С недавнего времени эти звуки стали сопровождать меня практически повсеместно, но я упорно делала вид, что не замечаю ни их, ни взглядов, и лишь иногда от раздражения рука тянулась коснутся висевшего на поясе клинка. Между пальцев прошла легкая искорка и сразу же улетучилась. Подойдя к кабинету тети я постучалась и формально поинтересовалась. —Можно?              Мне не ответили, дверь приоткрылась самостоятельно, я просто вошла внутрь присев на кожаный диванчик справа от её стола. Удивительно как в этом мире сочетаются жесткость старых традиций с непринужденностью современных удобств. Чего я ожидала? Ну наверное темных подземелий, замков и тайных проходов в стенах с гаргулиями. Однако зеленоглазая ведьма расхаживала по просторному кабинету цокая своими дорогими туфлями с красной подошвой и совсем без острой шляпы. Пожалуй, в этой жизни с финансами мне повезло больше чем с чем-либо. От родителей мне досталась очень приличная сумма и хранилась она отнюдь ни в Гринготсе, а на моем собственном счете, что сказать, у меня были особые привилегии. От куда же брались деньги? Я задавала себе этот вопрос с самого начала и ответ оказался проще простого. Италия - страна ведьм, а я из правивших семей двух самых больших кланов, не считая жуткой ответственности от родителей мне ко мне перешли и материальные вознаграждения. Я усмехнулась про себя. —Я поговорю с ним— ведьма отвернулась к окну и стала говорить чуть тише. Её белокурые волосы были бережно собраны в высокий хвост. —Мы достаточно много позволили им, пора бы начать думать о новом альянсе.              Альянсе? С кем это она? Я стала перебирать в голове возможных претендентов. Последний союз у нас был только с японскими омнедодзи, мы обязались встать на их сторону на переговорах с австрийцами, если те в свою очередь, обязуются предоставить военную помощь при необходимости. Японцам не уступать в боевых магических искусствах, Франко иногда в шутку называл их настоящими камикадзе.       Итальянцы, если не в людской политике, то в магической всегда были первыми в вопросе экономики и влияния и могли бы посоперничать разве что с Англичанами. Вот кто уж точно знает как правильно использовать пиар, Виндзоры живут себе во дворце у всех на виду совершенно не скрываясь.       С моей ролью во всей этой политической дребедени не до конца разобралась даже Алессандра. Они с Данте настаивали на том, чтобы я погружалась в дела севера, так как официально стала частью клана, Джованни же больше делал упор на то, что мне нужно сосредоточится на своем предназначении и этом чертовом пророчестве, А Виктор… Я не рассказывала об этом никому, но мы ведем переписку.       Изначально я отговаривала себя от этой затеи и пыталась быть мудрее. Говорила себе Мари, ты с севером окончательно и без поворотно, ведь ты же обещала! Я мельком взглянула на свою правую руку с верху донизу разрисованную знаками. Однако после ритуала и всей истории с ночным кинжалом что-то ощутимо изменилось ни только в том, кем я себя ощущала, но и в том, кем я должна быть. Луна и солнце. «Мари, теперь ты не с севером, но и не с югом. Поздравляю, Difensore Notturno!» Отозвался во мне голос мага. Я и вправду ощущала себя где-то посередине, посередине кланов, посередине миров.       Виктор помогал мне, его слова вносили ясность, конечно я была осторожна не переходила черту и вела себя благоразумно. Называла его напыщенным южанином про себя прямо как тетя, но потом быстро вспоминала, что хоть и частично но тоже принадлежу его клану. И от этого становилось… тепло? Если от отца мне достался разум, то от матери огонь. И с этим огнем нужно было учится ладить, особенного после его пробуждения. Как бы описать этот чувство? Я задумалась на секунду представляя себе лесные пожары, цунами и другие катаклизмы. Но это ни шло ни в какое сравнение. То, что бушевало во мне раньше было похоже на газовую горелку, сейчас же, когда я беру в руки кинжал, то чувствую внутри извержение вулкана или адское пламя. И к сожалению никто не мог помочь мне ладить с ним, кроме того, кто был знаком с его прародителем.       Мне говорили, что я похожа на мать, Алессандра отмечала упрямство и силу характера, Виктор же - силу магии и бесконечную энергию. Да, решение принято. Я еду на юг. Если уж Виктор решил предать и разболтать все Вольтури, то я сама добьюсь от него объяснений!       Алессандра оторвалась от телефона и раздраженно швырнула его на стол. Надо же, обычно она более сдержана, даже когда говорит с Джованни. Так вот оно что, они опять спорят о делах. —Ты уже знаешь, ведь так?— не открывая глаз пророкотала ведьма. —Если ты о Вольтури, то я за этим и пришла— сдерживая улыбку на губах я привстала и подошла ближе к её столу. Алессандра глубоко вздохнула. —Я думала у нас есть еще лет десять на подготовку, но времени не осталось, ты должна поехать.— твердо заявила она явно расстроенная таким раскладом. Её всегда раздражают события происходящие без её ведома. —Я знаю— лаконично ответила я, рассматривая лучи весеннего солнца пробивающегося сквозь тучи. —Данте советовал поговорить с тобой об обновлении договора, думаю время пришло.              Алессандра сузила глаза и уставилась на стол, поддерживая руками голову за виски. —Ты знаешь, чего хотят старейшины. —Джованни— правила я её — я знаю как тебе тяжело находится между всем этим, но я продолжу настаивать на своем. Никакой войны!— спокойно отрезала я. —И я поддерживаю это решение, ты же понимаешь, война никогда не была в моих планах— ведьма откинулась на спинку кресла, уставшая и измотанная. —Странно, я была уверенна в обратном. Буквально пол года назад ты выражала абсолютно противоположное мнение— я скептически сощурилась, прямо как тогда в кафе, правда сейчас между нами гораздо больше доверия. —Я не всегда делаю то, что хочу, Мари. —То есть когда ты говорила про месть, тебе велел… —Да —И когда говорила, что если не пойду с тобой, то придут другие, ты говорила про… —Да— Алессандра встала и подошла ближе, кладя свою руку мне на плечо и заставила повернутся и посмотреть в её глаза.—Я никогда не врала тебе, Мари, никогда!— пауза— Однако есть правила, если совет требует, —Джованни— опять поправила я. — Ты подчинятся беспрекословно. Во мне было гораздо больше энтузиазма говорить то, что я говорила, пока ты не раскрылась передо мной и твои идеи и мысли не стали новой целью. Ты понимаешься, что за тобой потянулись? Многие готовы за тобой идти.       Я отошла обратно к окну рассматривая еще голые деревья. Снег сошел очень быстро, так же быстро как и промелькнули месяцы. Прошло уже больше полугода. Вот же черт. Я бросила, бросила все! А Джованни знает, что делать, и черт его знает кто еще на его стороне. Пусть он и хранил молчание, однако оно было громче слов. Он мне не ровня, кажется, я чувствую большую уверенность даже в переговорах с Вольтури, чем в том, чтобы даже подумать о оспаривали его решений. Он имел влияние и силу, ту, к которой мне нужно буду стремится всю жизнь. Мне вдруг стало так обидно за Алессандру и я решила для себя ,что ни за что не сделаю так как он хочет. Ни из-за гордости, а потому что это не мое решение. —Я тебя ни в чем не обвиняю— призналась я после долгой паузы и повернулась к ней, заглядывая в глаза —Но я ни ты, и действовать буду так, как считаю нужным. —Я на это и надеялась. Из нас всех только у тебя достаточно воли и силы, чтобы делать то, что считаешь нужным, и нет лучшего способа доказать тебе это, чем заставить на секунду усомнится— она подмигнула.       Я кивнула и уже собиралась выйти за дверь, как остановилась на секунду дотронувшись до ручки. По сути я получила то, что хотела, у меня было одобрение и полная свобода действий. —Я должна была сказать раньше. Спасибо за… за все.— похоже эти простые слова были эквивалентом «я тебя люблю» между более эмоционально открытыми людьми, но она все поняла. —Certo, bambina.

      И я вышла из кабинета направляясь на вокзал. До Сицилии я поеду на поезде, не спеша наслаждаясь моментом. Торопится мне некуда, у меня есть еще куча времени, чтобы все обдумать. Чтож, так мне казалось.

Розали

      Еле слышный звук - не здесь, в десятках километров от сюда - заставил меня подпрыгнуть на месте. Мои руки автоматически сжали телефон плотнее, прижимая его к себе.       Я встряхнула волосами откидывая их за плечи, украдкой взглянув на лес через высоко окно. День был пасмурным, темным, мое собственное отражение было ярче деревьев и облаков. Я любовалась им, глаза напоминающие звезды, уголки губ чуть опущенные вниз, маленькая вертикальная складка между густых бровей…       Я нахмурилась, стирая выражение вины с усмешкой. Привлекательной усмешкой. Рассеяно я заметила как мне шло это выражение лица, отлично гармонируя со светлыми кудрями. Все так же мой взгляд продолжал гулять по темному лесу Аляски, было облегчением видеть, что я все так же была одна. А звук был всего лишь - пением птиц или легким ветерком.       Нет необходимости в облегчении, я говорила себе. В вине. Я не сделала ничего плохого.       Остальные так и собирались скрывать от Эдварда правду? Пусть он вечно тоскует в отвратительных трущобах пока Эсми горюет, Карлайл сомневается в правильности каждого своего решения, а природная легкость и юмор Эммета уходят прочь с одиночеством? Это было бы справедливо и правильно? Если бы этот паршивец не значил так много для родителей, я бы и пальцем не пошевелила. От одного упоминания его имени мне хочется разорвать кого-нибудь. Но я так скучала… Скучала по ним обоим.       Кроме того, мы бы не смогли долго держать Эдварда в неведении. Рано или поздно он бы объявился, чтобы увидеть Элис или Карлайла, и затем правда бы вскрылась. Был бы он благодарен нам за ложь и молчание? Вряди. Даже не смотря на его вину, от которой, я надеюсь, он сейчас сгорает в адском пламени, врать ему было не лучшей затеей. Эдварду всегда надо было все знать, он жил с этим ощущением всезнания, может этим его и раздражала Мари? Тем, что могла пресечь это? Я сжала телефон крепче и вновь эта предательская складочка залегла между бровей.       Когда он успокоится и справится со всем беспорядком в своей голове, возможно поблагодарит меня за откровенность, если я не проломлю ему череп первой, когда увижу.       Вновь какой-то далекий звук заставил меня проверить лес перед собой. Ладно, у меня были свои тараканы, но было ли это так плохо хотеть, чтобы семья была вместе снова? Было ли это эгоистично скучать по тем радостным дням, когда все были вместе и счастливы? Дням, которые Эдвард разрушил своими словами, своими поступками.       Мер была странной, взбалмошной и опасной, но она давала такое ощущение тепла и спокойствия, какое я не ощущала за все свои почти сто лет жизни. И пусть со своими секретами и ужасным прошлым, она очень органично вписалась в нашу семью. Карлайл и Эсми были такими счастливыми рядом с ней, они наконец стали настоящими родителями с заботой и нежностью, с ответственностью и своими проблемами. Для меня она была все той же двенадцатилетней девочкой случайно попавшей в дом к семи вампирам, упрямой и чересчур умной. Она меня не боялась, а мне так хотелось подарить ей заботу, что я совсем не замечала, что она тоже не человек. Что её сила растет совершенно не пропорционально ей самой. Но мы бы смогли, мы бы сумели помочь если бы не…       Я с силой ударила рукой по стеклу. Нет, никой больше вины. Я правильно поступила. Пусть Эдвард оплачет свою маленькую человеческую подружку, вернется и поможет найти сестру.       Телефон зазвонил и я автоматически проверила мобильник в руке. Однако звук шел из кухни. Сначала я подумала, что это был Эдвард. Перезванивал, чтобы наверняка убедится в правдивости моих слов, он мне не доверял. Наверное думал, что я жестока настолько, чтобы представить это все как шутку. Я влетела в кухню, чтобы ответить на телефон Тани. —Да— я сказала. —Роуз, мне нужно поговорить с Карлайлом сейчас— голос Элис прозвучал грубо. —Оу Элис, Карлайл на охоте. Что сл…? —Ладно— прорычала она— Как только он вернется. —Что случилось? Я последую за ним и попрошу перезвонить тебе. —Нет— Элис снова меня перебила. —Я буду в самолете. Слушай, ты говорила с Эдвардом?              Было странно, то как в животе у меня все передернулось. Старые человеческие воспоминания принесли с собой дежавю. Тошнота… —На самом деле, да. Вообще-то я говорила с ним несколько минут назад.— на секунду мне пришло в голову сказать, что он сам мне позвонил, но смысла врать не было. Я решила, что лучше буду грубой. Элис не может звонить и так говорить со смой.—Ты и Карлайл были не правы. Эдвард не простил бы вам ложь, он хотел правды и я дала ему её. Я сказала ему, сказала ему многое— призналась я — Я говорила пока он точно не понял, что я имею ввиду. —Почему— Элис вздохнула. —Почему ты так поступила, Розали? —Потому что чем скорее он отойдет, тем скорее все вернется на круги своя. Белла погибла, и он смирится рано или поздно. Тогда он приедет домой, извинится перед Эсми и поможет нам найти Мари. —Чтож, ты ошибаешься на счет всего, Роуз, в этом и проблема.— Элис почти рычала в трубку.              На счет всего? Я заморгалась, пытаясь понять. —Белла жива?— прошептала я, не веря в эти слова. Просто пытаясь понят на счет чего конкретно я была не права. —Да, это так. Она в абсолютном порядке. —Порядке? Ты видела как он спрыгнула со скалы! —Я была не права.              Эти слова звучали очень странно особенно из уст Элис. Элис, которая всегда была права, которую невозможно было подловить. —Как?— прошептала я. —Это долгая история.              Элис была не права. Белла жива. И я сказала ему… —Ну и беспорядок ты развела— я прорычала и стала расхаживать из угла в угол. —Эдвард будет в бешенстве, когда придет домой. —Чтож, на этот счет ты тоже ошибаешься,— сказала Элис. Было слышно как она произнесла это сквозь зубы. —Поэтому я и звоню. —Ошиблась? Эдвард едет домой, ведь так? Конечно он должен.— я нервно усмехнулась. —Что, ты думаешь он будет играть в Ромео? Как какой-то чекнутый романтик… —Именно это я и видела— она отчеканила каждое слово.              Сталь в её тоне заставила мои колени подкосится. Я схватилась за деревянную стену чтобы удержать на ногах мое твердое безжизненное тело. —Нет. Он не так глуп! Эдвард должен понимать.              Я не смогла закончит предложение. В голове появилось мое собственное ведение. То как мой мир выглядел если бы Эммет… Я отмахнулась от этого ужаса. Нет, тут нечего и сравнивать! Белла была человеком. Он не хотел даровать ей бессмертие, так что это не тоже самое. Эдвард не мог чувствовать того же. —Я-я не хотела, чтобы все получилось так, Элис! Я думала он вернется, он вернется домой.— мой голос почти дрожал. —Уже слишком поздно для сожалений, Роуз.— сказала Элис жестче и холоднее чем раньше. —Оставь их для кого-нибудь, кто поверит тебе!              Она положил трубку. —Нет,— прошептала я продолжая прижимать телефон к уху. —Эдвард должен вернутся домой.              Я вглядывалась в отражение моего лица в стеклянной панели французской двери. Но я больше не могла его видеть, сейчас это была просто размытая картинка. Эммет.       Я крикнула, толкая дверь перед собой. —Эммет! Эммет на помощь!