Пациент №12

(6 курс)  Тео направился в запретный лес. Он довольно часто там гулял, перспектива встретить какое-то страшное существо его совершенно не пугала. Возможно потому что парень осознавал, что самое опасное, что там может быть, — это он сам. Даже кентавры обходили его стороной, как будто чувствовали всю темную магию, которой он управлял. Или она им.  Дойдя до фестралов, Теодор удивился, он не ожидал увидеть здесь кого-то ещё. На против чёрного лошадиного скелета стояла Луна. Она аккуратно гладила существо.  На когтевранке была белая юбка с такими же белоснежными колготками и голубой свитер, а шею украшало множество разных бус и подвесок.  — Впечатляющие создания, не так ли? — необорачиваясь спросила светловолосая волшебница.  Если у кого-то в Хогвартсе ещё и были необычные способности, то определённо у Лавгуд. Это трудно было объяснить, но она как будто видела человека насквозь.  — Да, выглядят завораживающие, — Тео подошел ближе и тоже погладил лошадь.  — Чью смерть ты видел? — спросила она таким тоном, будто о погоде говорила. Парень помедлил с ответом, но все-таки решил продолжить беседу.  — Матери. А ты?  — Тоже.  — Значит мы понимаем друг друга, — волшебник отошел и сел на бревно, которое валялось неподалеку. — Как она умерла?  Девушка достала дохлую крысу и начала кормить ей фестрала. Нотт даже не хотел знать, что ещё у нее было в сумке.  — Мама любила экспериментировать с заклинаниями, и у нее это прекрасно получалось. Но однажды чары отрикошетили и попали в нее саму, все случилось так быстро… — Луна печально вздохнула, затем тоже подошла к бревну и села рядом с Тео.  — Сочувствую, — произнес он, и девушка кивнула ему в ответ. Парень решил поделиться и своей историей, хотя это было на него непохоже. — Моя мама наоборот умирала медленно. Она заболела, никто из целителей не мог точно сказать, что с ней. Я наблюдал, как ей день за днем становится хуже, и ничего не мог поделать, — Нотт сглотнул. — Никому такого не пожелаю.  Лавгуд осторожно положила свою ладонь поверх Тео и слегка сжала её в поддерживающем жесте.  — Не вини себя, уверена твоя мать этого бы не хотела.  Теодор слегка улыбнулся ей. Когда она отвернулась, слизеринец незаметно вытер руку, все-таки до этого она как никак трогала крысу. Школьники ещё какое-то время сидели в тишине, а потом пошли обратно. Им нужно было успеть вернуться до отбоя. Шли они так же молча, но это не было неловким молчанием, наоборот им было комфортно.  Перед тем как зайти в замок, Луна остановила парня.  — Подожди, я знаю о твоей силе. Я могу её чувствовать, особенно когда дотрагиваюсь.  Волшебник напрягся.  — Если ты кому-то скажешь…  — Мне незачем болтать, — прервала она его. — Тем более даже если расскажу, мне то уж вряд ли кто-то поверит.   «Тоже верно», — подумал Тео.  Они снова продолжили движение.  — По четвергам после отбоя я хожу на астрономическую башню, если захочешь — присоединяйся. Мне кажется, ты интересный собеседник, — будничным тоном пролепетала она и пожала плечами, как будто каждый день куда-то приглашает Слизеринцев. Теодор опешил и не знал, как правильно отреагировать. Обычно если девушки звали его куда-то после отбоя, то это означало, очевидно, только одно… Но от Луны не знаешь, чего ожидать. Лучше все-таки уточнить, хотя ему не хотелось её обижать.  — Лавгуд, ты не пойми меня неправильно, — он провел рукой по волосам, — но ты не совсем в моем вкусе.  — О, ты тоже, — равнодушно произнесла когтевранка и даже в лице не изменилась. — Мне нравятся хорошие парни, от плохишей потом проблем не оберешься.  Она похлопала его по плечу как старого друга, а потом ушла в свою сторону. Тео усмехнулся. Отлично, это они прояснили.  Когда наступил четверг, он пришел. Сам не мог объяснить почему, чувствовал, что так надо.  Ребята искали различные созвездия, ели круассаны с джемом, которые им удалось захватить с собой с ужина, и много разговаривали. Луна также поведала ему о каких-то мозгошмыгах. Конечно, она была со странностями, но и Теодора нормальным назвать нельзя было. И самое главное, что парень ей верил. Остальные над ней смеялись. Но он знал, что другие просто не в состоянии видеть столько, сколько она. Они оба отличались от других, наверное, это их и сблизило в итоге.  Когтевранка и Слизеринец продолжали встречаться каждый четверг, это стало их традицией. Блейз даже шутил над ними, но они умело игнорировали все его подколы.   Однажды Лавгуд рассказала Тео о том, что умеет видеть ауру людей.  — С твоими способностями, скорее всего, и ты сможешь. Это непросто, но можно попробовать. Нотт всегда был одаренным учеником, поэтому этому навыку он обучился за две недели. Когда он наконец-то смог увидеть ауру Луны, то расплылся в улыбке так, как будто в лотерею выиграл.  — Вижу! — воскликнул Теодор. — Светлая такая, очень светлая.  Когтевранка улыбнулась ему в ответ. Она хотела что-то сказать, но парень её перебил.  — А что это за маленькая красная точка по середине?  Луна на мгновение поменялась в лице, но быстро взяла себя в руки. От Нотта это не осталось незамеченным. — Думаю, нам пора идти спать, поздно уже, — девушка уже развернулась и хотела уйти, но Тео создал перед ней барьер, сквозь который она не смогла пройти.  — Расскажи мне, — приказным тоном сказал волшебник. — Ты же знаешь мой секрет, вот и я твой никому не скажу, — уже мягче добавил он.  Лавгуд подошла к перилам на астрономической башне и посмотрела вниз. Она глубоко вдохнула и выдохнула.  — Это опухоль, — после этого слова Тео замер. —  Целители говорят, что сейчас она не представляет опасности, но есть большая вероятность, что в будущем она станет разрастаться.  Парень попытался собраться с мыслями после услышанного.  — Ее нельзя удалить?  — Нет. Если по-простому объяснять, то эта штука уже впустила в меня свои корни.  — И что же делать? — нервно поинтересовался он.  — Пить специальные отвары и надеяться на лучшее.  Тео помотал головой, не веря своим ушам.  — Ты так спокойно об этом говоришь.  — А смысл переживать? Смерть в любом случае придет за каждым из нас, это лишь вопрос времени, —отстраненным голосом сказала белокурая девушка.  Они молчали. Теодор должен был сказать что-то, поддержать, но не нашёл нужных слов. Эта новость выбила всю почву у него из-под ног.  Спустя время они сели, облокотившись к стене. Нотт взял руку волшебницы в свою.  — Все будет хорошо, — тихо произнес он, убеждая больше в этом самого себя, чем её.  Девушка развернулась к нему.  — Пообещай мне кое-что, — несмело произнесла волшебница, догадываясь какая реакция будет у парня. — Если однажды ты увидишь на ауре, что опухоль разрастается… —она перевела дыхание, — убей меня. Я не смогу сделать это сама. Тео отпустил её руку и посмеялся с ноткой истеричности. — Ты хоть представляешь, о чем просишь? — волшебник встал. Он злился как на её просьбу, так и на всю ситуацию в целом. И это немудрено, вполне нормальная реакция. — Я никогда это не сделаю и вообще, почему ты меня просишь об этом? — повышенным тоном спросил он.  — Я знаю, что ты способен убить человека. И уже это делал.  Нотт не удивился, что она в курсе, она всегда все знает.  — Блять, да, — он потянул ее за руку, заставив встать, и прижал к стене. —Вот только ты не учла одну такую крохотную деталь, — Тео тяжело дышал, его злость превращалась в ярость. —  Я убивал людей, на которых мне было абсолютно поебать. Нотт никогда не признается, но он всегда очень сильно привязывался к людям. А за последние несколько месяцев парень успел сильно проникнуться своей новой подругой.  — Какого хуя ты вообще начала со мной общаться? Чтобы потом попросить меня о такой незначительной просьбе? — с сарказмом выпалил он и отошел от нее, сняв барьер. Парень начал спускаться по ступенькам. Луна поспешила за ним.  — Ты ведь все это заранее продумала, да?  — Нет, конечно нет, — начала оправдываться когтевранка. — Я начала с тобой общаться, потому что разглядела в тебе интересную личность. Плюс мы немного похожи.  Когда девушке все-таки удалось догнать парня, она взяла его за локоть и развернула к себе лицом.  — Ты лучше меня знаешь, что нет ничего хуже, чем медленная и мучительная смерть от болезни, — проговорила она с такой обреченностью, хотя обычно её голос звучал отстраненно.  Теодор ничего не ответил, он убрал свою руку и пошел дальше, оставив Луну одну. Девушка села на ступеньку, обхватив себя руками. Он должен её понять и услышать, она надеялась на это. После этого инцидента Тео месяц не приходил на астрономическую башню, но потом он все-таки привел мысли в порядок и явился.  Когда волшебник пришёл, Лавгуд сидела и что-то рисовала. Слизеринец молча расположился рядом и долго наблюдал за ней. Как будто запоминал каждую деталь.  — Обещаю, — тихо сказал Теодор.  Это было последнее, что парень ей сказал. Больше он никогда не приходил. И Луна не могла обижаться, она прекрасно понимала, что ему будет намного легче выполнить свое обещание в будущем, если они не будут друзьями.

***

Гермиона проснулась с рассветом, она бы не отказалась ещё часок другой поваляться в кровати, но им нужно было отправляться в дальнейшей путь. Тео ещё мирно спал, девушка решила дать слизеринцу дополнительные двадцать минут безмятежного сна, перед тем как разбудить и вырвать в суровую реальность.  Его лицо было расслабленным и умиротворенном, губы слега приоткрыты, а дыхание размеренным и… Так стоп, Грейнджер прервала поток своих мыслей. Ей должно быть все равно, она не должна его рассматривать, пока он спит. Гриффиндорка отвела взгляд в потолок, но потом не сдержалась и снова посмотрела на своего... А кто он ей сейчас? Впрочем, это и неважно. В любом случае слизеринец был очень красив. Густые длинные ресницы, шрам, который тонкой линией рассекал его бровь и глаз. Руки с ярко выпирающими венами. Волшебница вспомнила, как на последнем курсе они любили сидеть с Ноттом у озера. Тео обычно читал ей вслух, облокотившись о ствол дерева, а Гермиона устраивалась рядышком, клала ему голову на плечо и внимательно слушала. В такие моменты она часто поглаживала его по руке, очерчивая рисунок вен, ему это нравилось.  Гермиона встряхнула головой, отгоняя воспоминания. Сейчас это казалось таким далеким и ненастоящим. Девушка пошла умываться. Вернувшись, она увидела, что Тео сменил позу. Его футболка слега задралась, оголяя небольшой участок кожи на спине, на котором виднелись шрамы, уходящие вверх. Волшебница нахмурилась, она не видела их раньше. Честно говоря, она вообще не помнит, когда в последний раз видела его без футболки. Грейнджер на цыпочках подошла ближе и аккуратно подняла футболку чуть выше, чтобы лучше разглядеть отметины.  Все случилось мгновенно, Тео резко открыл глаза, больно схватил её за запястье и повалил на кровать, нависнув сверху. Его зрачки были расширены, а глаза полны злобы. Но уже через пару секунд парень осознал, что перед ним Гермиона. Он облегченно выдохнул, расслабив хватку, но не отпустил.  — Никогда. Слышишь меня? Никогда не подкрадывайся ко мне, когда я сплю, — голос был хриплым после сна и очень серьезным. — Мерлин, да если бы я знала, что ты так отреагируешь, то естественно бы не стала, — Грейнджер попыталась высвободится из хватки слизеринца, но безуспешно.  Нотт улыбнулся ее попытке. Волшебница была одета в белую майку и черные пижамные штаны. Нотт прошелся по ней взглядом и остановился на груди. Майка немного просвечивала при дневном свете. Девушка уже успела пожалеть, что надела её. Он скользнул взглядом дальше по ключицам и шее, затем снова посмотрел в глаза и напоследок задержал свой взгляд на губах. Девушка машинально их облизнула.  Тео пришлось приложить немало моральных и физических усилий, чтобы встать с нее и не натворить глупостей. Он не хотел все портить, когда она только начала с ним снова более—менее нормально общаться. Он вообще больше не хотел ничего портить.  — Откуда у тебя шрамы? — поинтересовалась она, растирая запястья. Видимо, он все-таки слишком сильно схватил её вначале.  Теодор прикрыл глаза, повернулся к окну и прислонился к нему лбом. Стекло приятно охлаждало.  По гнетущему молчанию она поняла, что тема явно для него тяжелая.  — Тео, — неуверенно произнесла она его имя и подошла к нему на расстоянии вытянутой руки.  Парень громко выдохнул и развернулся к ней лицом.  — Ты спрашивала, что в худшем случае со мной делали в психбольнице, — он снял футболку. Гермиона ахнула, увиденное повергло ее в шок.  — Пытали, — все еще хрипло произнес он.  Грудь, живот, плечи, спина — все было покрыто множественными шрамами разной величины, Гермиона потеряла дар речи. Волшебник внимательно следил за реакцией. На ее лице читался ужас. Она подошла ближе.  — Мне жаль, Тео, — гриффиндорка протянула руку, чтобы дотронуться до него. Но волшебник отошел, не давая ей этого сделать.  — Не надо, последнее, что мне нужно, так это твоя жалось, — Нотт обошел Грейнджер и закрылся в ванной.  Гермиона оставалась ещё какое-то время стоять неподвижно. Если бы она пришла к нему хотя бы раз, она бы смогла ему помочь. Она бы ни за что не оставила его там, если бы знала, что с ним делают на самом деле. Но она не знала, и она не пришла. История не знает сослагательного наклонения.  Одинокая слеза скатилась по её щеке.  Через полчаса все уже сидели внизу и завтракали. Элис устроилась на коленях Тео и ковыряла вилкой в омлете, Нотт ел сэндвич с ветчиной и сыром, а Гермионе после всего кусок в горло не лез, поэтому она просто пила кофе.  — Гермиона, ты точно ничего не хочешь? — обеспокоенно спросила Марилла  —Да, точно, не переживайте, — девушка слегка улыбнулась, успокаивая милую женщину.  — Так, а с тобой чего? — уже более строгим голосом сказала Марила обращаясь к своей дочери.  Девочка продолжала ковыряться в тарелке, опустив голову. Когда она все-таки посмотрела на мать, то они увидели, что её глаза полны слез. Малышка всхлипнула, а женщина сразу смягчила свой взгляд.  — Не хочу, чтоб дядя Тео уезжал.  Нотт повернул ребенка к себе так, чтобы видеть ее лицо.  — Эй, ты чего? Я же ещё приеду, — он аккуратно вытер слезы с её щек и пододвинул ей стакан воды.  Элисон сделала несколько глотков, немного успокаиваясь.  — Обещаешь преобещаешь? —посмотрела она на него своими большими и искренними глазами.  — Обещаю преобещаю, — Тео предложил ей откусить свой сэндвич, и она согласилась.  — К Рождеству? — набитым ртом спросила девочка не унимаясь.  — Я очень постараюсь, — парень сделал несколько глотков чая с лимоном.  — А на метле меня научишь кататься летом? — Элис откусила ещё немного его сэндвича  — Да, — Слизеринец смирился, что этот бутерброд видимо больше не его.  — Обещаешь преобещаешь?  Все улыбнулись от милоты. Тео пальцем щелкнул Элис по носу.  — Обещаю преобещаю.  Остаток завтрака прошел за разговорами, но Гермиона не особо слушала. Она была глубоко погружена в свои мысли.  После еды, волшебница поблагодарила Марилу за её гостеприимство, попрощалась с Элисон и отправилась в машину. Девушка понимала, что Теодору требуется время попрощаться с ними наедине.  Через пятнадцать минут дверь машины открылась. Нотт сел, не обронив ни слова, и завёл двигатель. Следующая остановка — аэропорт. 

***

Гарри метался по комнате. Он не мог найти себе места, мысли уничтожали его. Что же он наделал? Он использовал непростительное и чуть не убил невинного человека. Это на него совсем не похоже, это не он. Он не такой. Отчаянный крик вырвался из его груди. Парень никогда не чувствовал себя таким подавленным. Вчера ярость и гнев взяли над ним вверх, но такого больше не должно повториться. Поттеру нужно взять себя в руки. Если он хочет поймать и отмстить Нотту, то ему нужна холодная голова. А он обязательно ему отомстит, гриффиндорец в этом не сомневался. Но теперь никаких вольностей, Поттер будет действовать по закону, как и всегда делал до этого.  Волшебник сел за свой рабочий стол и достал листок, на котором нарисовал вопросительный знак. Если он хочет победить, то ему нужен союзник, кто—то, кто хорошо знает Нотта, и у кого есть все причины ненавидеть его.  Три года назад Гермиона со слезами на глазах появилась у него на пороге. Тогда он и узнал, что слизеринец никуда не уезжал, отец его отправил в психбольницу, потому что сыночек стал совсем неуправляемым. — Ну конечно, — подскочил Поттер со своего места. — Идиот, как же я упустил такую важную деталь.  Нужно узнать, что случилось с его отцом и где он сейчас находится. Гарри был уверен, что Нотт старший ещё жив. Теодор бы не дал ему просто умереть, наверняка, он где-то его держит. 

***

Дорога от дома Марилы до аэропорта была недолгой, в отличие от перелета… Он продлился почти сутки. Несмотря на то, что Тео выкупил весь ряд, потому что мест в бизнес классе не было, пространства все равно было мало. Спина ужасно болела у обоих. Так ещё через ряд от них сидела семья с двумя маленькими детьми, которые орали большую часть полёта. Сказать, что Тео проклял всё и всех вокруг, не сказать ничего.  — Блять, ты не могла спрятать родителей где-нибудь поближе?  — парень протирал виски, у него ужасно болела голова.  — Нет. Если ты забыл, то им угрожала смертельная опасность.  — О, зато теперь смертельная опасность угрожает всему этому самолету. Потому что клянусь, мне хочется убить здесь всех, — один из детей начал плакать с удвоенной силой. — И начну я с тех двух спиногрызов.  — Я думала, ты любишь детей, — произнесла девушка, не отрываясь от книги. — Я их ненавижу! — резче, чем требуется, ответил Теодор, потому что нервы заканчивались.  Гермиона на него вопросительно посмотрела.  — Элис – исключение, — добавил он.  Здесь их точки зрения совпадали. Конечно, Гермиона не ненавидела детей, но и не любила. Она давно для себя решила, что лучше посвятит свою жизнь карьере. Тео прислонился лбом к креслу впереди. Боль была почти невыносимая.  — Я оставила все зелья в чемодане, но у меня есть магловские таблетки от головы, должно помочь.  Тео протянул руку не глядя, девушка дала ему сразу две таблетки, чтоб наверняка. Он запил их минеральной водой.  — Мерлин, пусть они помогут, — чуть ли не простонал парень.  — Здесь можно посмотреть фильм, — начала отвлекать его Гермиона. — Это хоть как-то убьет время, — она протянула ему наушник.  Теодор не стал сопротивляться, ему и правда нужно было хоть как-то отвлечься. Гермиона попросила у стюардессы плед, потому что сильно дуло, и горячий чай с лимоном. Волшебник наоборот от всего отказался, ему ничего не хотелось. Грейнджер выбрала какой-то магловский фильм, Нотт даже названия не запомнил. Первые 10 минут были скучные, но потом он начал проникаться сюжетом. Орущие дети тоже замолкли, что не могло не радовать. Засмотревшись, парень машинально взял у Гриффиндорки стаканчик, сделал пару глотков и вернул.  Когда фильм закончился, Нотт был в недоумении.  — Какой-то бред, он отпустил её. Позволил любимой девушке уйти к другому мужику.  — И что не так? — Гермионе и правда было интересно узнать его мнение по этому поводу.  — Если любишь, то не отпустишь, наоборот будешь до конца бороться, —сказал Тео, как что-то само собой разумеющееся.  — Это в твоем эгоистичном мировоззрение, а у него видение другое. Ему главное, чтобы она была счастлива.  — Это был камень в мой огород? — наиграно спрсил Теодор, схватившись за сердце. — Я тоже хочу, чтоб ты была счастлива, — пауза, — но рядом со мной.  Гриффиндорка закатила глаза.  — Да, ты не исправим. Вы совершенно не похожи с главным героем.  — Сочту за комплимент.  Гермиона снова принялась за чтение, а Тео отвернулся к окну. Голова на время немного прошла, но сейчас он снова начал чувствовать, как подступала боль.  В какой-то момент парень с девушкой повернулись к друг другу.  — Если бы я… — Ты его…  Одновременно начали говорить они и остановилась.  — Ты первая, — сказал Нотт — Если бы я знала, что с тобой там делают, то я бы… — Не надо, — перебил он ее, — ты не знала, и прошлое не вернешь. Бессмысленный разговор.  — Почему ты не залечишь шрамы? — аккуратно поинтересовалась она, прощупывая почву, потому что не знала, как он отнесется к подобным вопросам.  — Слишком много времени прошло, не получается. Я могу лишь их скрыть на время, — Гермиона хотела что-то ещё спросить, но парень не дал ей этого сделать. — Моя очередь. Ты любила его? Чарли?  Данный вопрос застал девушку врасплох.  — Я не знаю, это сложный вопрос… —волшебница начала поправлять свои волосы, она всегда так делала, когда нервничала.  — Да или нет?  Да уж, он совсем не давит на нее.  — Я же говорю, я не могу точно ответи… — Да или нет? — голос становился все настойчивее, слизеринец не планировал отступать, пока не получит четкий ответ.  — Нет, — раздраженно и достаточно громко ответила девушка.  Гермиона думала, что Теодор сейчас скажет что-то по типу «Я так и думал» или криво улыбнется, но нет. Он просто снова отвернулся к окну.  Девушка заметила, как у него трясутся руки.  — С тобой все нормально? — его состояние начало уже действительно ее беспокоить.  —Да, — его лоб покрылся испариной, — просто видимо какое-то недомогание сегодня. Ерунда, я сейчас приду.  Тео прошел в конец самолета, хорошо, что очереди не было. Он быстро зашел в кабинку и склонился над унитазом, его начало рвать.  — Черт, — он ничего не употреблял уже несколько дней и думал, что никаких проблем не возникнет. Он был уверен, что у него нет никакой зависимости. Так думает обычно большинство. Но только ломка его все-таки настигла.  Тео медленно встал, в теле ощущалась ужасная слабость. Он умылся, легче не стало, но он хотя бы попытался.  Вернувшись, парень постарался непринужденно сесть, хотя каждое движение ему давалось с трудом. У него было такое ощущение, что ему становится все хуже с каждой минутой.  И, конечно, от Гермионы скрыть это не удалось.  — Ты выглядишь очень нездорово, Нотт. — Спасибо за честность.  — Похоже у тебя простуда или какой-то вирус, — волшебница потрогала его лоб, он весь горел.  — Все нормально, не бери в голову.  — Нормально? Нам лететь ещё 5 часов, а ты выглядишь так, будто откинешься через 5 минут.  — И все-таки тебе надо было учиться на Слизерине, — Тео открыл бутылку и сделал несколько глотков воды.  Грейнджер осторожно потянула его за руку.  — Ложись.   — А вот и привилегии от болезни, — попытался пошутить он.  — Я сейчас передумаю  Парень решил не проверять правдивость ее слов. Он положил голову ей на колени и прикрыл глаза. Гермиона чувствовала, как его знобит, она укрыла его своим пледом.  Волшебник уже начал засыпать, как вдруг снова открыл глаза и посмотрел на девушку.  — У нас разные представления о любви, как выяснилось, — намекнул он на фильм. - Но я люблю тебя. Возможно, по-своему, эгоистично, но люблю.  Гермиона не знала, что ответить, да ей и не пришлось. Тео очень быстро провалился обратно в сон. Его руки слега тряслись даже во сне. Она положила свою ладонь поверх его, а другой рукой аккуратно гладила по волосам. Их отношения будут когда-нибудь простыми и легкими? Она посмотрела на спящего Слизеринца. Скорее всего нет.