Волосы…

— Вот именно, — произносит Эдгар и лучезарно улыбаясь, идет в свою комнату, чтобы найти подходящую пижаму для сонного мальчишки.  Сэнди кивает. Он не идет за ним, а остается сидеть на кухне, ждать Чапмана. Парень смотрит в окно и полностью погружается в свои мысли. Нахлынули те самые грустные воспоминания связанные с Леоном, с волосами, с дневником…  Стало как-то грустно, тоскливо, и пусто на душе. Почему он вспомнил об этом именно сейчас?  Эдгар быстро возвращается и замечает грустный взгляд Сэнди.  — Что такое? — Парень садится рядом со звездным.  — А? — Сэнди настолько был погружен в свои мысли, что не заметил, как рядом с ним уже сидел друг. — ничего, все в порядке. — молвит Сэнди, приподнимая уголки губ.  — Твои вещи я положил в ванну, там и щетка, и полотенце, и пижама, все находится на стиралке, увидишь в общем. — кратко объясняет Эдгар, откинувшись на спинку стула.  Миллер хихикает и благодарит того за доброту. Пунцовый румянец на его щечках вновь проявляет себя.  — Ты очень добр, почему же ты всегда один? Как ни пройду мимо тебя, ты всегда один-одинешенек.  — Да ты просто кроме себя и Леона никого не замечаешь, вы постоянно вместе, а на других людей и взгляда не бросите.  Эдгар смог вызвать у Сэнди чувство стыда, такое неприятное… Парень чувствует характерное напряжение, но старательно не подает виду. Он прокусывает внутреннюю сторону губы до крови, опуская взгляд вниз.  — Мда.. ты прав… я хотел тебе еще кое-что рассказать..  Сэнди делает паузу, закусив нижнюю губу. Звездный чувствует неприятный, сводящий узел внутри. Такое ощущение, будто ожидает что-то плохое. — Ох… я тебя слушаю, давай, вперед.  Эдгар явно был не заинтересован, его выбесили бывшие поступки Сэнди, как ему было глубоко плевать на всех. Парень закатывает глаза, складывая руки на груди.  — Я… я скажу тебе по секрету, как своему другу. Я давно влюблен в Леона, я посвятил ему множество стихов, я думал о нем каждую секунду, каждый день. Точно также меня каждый день интересовал лишь он, и никто больше. Точно также каждый день меня терзал мной внутренний я, за то, что не мог ему признаться в своих чувствах, что он мне не просто друг, и не просто возлюбленный. Иногда кажется, что я зависим от него. Какое у него настроение — такое и у меня. Если я желаю ему доброе утро, а он говорит, что оно далеко не доброе, значит это так, и я сам продолжаю утро без улыбки на лице. Я так мечтал признаться ему, мечтал, чтобы он ответил мне тем же, или… мы бы хотя бы остались друзьями, а не врагами, как он считал… Парень смаргивает первые слёзы. Он ни разу не позволял себе проявить слабость, держался до последнего, строя из себя самого безэмоционального человека на планете. Мысль о том, что он стал жертвой отвергнутой любви, не давала ему покоя, доставляла душевные страдания. Слезы непроизвольно текли по лицу Сэнди, как бы он не старался сдерживать их. — Извини, просто выговорится некому… он в итоге сам все узнал, поэтому я сейчас без волос. Поэтому мне было так плохо. Он даже не разобравшись, взял и бросил меня, но зато когда я состриг их, он наорал на меня, будто я ему был не безразличен! Как будто он и не бросал меня, не заставлял рыдать, а потом поникшим сидеть перед чашкой кофе! Студент закрывает лицо руками, опрокидывая голову назад, сам сгорая от стыда от того, что все вырвалось. Все что копилось, все, что он смог сдерживать и прятать от чужих ушей — кто то слышит. Возможно, Сэнди пожалеет, что все высказал. Слова обронил, взять забыл. И все, что было скрытно — стало явью.  Эдгар такого явно не ожидал. Это было очень неожиданно. Он не знал, что так сильно надавит на Сэнди, что тот все расскажет, ответит на все интересующие вопросы. Теперь стыдно Эдгар у за самого себя. Брюнет опускает взгляд вниз, тяжко выдыхая. Собравшись с мыслями, подобрав слова поддержки, молвит: — Сэнди, может это и правильно, что ты сейчас высказался, не стоит так много переживаний держать в себе. Ты не один, я сейчас рядом, я выслушал тебя, готов тебе помочь, только если… ты скажешь, чем могу помочь.  Брюнет медленно тянется обнять его, может это не лучшее решение, но он все же готов к тому, что Сэнди того оттолкнет и не захочет тактильности в этот момент. Но на его удивление, звездный не спешит его отталкивать, а наоборот обнимает в ответ, утыкаясь носиком в плечо Эдгара. На душе Сэнди становится тише. — Спасибо…  Всхлипывает звездочка, отстранившись.  Эдгар улыбается и аккуратно большим пальцем убирает последнюю, скатившуюся по щеке, слезинку друга.  — Может, тебе стоит отдохнуть прямо сейчас? Прими душ и ложись спать, а завтра вечером нас ждет вечер в кругу друзей.  — Угу, хорошо.  Сэнди улыбаясь, встает и идет в ванную. Скорее всего ему не хватало лишь горячего душа после такого. Парень долго смотрит на свое отражение в зеркале, еще даже не раздевшись. В голове все так мутно, а эта "истерика" отняла все силы. Парень мотает головой и хочет поговорить с Леоном об этом еще раз, но надеется, что без слез. И сейчас понимает, что все еще его любит, все еще думает о нем, но больше не мечтает о любви с ним, лишь вспоминает то предательство.  После душа и ухода за собой, Сэнди стало еще лучше, успел согреться и отдохнуть. Он выходит из ванной переодетый в черную пижаму, состоящей из рубашки и длинных штанов. Взяв с собой одежду, идет во вторую комнату, давно желая заснуть сладким сном. Присаживаясь на кровать, оставляет свою одежду на прикроватной тумбочке, а сам укрывается одеялом.  Эдгар гораздо быстрее принял душ и умылся, даже успел пожелать спокойной ночи Сэнди, который еще не успел толком заснуть, что для обоих удивительно.  *** На следующий день, утром первым проснулся Эдгар, уже в предвкушении дивного вечера в кругу друзей. Брюнет успевает сходить в магазин и купить все необходимое. Парень еще успел завтрак обоим приготовить, осталось лишь дождаться, пока проснется Сэнди, а ведь он любитель поспать подольше… Звездочка просыпается в двенадцать дня, берет телефон в руки и видит сообщения от Леона:  Сэнди, все хорошо?  Блин, ты же спишь…                                 6:47 Сэнди, ты проснулся?                                 7:36 Все хорошо?                                  8:01 Как ночь прошла?                                 8:10 Твою мать, Сэнди, ответь!                                10:56 Сэнди удивился и, кажется, проснулся, уже не хочется вновь засыпать. Парень открывает мессенджер и спешит ответить: Леон, я спал. все со мной в порядке, не беспокойся                                                                      12:36 *** Леон не спал всю ночь, все беспокоился, думал о Миллере, вспоминал его образ, его улыбку, его волосы, его голос. Не мог угомонить свой пыл и ревность, что заставляла его сердце биться чаще. Навязчивые мысли не позволяли себе оставить Литтлфута в покое, чтобы он смог хотя бы поспать. Парень успел за эту ночь избить свои костяшки на руках, когда бил их об стену, на которой теперь красуется алое пятнышко, которое возможно будет напоминать об этой ночи. Он все никак не мог угомонить себя, и печатая Сэнди сообщения, искусал свои губы, а после успел еще чуть ли не разбить свой телефон.  Когда ты улыбаешься, ноги подгибаются… Тело рассыпается, планеты взрываются! Когда ты улыбаешься, ноги подгибаются, тело рассыпается… Планеты взрываются. Ночь выжигает мои пьяные мысли. Видишь, как небо над нами снова зависло? Сколько мне ждать, когда ты успокоишься? Внимание твое — это моя утопия. На кухне он сидит напротив своей сестры, которая спокойно пила чай с медом. Её сон был таким крепким, что хаос в комнате брата она так и не услышала. Девушка поднимает на того свой взгляд, не понимая, почему он сидит весь зажатый, не ест завтрак, часто проверяет свой телефон.  — Леон, все хорошо? Ты сам не свой.  Парень вздрогнул от неожиданности. Надо же, все это время сидели в напрягающей тишине, а теперь сестренка спрашивает, как он.  — Даа, все отлично.  — Даже скрыть правду не пытаешься. Что опять случилось?  Нита откидывается на спинку стула и будто осуждающе глядит на брата. Леон тяжко выдыхает.  — Я Сэнди ревную. Очень сильно. Всю ночь успокоится не мог. Бил стену, телефон чуть не разбил, про одеяло и подушки молчу, я одну разорвал к чертовой матери. Думал только о нем, вспоминал его образ, его волосы, его губы… — А что не так? Он с кем то был прошлой ночью? — Да, с нашим одногруппником. Чтоб он сдох, скотина.  — Такие слова при себе держи. — Ой, да, прости.. Леон закрылся капюшоном, ему стыдно за свои слова. Сестренка немного помолчала, а потом выдала.  — Почему ты ему об этом не скажешь? — Да я даже не знаю, почему я ревную! Если я ему скажу об этом, он подумает, что я конченный! — Ты итак конченный, что не понимаешь, что тоже его любишь.  Нита встает и убирает за собой посуду, а потом вновь оставляет брата одного.  Леон задумался о ее словах. Может это так, а может это просто привязанность. А может просто парень вновь себя накручивает. В этот момент ему приходит сообщение от Сэнди, дождался. Чуть не выронив телефон из рук, быстро ему начинает звонить.  Звездочка заправив кровать, слышит знакомую мелодию и берет телефон в руки, неудивительно, что звонит Леон.  — Ало?  — Але, Сэнди? Привет, ночью все нормально было?  — Привет, да, все хорошо вроде.. а что должно случиться? — Ну, не важно! Он ночью с тобой ничего не делал ? — Не знаю, я спал. Вроде на лице зубной пасты нет, значит пошутить он и не пытался.  Леон резко замолчал. Этот ответ заставил его испугаться и накрутить себя вновь. В голову пришла идея спросить об этом Эдгара уже, потому что Сэнди он не особо то и верит.  — Ало? Леон?  — А, да.. я здесь.  — Ты чего замолчал резко то так? — Не важно.  Миллер потер глаза и вспомнил, что Леону надо напомнить про вечеринку.  — Ты приглашен на вечеринку, не забыл? И сейчас тебе напишу, какой алкоголь ты должен купить на вечеринку, ладно? — Нет, не забыл. Ага, хорошо. Приду обязательно.  — Отлично, буду ждать, пока.  — Угу.  Сэнди сбросил трубку и вышел из комнаты, направившись к Эдгару на кухню. Как только брюнет увидел Сэнди, расплылся в улыбке.  — О, спящая красавица проснулась. Доброе утро, ахах.  — Доброе, ахаха.  Звездный присаживается за стол потирая глаза.  — За все то время, что ты спал, я успел в магазин сходить и завтрак приготовить.  Студенты оба позавтракали, Сэнди привел себя в порядок, день прошел без каких-либо происшествий, что нельзя сказать о вечере. Как раз уже время близится к позднему вечеру, пришли все, кроме Леона и Фэнга. Фэнг понятное дело - он задерживается всегда. Эдгар и Сэнди сидели в кругу друзей, все играли в монополию. Сэнди часто заглядывал телефон, ожидая, что Леон напишет, что-нибудь. И вот долгожданный стук в дверь, Сэнди подскакивает и говорит: — Я открою.  Открыв входную дверь, видит долгожданных гостей.  — Наконец-то! Радуется Миллер.  — Привет-привет.  Улыбается Фэнг и хочет пройти внутрь, Сэнди его спокойно пропускает.  — Привет, Сэнди.  Леон, наконец он смог увидеть своего возлюбленного, который слава богу не знает, что происходило с Литтлфутом в эту ночь. Волна эмоций: счастья, восторга, радости, облегчения наполнили все существо парня, заставляя его сердце сходить с ума, а собственные ноги слегка подкашиваться. Леон мягко улыбнулся и увидел, как Миллер так же начинает улыбаться, и при виде этой улыбки, он больше не в силах себя сдерживать. Тело подается вперед, убирая между ними оставшиеся сантиметры, и он заключает парня в объятья. Сэнди обнимает того в ответ, но не так крепко.  — Проходи.  Отпускает того звездный, показывая проход в квартиру.  — Заждались мы вас. — подходит к выходу Эдгар, смотря то на Фэнга, который разувается, то на Леона, который медленно убирает руки от талии Сэнди. Его улыбка мигом сползла, как только он увидел брюнета — причину своей истерики и ревности. Все прошли на кухню, где все и были, Эдгар спрашивает, что они будут пить из того, что принес Леон, ведь он отвечал за алкоголь. Сэнди садится обратно за игру, которая вот-вот подойдет к концу.  Спустя некоторое время, многие пьяные студенты вышли на балкон, покурить, кто то вышел вместе с ними, проветриться или поговорить. Сэнди ушел в туалет, остались лишь Эдгар, Леон и Фрэнк. Фрэнк был в наушниках, настраивал и выбирал музыку, не обращая внимания на всех остальных. Эдгар и Леон сидели за столиком. Литтлфут убирает от губ стакан с налитым пивом и смотрит внимательно на Эдгара, что был навеселе, которого хочется прямо сейчас разорвать на куски, как свою ни в чем невинную подушку. Хороший момент для этого.  — Эдгар, поговорим?  — М? Да, конечно. О чем ты хочешь поговорить?  Нелепо улыбается Эдгар.  — О прошлой ночи. Что ты делал с Сэнди?  — Пф.. ничего не делал, мы оба спали.  — Очень в этом сомневаюсь.  Насторожился Леон. Серьезным взглядом он сверлил Эдгара, который правда с ним ничего не делал. Парень пытался сохранять спокойствие, но все же злость свою не унял, сильнее сжимая руки в кулаках. Его напряжение выдавали двигающиеся на лице скулы от сжимающейся челюсти.  — Чего?  — Трогал его, да?  — Обнимал, что с того?  Смеется Эдгар, для него это всё шутка, смешно, до поры до времени. Для Леона это уже повод начать драку, прямо здесь и сейчас, разорвать этого охреневшего от жизни идиотину. Выпитый алкоголь также подливал масло в огонь. Желание разбить его череп, выражалось весьма агрессивно в голове парня. "Какого хрена он обнимал мою звездочку?!". Парень бы с радостью вырвал эти руки, и отрезал бы каждый его палец, какими он обнимал его тушу. Все его тело начало зудеть и чесаться. Литтлфут был зол. Ему ничего не стоило убить этого человека. Ящер отчётливо слышит, как его сердцебиение усиливается от злости, практически закладывая уши, а зубы вновь начинают скрипеть. Вскочив со стула, он со всей силы бьёт кулаком ему в лицо.  Эдгар падает на пол вместе со стулом на спину. По его коже проносятся сначала прохладные, а потом обжигающе-тёплые мурашки. Из носа начинает течь алая кровь.  — Ты че, ахерел?! Вскрикивает Эдгар, уже поднявшись с новыми силами, которые недавно его покинули.  — Всю ночь хотел это сделать! Леону этого недостаточно, он хочет сломать тому челюсть, вырвать глаза, оторвать руки и ноги. Боль и головокружение моментально отходят на второй план, выпуская на первый гнев, который словно каким-то обжигающим раствором расползается по его телу. Чапман, чуть не упав вновь, летит на Литтлфута с кулаком, напитанный гневом и злостью, а в эти чувства подливал еще масло в огонь выпитый алкоголь. Он будто с цепи сорвался. Эдгар, с размаху ударяет его в живот, от чего тот отлетает и тоже падает. Леон валится на пол от адской боли и искр из глаз, пытаясь заставить себя быстро очухаться. Это заметил Фрэнк. Бросив все, подлетает и начинает их разнимать. Как раз в этот момент выходили с балкона и другие, которые тоже подлетели, начиная из оттаскивать друг от друга.  — Вы че, ребят?! Орет Фэнг, пытаясь оттянуть вместе с Эмз Эдгара от Леона, в то время как Литтлфута оттягивает Фрэнк и Колетт.  — Я ему еще задницу накрашу! Пусть знает, ахреневший! Орет Леон, пытаясь вновь замахнуться на того кулаком.  Сэнди выходит из ванной, выключая свет и видит эту драку. Быстро подбегает к этой толпе, вставая между Эдгаром и Леоном. — Вы чего? Успокойтесь! Леон в этот же миг успокаивается и больше не пытается замахнуться на того с кулаком. Смотрит на Сэнди растерянным взглядом. А Эдгар будто хочет еще раз получить по морде, поэтому кричит: — Че застыл то, кусок дерьма?!  *** Парни сидят в ванной, Сэнди берет ватку и пытается остановить кровь из носа у Леона. Глядя на того грустным взглядом.  — Скажи, что между вами произошло ? Кого не поделили?  Литтлфут даже не может на того и взгляда поднять, молчит, сложив руки на груди.  — Леон?  Звездочка аккуратно поднимает его подбородок наверх, заставляя смотреть прямо в глаза. Парень смотрит в его фиолетовые глаза, рассматривая что-то, будто пытаясь там найти ответ.  — Ревную я… Отвечает Литтлфут очень тихо, что только Сэнди мог расслышать.   — Кого? Уже с интересом в глазах спрашивает Миллер.  — Тебя.  Также тихо отвечает Леон, убрав свой подборок от рук возлюбленного, отворачивая лицо. Ему стыдно такое признавать, однако, врать об этом не может.  — Что? Почему? Какая была причина ревности твоей? Сэнди убирает руку. Леону не очень хочется ему продолжать этот разговор, один лишь дискомфорт. Он не хотел, чтобы Сэнди знал причину этой драки, однако сам раскололся, обещая себе самому, что звездочка об этом никогда не узнает. Но он еще и не знает, что было с ящером прошлой ночью, а это Леон уж тем более не хочет рассказывать.  — Не важно. Забей просто.  — Я так не могу. Только не говори, что ты меня ревновал из-за того, что я у него на ночь остался.  — Так и есть, поэтому я и разукрасил ему морду… Леон закрывается капюшоном, уткнув нос в свои прижатые к телу колени, обхватив их руками. Начав скулить как собака, жалобно.  Сэнди вскинул брови от удивления, а глаза расширились. Эта новость скорее вызывала больше недоумение, нежели удивление. На его лице отразилась хмурость, а рот приоткрылся от возмущения.  — Слов нет…  Парень отвел взгляд от него, отрицательно мотая головой, поджав губы. Тяжко выдыхает, возвращая свой взгляд на парня в капюшоне.  — И какая это ревность?  У звездочки появились некие сомнения и мысли, что эта ревность явно не друга, который ревнует к другим людям, а скорее всего… он ревнует Миллера как своего возлюбленного.  Леон вновь мнется, вновь скулит, зажимает колени. Он пытается спрятаться, не желая отвечать на интересующий вопрос. Он надеется, что от него вскоре отстанут, что Сэнди психанет и уйдет. Только Сэнди не промах, пока не узнает - не отстанет.  — Леон, пока ты не ответишь - я не отстану. Ответь на вопрос.  В итоге психанул Леон и, клубок скулящего пса превращается вновь в истеричку, которым был прошлой ночью.  — Да не знаю я! Я сам запутался! После такого крика, он вновь стал летать в облаках, точнее размышляя о словах сестры.  Может, я действительно… люблю его? — Ну да, чего мне еще ожидать от тебя… Сэнди разочарованный, собирается уходить от туда, желая узнать, что сейчас с Эдгаром. Как он там, жив ли. Парень встает с ковра, уже потянувшись к ручке двери.  — Стой! Подожди! Леон резко хватает того за запястье и резко тянет к себе. Миллер падает на руки, оказываясь лицом к лицу с Литтлфутом. Ровно две секунды они вглядываются в глаза друг друга. Леон может буквально сосчитать все его ресницы, видит каждый изъян на коже, румянец, который становится все ярче. Парень явно знает цену времени и ни секунды не тянет, приподнимая подбородок парня пальцами. Еще одна секунда и он, прильнув к его губам своими, закрывает глаза. Сначала Миллер замер на долю секунды, но после ответил на поцелуй возлюбленного. Ощущения отражались на лице, покрывая его розовой, пылающей краской. Ни один из них не углублял, довольствуясь тем, что просто скользил по поверхности и наслаждался ощущением искр, что щекотали их кожу, скользя вдоль стрел купидонов и очерчивая линии их ртов. Сердце обоих забилось быстрее, и они ощущали, как все запорхало внутри.   Оторвавшись от сладких нежных губ, Леон вновь смотрит в очаровательные глаза Сэнди, которые больше не сияют как раньше. Миллер все еще был в недоумении, его сердечко билось не только от настойчивого смущения, но еще и от неожиданных действий Леона.  — И все же… я люблю тебя, Сэнди…