Информация и кое-что ещё...

На следующие утро лучи солнца только начинали освещать долину, где жил наш Лололошка. Это утро не предвищало ничего, деревнью покрывала небольшая дымка, что завораживало. Холодный свет теплого солнца завораживал нашего такого врослого, но ещё такого ребёнка комиссара. Сегодня его ждут не мало дел, но взгляд от красоты этого мира, этой родной деревни, отрывать не хотелось, но как бы не хотелось продолжить наблюдать за медленно освещающимся краеведами, работа ждать не будет. Протирая уже не сонные глаза, Дейв встал с кровати. Не смотря на то, что Лололошка уже не был особо сонным вставать было тяжко, казалось что сколько бы он не лежал, у него не появится желание вставать, работа давалась не всегда просто, а особенно работы в шахтах. В это утро, что началось не с кофе и не с гигени полости рта, прийдёться пойти на свою не любимую и тяжёлую работу. С трудом привыкнув к температуре и обстановке, мироходец пошёл в шахту, через несколько часов солнце взошло окончательно, а Лололошка вышел из шахты. По поселению проходили жители, играли дети, жизнь била ключом от такой обстановки, хотелось жить, жить и радоваться жизни. Ещё через пару часов, уже свечерело, все дела были выполнены, на последок комиссар посмотрел в небо на темно-фиолетовый закат с переливом в мягко-оранжевый. Еле-еле виднелись звёзды, облака растворялись в закате, а Дейв растворялся в своих мыслях, закат, что завораживал и помогал отрватся от реальности в этих размышлениях, казалось могли пройти часы, но тут эту прекрасную картину прервала пет-ассистентка Райя-Прайм, – Лололошка! Тебе уже пора на прогулку с Раданом и Кавински, – Райя обводила взглядом мироходца, комиссар тихо выдохнул и пошёл на остоновку. Уже через несколько минут Дейв был возле своих друзей. – Ну что, готов, камиссаришка? – спросил Радан, ухмыляясь, казалось он уже выпил, но скорее это было просто ощущение, все из-за манеры речи рыжика. Дейв кивнул, и они тихо пошли в клуб. Вечером был сильный ветер, волосы Лололошки развивались на ветру в беспорядочном потоке воздуха, не обращая внимания на то, что Радан с комиссаром не сказал ни слова, казалось, что это то, что им нужно было, просто тихая ночная прогулка. Через некоторое время друзья пришли в ночной клуб, где их уже поджидал Кавински, похоже дорога выдалась долгой, ведь механик был явно недоволен. – О, ну наконец-то, – сказал Кавински, который уже заждался эту "парочку". Казалось, он вот-вот отпустит обидный анекдот про то, что они ходят так долго где-то, но кажется рыжик это почувствовал и с ухмылкой сказал: – Привет, Кавински! – голос был наполнен радастью, похоже походы в клубы и бары были особой страстью Радана. Дейв достаточно долго молчал, они понимали, что ответа, наверное, не дождуться, Райя ответила вместо хозяина и поздоровалась с этой своеобразной компанией. – Если что, я готова нейтрализовать алкоголь, Лололошка, – сказала Райя во внутреннем модуле, комиссар немного поднял уголки губ, он не собирался пить, если конечно ему не будут предлагать. Зайдя в клуб с чёрными стенами и неоновой подсветкой, все сели за барную стойку, её цвет был чёрным, но это был не самый лучший выбор цвета, пятна были особо хорошо видны на некоторых местах. Лололошка с Раданом договорились, что второй закажет ему напитки. ××× Прошло больше двух часов. Было выпито достаточно, чтобы сложить нашего Дейва, глаза слипались, Райя на последних силах выводила алкоголь из тела бедолаги. Наша наилучшая и не повторимая П.Е.Р.С.И.К во вселенной не выдержала такой нагрузки и отключилась, она была больше не в силах выводить алкоголь, и другой функционал был недоступен. – Весело было, – сказал Кавински. Ему явно было намного лучше, чем Дейву в этот момент. – Да, согласен, а ты как думаешь, Лололошка? – спросил Радан, смотря на набуханного мироходца – Это было 'ик' замечательно, – ответил Дейв. Похоже алкоголь будет его новой зависимостью – Может во что-нибудь поиграем? – спросил Кавински. – Не, я пас. Лучше я пойду домой, – сказал Дейв. – Ну ладно тебе, поиграл бы с нами, – сказал Радан. – Нет, я домой. Пока, – сказал Лололошка, уходя из этого барного клуба. – Ну ладно, пока, – сказал Радан. – Ещё увидимся, – сказал Кавински. Что же остались Радан и Кавински. – Не хочешь ко мне домой в гости, а, Радан? – спросил Кавински. – Почему нет? Давай, – Ответил Радан. ××× Оба уже были в квартирке Кавински. (АУ!) При входе была гостиная, рядом сразу была кухня, только не большая стена их рассоединяла. Кухня была в белых тонах. Она была не сильно большой, но удобной. Плита была рядом с холодильником, а там и раковина. В гостиной был большой белый диван, напротив которого был телевизор чёрного цвета. Возле были две двери – одна в спальню с большой кроватью застеленной бело-серым пастельный бельëм, а во второй маленькая ванная комната с душевой кабиной. – Ты хочешь есть? – Спросил Кавински. – Нет, не хочу, – ответил Радан. – Ну ладно. Посмотрим телевизор? – спросил Кавински. – Ладно, почему нет, – ответил Радан. Они сели на диван и включили телевизор, им было как-то всё-равно что там идёт до одного момента. Началась постельная сцена (классика). Оба хотели спать, но им было интересно. Когда это пастельная сцена была закончена, они выключили телевизор и пошли в спальню. Радан решил остаться у него, так как до его дома было довольно далеко. Он плюхнулся на кровать. Кавински же сел рядом и посмотрел на Радана. – Не хочешь повторить то, что было в том фильме? – заинтересованно спросил Кавински. – Почему нет? Я не против, – ответил Радан. Радан сел и приблизил своё лицо к лицу Кавински. Последовал французский затяжной поцелуй, во время которого Кавински положил Радана обратно на кровать, а сам навис над ним, не большие локоны его волос свисали над лицом рыжика, блондин наклонился и втянул в поцелуй Радана, язык ловко проскочил в полость чужого рта. Языки мужчин будто кружились в танце страсти, этот поцелуй длился недолго. Воздух стал заканчиваться у обоих и им пришлось разорвать поцелуй. Всё что осталась, это слюна, которая была как струна и сразу же разорвалась. Руки Кавински растегнули форму Радана и откинули его кофту куда-то в конец комнаты, после залезли под белоснежную футболку. Радан тоже не отставал и начал растëгивать пуговицы на кофте Кавински и, не смотря на количество выпитого алкоголя, ему это хорошо удавалось. Футболка Радана была кинута в неизвестном направлении. Кавински стал разглядывать оголенный торс Радана, там были разные порезы и синяки. Последовал новый поцелуй ещё более горячий, чем первый. Но к сожелению он был разорван как и первый. Кавински начал оставлять засосы на шее Радана, его зубы впивались в плоть рыжего, остовляя укус, после Кавински целовал эту большую рану, попутно растегивая ширинку на штанах нижнего. Что, собственно, Радан тоже делал. Быстро сняв друг с друга штаны, они остались только в боксерах, которым было суждено пробыть на владельцах меньше, чем минуту. Теперь оба лежали голыми, рассматривая друг друга. Они не стали ждать, и Кавински уже сунул один палец в отверстие Радана. Радан издал не сильно громкий стон со скулением. Второй и третий палец тоже уже скоро оказались внутри. От них тоже были стоны и скулëж. Кавински убрал пальцы, так как всё было готово. Войдя на половину, Кавински дал Радану привыкнуть к новым ощущениям. Как только он привык, он вошёл полностью, после чего раздался громкий стон. Кавински начал медленно входить и выходит, наращивая темп. От Радана слышались стоны. Иногда он простанывал имя Кавински. Иногда Кавински покусывал шею Радана. ××× На утро следующего дня Радан просыпается и видит что его кто-то обнимает. Он привстает на локтях и рассматривает комнату, человека рядом и ситуацию. Он что-то вспомнил из того, что произошло вчера. И понимает, что это Кавински и видит в каком положении они оба находятся. – Какого чёрта, Кавински?! – чуть ли не крича, спрашивает Радан. От этого просыпается Кавински. – Чë ты так орёшь, дай поспать, – говорит Кавински. Но уже через минуту он понял всю ситуаци, – Блять!