Умиротворение даже холодной осенью

Дождливая, тусклая и серая осень. Примерно конец октября. Юный мечник спецотряда военной полиции спешит, смахивая намокшие пряди тёмных волос, что неприятно начали прилипать к лицу. Вновь забыл зонт, который своим цветом сливался с массовкой, но Тэтте всё равно, он умело огибает лужи в чёрных сапогах. Тёмно-зелёная, практически болотного цвета форма повторяла очертания тела, которое было чудовищно холодным и по которому пробегали мурашки, заставляя мелко, почти незаметно вздрагивать. Парень оставался непоколебимым снаружи, оставалось пару метров до нужного места. Вот уже Суэхиро снимает намокшую фуражку под упрёки любимого напарника с пепельными волосами, которые отлично контрастируют с вишнёво-кровавыми кончиками. Дзёно давно привык к забывчивости шатена, но каждый раз злился, ведь беспокоился за его здоровье, но чёрта с два он это признает, а уж тем более скажет. Молча выдав сухую одежду, он поставил чайник и сел за стол, подпирая подбородок рукой и совсем незаметно хмурясь. Тэтте накинул полотенце на влажные и непослушные волосы, небрежно торчащие в разные стороны, и вышел в серый коридор. Квартира Сайгику давно стала их общим местом уединения и умиротворения, где оба чувствовали себя более чем комфортно. Само помещение было выполнено в таких же серых тонах,как и нынешняя осень, что выглядело, конечно, печально и до боли комично, ведь что на улице, что тут — серость. В шкафчиках Дзёно с давнего времени есть необычные для его рациона продукты, ведь напарник так любит мешать продукты одинакового цвета. Слепой может смириться со всем в Тэтте, но не с этим. Хотя ворчит по этому поводу заметно меньше — по крайней мере наедине. Молодые люди пьют кофе и завязался диалог, по инициативе конечно же Сайгику. — Если в следующий раз опять придешь промокшим — в дом не пущу! — воскликнул он, сильно хмурясь. Шатен и бровью не повел, прекрасно понимая что сказанное — ложь. — Слушай, Дзёно, а тебе никогда не было интересно как выглядит кто-то из нас? — переводя тему и задавая странный однако вопрос, Тэтте проигнорировал фразу слепца. Ответ последовал незамедлительно. — Буду я ещё такими глупостями интересоваться! — фыркнув и сложив руки на груди, воскликнул Сайгику. Он немного приврал, ведь было совсем немного интересно, как выглядит обладатель такого бархатного, низкого и ласкающего уши голоса как у Суэхиро, но парень в этом в жизни не признается. Оба оставили кружки не вымытыми и направились в спальню, укутываясь одним пледом на двоих. — Не смей ложиться своей мокрой головой на моё плечо! — приказным тоном воскликнул Дзёно, из-за чего второй не стал делать этого. Дом... с этим словом у людей чаще всего одна ассоциация — это место, где тебя примут любым и в обстановке которого тебе комфортно и ты успокаиваешься. Для Тэтте домом стал эта темная квартирка слепца, только тут он может кому-то показать себя настоящего, пусть и не до конца полностью. Тут и Сайгику меняется, уже и агрессия больше походит на наигранную и сильно притянутую за уши. Тут шатен впервые заплакал при ком-то, а его напарник не оттолкнул, что совсем на него не было похоже, а наоборот, мягко приобнял в молчании, давая возможность Суэхиро вылить всё, что он сдерживает. Тут комфортно, нет той давящей атмосферы белых, немного потресканных стен здания «Ищеек». Здесь нет жужжащей над ухом надоедливой Тэруко, которая своим присутствием показывает озлобленность и язвительность ко всем, кроме Фукучи. О котором, кстати, ни Тэтте, ни Дзёно не могут сказать что-то хорошее или интересное, оба так же сходятся что Тачихара — проблеск адекватности в их отряде, да и он часто пропадает в Мафии. И остаются только два сведенных тяжелой судьбой напарника, которые приняли друг друга такими, какие они есть. Совсем недавно, ни Суэхиро, ни Сайгику не могли и подумать, что испытывают к друг другу что-то, кроме рабочих отношений. — Дзёно. — каплю дрожащим голосом и утирая остатки слёз обратился шатен. — я впервые при ком-то проявляю такие эмоции и мне не стыдно или страшно...у меня к тебе особое отношение, я, несмотря на твои колкости, отношусь к тебе хорошо. Несколько секунд они сидели молча, в Тэтте уже закрался страх, что неприятно скрёб душу острыми когтями. — Тэтте, ты точно странный. — с недоверчивой усмешкой сказал Сайгику. — это воспринимать как признание в любви? Если да, то я не понимаю, как в такого как я можно влюбиться... Я монстр во плоти, я не смогу дать тебе то, что принято в парах, — отстранив шутки и подколы, говорил он. — Сайгику, — обращаясь по имени, спокойным тембром произнес Суэхиро. — мне не нужен кто-то другой. Мне нравишься ты со всеми изъянами, мне нравишься ты, какой ты есть. — с долей сомнения в ответных чувствах говорил шатен. — Ты... у тебя отвратительный вкус. — не понимая, что говорить вновь повторил Дзёно. — успокойся, это взаимно, а то слушать эти нотки сомнения в твоем голосе тошно, — если бы он мог закатить глаза — он бы сделал это. После чего инициатором их поцелуя был слепой, которому нравилось кусать губы Тэтте, а тот и не возражал. Всё такой же дождливый, пасмурный и сырой день, а Суэхиро уже не спешит в полюбившуюся квартирку, что же на него нашло? Мир казался еще мрачнее в его глазах, в наушниках играла их любимая с Сайгику песня «After dark». Вот юноша и зашел в пустую квартиру, где его не встретил упрекающий Дзёно, который, сложив руки на груди, отчитывает шатена. Теперь тут так же давила атмосфера своей пустотой, было неприятно находиться в таком было комфортном помещении. В тумане добравшись до спальни парень упал на кровать, и щёки начали обжигать горячие слёзы, а в голове была одна фраза: «Дзёно-сан мёртв.» Суэхиро понимал, что привязался к нему, но не понимал насколько сильно. И как на зло именно он, самый близкий человек для Сайгику, узнал последним о гибели своего возлюбленного. Столько времени прошло с момента, как они впервые встретились, как ссорились на совместных заданиях, а потом помирились и даже начали встречаться. Тэтте понимал, что это конец, что теперь их уютного мирка на двоих больше не существует.