Dangerous Cold Blood: Venom Power

*** (Музыка вдохновения: Nicki Minaj — Chun-Li) Спустя час тренировки девушка решила отдохнуть от очередного подхода перед новым упражнением с грушей. Уняв сухую жажду парой глотков тёплой воды, Вика заглянула в чёрный зеркальный экран телефона в надежде увидеть сообщение от менеджера. Первые шаги на пути к познанию врагов помогут быстрее определить свою позицию и моментально вычислить свои преимущества в этой игре. — Кароче, Кейн и Гробовщик делают мощный чоукслейм… — Да ты заебал со своим реслингом! — на другой стороне зала, где располагались тренажёрные снаряды занимались члены команды призрака. — Я тут на днях такую красотку увидел, глянь, — только парень хотел показать другу все прелести женского тела в электронной коробке как на них накричал лидер команды. — Какие же вы идиоты, нам готовиться надо разнести этих куриц ебаных, а вы! — Чхвэ только начал разглагольствовать свою злобную, гнилую речь. Как те два уставились в одну сторону. — Ахуеть, это разве не Юн Ви?! — Это подружка красноволосого? Хван Ён сделал вид, что не услышал их, однако сам в краску вогнался и начал ещё быстрее качаться. — Да, да, да. Они ж в детстве были не разлей вода! — начал яростно шептать в порыве эмоций воспоминаний с детства. — Бля, какая сочная фигура у неё, — второй уже и забыл о своём сокровище, что он вчера нашёл. — Прям как у спортивных моделей… — Может подкатить к ней? Пока те продолжали тайком пялиться на Вику, что положила телефон на скамейку и пошла дальше работать, Чхвэ в это время притих и повернулся к спинам своих друзей. — Ты себя видел, опущенный?! — один из них пошутил над предложением другого. — Чё ты спизданул?! — выставил напыщенный кулак перед лицом. — Погоди, погоди, она же нравилась Хван Ёну в детстве, — после этих слов они, как по команде, повернулись назад и словили на себе яростный взгляд своего лидера. — Помнишь, как он постоянно нарывался на неё. Ха, ха! — начал угорать. — Ану заткнись, придурок, — Чхвэ подорвался с тренажёра и схватил того за воротник. — Даа! Вечно отхватывал от неё! — второй не сдержался и подхватил волну. — Сука! — швырнул взятого второго в сторону. — Я вам щас кости переломаю, долбаёбы, — напугал их так, что они сразу отвели взгляды, словно вообще не при делах. — Т-ты ещё бесился тогда, почему она с тем красноволосым отбросом дружила, — пробубнил сквозь зубы, не глядя в сторону Хван Ёна. — Идиоты! Сами ведь стремались её! — прошёл вперёд к стенду, где были все их вещи, что они взяли с собой, и с отвращением сорвал полотенце. — Ну… Она ведь джиу-джитсу занималась и у неё уже был зелёный пояс, — глаза закатились вверх, теряясь в памяти. — В моей группе она была второй сильной из всех девочек, — развёл руками, словно выкладывая железный аргумент перед ними. — Нихрена себе! Это ж пиздец как тяжело! — вскричал один из них, когда заметил движения девушки. — Это в её стиле… Блять, я понятия не имею как они так делают, — схватился за волосы с потерянным взглядом. Вика в это время обхватила грушу ногами и начала качать пресс. — Ц, что за бред, — Чхвэ с недовольным выражением лица протёр полотенцем шею и отвернулся от столь опасного зрелища. — Бля, ты себе не представляешь как это сложно, — словно защищая свою пережитую боль с тренировок, начал оживлённо утверждать. — У тебя должны быть невьебенно сильные ноги и накаченная спина, чтобы так удержаться, потому что такое упражнение нагружает не только пресс… — Всё душнила умолкни! — Хван Ён моментально заткнул. — Сейчас я её склею за два слова, смотри и учись, — пошёл к Вике, по дороге прихорашиваясь и расфуфыриваясь, будто тот вальяжный павлин, хоть и был похож больше на петуха. Вика слезла с груши ловким толчком и повернулась в сторону панорамного окна, чтобы остановить включённый секундомер на телефоне, тем самым осложнив задачу подошедшему Чхвэ, который хотел, чтобы она сама его заметила первая. Тот застопорился и слегка напрягся, но осознание того, что его потом всё время будут гнобить, если он не сделает первый шаг, быстро вывело его из состояния парализованного страхом ребёнка. — Эм… Эй, Юн Ви, и давно ты в Корею вернулась? — прокашливаясь потянулся рукой к её спине. Девушка не давая и притронуться к себе резко развернулась и с приподнятой бровью смерила его строгим взглядом. — Ты кто вообще? — Ч-чё? — такая реакция вдребезги разбила всю уверенность «мачо». — Э! Ты что не помнишь меня? Чхвэ Хван Ён! — возмутился, будто ошпаренный. — Ааа, — с ноткой отвращения протянула девушка, сводя брови. — Ты тот придурок, который вечно донимал меня и Ю Бина, — не уделяя ни капли внимания, отвернулась и продолжила копаться в телефоне. — Если пришёл просить прощения, то лучше поторопись. У меня полно дел, — проверила почту, на которую наконец пришла информация. «Чхвэ…Его фамилия… Да. Всё-таки они братья.» Вика думала о той встрече с организаторами гонки. Она слышала, что у Чхвэ Сан Хо есть младший брат и сестра. «Вот же стерва!» Внутреннее негодование парня сбивалось при кратких звуках мессенджера Вики. «Но, я просто теперь обязан её позвать на свиданку, иначе те конченые ржать будут!» — Знаешь, я вообще-то изменился, — слащаво улыбнулся и облокотился правой рукой о снаряд, с которым девушка только закончила работать. — И, если ты согласишься пойти со мной в дорогой ресторан вечером, я тебе это докажу, — голос всё больше обретал властный тон и чрезмерную самоуверенность. — Ну а после, ты будешь от удовольствия умолять меня остановиться, — эти слова были коронной фразочкой, перед которой все девушки смущались и терялись, в то время как Вика даже не повернулась. «Деньги либо служат своему обладателю, либо господствует над ним.» Иронично хмыкнула и немного повела взгляд назад, расслабленно повернув лицо. Это вообще вывело его из себя. Он снова почувствовал то раздражение, ещё с самого детства. Её пренебрежение и равнодушие Хван Ёна изнутри ненавистью разъедали, завистью кололи. Чхвэ не мог понять, почему у неё был такой строптивый характер? И что было такого в Ю Бине, что она постоянно с ним проводила время и была его лучшим другом. Каждый раз, когда он видел эти красные волосы и красный глаз, то рядом с ним веяла, словно вкрадчивое пламя, эта необыкновенная и непредсказуемая девочка, от острого взгляда которой всё внутри переворачивалось и уходило в пятки. — Ну так… Что скажешь? — пытаясь казаться уверенным в себе, он полностью, расслабленно облокотился о грушу. — О, — коварно протянула и медленно обернулась к нему. — Я тебе скажу то, что проситься у меня на кончике языка ещё с самого начала этой милой беседы, — приблизилась с манящим шармом, приукрашенным сладкой хрипотой в полушёпоте. — Ммм, и что же это? — попадая на крючок мнимой победы, он захотел продолжить её игру. Однако этот опасный и прекрасный взгляд оранжево-карих глаз девушки немного пугал. — Твой, — закусила губу и безжалостно прошлась надменным взглядом вниз по его телу, а потом резко посмотрела ему в глаза, чем до мурашек возбудила Чхвэ, у которого аж в горле пересохло. Его будто приклеило к груше, где он находил последнюю опору, ведь всё его тело сжалось и остолбенело. — Твой…инфантилизм оправдывает скотское обращение с людьми, — жестоко сократив между ними ещё расстояние, остро прошептала в расслабленной хитрой ухмылке. Беспощадная лукавость разжигалась в глазах. — Ч-чего? — в недопонимании полностью растерялся, однако всё также не мог пошевелиться. — Видимо родители в детстве с тобой несправедливо обошлись, — печально свела брови, показывая свою мастерскую актёрскую игру в иронии. — Уделяя внимание твоему старшему брату больше, чем тебе, — ставя акцент на «больше», облокотилась кистью руки о грушу, на уровне его плеча, всё ещё прилипшего к снаряду. Чхвэ стоял, оцепенев от злости, но не мог ничего сказать, она продолжала быстро истреблять его завышенное Эго. Плюс агрессия с его стороны дала бы явный намёк друзьям, что он облажался. Это была палка о двух концах. Смертельная ловушка чёрной вдовы, в которую он сам себя загнал. — И теперь судишься вправе делать всё, что хочется, не особо считаясь с последствиями, оправдывая действия тем, что всё равно никто тебе и слова не скажет, — чтобы сказать следующее, более чётче и грубее, она потянулась к своей руке, сокращая между ними последнее расстояние. И в этот момент разбитый, увязший в пораженчестве в панике Чхвэ поднял глаза на неё. — Ведь в глубине души ты знаешь, что всем всё равно на тебя, — выдержала паузу, а потом немного отдалилась. — Однако, всё ещё пытаешься этим фарсом привлечь к себе внимание… Жалкое зрелище, — расплылась в улыбке победителя. Она толкнула грушу в противоположную от него сторону. Снаряд из-за инерции качнулся с той же силой в сторону Чхвэ и оттолкнул парня. Хван Ён неуклюже отшатнулся, это вывело его из поражённого состояния. А Вика тем временем отвернулась, надев наушники, из-за которых не дала ему и шанса на ответ, да он и не знал, что сказать. Его друзья, завидев эту картину, всё мигом поняли и начали тихо угорать с него. «Я убью эту суку!» *** Спустя пару часов девушка закончила тренировку. Только она зашла в раздевалку как в инстаграме приходит сообщение от Джун Су, где он сообщил по её просьбе о месте тренировки «Колибри» завтрашним вечером. «— Где вы обычно общаетесь в Kakao Talk или Facebook?» «— Ну мы в Kakao^^» «— Пригласи меня в чат.» «—Без проблем!» — А начнём мы с чёрной лошадки, — с помощью беседы она перешла в пару кликов на инстаграм Джа Хёна, который не чем её не порадовал, ведь там была всего лишь фотка его велосипеда с чипсами васаби. «Минимализм, а сколько внимания к одному человеку… Надеюсь я не ошиблась на его счёт, раз его дядя был первым корейским чемпионом шоссейного велоспорта.» «— Здравствуй, Джа Хён, давно хотела с тобой поговорить и выразить своё восхищение и уважение тебе, что ты так предан своему дяде. Он был великим спортсменом, первым среди Кореи. Я верю в его заслуги, а этим кретинам: журналистам, завистникам лишь повод дай гнилью плеваться.» — Начало положено, остались ещё двое, — Вика хотела больше изучить новых друзей её брата, так как они в одной команде. Следующей в её списке была Шелли. Вика перешла на её профиль в инстаграме, который был более красочным и оживлённым, по сравнению с Джа Хёном. В то же время объект внимания Вики изучал её саму. — Половина её записей недоступна… Что же она скрывает? — задумалась блондинка, прищурив устремлённые в экран глаза. Девушка внимательно засматривалась на несколько фото довольно различных настроений. — Хм, а это уже интересно, — Вика заметила у Шелли пару фотографий с знакомым лицом и её взгляд загорелся. — В ней нет лицемерия, однако столько разных черт в её эмоциях и глазах, — боковым зрением Шелли заметила, что в это время её любимый сосед по парте, вместо того, чтобы слушать лекцию, проделывал ту же тихую операцию, только он прятал телефон за книгой в руках, а не под столом. Она увидела, что читаемое им смс было первым в истории переписки. Это возмутило девушку и погрузило в подозрительную слежку. «—Угу.» Ответ Джа Хёна на смс Вики, пробудил в капитане команды «Венум» ожидаемую ухмылку. «Агрессии нет. Хоть он и не раз слышал от людей такое, но, видимо от меня эти слова были неожиданными… Хм!» «— Я кое-что заметила, когда наблюдала с Мин У за вашим последним заездом. Твои навыки хороши. Ты чувствуешь свой байк, а это главное. Твой враг — окружение. Ты плохо в нём ориентируешься. Ты начинаешь смотреть, когда тебя прижмут. Я видела это, Джа Хён. Я могу помочь тебе с этой проблемой. Благодаря DH я смогла избавиться от этого.» Сообщение отметилось как прочитанное. «Даа, Мин У предупреждал, что он многословен…» *** (Музыка вдохновения: Mearl — Creases) 11 утра. Тем временем в съёмной квартире команды «Венум» Инга на кухне ест молоко с хлопьями и ведёт переписку в телефоне. — Ах, как приятно с утра в душ сходить, — Юля вышла в тёмно-фиолетовом халате, чем привлекла секундный взгляд Инги к себе. — Доброе утро, дорогая, — заправляя шёлковый воротник халата, подошла к девушке и нежно погладила по плечу. «— Когда ты сможешь меня отвести в Ёнма Ленд?» Звук отправленного сообщения раздался после слов. Краем взгляда Юля заметила, чем занята Инга и не спеша подошла к кофе-машине. — Уже завела знакомых в Корее? — тепло улыбнулась. Юля была единственным человеком в команде, который понимал и видел Ингу насквозь, несмотря на её холодное отношение ко всему. «— Завтра вечером.» Быстро прочитав, девушка выключила телефон. — Правильно говорят ведь, — включила машинку, — в тихом омуте черти водятся, — облокотилась о стол в ожидании кофе и завораживающе глядела в спину Инги. Девушка в ответ лишь слабо подала согласие глухим мычанием и продолжила есть. «Как обычно…полна эмоций. Я не знаю о её прошлом, однако… Её болезнь связана с этим, как и шрам. Что же могло так искалечить душу, чтобы потерять навсегда чувство страха? Вместе с ним и притупились остальные эмоции. Всё чаще убеждаюсь в том, что обстоятельства правят людьми, а не люди обстоятельствами.» — Уже встречалась с ними? — услышав сигнал о приготовленном кофе, не смотря, взяла кружку в руку и продолжала изучать поведение Инги, которая сразу же отвечала на оповещения в телефоне. Это было что-то новое, совершенно не свойственное замкнутой от всего мира Инге. — Да, — закончила есть, подошла к мойке с посудой. Этот беспристрастный и спокойный ответ вызвал у Юли замешательство. Она, застыв с кружкой кофе в руках, провожала озадаченным взглядом уходящую в свою комнату Ингу. Отвлёкшись на терпкий запах горького напитка, девушка решила взглянуть на последние новости в фехтовании. Пролистав пару тройку постов, она заметила кое-что интересное. — Женское первенство фехтования в Корее, — тихо прочитала вслух и сделала ещё один глоток. На фотографии поста были пять лучших девочек, которые были участницами этого первенства. Среди них выделялась одна девочка с светло-розовыми волосами, которая первой бросилась Юле в глаза. — Молодая кровь, — на лице появилась полуулыбка, а за ней желание посетить данное мероприятие, что должно было состоятся на следующей неделе. — Навевает воспоминания… *** Прохладным вечером Миша решил прогуляться по улицам Сеула. — Почему она мне не рассказывала о своей жизни в Корее… Чёрт, могла бы научить меня этому языку, — переходя светофор, любовался этой чистой столицей, по сравнению с улицами Нью-Йорка, Сеул был необыкновенно свежим и даже невинно чистым местом. Тёмная сторона Нью-Йорка старый добрый Манхэттен и его бездомные жители. Улицы этого района заполнены мусорными пакетами, ведь на Манхэттене нет контейнеров для мусора. Типовые красные кирпичные дома двадцатых годов постройки: гнилые внутри. Про метро можно вообще молчать, как и о Бруклине. Однако есть и что-то светлое в этом районе, например, знаменитый Манхэттенский парк — остров нетронутой природы посреди ужасного города. Он вспомнил об этом, когда увидел проезжавших на шоссейных байках парней. Вспомнил проведённый год в Манхэттене, где встретил своего старого друга со времён своего детства в Манчестере. На другой стороне мира он был Майклом, хотя родился в России. В 6 лет Майкл переехал в Манчестер, где прожил 10 лет, однако с Оуэном познакомился лишь в 14. Майкл был старше Оуэна на 2 года. Они были хорошими друзьями, но, несмотря на это, Оуэн не хотел, чтобы Шелли узнала о существовании Майкла. Его он относил к разряду тех парней, которые не заостряли своё внимание лишь на одной девушке, да и сам Оуэн слишком оберегал Шелли, моментами даже надоедал ей своей гиперопекой. Это был лучший день Майкла за последние полтора года, когда они снова встретились в Нью-Йорке. У него были другие планы на эту поездку, ведь эта поездка должна была быть на двоих. — А мы ведь собирались с ней вместе поехать в Нью-Йорк, — его мысли привели к более болезненному прошлому. И этот день, когда Вику положили в стационар на 3 месяца из-за глубокой депрессии. В памяти яркими вспышками начали пролетать последние моменты его жизни вместе с ней в Петербурге. Эти адские два года. Невыносимые, убивающие и мучимые этой ядовитой любовью. * (Музыка вдохновения: Три дня дождя — Привычка) — Да не нужна мне нормальная жизнь, когда ты это поймёшь! — выскочив на лестничную площадку из его хватки, Вика выкинула прочь по лестнице баночки с лекарствами, прописанными её курсу терапии по лечению Биполярного расстройства. — Вика! — резко схватил её руку в надежде успеть спасти таблетки. Её безумный и красивый взгляд вцепился в тревожное выражение лица Майкла. Вика свободной рукой схватила его за воротник чёрной футболки и притянула к себе. — Все эти чувства часть меня, и я их не променяю на какие-то таблетки, которые сделают меня нормальной! — рычащим и дрожащим шёпотом от безумно приятного гнева, девушка обратила его внимание на себя. — Ты за них жизнь готова отдать? — поджигая его тревогу, превратила её в абсолютный гнев, но сдерживаемый в низком тоне голоса. Он отрезвляюще оттолкнул её. В ответ Вика лишь снисходительно рассмеялась и начала постепенно отходить к лестнице спиной. — Ты не представляешь себе насколько я себя живой чувствую, — откинула голову назад в приятном понимании своего положения. — Так что да, — начала быстро кивать головой. — Я готова всё за них отдать, — словила на себе его пропитанный болью взгляд. На его глазах любимый человек доводил себя до края, и он ничего не мог изменить. Она каждый раз его от себя отталкивает. С этим невозможно смириться, это невозможно терпеть, но и изменить это тоже не получается. * — Ей очень повезло с тобой Майкл, — в голосе психиатра Вики звучала твёрдость. Женщина лет 35-ти с длинными чёрными волосами, собранными в высокую гульку, одетая в элегантный и деловой стиль, являлась высококвалифицированным врачом-психиатром, которая всего за два года работы с Викой смогла составить курс медикаментозной терапии на все три стадии болезни: гипомания, депрессия, ремиссия. Это был тот первый день лета, когда Вику положили в частную психиатрическую клинику Питера «Спасение». За последний год после своего отхода от преступных дел, связанных с её дядей, девушка решила отдохнуть и закрыть все нерешённые вопросы, также она решила вместе с Майклом создать свою команду и принять участие в уличных соревнованиях, чтобы пробиться в международные. Однако дело приняло обратную сторону. — Съезди в Нью-Йорк. Отдохни от неё, — женщина с материнской заботой осторожно дотронулась до плеча Майкла, которого знала уже около трёх лет. — Здесь она в безопасности, а когда придёт в себя я тебе позвоню, — ей было грустно видеть, как сердце парня страдало вместе с разумом Вики. Разумеется, тяжело тем людям, которые болеют различными психическими расстройствами, но где-то мелким шрифтом написано, как близким этих людей приходиться справляться каждый день с этим грузом. Как это раздирающе больно, когда ты знаешь, что только больной сам себе может помочь, а иногда бывает, что никто ему уже не может помочь. * Это была глубокая ночь. Вика сидела на полу в их съёмной квартире в Питере в ночной шёлковой одежде и прицелено рассматривала свои таблетки в банке, что имели совершенно другой состав, однако так же сильно влияли на мозг. Майкл был на кухне и пил бурбон, он уже полгода боролся с её зависимостью, вот только Вику всё устраивало. У него больше не было сил рвать и метать, больше ничего не помогало. Оставалось глушить свою боль высоким градусом… Устало и разрушено выдохнув алкогольный аромат, парень неохотно встал со стула и пошёл в коридор, откуда донёсся её слегка злобный смех. Она услышала его шаги и ожидала очередного жаркого скандала, как обжигающего прилива солнца. Ей нравилось видеть проявление этого сильного характера, который каждый раз предательски ломается из-за могильной привязанности к ней. Он спокойно подошёл к Вике и смотрел на баночку, которой было уделено всё внимание девушки. Майкл присел на корточки напротив Вики и мягко забрал из её рук этот сладкий яд. Он посмотрел на это радужное сочетание разных «колёс» в прозрачной банке с раздражением и отвращением, что аж уголок его губ дёрнулся. После перевёл взгляд на Вику, изменившись в лице на мнимое равнодушие. Вика назло ему облизнула губы, в последнем движении зажимая кончик языка между зубами. Эта провокация идеально сработала, подорвав его последние ледяные бомбы, прячущиеся за стеной отчаяния. Он медленно встал. Открыл банку и наклонил её над головой девушки. Всё содержимое рассыпалось жемчужинками по её огненным локонам. Как только последняя жемчужина покинула раковину греха, баночка улетела в сторону двери со всем скопленным отчаянием. — Я тебя ненавижу, — сквозь зубы процедил и ушёл на кухню. Вика быстро встала с пола. — Ты меня ненавидишь?! — выбросила претензию. — Да посмотри на себя, — схватила полупустую бутылку бурбона. Он не хотел смотреть на неё, ему уже было всё противно. Виски начало бить в голову колючей булавой. Вдруг он почувствовал как по его голове растекается остаток горючего. Кудрявые тёмные волосы пропитались мгновенным запахом крепкого алкоголя. Майкл в гневе развернулся, чтобы выхватить пустую бутылку с её рук, но девушка со всей силы выбросила бутылку в другую сторону, что моментально разбилась о кафельный пол. Осколки разлетелись по всей кухне. Её непредсказуемость потрясла его. Из-за резкого звука битого стекла он отшатнулся прочь от вспыльчивой фурии. Вика взяла зажигалку со стола, в тот момент, когда Майкл потянулся к ней. Разжёгшаяся искра остановилась в сантиметрах перед его волосами. Он был прижат к столу и не шевелился по своей воле. Его внутренний демон хотел сгореть. Да! Он хотел, чтобы Вика закончила этот спектакль. В его светло-серых глазах девушка увидела это последнее желание. Одно движение и его волосы бы воспламенились в мгновение ока. — Беги от меня, — безумная и страшная красота таилась в её мрачном взгляде. — Иначе однажды ты сгоришь и превратишься в такую же психическую калеку как я, — в конце голос надломился. Самая пугающая мысль промелькнула в его голове, однако он уже устал об этом думать. Думать о её желании покончить с этой жизнью. — Беги пока разрешаю, — и вот опять она командует. (Музыка вдохновения: Баста — Супергерой) Вика больше не видела в его взгляде того противостояния. Она резким движением закрыла перед ним зажигалку, от чего тот моргнул и пробудился от самоотверженности. Девушка дико выкинула зажигалку. Обвела демонической страстью его шею и притянула к себе. Он хотел почувствовать хоть что-то от неё, поэтому инициатива перешла в его руки. В лёгком повороте он подхватил Вику и посадил на стол. Она сильно заключила его губы в ловушке своих клыков, чем вызвала лихорадочно пылкий стон Майкла. Причиняемая ею боль, казалось усладой, и он не мог контролировать своё увлечение этим. Его напряжённые пальцы прочно впились в упругую кожу бёдер Вики и жадно притянули её вплотную к крепкому торсу Майкла. Она дьявольски ахнула от наслаждения и ухмыльнулась с внутренним, жгучим его нервы, смехом, будто всё шло так как она хотела. Горячие губы Вики одурманивали разум. Ему уже было всё равно на эту игру, на её невыносимый характер, на её постоянные выходки. Химия, созданная её присутствием, теплом, запахом была убивающей. Сильные руки Майкла своевольно и чувственно прошлись по утончённому изгибу спины девушки. Как только они дошли до рыжих локонов, то вовсе запутались в этой воздушной и облачной копне шелковистых волос. Вика позволила ему страстный и глубокий поцелуй, но совсем на несколько секунд, после чего властно схватила его за горло и отодвинула от своего лица. Ещё некоторое время держала его и смотрела в затуманенный взгляд. Она всё его тело чувствовала и то, как оно желало её полностью. Этот момент был бесценен, но мимолётен. Вика как всегда, как по рецепту, оттолкнула Майкла и спрыгнула со стола без единого слова. Он был обескуражен, хотя наперёд знал, что так всё и закончится. Это было в её заколдовывающем стиле, будто добавила в его дозу своего яда, чтобы удерживать возле себя. — Твою мать, Вика, хватит губить себя! — он схватил, ещё не успевшую уйти, девушку за запястье. — Я же помочь тебе хочу! — резко развернул к себе, дёрнув Вику назад так сильно, что её волосы в повороте воспарили. — Так может быть ты перестанешь бухать каждый день? — словно истинная стихия огня, прошипела ему в лицо жгучие искры упрёка. — Ты себя в могилу сведёшь, — ослабив хват, более спокойно продолжил. Даже затушив пожар этого гнева, он всё равно чувствовал как сердце громким темпом задавало дыханию быстрый ритм. — Вместе приляжем? — риторический вопрос с ноткой иронии развеялся в её грубо выдернутой руке. Она продолжала убегать от него. С каждым разом Майклу всё труднее и труднее было её останавливать. — Блять! — словно волной цунами, накрылся на неё и потянул на себя. Майкл сжал её руки и прижал над её головой к стене, в которую вместе с девушкой врезался лицом к лицу. — Прекрати. Себя. Убивать, — его глаза бегали по её холодному и жестокому взгляду надменного безразличия. — Да ты же не видишь до чего доводишь себя! Да что с тобой не так, — склонил голову на бок с недоверчивым и тревожным взглядом. — Год назад я тебя от твоих бандитских дел зашивал, а сейчас наркота! — Заслуженный отпуск, — с полным спокойствием и призрачной претензией, приподняла брови. — Я деньги зарабатывала… — Рискуя своей свободой и возможно даже жизнью?! — резко перебил её. — Ты мне никогда ничего не рассказывала! Возможно ты уже пару раз чуть ли рыб невских не кормила! — последние слова яростным рычанием вырывались сквозь сжатые зубы. Он до последнего себя сдерживал, за которым процессом она любила наблюдать. («Невских рыб» имеется ввиду река Нева протекающая по территории Ленинградской области и Санкт-Петербурга.) Вдруг его гнев переменился на другое желание, что Вика быстро распознала в его властных серебряных глазах. Сейчас он чувствовал полную власть над ней и прекрасно знал, что может сделать всё, что захочет. Но и Вика прекрасно знала, что он совершенно на это не способен. — Ох, эти глазки, — начала ядовито ёрничать. — Ну давай же возьми меня силой, может быть тогда тебе полегчает? Может быть тогда… Не успела она договорить как парень схватил её за лицо и накрыл своей рукой дразнящие губы, пропитанные язвительностью. Вика полу прикрыла веки и выше задирала голову, от чего её спина обрела мягкий прогиб. — Не смей, — ему стало невыносимо противно от её ужасных слов, до удушающей горло, сдавливающей боли, — так обо мне говорить… Он истерически хмыкнул и отпустил её. Это была последняя капля. Майкл просто медленно тонул, зарываясь руками в свою голову. Он опустился на колени и закрыл глаза. Вика наблюдая за этой картиной сверху-вниз, ещё некоторое время прижималась к стене, а её руки плавно опускались. Она ещё чувствовала на запястьях, на губах это сладкое давление от горячих рук Майкла. — Сука почему, — шёпотом еле говорил, — почему именно ты, — его голос пробирала дрожь. Каждый день одно и тоже. На протяжении полтора года его нервы больше не выдерживали этого коллапса. Единственное, что спасало его от сумасшествия с этой безумной, это его искренняя любовь. — Почему я люблю такую конченую как ты… Я не понимаю, — кратко качал головой, пытаясь хоть как-то привести спутанные мысли в порядок. Вика притаившимся хищником медленно и осторожно опускалась к нему, пробираясь парализующей лозою своих пальцев по его напряжённым, каменным рукам. Одна её змееподобная рука поползла по его рельефным плечам, а другая добралась до его разума. Разжимая его пальцы, впившиеся в голову, девушка нежным голосом, очаровывала и успокаивала спрятавшуюся бурю внутри души Майкла. — Признайся, милый, — мягко прошептала с царапающей хрипотой, — с другими ты бы со скуки помер, — подчинив себе его пальцы, Вика аккуратно убрала его руку. — Но тебе нравятся, — потянулась к его спрятавшемуся лицу, — эти американские горки, — будто лаская кота, она еле прикоснулась к его шее, проходя щекотливыми движениями тонких пальцев к его точёному подбородку. В тот же момент его плечи расслабились и немного опустились. Он приоткрыл уставшие глаза, но не поднимал их на Вику, а смотрел куда-то сквозь неё. — Ты же…не умеешь…любить, — тихо прохрипел. — Ты даже не знаешь, что это такое, — его серый взгляд взбирался вверх, как по высокой лестнице, пока не нашёл заколдовывающие чёрные глаза Вики. — Тебя никто никогда не любил… Его слова не затронули девушку, как это случилось бы с нормальным человеком. Вике наоборот понравилось то, что он наконец-то понял в чём их беда. Она одобрительно растянула губы в улыбке. — Ну теперь у меня есть ты, — перевела внимание на свои пальцы, которые продолжили путь по его скулам и остановились на жестковатой от щетины коже щеки. — Справляешься кстати паршиво с этой работой, — покачала головой и прижала его лицо к своей груди, поглаживая кудрявого брюнета.