23

Куникида похож на Оду. Дазай понимает это, когда тот убивается из-за какого-то пустякового провала. хоть другие и сказали бы, что злится - бьёт кулаком по столу, уткнувшись в него лбом, чтобы никто не видел искажённого в (боли) гневе лица. но Дазай видит, что напарник на самом деле не злится, а просто по-другому боль выражать не умеет. чёртов цундере-идеалист. когда-то Дазай любил так шутить. но в последнее время ему вовсе не до шуток. *** Осаму помнит, как единственный человек, которого он впустил в свою казалось бы отсутствующую душу, напившись в "люпине" после провала и выговора от Огая,так же злился. и не потому, что от начальства влетело. а потому, что считал себя ничтожным настолько, что даже пожелал умереть. Оде было двадцать три. а выглядел он старше. и мыслил не так, как обычно мыслят люди в этом возрасте. он, собственно, и был старше своих лет в некотором смысле. за свою жизнь он ни разу не задумывался о смерти. о той, добровольной. которой желал Осаму. но всё изменилось, когда на глазах Сакуноске погибли те, кого он любил. - Одасаку! - срывая голос, кричал вслед удаляющейся фигуре Дазай, боясь догнать и увидеть в синих глазах пустоту и желание отомстить. Дазай слишком хорошо понимал, что ничего другого там не увидит. *** - почему ты так хочешь спасти его? Осаму, застыв в дверном проёме, смотрит на Мори через плечо. и даже босс портовой мафии вздрагивает от тяжести его взгляда. - потому, что он мой друг. ложь. это уже не дружба вовсе, а нечто гораздо /ближе/. однако Дазай выходит, заставляя себя заткнуться. не Мори он должен будет это сказать. *** не успел. всего лишь несколько секунд задержки, но даже этого оказалось достаточно, чтобы Дазай, подбегая к массивным дверям зала, услышал два синхронных выстрела. - Одасаку!! плащ остался лежать где-то позади. Дазай вслушивался в хриплый, затихающий голос, не смея даже дышать, боясь пропустить хоть одно слово. - если не видишь разницы между добром и злом, ступай туда, где сможешь помогать людям. Дазай покидает зал с осознанием, что не успел сказать то, что хотел донести до Сакуноске. смерть в неведении... пожалуй, это всё же лучше. расскажи Осаму всё сейчас, Ода умирал бы, ненавидя себя за то, что предал того, для кого стал /единственным/. Оде было двадцать три. глядя на Куникиду, Дазай понимает, что спустя долгие годы, сам того не заметив, впустил его настолько глубоко в душу, насколько позволено было забираться только Одасаку. казалось бы, всё налаживается, он нашёл того самого человека. но Дазаю совсем не радостно. в глазах Доппо он видит пустоту и желание отомстить. недавно на глазах у Куникиды погиб ребёнок. Дазая прошибает дрожь, стоит вспомнить, что Куникиде скоро исполнится двадцать три.