Застукали

***

      В комнате жарко, слишком жарко, но это настолько приятный жар, что никто не хочет останавливаться. В полумраке раздаётся очередной скрип кровати и стон. — Мх~ Россия~ — тихо постанывает Германия на ухо русскому, на это действие РФ настойчиво поцеловал его в губы, а немец и не против, он только сильнее прижимается и двигает бёдрами, хотя намёков тут и не надо. Не отрываясь от мягких и таких чувственных губ, Россия начал возиться с противными маленькими пуговицами на рубашке, которые все никак не хотели поддаваться. Со стороны германца послышался негромкий смешок. — Es ist in Ordnung, Süße, beeile dich nicht… — мягкий и возбуждённый голос, идеально, но терпения не хватает и русский просто срывает предмет одежды с Германа, как и в предыдущие разы. Стон в унисон. Кожа у немца нежная и сладкая, как говорил Россия, хоть он и не был фанатом сладкого, но всё тело Геры после интима всегда было в засосах и укусах. Вот и теперь, чёртов русский буквально «присосался» к бедной шее ФРГ, не давая сделать нормального вдоха. Внизу живота приятно тянет, с искусанных немецких губ слетает тихое: «Росси…» — заглушаемое очередным стоном. Руки русского поглаживают мягкое место Германии и внутреннюю сторону бедра, на долго обоих не хватит, уж слишком долго они не виделись. — Hase… ты потрясающий… — влюблённо говорит Россия, улыбка трогает губы Германа. Положив ноги немца себе на плечи РФ, смазав предварительно пальцы, начал его разрабатывать. Мягко входя в растянутого ФРГ, Россия начал потихоньку толкаться, со стороны пассии послышались стоны наслаждения. Перед глазами всё плыло, чувства взяли верх над разумом, по телу будто проходил электрический ток, когда задевалась особая точка внутри. Перед глазами фейерверк, с протяжным стоном изливаясь себе на живот и чувствуя как что-то начинает течь по его бедру, прекрасно понимая что это. — А теперь, Hase, в душ? — кивок, постельным бельём и помятой одеждой они займутся попозже, завтра днём когда выспятся. Нежась в тёплой водичке с пеной, Россия и не подозревал что совсем скоро кое-что случится не очень приятное.       Разбудило русского чьё-то присутствие. Разлепив сонные глаза, РФ чуть не поседел от ужаса, на пороге комнаты стоял СССР, со скрещёнными на груди руками и явно злым выражением лица. — О, п-пап… п-привет… а ты чего тут так рано? — заикаясь, поинтересовался РФ натягивая одеяло выше, на уровень груди, немец пока ещё спал. — Да уже одиннадцать дня… — А д-да? Ну х-хорошо. так тебе что-то надо? — Россия буквально молился чтобы всё не переросло в драку и убийство. — Да я тут просто в гости заглянул… а теперь у меня к тебе очень большие вопросы… — голос не внушал безопасности. Под боком завозился Германия, распахнув глаза и увидев «гостя», немец прижался к Россу. — И тебе доброе утро, Герман. Оба одевайтесь у меня к вам разговор будет… — кивнув, оба с какой только возможно скоростью нацепили на себя шмотки и прошли на кухню. Повисло неловкое молчание. — Н-ну что… — начал тихо Россия, чтобы прервать эту давящую тишину. Германия сидел рядом и под столом держал за руку РФ, немец знал, какой бывает Советский Союз в гневе. Брр… ужас… — Что? Объясняй давай пока я добрый… — хотя что тут разъяснять и так ведь всё ясно как день. — А ч-что тут… и так всё понятно… — Именно! — стукнул по столу Советы. — С какого это хуя мой сын вдруг геем стал а?! — сглотнув, Россия крепче сжал руку Геры, видимо Союз уже было хотел разразиться тирадой, но зазвонил телефон, встав и отойдя на два шага, ответил на звонок. На том конце видимо кто-то начал бурно обсуждать, но смысл или хотя бы членораздельные слова расслышать парни не смогли. СССР сделал недовольное лицо, на том конце что-то произнесли, на что коммунист помотал головой и твёрдо сказал «нет». Но видимо позвонивший повысил голос, на что Совок сдался (?) и включил громкую связь. — Deutschland… — раздался из динамика голос Рейха. — Этот хер коммунистический уже успел закатить концерт? — H-hallo Vater… кхм… а ты что имел ввиду? Я не совсем понял… — Понятно… Слушай сюда этот актёр из подворотни решил концерт закатить… И если по-простому, то мы не против ваших отношений, а ему делать нечего вот Совок и решил вам нервы испортить. — с души упал камень, а ещё упал Россия. От облегчения видимо, дальше раздался великий и могучий нецензурный русский язык. — ПАПА БЛЯТЬ! ТЫ СОВСЕМ ПРИХУЕЛ А?! Я ЧУТЬ БЫЛО НЕ ПОПРОЩАЛСЯ СО СВОЕЙ ЖИЗНЬЮ СУКА! — Не преувеличивай… — протянул Советы. — НЕ ПРЕУВЕЛИЧИВАЙ?! ДА Я ДУМАЛ ЧТО ТЫ ПЕРЕСТАНЕШЬ МЕНЯ ЗА СЫНА СЧИТАТЬ БЛЯТЬ! — поуспокоившись, Россия спросил. — А… узнал-то ты откуда? — А это не я узнал… Это псина узнал… Можно подумать у него и сейчас агенты СС по всему городу ходят… — ответ был: «Конечно, а ты сомневался?» — Пап… так как ты узнал что я… — Германия не успел договорить. — Что ты гей у меня? Признаю я сначала охуел и немного истерил… — Немного это он пол квартиры разнёс. — Это от нервов… — Ага как же… — Кхм… Совок… придёшь домой я тебя ёбну кочергой… так вот… я тогда зашёл к тебе, сначала я звонил потом стучал в дверь, но ты не открывал, тогда я зашёл сам, благо ключи были… Захожу и слышу стоны… из твоей комнаты, ну, а что дальше думаю ты и сам прекрасно догадаешься. — из трубки послышался звук падения чего-то. — Scheiße! — сброс звонка. — И что он там уронил… — пожал плечами Совок. — Ладно, голубые мои, я пойду, а вы и дальше занимайтесь непристойностями. — через минуту хлопнула входная дверь. — Надо бы замки на двери поменять… — проговорил Россия. — Да уж… да и ты заметил маленькую деталь? — Какую? — Почему у твоего отца мой записан как «Schatz»?

***