Проснись!

Он снова возник из ниоткуда. Завис над кроватью Эрена, пока тот, парализованный, мог только мычать и пытаться пошевелить хотя бы пальцем. Он был уродлив: глаза горели красным, кожа бугрилась и темнела нарывами, гнилые зубы торчали в разные стороны. Когтистые лапы тянулись к Эрену, раздирали кожу, разламывали грудную клетку, тварь с довольным урчанием добиралась до сердца, чтобы вырвать его и сожрать. Эрен мог только беспомощно наблюдать, как раздирают его плоть. Слушать хруст костей. Чувствовать зловонное дыхание твари и адскую боль во всем теле. Все началось неделю назад — Армин уехал домой, оставив Эрена в комнате одного. Эрен бы и сам с удовольствием поехал к родителям, но единственный из всей группы завалил социологию — профессор Аккерман оказался дотошным и принципиальным. Микаса осталась с ним, но не говорить же ей… Нет, это вообще никому нельзя было рассказать. Уродливый демон стал его секретом. Эрен должен был справиться с ним сам. Только бы найти силы пошевелиться, отогнать красноглазую тварь, сопротивляться и не позволить сожрать себя заживо. Эрен снова очнулся от собственного крика. На часах было шесть утра. Тварь появлялась, стоило только Эрену попытаться заснуть. Значит, нужно было просто перестать спать? Он выпутался из одеяла и подошел к зеркалу — да, неудивительно, что Микаса начала что-то подозревать. Зомби, вот на кого он стал похож. Походы за кофе стали жизненной необходимостью. Эрен не шел — плыл по воздуху, таким нереальным казалось все вокруг. В глаза будто насыпали песка. Слишком яркий свет, слишком громкие звуки, слишком много людей этим ранним утром торопилось по своим делам. Эрен медленно брел по улице, уговаривая себя сделать каждый шаг. Ничего, еще пара десятков метров — и «Старбакс» вернет его к жизни. — Карамельный капучино для Эрена, — возвестил громкий голос, и он поплелся за последней надеждой на бодрость. — Хорошего дня! — улыбнулась милая девушка в форменном фартуке. Эрен даже не попытался улыбнуться в ответ. Кампус пустовал: студенты разъехались по домам или же отсыпались после ночных гулянок. Он один шел по заснеженной тропинке, разве что пару собачников встретил по пути. Плюхнувшись на лавку, Эрен отпил кофе и с раздражением отметил, что тот почти остыл. Пальцы без перчаток мерзли, и едва теплый стаканчик ситуацию не спасал. Эрен выкинул кофе в мусорку и спрятал руки в карманах. Холод, наверное, его взбодрит? Вдалеке появилась темная точка. Она быстро приняла очертания Райнера — только ему могло взбрести в голову выйти на пробежку в семь утра. Он, кажется, никогда не пропускал тренировки: неважно, лил дождь на улице, ветер срывал листья с деревьев или жара плавила асфальт — Райнер бежал свои положенные километры. Райнер тоже его заметил. Он добежал до лавки и притормозил, упираясь ладонями в ноги. — Ты чего тут сидишь? — спросил Райнер, пытаясь отдышаться. — Не спится. — Сдашь ты социологию, не переживай, — он по-своему истолковал причину недосыпа Эрена и потрепал его по волосам. — И попробуй поспать. Выглядишь паршиво. Все как и всегда. Даже если Эрен не верил в себя, Райнер продолжал в него верить. Пускай он был старше, но никогда не смотрел свысока. Он уже помог однажды: после череды неудачных попыток попасть в сборную университета по баскетболу Эрен едва не опустил руки, коря себя за слабость. Одного желания не хватало, чтобы получить место в команде, а по способностям он сильно проигрывал остальным. Райнер тогда сказал: «Ты справишься». И Эрен ему поверил. Он и сам не понимал, почему эти слова вселили в него уверенность. Да и какая разница? Главное, что место в команде принадлежало ему. — Заходи, если скучно будет, — сказал Райнер и махнул на прощание рукой. Эрен проводил его взглядом, откинулся на спинку лавки и закрыл глаза. Может, если он немного подремлет, ему станет лучше? Ветер убаюкивал его, крупные снежинки щекотно касались лица. Он и правда мог заснуть прямо здесь, как какой-нибудь бомж или запойный пьяница. Прошла минута или десять, веки налились чугуном, а холод медленно отошёл на второй план. Тьма окутала его. Эрен парил в невесомости, а под ним разверзалась бездна. Темнота не пугала, пока в ней не появлялись голодные глаза, пока зловонное дыхание твари не врывалось в беспокойный сон, пока… Рядом, будто бы прямо на ухо, каркнула ворона, и Эрен, вздрогнув, открыл глаза. Чëрт возьми, он действительно уснул. Зубы стучали от холода, вся куртка была припорошена снегом. Эрен вскочил на ноги. Тело слушалось плохо, мысли путались, все его существование замедлилось, даже снежинки падали на землю непозволительно долго. Как во сне. С каждым днем реальность все больше напоминала его кошмары. Иногда в отражениях Эрену чудился голодный блеск красных глаз, а тени в темноте принимали очертания твари. Днем он пытался не оставаться в одиночестве: нагружал себя учебой, проводил время с Микасой. Ночью пытался проснуться. Выбраться из круговерти кошмаров. Но как бы Эрен ни старался — тварь всегда побеждала. Недолгий сон на лавке не прошел бесследно — уже к вечеру заболело горло. Шмыгая носом, Эрен заварил себе чай. Никакого сна, сказал он себе. Никакого сна, и тогда красноглазый демон оставит его в покое. А потом Эрен обязательно придумает, как избавиться от этого проклятья. Он должен дать отпор. Эрен зажег весь свет и включил на ноутбуке электронную музыку. Он ходил по комнате вперед-назад, приседал и отжимался — последнее давалось ему с трудом, хотелось лечь на пол и уснуть. Вскочив с пола, Эрен немного попрыгал на месте. Вот бы кто-нибудь разделил с ним это вынужденное одиночество. Тогда кошмары не смогли бы его достать. Впрочем, на самом деле в комнате он был не один. Услышав шорох, Эрен обернулся. Из отражения окна на него пялились красные глаза, хищная пасть приоткрылась, обнажая клыки. Эрен так разозлился, что забыл про усталость. Единственное, чего ему сейчас хотелось, как следует наподдать этому прожорливому куску дерьма. — Сдохни, тварь! Эрен с силой ударил кулаком по стеклу, потом еще раз. Он даже не чувствовал боли. Вообще ничего не чувствовал, кроме неконтролируемой ярости. Избавиться от твари! Проснуться! Раздался звон бьющегося стекла, и комнату наполнил холодный зимний воздух. Эрен посмотрел на окровавленные осколки, потом на разбитый кулак. Он прогнал его? Демона больше нет?.. — Эрен? В его дверь стучали. Теперь Эрен слышал это, теперь он снова был в реальности. Холод окутал его. Разбитое стекло алело от капель крови, так же, как алели глаза кровожадного демона. — Эрен, все в порядке? Я слышал шум. Райнер. Это был он? Что, если Эрену все еще снится сон? Он приоткрыл дверь, но Райнер с силой распахнул ее и вошел в комнату. Он мгновенно оценил обстановку: посмотрел на разбитое окно, потом на окровавленный кулак Эрена. Не говоря ни слова схватил его за запястье и потащил за собой. Сопротивляться не было сил, а еще с Райнером было спокойно. С ним демон точно его не достанет, думал Эрен. Красноглазая тварь никогда не появлялась, если Эрен был не один. Он выжидал ночи, когда на комнату опускался таинственный полумрак, когда отражения в зеркале пугали причудливыми формами, а пространство наполнялось скрипами, стуками и шорохами. Он знал, когда Эрен был наиболее уязвим. — Садись, — велел Райнер, когда они вошли в его комнату. Бертольда здесь не было. Кажется, он тоже уехал на зимние каникулы домой. Эрен послушно сел на кровать Райнера и уставился на него. — Ты настоящий? — спросил он. Райнер нахмурился. — Ты пьян? Обдолбался дурью? — он задрал подбородок Эрена и посмотрел в его глаза. — Когда ты в последний раз спал? Эрен пожал плечами. Райнер отпустил его и скрылся в ванной и уже через мгновение появился с аптечкой. Эрен успел забыть, что разбил руку — боли не было, все чувства притупились. Осталась только бесконечная усталость. — Ничего серьезного, — пробормотал он. Райнер покачал головой. Он опустился перед Эреном на пол и потянулся к окровавленной руке. Прикосновения его мозолистых пальцев были аккуратными, почти нежными, они так не вязались с представлениями Эрена о Райнере. Это точно был сон. Но после таких снов просыпаться совсем не хотелось. — Эрен. Он с трудом разлепил глаза и поежился. Вдруг стало так холодно, будто и у Райнера в комнате кто-то одержимый демоном выбил стекло. — Эрен, — снова позвал Райнер. — У тебя жар. Нужно прилечь. Эрен покачал головой. — Мне нельзя спать. Райнер достал из аптечки блистер с таблетками и потянулся за стаканом воды на столе. — Выпей и ложись под одеяло. Я за тобой присмотрю. Эрен принял таблетку и забрался под одеяло, в надежде избавиться от пронизывающего холода. Райнер поставил рядом с Эреном бутылку с водой, а потом быстрым шагом подошел к двери. — Ты куда? — пробормотал Эрен, проваливаясь в сон. Ответа он уже не услышал. Его окружала тишина и темнота, исчезли звуки и шорохи, а потом тело пронзила острая боль. Его руку выворачивали под таким углом, что хотелось залезть на стенку от невыносимой агонии. Эрен услышал хруст костей и звук разрывающейся плоти. Он кричал, но не издавал при этом ни звука. А тварь улыбалась, обнажая гнилые зубы, вгрызалась в оторванную руку, жадно урчала, слизывала капли крови. Ей нравилось, что Эрен не мог отвернуться. Боль, страх и ненависть были лучшей приправой к ее обеду. Обглоданная кость отлетела в сторону, и тварь привычно потянулась к сердцу. Медленно впилась когтями в кожу, позволяя каплями крови пачкать белую футболку. На этот раз демон не торопился. Смаковал каждое движение, наслаждался ужасом у Эрена в глазах, растягивал удовольствие. А ведь казалось, что ему не нравится играть с едой… — Эрен, проснись! Он открыл глаза. В груди болело, словно тварь и правда разодрала его когтями, снова разломала ребра и выпотрошила внутренности. Уродливая морда продолжала сверлить его глазами-рубинами, но на этот раз Эрен сдаваться не собирался. Он схватил тварь за шею и сдавил изо всех сил. — Кха… Эрен! Этот голос… Тварь никогда не говорила с ним. Все, что она могла, это вгрызаться в него, чавкать, пожирая внутренности. Обгладывать кости одну за другой. Эрен ослабил хватку и почувствовал прикосновение теплой руки. Он зажмурился, а когда вновь открыл глаза, то увидел нависшего над ним Райнера — встревоженного и серьезного. Демон исчез. Растворился в тусклом свете ночника. Осталась только боль в груди и жар, который сжигал Эрена изнутри. — Прости, — прохрипел Эрен. — Я думал, это… — Тш-ш-ш. Райнер мягко погладил его по щеке. Ладонь его была прохладной, и Эрен потянулся за ней, в надежде продлить приятное прикосновение. — Сегодня будешь спать здесь, — сказал Райнер. — Поменять стекло в окне получится только завтра. Твою комнату я запер, не переживай. Последнее, о чем Эрен сейчас думал, это проклятая комната, где он уже который день оставался с демоном один на один. Но с Райнером он будет в порядке. Эрен накрыл ладонь Райнера своей и закрыл глаза. Температура начала спадать, и сознание постепенно прояснялось. — Спи. Я лягу на кровати Бертольда, — сказал Райнер. Но Эрен сжал его ладонь и попросил: — Ложись со мной. Райнер издал смешок. — Эрен, кровать слишком маленькая для нас двоих. — Я подвинусь. Пожалуйста. В доказательство своих слов Эрен повернулся на бок и прижался к прохладной стене. Кровать и правда была узкая, спать вдвоем на такой будет очень неудобно. Но Эрена не волновали такие мелочи. Ему было необходимо чувствовать рядом человека, а не прожорливую красноглазую тварь. — Черт. И почему я никогда не могу тебе отказать? — пробормотал Райнер. Он зашуршал рубашкой, потом звякнул ремень. Через мгновение Эрен почувствовал, как к нему прижимается теплое тело. Райнер осторожно обнял его. Он был выше и шире, Эрен по сравнению с ним казался совсем еще мальчишкой. И когда Райнер обнимал его, окутывал своим запахом, грел теплом тела, дышал в макушку, Эрен чувствовал себя в безопасности. Под одеялом они сплелись ногами. Эрен положил руку на ладонь Райнера, легко погладил ее и закрыл глаза. Уже проваливаясь в сон, он почувствовал, как чужие губы легко коснулись его макушки. Сегодня он сможет уснуть. В сильных объятиях Райнера тварь никогда его не достанет.