Маған пох

      Порше был слишком миловидным. Ким отчётливо понимал это с самого их знакомства, поэтому и речи не было о том, чтобы отпустить его в клуб одного. Сам он не был любителем тусовок (только если эта тусовка — не его концерт), но у Порше горели глаза, и шило в заднице требовало движения. Чтобы лишний раз не ссориться, они пришли к общему решению, которое устраивало обоих — Порше может ходить в клубы, но только в присутствии Кима и некоторого количества телохранителей. Не то, чтобы Ким сам не мог справиться с кучкой перепивших мудаков мужиков, решивших полапать его прелестного мальчика, но в случае реальной угрозы ему помощь была бы необходима. В памяти всё ещё свежи воспоминания о том, как на его глазах похищали парня, а затем избили. Да и Порш с тех пор трясся за брата куда больше, в приказном порядке назначив младшему охрану, с чем Ким был полностью солидарен, поэтому у Че не было другого выхода, кроме как согласиться. *** Кожаный салон приятно пах ароматизатором, и Порше неуверенно ёрзал, не зная куда себя деть. Его всё ещё жутко смущала разница их с Кимом социального положения в обществе и материального достатка, хотя Ким не раз повторял, что для него это всё не имеет никакого значения. В конце концов, они, как выяснилось, оба принадлежали к этой семье, пусть для окружающих их личности не были известны. Порше каждый поход принаряжался как мог, старался укладывать волосы назад, открывая лоб, — он знал, что Киму нравится такая его укладка, он видел, как загораются его глаза. Вообще Че не так уж и нравились все эти клубы, за исключением тех случаев, когда он ходил туда в компании однокурсников. По большей части ему требовалось внимание только одного человека, который приглядывал за ним там и оберегал. В его груди разливалось тепло, когда толпа слишком плотно окружала его на танцполе и Ким с тихим рыком выходил к нему, обнимая за талию и ограждая собой от окружающих. Порше тихо млел в его тёплых объятиях, пряча пылающие щёки, уткнувшись ему в грудь. Ким же улыбался, без проблем считывая его эмоции, и прижимал ещё ближе. *** В этот раз они приехали в новое место, которое выбрал Ким. Порше было, в сущности, всё равно куда идти. Он лишь заинтересованно оглядывался на входе, когда шкафоподобный охранник впустил их, стоило назвать ему свои имена. Ким по обыкновению занял забронированный столик в вип-зоне с прекрасным обзором на всё помещение, чтобы контролировать ситуацию, и заказал им с Че пару безалкогольных коктейлей. Тот, после его диких плясок, всегда жутко хотел пить, поэтому Ким предпочитал быть предусмотрительным. Порше немного посидел с ним и двинул на танцпол, постепенно раскрепощаясь. Ким поначалу наблюдал за ним, а затем отвлёкся на некоторое время в телефон, отвечая на сообщение. Когда он поднял голову, его глаза мгновенно потемнели, а рукой едва не переломил телефон, сжав его до хруста. Неподалеку от него стоял Порше, а напротив него какой-то парень, нагло хватающий упирающегося Порше за руки. Ким действовал быстрее, чем успел подумать и, подлетев к ним, вломил коронным с правой руки наглому мудаку, задвигая Че себе за спину. Тот руками вцепился в его кожаную куртку на спине, робко выглядывая из-за его плеча. — Ты! Как ты посмел тронуть меня, придурок! — взревел парень напротив, держась за челюсть. — Скажи «спасибо», что ты всё ещё можешь стоять, мудак. У стоящего напротив брюнета опасно заблестели глаза. — Слышишь, мальчик, ты вообще в курсе, кто я? Да мой отец от тебя за это мокрого места не оставит, тебя завтра же прикопают где-нибудь в лесочке. Ким прищурился, и провел взглядом по собеседнику с головы до ног. Брендовость шмоток сразу бросалась в глаза. Вероятно, сынок какого-нибудь сиделка из верхушки или бизнесмена. Вот только Ким в лицо знал всех, кто мог хоть как-то повлиять на его жизнь и жизнь его семьи, а этого парня он видел впервые. Ким скрестил руки на груди, насмешливо вздернув бровь. — Не думаю, что мне нужно знать, кто ты и твой папочка. А вот тебе стоит на будущее запомнить моё лицо. — Да что ты. И почему же я должен? Чтобы за твой упокой помолиться. — Нет. Чтобы знать, к кому в следующий раз не подходить, если хочешь и дальше оставаться живым. Глаза Кима опасно сверкнули, и он обошёл того со спины, закидывая левую руку тому на лопатки. — Оглянись. Ты видишь во-о-он тех ребят с пушками? — Ким обвёл рукой помещение клуба, указывая на неприметные углы и балконы, где была рассредоточена охрана его и Порше. — Мне достаточно сделать один жест рукой, и через долю секунды в твоей голове станет дырок на пять больше. А ещё глянь, что у меня тут, — он уверенным движением вытащил с пояса пушку и помахал у побледневшего мажора перед лицом. — Поверь мне, тебе не хочется познакомиться с ним в деле. — Ну и наконец, — Ким встал перед парнем, больно сжав ему плечи. — Меня зовут Ким Тирапоньякул. И этот клуб принадлежит мне. Ким увидел, как краска окончательно схлынула с лица парня, тот залепетал что-то о прощении и, кланяясь, побежал ко входу. Ким немного посмотрел тому вслед и повернулся. Че стоял сзади, раскрыв рот. — Вау. Это было ВАУ. Как ты его отшил. Я бы так не смог. Подожди, а клуб и правда твой? — произнёс он, и Ким почувствовал, как краска заливает его щёки. *** Да, за Порше определённо нужен был глаз да глаз. Да и, как оказалось, быть чьим-то рыцарем очень приятно, особенно когда в конце тебе дарят благодарный поцелуй и восторгаются тем, как ты пообещал кому-то снести голову.